"Гранитное" слово Абубакара Арсамакова

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Оригинал этого материала
© ИА "Паритет-Медиа", origindate::17.06.2010, Фото: "Коммерсант"

"Гранитное" слово Абубакара Арсамакова

Как структуры Московского Индустриального банка оказались в эпицентре рейдерской атаки на "Красный пролетарий"

Семен Теплицын

Compromat.Ru

Абубакар Арсамаков

Работники, акционеры и менеджмент сотен московских и тысяч российских предприятий смогли, наконец, вздохнуть с облегчением — 16 июня 2010 депутаты Госдумы проголосовали за президентский “антирейдерский” законопроект, предусматривающий введение уголовной ответственности за фальсификации решений собраний акционеров и внесение заведомо недостоверных сведений в реестр владельцев ценных бумаг.

“Этот беспредел пора завершать” — подчеркивал Президент Медведев, давая поручение разработать поправки в Уголовный кодекс. В апреле соответствующий законопроект, предусматривающий наказание вплоть до 7 лет лишения свободы за внесение в реестр владельцев ценных бумаг недостоверных сведений, “сопряженное с насилием или угрозой его применения”, был внесен в парламент, и теперь, после его утверждения Советом Федерации и подписания Президентом, может вступить в силу уже этим летом.

Помогут ли президентские поправки спасти от рейдерского захвата московский станкостроительный завод “Красный Пролетарий” (ныне переименованный в ОАО “КП”), вокруг которого уже много лет разворачивается самый что ни на есть “классический” рейдерский беспредел, включающий подлог документов, угрозы насилием и даже убийство руководителя? Ответ на этот вопрос будет своеобразным “сигналом” и для рейдеров, и для их жертв — действительно ли государство в силах остановить беспредел, или антирейдерские поправки так и не смогут переломить ситуацию.

История ОАО “КП” — с одной стороны, типична для рейдерских захватов — бандиты не блистали излишней креативностью, с другой стороны — уникальна по своему размаху и наглости. На кону, как это обычно бывает — не сам завод, а то, что под ним — московская земля в районе метро “Шаболовская”, стоимость которой эксперты оценивают в 300 миллионов долларов. Завод, ежегодная выручка которого за последние годы редко превышала 10 миллионов долларов, не мог не стать лакомым куском для охотников за легкой наживой.

Все началось в 2005 году, когда миноритарным акционерам ОАО “КП” стали звонить неизвестные люди и предлагать выкупить у них акции по сходной цене. Затем, опять же типичным для рейдерских захватов образом, в дело вмешался Арбитражный суд почему-то Санкт-Петербурга, который, на основании некоего соглашения, якобы заключенного с одним из заместителей директора завода, которое, впрочем, в глаза не видели ни сам “заместитель-подписант”, ни его коллеги, санкционировал силовой захват завода.

Бессменный руководитель “Красного пролетария” Юрий Кириллов, которому удалось сохранить производственный потенциал предприятия, не смотря на все потрясения 90-х, сумел организовать оборону и в 2005. Вопреки всему — “КП” устоял. Тогда же, в 2005, в его окружении появился человек ранее на заводе незнакомый, но, как казалось Кириллову, обладающий необходимыми знаниями для борьбы с захватчиками — юрист Сергей Белозеров. Скромный и трудолюбивый, новый сотрудник завоевал доверие Кириллова и в итоге убедил руководство завода — дабы надежнее защитить предприятие от захвата — передать около 65% его акций от “ненадежных” ЗАО “СТ-Инвест” и ДДК в номинальное держание ЗАО “Ингосдеп”.

Атаки рейдеров, тем временем, не прекращались. Несговорчивому Кириллову начали поступать звонки с угрозами. Так, 25 апреля 2006 года примерно в 11 утра в секретариат завода позвонил неизвестный, представившийся говорящей фамилией “Загробный” и попросил "передать информацию для господина Кириллова", уточнив, что речь идет о его жизни. Кириллов обратился в прокуратуру с заявлением, но правоохранительные органы угрожавшего так и не нашли.

Параллельно с запугиванием, рейдеры использовали и хорошо известную тактику “судебной осады”. Так, согласно, годовому отчету ОАО “КП” за 2008 год, заводу пришлось отстаивать свое право на жизнь одновременно в 40 (!) дорогостоящих судебных процессах, что непомерным грузом ложилось на скромный бюджет предприятия.

В ноябре 2009 года Кириллова убивают на Кипре. Ни исполнитель, ни, тем более — заказчик преступления до сих пор не найдены.

После трагической гибели руководителя битва за “Красный пролетарий” вступает в новую фазу: на собрании акционеров завода в феврале 2010 юрист Белозеров объявляет себя... владельцем тех самых 65% акций, находившихся в номинальном держаним “Ингосдепа”, структуры, как позже выяснилось, подконтрольной Белозерову. Он требует заменить руководство на основании доверенности от трех офшорных компаний “Джардо Интернешнл”, “Хоста Энтерпрайз” и “Боуэн Групп”, в собственности которых загадочным образом якобы оказались акции завода, до рейдерской атаки принадлежавшие его коллективу. Руководство завода отказывается.

Весной 2010 три упомянутые офшора подают в московский арбитражный суд заявление, требуя проведения внеочередного собрания акционеров, на котором вопрос о власти решился бы в пользу Белозерова и его подельников. Судья Вячеслав Лобко, известный в московском юридическом сообществе своими не всегда — с точки зрения права — очевидными решениями, выносящимися иногда даже в глубокой ночи, в присутствии лишь одной стороны, и в этот раз не подвел торопливых истцов: 19 мая суд постановил “Джардо Интернешнл” в течение 70 дней провести внеочередное собрание акционеров.

Далее — классика рейдерского жанра, как известно, предписывает “заручиться поддержкой” регистратора — т.е., в переводе на русский язык, подкупить сотрудников компании, выполняющей функции ведения реестра акционеров акционерного общества и секретаря его общих собраний. В случае с “Красным пролетарием” внимательный читатель сможет сам оценить, насколько отклонялись, если вообще отклонялись от рейдерских канонов захватчики завода.

До недавнего времени регистратором ОАО “КП” выступала компания «Индустрия-Реестр» (лицензия ФСФР № 10-000-1-00296 от origindate::11.02.2004 г.), дочерняя структура Московского Индустриального банка. Сама компания зарегистрирована во Владимире, но у нее есть филиал в Москве, заместителем директора которого является Юрий Леонидович Левин. Именно он отвечал за обслуживание “Красного пролетария” и под его началом, начиная с 2009 года, с акциями предприятия начали происходить необычные вещи: то до голосования на собрании акционеров допускаются “тени прошлого” — доверительный управляющий под названием ИК “Корпоративно-Трастовые проекты”, у которого давно истек срок полномочий, то владельцы миноритарных пакетов акций завода оказываются “за бортом”.

Справка. ИК “Корпоративно-Трастовые проекты” до недавнего времени представляла интересы менеджеров предприятия, которые ранее передали данной структуре свои акции в доверительное управление. Как выяснилось позже, ИК фактически контролируется группой Белозерова и распоряжается полученными ценными бумагами в его интересах. ИК незаконно отказалась вернуть акции владельцам. Акционеры-менеджеры в настоящее время пытаются получить их через суд.

Заподозрив “особые отношения” между “Индустрией-Реестр” и группировкой Белозерова, менеджмент “Красного пролетария” отказывается от услуг своего регистратора. Но не тут-то было — арбитражный суд г. Москвы, по традиции — в ночную смену, а именно перед рассветом 27 мая 2010 года, выносит решение, которым обязывает именно “Индустрию-Реестр” осуществлять функции счетной комиссии на предстоящем собрании акционеров завода.

Дальше события стали развиваться с быстротой бури и натиска. Воодушевленные судебными победами, Белозеров и Левин назначают собрание акционеров на 3 июня, в срок, в который даже просто технически невозможно оповестить — как полагалось бы по закону — всех 900 акционеров завода. Но устроители так называемого собрания оповещать миноритариев и не планируют — для принятия решения — опять же — по классике рейдерских технологий — достаточно, чтобы вместе собрались — пусть даже в одном лице — представители тех самых трех оффшоров, на которые рейдеры записали акции завода.

Отчаявшись отстоять свои права в жерновах ночного арбитражного правосудия, представители завода, во главе с директором — соратником Кириллова — Сергеем Ветровым, отправились на поклон к Абубакару Арсамакову, владельцу Московского Индустриального банка (МИБ) и “Индустрии-Реестр”. На встрече господин Арсамаков по-восточному радушно принял гостей, возмущался коварством рейдеров и клятвенно заверял, что никто из его подчиненных не станет принимать участие в назначенном на 3 июня фарсе. Также дал Абубакар Алазович свое “гранитное” слово отстранить от работы господина Левина. Делегация завода вернулась с встречи воодушевленной — вновь затеплилась надежда сохранить предприятие.

Но на следующее утро, 3 июня, в Центре международной торговли на Красной Пресне, представители “Джардо Интернешнл”, “Хоста Энтерпрайз” и “Боуэн Групп”, а также непонятно кого представляющая компания ИК “Корпоративно-Трастовые проекты” будто бы (“будто бы”, поскольку протокола этих посиделок никто, ни из представителей завода, ни из журналистов, не видел) проголосовали за передачу оперативного управления предприятием Белозерову и Ко, назначив «новым гендиректором» некоего Крылевского Александра Андреевича (по данным поисковых систем, руководящего фирмой ООО “АвтоСпецТранс”). “Индустрия-Реестр”, о неучастии которой в этом камерном рейдерском спектакле, давал слово владелец Московского Индустриального банка, усердно пересчитала все четыре голоса, поданные за смену руководителя предприятия. Впрочем, до сих пор результаты собрания от 3 июня не признаются не только законными владельцами акций «КП», но и, к примеру, налоговой службой, поэтому сведения о «новом гендиректоре» так и не были внесены в Единый государственный реестр юридических лиц (ЕГРЮЛ).

Абубакар Алазович оказался недоступен ни для менеджмента “Красного пролетария”, ни для прессы, а, тем временем, подконтрольный ему МИБ заблокировал расчетный счет завода, открытый в этом банке. Основанием послужило заявление гражданина Александра Крылевского , который, на основании решения трех офшоров и потерявшего доверие доверительного управляющего, попросил ограничить кооперации с расчетным счетом предприятия. Счетом, с которого производятся расчеты с поставщиками, выплата зарплат, на который поступает оплата за отгруженную продукцию.

Адвокат Алексей Шпагин поясняет, что в данном случае банк идет на явное нарушение закона: блокировка банковского счета без подтверждения полномочий «нового руководства» в лице Крылевского А.А. (с предъявлением действительной выписки из ЕГРЮЛ) — неправомерна. В то же время, сотрудников “Индустрии-Реестр” едва ли, по его мнению, удастся привлечь к уголовной ответственности по новым, «антирейдерским», статьям УК — закон, устанавливающий наказание, не может иметь обратной силы.

История захвата “КП” еще будет иметь продолжение. Но ряд вопросов в связи с ролью Московского Индустриального банка возникает в любом случае. С ведома ли лично Арсамакова происходил сговор “Индустрии-Реестр” с рейдерскими структурами? Почему сотрудники банка — в нарушение всех правил — помогают рейдерам лишить предприятие операционных средств, заблокировав его расчетный счет? Что значит “гранитное” слово Абубакара Арсамкова и нет ли его прямого интереса в успехе рейдеров?