"Когда ты женился на женщине гораздо младше тебя, ты знал, на что идешь."

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Светлана Маниович мужу: "Когда ты женился на женщине гораздо младше тебя, ты знал, на что идешь"

Открыть первый бутик в "Метрополе" ей помог вовсе не муж, как принято думать, а друг. Друга звали Антон Малевский

© Tatler, ноябрь 2008, Не плачь, не бойся, не проси

Снежана Горяминская

Converted 27903.jpg

Весенние школьные каникулы прошлого года Саша, дочь Светланы и Михаила Маниовичей, собиралась провести в гостях у подруги в Киеве. На паспортном контроле в Шереметьево-2 сопровождавшей ее маме объяснили, что никуда они не полетят, так как девятилетней Александре и ее брату Михаилу, четырех лет, их отец запрещает выезжать за пределы Российской Федерации. Таможенники подкрепили сообщение официально заверенным письмом отца детей.

В настоящее время московские суды рассматривают несколько дел, возбужденных по искам Маниовичей. Уголовные — о клевете, ложном доносе и о защите чести и достоинства — после публикаций в интернете, согласно которым Света «заказала» бывшего мужа питерским бандитам. Гражданские — о снятии запрета на выезд детей за рубеж и разделе совместно нажитого за двенадцать лет брака имущества.

Так как подписание брачных контрактов у нас в стране все еще считается дурным тоном, расставшиеся пары, которым есть что делить, как правило, делят все, включая детей. Российское законодательство в таких случаях крайне лояльно к матери, поэтому обиженному отцу, дабы отсудить право опеки над детьми, приходится пускаться во все тяжкие. В ход идут слезы, угрозы, иконы, законы, друзья и враги семьи.

Разлад в семье Маниовичей разбил светскую Москву на два лагеря — кто-то встал на сторону Светы, кто-то пошел по судам с Михаилом. Так, известный коллекционер и арт-дилер Емельян Захаров стал свидетелем по делу об опеке детей Маниовичей. От комментариев журналу Tatler господин Захаров отказался: «Я против публичных дрязг». Показания его в суде в целом сводились к тому, что Светлана — плохая мать: не сопровождала детей в семейных поездках.

«Он, глядя мне в глаза, заявил, что меня не было там, где я была в его присутствии», — выразительно смотрит на меня Светлана. «Я к нему нормально отношусь, несмотря ни на что. Там просто серьезная финансовая зависимость. Михаил под его консультацией собрал обширную коллекцию современного искусства. Мой бывший муж и contemporary art были бесконечно далеки друг от друга, но Емеля смог так Михаила увлечь — он блестящий рассказчик, — что сейчас Маниович с большим азартом скупает Херста и братьев Чепмен».

Сама Светлана, лично познакомившая «сто лет назад» бывшего мужа с Емельяном, как не разделяла страсти к современному искусству, так и никогда не обращалась за консультациями к Захарову. Ее часть семейной коллекции — полотна русских реалистов Левитана, Жуковского, Поленова, Васнецова — приобреталась без Емельяновой помощи. Кто из супругов рисковал больше — доверчивый Михаил или Светлана, покупавшая в сегменте, перенасыщенном фальшаком, — неизвестно. Также пока не ясно, как суд разделит между бывшими супругами арт-объекты общей стоимостью в несколько миллионов евро.

Совершенно не хотелось устраивать на страницах Tatler ристалище. После первых пятнадцати минут разговора со Светой стало очевидно, что опасения были напрасны. Мы встречались трижды и проговорили в общей сложности часов пять. За это время она не обронила ни слова о том, какие именно подробности сопровождали ее длительный и мучительный развод, и мягко упирала на то, что ни с кем не конфликтует: «О бывших либо хорошо, либо ничего».

Света вышла замуж за Маниовича в двадцать два года, он старше ее на шестнадцать лет. «Думаю, в нашей жизни был этап, когда ему было бы не грех и на дискотеки со мной походить. Михаил любил повторять: «Когда ты выходила за человека много старше тебя, ты знала, на что идешь». Пока однажды не услышал: «Когда ты женился на женщине гораздо младше тебя, ты тоже знал, на что идешь». Если у супругов шестнадцать лет разница в возрасте, есть только один способ сохранить гармонию в браке — младшему ментально стремиться к старшему, а старший, в свою очередь, должен физически ориентироваться на младшего, уверена Света.

Чтобы получить развод в прошлом июне, Светлане Маниович, в девичестве Захаровой, пришлось потратить три с половиной года. Столько времени длится ее роман с Тимуром Ивановым, зампредседателя правления «Интер РАО ЕЭС».

«Вы неспроста нас снимали в Сочи, после того как отец закрыл детям выезд из страны, мы с Тимуром ищем альтернативные места отдыха, потому что без детей отдыхать немыслимо. Не знаю, чем руководствовался Михаил — никто никуда не бежал, никто ни от кого никого не скрывал. Комизм ситуации в том, что Маниович находится в России по визе, он гражданин Израиля».

Михаил — одессит, в детстве эмигрировавший с родителями из СССР. Как только восстановились дипломатические отношения между Россией и Израилем, он стал сюда наезжать, сначала по специальности — как адвокат, смотреть, что здесь можно предпринять. В начале девяностых можно было все, и Михаил занялся бизнесом — полиграфией. Светлана стартовала в той же области — там и встретились. На момент знакомства двадцатилетняя студентка факультета мировой экономики Финансовой академии была финдиректором в компании «Х.Г.С.», тогда лидере на рынке полиграфии. Отчасти этот карьерный спринт объяснялся тем, что в то время «фирмы существовали на уровне гендиректора и главбуха, финансистов в стране практически не было. Ребята начинали работать по профилю чуть ли не с первого курса, — вспоминает Светлана, — выше всех поднялся мой однокурсник Володя Рашевский, когда-то был главой МДМ-Банка, сейчас — глава совета директоров СУЭКа».

Маниович — одна из немногих хозяек бутиков с профильным, то есть финансовым образованием. Открыть первый бутик в «Метрополе» ей помог вовсе не муж, как принято думать, а друг. Друга звали Антон Малевский, в 2001 году он разбился, неудачно прыгнув с парашютом. «Это была самая большая потеря в моей взрослой жизни. Вы, естественно, начнете гуглить, и на вас много чего вывалится, — Маниович сжимает губы. — У меня к вам просьба: ни с чем, кроме уважения и бесконечной благодарности с моей стороны, его фамилия в тексте ассоциироваться не должна». Мы, естественно, прогуглили, и все любопытные вольны проделать то же самое.

«Был 1994—1995 год, я вышла замуж, училась в аспирантуре, жила между Тель-Авивом и Москвой. Довольно быстро поняла, что вольнонаемницей мне быть неинтересно, стала партнером Малевско-го, а через несколько лет модная часть бизнеса перешла полностью ко мне».

Первыми брендами, которые Света привезла в бутик, были Blumarine и Yohji Yamamoto. Нет пары более контрастной и лучше характеризующей два основных типа женщин начала девяностых. Сама Света носила Yohji Yamamoto. А до этого — «Versace, как все, — ну что я буду врать!»

Взявшись позднее за Roberto Cavalli, она выступала как brand ambassador — выходила в свет в его платьях, красиво и часто. Когда эксклюзивный контракт передали другой компании, Маниович была беременна Майклом — лезть на баррикады не было ни сил, ни желания.

Закончив кормить Майкла, она отправилась в Милан на показы, где увидела первую женскую коллекцию DSquared2 и в прямом смысле первая добежала до шоу-рума. Что было дальше, мы знаем. Со вторым привезенным тогда же брендом, Luisa Beccaria, вышла осечка — «Московская публика категорически неромантична. Здесь все подчинено стрессу и сексуальности, которая хорошо продается».

Converted 27904.jpg

Белые тугие плавки DSquared2 с черной молнией, гавайская рубаха, бронзовый загар — вице-президент «Атомстройэкспорта» Тимур Иванов встречает съемочную группу Tatler на сталинской даче в Сочи. Света и дети тоже одеты патриотично — в DSquared2. Десятилетняя Саша одобряет мишку Chopard на груди у нашей стилистки: «Ой, у меня такой же есть!» Чуть позже, когда Александра объяснит, что мечтает стать дизайнером, и без пауз перечислит любимые марки одежды — Hello Kitty и Louis Vuitton, стилистка поймет, что это не у ребенка взрослые игрушки, а у нее игрушечный кулон. Пятилетний Майкл (Света американизировала имя сына, чтоб избавиться от ненужных повторов) вышел к собравшимся с вопросом: «Где Тимур?» Оба ребенка на протяжении двух суток, что длилась съемка (пока Иванова срочно не выдернули прямо с пляжа на службу), висели на Тимуре елочными игрушками. Общаются ли Александра и Майкл с Сашей, сыном Тимура от первого брака? «Он слишком маленький, ему пяти лет нет, — отвечает Иванов. — Ему пока еще ничего не объясняли. Мы хотим сделать это как можно деликатнее». Из своей семьи Иванов ушел предельно деликатно. «Я о таком рыцарстве по отношению к себе со стороны бывшего мужа могу только мечтать, — улыбается Света, — за все приходится бороться».

Справедливости ради — бороться пришлось не только ей. Ее бывший муж что есть мочи старался ее удержать, влюбить в себя снова. Похудел на сорок килограммов. Первый раз в жизни занялся спортом. «Он действительно делал все, — признает Света, — но было поздно».

«Я впервые увидел ее на подиуме, на показе Fresh Art», — Тимур гладит Свету, как кошку, между лопаток. Мы сидим в Prado cafe, Света в черном шелковом комбинезоне с открытой спиной, щурится: «Мы с подругой опаздывали и побежали к своим местам прямо по подиуму». Тимур сидел через человека от нее, пытался поймать взгляд — не вышло. Потом через общих знакомых начал заманивать ее на деловую встречу. И через две недели преуспел. Часть деловых интересов атомщика Иванова — в издательском бизнесе. Света пришла-таки к нему в офис с дельным советом по поводу запуска очередного журнала мод. «Помню его триумфальное появление с букетом цветов». «С тех пор я дарю ей цветы каждый день. Неподъемные букеты, по сто цветов минимум. Однажды прислал корзину, где был пятьсот один тюльпан». «И еще там всегда были правильные стихи, — добавляет Света, — некоторые Тимур написал сам».

Иванов возил Свету по средневековым итальянским палаццо под Римом, Венецией и Сиеной, устраивал ужины под виолончель на площадке, усыпанной розовыми лепестками в Нескучном саду. «Мы там часто гуляли, целовались как пэтэушники. И на позапрошлый день рождения Тимур устроил мне сюрприз: мы в белом шатре со свечами, а вокруг по-прежнему целуются такие же счастливые пэтэушники».

Тимур на пару лет младше Светы и, влюбившись в нее, совершил поистине олимпийский карьерный прыжок. Выпускник факультета ВМК МГУ на момент знакомства был советником исполнительного директора концерна «Росэнергоатом». Сегодня он зампредседателя правления «Интер РАО ЕЭС» (импорт электроэнергии за рубеж) и первый вице-президент «Атомстройэкспорта» (сооружение атомных станций за рубежом) . Тимур, как и Света, начал работать во время учебы — в банке «Ренессанс-капитал». «Где-то через полтора года я со своим руководителем-англичанином создал компанию, которая занималась банковским программным обеспечением для торгов на рынке ценных бумаг». Далее Иванов занялся лицензированием технологий, а в 1998 году приступил к госслужбе в Министерстве по атомной энергии.

Как ему удалось так ускориться? «Кое-кто из моих друзей считает, что я приношу удачу», — подмигивает Света. Ну, учитывая бесспорное финансовое процветание и Михаила, и Тимура, это мнение имеет право на жизнь. Хотя можно изложить и по-другому: «Любовь к женщине является достаточно серьезным испытанием для самолюбия мужчины. А это ведь очень мощная движущая сила для них. Когда включается такой challenge, наверное, они просто делают невозможное».

Кое-что из сделанного припарковано в нескольких метрах от нас на Славянской площади — Света домчала Тимура к месту интервью на новом вороном Aston Martin с белым салоном. «Подарок на день рождения, проехали сегодня первые пятьдесят километров». Тем, кто не в курсе, в чем challenge, поясню: до развода Света каталась на красной Bentley, первой в Москве. Куда мог пересадить ее Тимур? Только в машину Бонда.

На семью у них сейчас автопарк из дюжины авто и пары мотоциклов. Двухколесные игрушки стоят в гараже — Тимур сильно разбился на мотоцикле, когда Света уходила на полгода обратно к мужу. «Его Бог спас, учитывая масштаб катастрофы, сотрясение мозга и несколько травм — ничто, по сравнению с тем, что могло быть». Каково это — жить на два дома? «Самый страшный период в моей жизни. Безумно счастливый и такой же тяжелый. Я сделала все, чтобы сохранить ту семью, порвав полностью отношения с Тимуром, вернулась к бывшему мужу. Но в какой-то момент поняла, что сделала несчастными абсолютно всех вокруг себя! Уж если идти на жертвы, должен же быть хоть кто-то от этого счастлив?! Маниович никак не желал расставаться, а я все те семь месяцев пыталась объяснить ему невозможность нашего дальнейшего совместного проживания. В конце прошлого года та жизнь наконец закончилась и началась новая — я ушла, забрав только детей, иконы и одежду». Тимур спрессовал вышеописанную драму в пять слов: «Я за этот год поседел».

Предложение он сделал Свете в церкви деревни Сычевка под Смоленском в конце декабря. Кольцо Daniel К с бриллиантом в десять каратов за сутки до этого доставили из Нью-Йорка. Свадьбу планируют на весну следующего года.

Настоящую русскую женщину жизнь не учит ничему — брачный контракт Света и на этот раз подписывать не намерена. Я интересуюсь, к чему рисковать, если можно сразу все обозначить. Хотя бы то, что касается детей, — оба молоды, скорее всего, появится общий ребенок. Тут упрямая и рассудительная Светлана сконфузилась и обмякла: «Я над этим вопросом не думала, несмотря на нынешнее свое положение». «Ну так подумайте, Свет. Неужели не подпишете, даже если Тимур предложит?» «Я считаю, в личных отношениях надо рассчитывать на благородство. И потом, мое все равно будет моим, — в голосе слышен металл. — Можете мне говорить что угодно. То, что мне положено, я получу! Мне, по совести, в том браке принадлежит половина. Я не буду за это биться, бороться, даже не буду этого хотеть — но все равно получу».