"В тюрьме меня пытались убить дважды"

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

"В тюрьме меня пытались убить дважды" Президентские выборы в Казахстане — уже достояние истории, но имена лидеров казахской оппозиции по-прежнему на слуху. Минувшей осенью был застрелен экс-мэр Алма-Аты Заманбек Нуркадилов, а в феврале убит бывший посол этой среднеазиатской республики в Москве Алтынбек Сарсенбаев. Не так давно на свободу вышел казахский оппозиционер номер один Галымжан Жакиянов. Корреспондент «Версии» сумел встретиться с ним и задать ему несколько вопросов о том, что же происходит в Казахстане...

"– Вы были осуждены по уголовной статье, и тем не менее все убеждены, что вы «политический», какие для этого основания? — Это был «политический заказ». Меня обвинили в нецелевом использовании 12 млн. тенге ($13 тыс.) из резервного фонда акима области, то есть средств, которые по определению я мог потратить на не планировавшиеся ранее расходы. Несостоятельное обвинение, если учесть, что я действовал в полном соответствии с законодательством. Особенно оно выглядит смешно на фоне миллиардов, прямо расхищаемых из бюджета высшими должностными лицами, а также на фоне тех коррупционных скандалов, которыми «прославилось» нынешнее руководство Казахстана. На судебном процессе 2002 года моя защита полностью доказала не только мою невиновность, но и политическую мотивированность предъявленного мне обвинения. Все материалы процесса сразу были вывешены на моём персональном сайте zhakiyanov.info. Все ведущие международные правозащитные организации вынесли однозначный вердикт о моём деле как о политическом. Кроме того, Европарламент, конгресс США, правительства других демократических стран неоднократно в своих резолюциях обращали внимание на неправедность того суда надо мной. И вот после почти четырёх лет заключения я освобождён условно-досрочно. Меня должны были освободить 2 октября прошлого года, а вместо этого выпустили из колонии только 14 января 2006-го. — Почему вы «пересидели» 2,5 месяца? — 4 декабря 2005 года в Казахстане проходили президентские выборы. Говорят, Назарбаев боялся, что я буду в них участвовать либо как-то повлияю на их исход. Перед выборами я беседовал с руководством колонии. Мне сказали, что меня выпустят накануне, 3 декабря. Но на свободе я оказался только после инаугурации Назарбаева. То, что меня продержали дольше положенного срока, — лишнее доказательство того, что моё дело было политическим. — Есть мнение, что вас выпустили досрочно потому, что вы пообещали Нурсултану Абишевичу больше не заниматься политикой... — Это слухи, распускаемые спецслужбами Казахстана, чтобы меня дискредитировать в глазах моих сторонников. Я буду в оппозиции и не откажусь от своих политических убеждений. — А вас заставляли от них отказаться? — Конечно. Приезжавшие в колонию руководители казахских спецслужб, в том числе ушедший недавно в отставку (в связи с политическим убийством А. Сарсенбаева) председатель КНБ (Комитет национальной безопасности. — Ред.) республики Дутбаев, проводили со мной «беседы»: убеждали, угрожали, говорили, что мне и моей семье будет очень плохо в случае, если я не откажусь от политической деятельности. Шантажировали тем, что мне дадут ещё лет 10, так как в отношении меня возбудили ещё кучу уголовных дел, что живым из тюрьмы мне не выйти... — Методы воздействия посерьёзнее бесед применялись? — Если вы имеете в виду пытки, то нет. Боялись огласки, наверное. На моей стороне были международные правозащитники, некоторые депутаты нашего парламента и оппозиционная пресса. Общественность была информирована о нарушениях моих прав и в целом о ситуации вокруг меня, что называется, в онлайновом режиме. Думаю, только это уберегло меня от физической расправы, только поддержка моих соратников помогла мне остаться в живых. — А что, была угроза вашей жизни? — Была. Один из бывших руководителей Комитета уголовно-исполнительной системы Казахстана (аналог российской ФСИН) рассказал мне о том, что перед ним прямо была поставлена задача моего физического уничтожения, которое затем должны были представить как обычную «разборку» уголовников в колонии. Дали задание подобрать соответствующих осуждённых из числа наркоманов, якобы что-то не поделивших со мной. По замыслу, я оказывался случайной жертвой лагерной поножовщины. Тот руководитель отказался исполнять приказ о моём устранении и за это поплатился должностью, уйдя в отставку. Потом мне сообщили о другой готовящейся провокации. Исполнители «заказа» из лагерного контингента так называемых козлов собирались забить меня железными прутьями, пока я спал. К счастью, я узнал об этих планах и письменно предупредил начальника колонии о том, что вся ответственность за провокацию лежит на нём. В ответ начальник колонии поместил меня в карцер (ШИЗО), посчитав его единственным местом, где я смогу быть в безопасности. — 13 февраля этого года в Казахстане убили Алтынбека Сарсенбаева, человека, который во время вашего вынужденного отсутствия фактически возглавлял демократическую оппозицию. Это политическое убийство? — Несомненно. Хотя власти всячески пытаются это отрицать. С самого начала выдвигались различные версии, но только не политические. То говорили о несчастном случае на охоте, то о бытовухе, то о бизнес-разборках. Людям, хорошо знавшим Алтынбека, было нелепо всё это слышать. Наконец, когда арестовали предполагаемых исполнителей — действующих офицеров Комитета национальной безопасности Казахстана, — настаивать на прежнем оказалось бессмысленным. Тогда глава МВД РК заявляет о версии заказа убийства со стороны руководителя аппарата сената РК Утембаева. Которого тоже арестовали и который якобы дал признательные показания, что это он «заказал» Сарсенбаева из чувства личной неприязни. Приводится такая «деталь», как кредит в $60 тыс., взятый Утембаевым для оплаты киллеров. И обществу предлагается в это поверить! Все прекрасно понимают несостоятельность подобной версии: насколько кровожадным мстителем должен быть человек, чтобы хладнокровно решиться на отстрел своего «обидчика» и двух ни в чём не повинных людей. А ведь по характеру Ержан Утембаев (его я знаю лично по совместной работе) совершенно не тот, каким его пытается сегодня представить официальная власть. Да и мотив его «личной неприязни» к Алтынбеку, с которым он особо не соприкасался ни по службе, ни в обычной жизни, выглядит по меньшей мере неубедительным. — Почему убрали Сарсенбаева? — Можно прямо сказать, что он был неугодным для нынешнего руководства Казахстана. Алтынбек был одной из ключевых фигур в казахской оппозиции, её идеологом и вдохновителем. Мы были знакомы с середины 90-х годов, и у нас было много общего. Мы ровесники, оба родились в казахских сёлах, потом учились в Москве. Стали общаться с 1993 года — он был самым молодым министром, а я — самым молодым губернатором. В 2001 году вместе создавали оппозиционную партию «Демократический выбор Казахстана» (ДВК). Правда, Алтынбек не сразу стал оппозиционером. На время было решено, что для общего дела он будет полезен на должности секретаря Совета безопасности Казахстана. Президент Назарбаев часто к нему прислушивался: Алтынбек был умным и талантливым политологом и лучше других понимал, по какому пути нужно развивать страну. Учреждая ДВК, мы надеялись, что Назарбаев примет нашу демократическую программу. Но этого не произошло. Назарбаев категорически отказывался от политических преобразований и говорил, что время для демократии в Казахстане ещё не пришло. Это продолжалось до тех пор, пока мы не выступили против действующей власти. 19 ноября 2001 года я и мои сторонники открыто объявили о своих взглядах, а 20 ноября Назарбаев всех нас уволил с госдолжностей. Вскоре меня посадили, а Алтынбека Назарбаев удалил подальше от администрации президента, назначив послом Казахстана в России. Но Алтынбек был человеком чести и совести. Когда меня приговорили к семи годам лишения свободы и этапировали в Кушмурунскую колонию, дочь Алтынбека упрекала его: «Папа, как ты можешь работать у Назарбаева, когда твой друг сидит в тюрьме?» В результате он ушёл в отставку, стал сопредседателем партии «Ак жол» и потребовал у властей моего освобождения. С приходом Сарсенбаева оппозиция оживилась, и у неё появился идейный стержень. — Насколько я понимаю, казахские власти убеждены, что для борьбы с оппозицией все средства хороши. — Да, используется полный арсенал приёмов незаконного давления, начиная с привычных для постсоветского пространства. Оппозиции негде проводить съезды: очень сложно получить для них помещение в аренду. Если мы арендуем ресторан, то на следующий день к его владельцу приходят представители власти и проводят «душещипательные беседы». В регионах, где проходили встречи представителей движения «За справедливый Казахстан», устраивались откровенные провокации, разбойные нападения на людей. Вы можете себе представить, в стране, которая называется демократической и которая претендует на пост председателя ОБСЕ, лидеров оппозиции забрасывают камнями некие бандитствующие элементы! Среди бела дня, на глазах у сотен единиц сил правопорядка! И это происходило не только в одном месте. А незадолго до президентских выборов застрелили бывшего мэра Алма-Аты Заманбека Нуркадилова, полтора года назад ушедшего в оппозицию. Через месяц официальные чины МВД сообщили, что он совершил самоубийство. Какой нормальный человек может поверить в то, что самоубийство совершено тремя выстрелами — двумя в сердце и одним в голову? — После убийства Нуркадилова и Сарсенбаева вы не опасаетесь за свою жизнь? — За последние четыре года я много пережил и «наопасался». Сейчас я понимаю, что меня могут убить так же хладнокровно, как и Алтынбека. Но я не впадаю в панику и целенаправленно занимаюсь тем, чем занимался до своего заключения, — продвижением идей демократии и свободы в Казахстане. Я не собираюсь уезжать за границу и продолжу заниматься политической деятельностью. — Вы хотите прийти к власти в Казахстане с помощью «революции», как ваши коллеги в Грузии и на Украине? — На мой взгляд, любая революция предполагает смену общественно-политического строя, как это было, например, во Франции в 1789 году или в 1917 году в России, когда было свергнуто самодержавие. В Грузии, на Украине и в Киргизии не было революций, там просто сменилась власть в результате парламентских или президентских выборов, которые прежние режимы хотели фальсифицировать. А регулярная сменяемость власти — это один из основополагающих принципов демократии. Я не собираюсь устраивать в Казахстане революцию. Я просто хочу, чтобы на моей родине была демократия и народ мог выбирать себе власть на основе свободных и справедливых выборов. СПРАВКА Галымжан Жакиянов — общепризнанный лидер казахской оппозиции. В разное время он занимал ряд государственных должностей: был акимом (губернатором) Семипалатинской области, возглавлял Агентство по контролю за стратегическими ресурсами Республики Казахстан, с 1997 по 2001 год был акимом Павлодарской области. В ноябре 2001 года Жакиянов учредил оппозиционное общественное объединение «Демократический выбор Казахстана» (ДВК). Спустя несколько дней все учредители ДВК были смещены со своих постов. А Галымжан Жакиянов в 2002 году обвинён в нецелевом использовании $13 тыс. и осуждён на семь лет. В 2005 году, накануне выборов президента Казахстана, ДВК был ликвидирован по решению суда. И уже 14 января 2006 года Галымжан Жакиянов был условно-досрочно освобождён."
631e1fcac8dc17991f13cb1db2038ef8.gif

Ссылки

Источник публикации