"Обувной" бизнес измайловской группировки

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

origindate::11.12.2003

«Обувной» бизнес измайловской группировки

Николай Патрикеев

Когда говорят, что бандиты девяностых прошли как явление, легализовавшись и цивилизовавшись в качестве «авторитетных бизнесменов», это лишь половина правды. Другая половина заключается в том, что бандитская инфраструктура – криминальные «крыши», связи в правоохранительных органах, схемы отъема денег и другие методы работы с клиентами - не только остались в резерве на всякий случай, но используются весьма активно и поныне. Деятельность подмосковного бизнесмена-обувщика Александра Петренко (ему принадлежит обувной завод, но и второй смысл слова «обуть» здесь вполне уместен), связи которого c Измайловской ОПГ почти не скрывается даже им самим, -- прекрасный тому пример. Петренко со товарищи не грабит банки пистолетом в руке, а действует уже как бы «по-новому». Однако смысл его деятельности от этого не меняется.

Как нам стало известно, четыре российских банка, среди которых Среднерусский банк Сбербанка России, «МДМ-банк», «Лефко-банк» и «Эргобанк», собираются обратиться в Генпрокуратуру по поводу деятельности г-на Петренко, заключающейся в незаконном присвоении кредитов, вернуть которые еще ни у кого из его кредиторов не получалось. Инициатором обращения выступает «Эргобанк», оценивающий свой ущерб в 25 млн. руб.

История его отношений с Петренко вкратце такова. В 2001 году бизнесмен, представившись владельцем крупного холдинга обувных и кожевенных предприятий, а также модельного агентства в Италии, обратился в «Эргобанк» за кредитом. Он заявил, что нуждается в обслуживающем банке, поскольку находится в состоянии конфликта с предыдущим кредитором, «МДМ-банком». Объяснение причин конфликта, которое дал Петренко, весьма характерно – банк якобы стремится поглотить его бизнес. Стандартная бандитская логика, которой руководствуется в своем «бизнесе» этот человек, похоже, полностью определяет его представления о жизни, в рамках которых не существует честного, открытого бизнеса, а есть лишь бизнес теневой и предельно агрессивный. Вне зависимости от того, действительно ли «МДМ-банк» проявлял некие поползновения к захвату обувных предприятий Петренко, важно, что жизненная среда, в которой функционирует бизнесмен, наполнена для него разного рода «захватчиками» и «поглотителями», одним из которых он, собственно, и является. Воистину - бытие определяет сознание.

Кредиты, подконтрольные коммерческим структурам Петренко и его делового партнера Андрея Богачева, в «Эргобанке» были получены, причем неоднократно. Некоторое время партнеры их даже погашали – впрочем, крайне неохотно. Устойчивое нежелание обувщиков возвращать долги породило у руководства банка некоторые сомнения относительно их биографий, дабы развеять которые, оно стало наводить о бизнесменах справки. Когда информация о Петренко и Богачеве была получена, в «Эргобанке» ужаснулись. Но было уже поздно.

Процесс возврата кредитов был быстро прекращен. Естественно, по инициативе заемщиков. Кредиты выдавались под залог недвижимости и оборудования, однако арест залогового имущества оказался под угрозой срыва – Петренко сегодня старается вывести ее из-под ареста с целью дальнейшей продажи. Для этого в Арбитражный суд Москвы, где находится иск «Эргобанка» о принятии обеспечительных мер, представляются подложные документы: отказ от иска за подписью несуществующего представителя фирмы, аффилированной с «Эргобанком»; банковская гарантия, выданная Петренко Московским городским коммерческим банком промышленности строительных материалов, у которого Центробанк еще в 2000 году отозвал лицензию на осуществление банковских операций. Гарантии этого умершего банка Петренко использовал и в других случаях.

Сегодня Петренко в отношении «Эргобанка» осуществляет один из последних этапов своей криминально-универсальной схемы. Полностью схема, от которой пострадали уже многие кредитные организации, выглядит так. В банке, выбранном на роль жертвы, появляется «сам» и через рядовых сотрудников знакомится с руководством банка, представляясь удачливым бизнесменом «с хорошими оборотами». Затем открывает счета двух-трех десятков фирм. Прогоняет через них приличные средства. Банк, усыпленный видимой успешностью бизнеса Петренко, соглашается выдать ему кредит под залог недвижимости, чаще всего в Московской области. Договоры залога регистрируются в Московской областной регистрационной палате. Некоторое время обслуживание кредитов осуществляется нормально, потом начинаются перебои. Когда банк начинает проверять заложенное имущество, такового не оказывается. Вернее, оно, конечно, существует, но уже несколько раз продано третьим лицам, по закону являющимся добросовестными приобретателями. Как это могло произойти при действующих договорах залога, мы уже видели - путем предъявления в арбитражные суды фальсифицированного письма из банка-кредитора, в котором значится: «В связи с полным погашением всех кредитов просим снять обременение…» Именно по такой схеме Петренко «развел» Сбербанк, «МДМ-банк», «Лефко-банк». Общая сумма его прибыли составляет не менее 15 млн. долл. Сегодня он пытается заработать на «Эргобанке» и – новейшая информации – комбанке «Местный кредит». Получится?..

Когда Петренко узнал, что «Эргобанк» не только пытается в судебном порядке вернуть свои кредиты, но и в координации с другими пострадавшими от него банками собирается обратиться в прокуратуру, он пришел в ярость. Ответные его действия не отличаются оригинальностью, зато в сегодняшней России неизменно демонстрируют свою эффективность. Первым делом обувщик позвонил в «Эргобанк» и в ультимативной форме с угрозами физической расправы и крупных неприятностей для банка (маски, как видим, сорваны, бизнесмен в нем окончательно превратился в бандита) потребовал полной капитуляции. Когда таковой не последовало, задействовал связи в арбитражных судах, правоохранительных органах и, наконец, в криминальной среде.

Петренко принадлежит частное охранное предприятие, ООО «Рубеж-Гольфстрим», связанное с «измайловскми». Петренко сразу же после школы влился в ряды «измайловских», несколько раз был под следствием, позже завел собственный обувной бизнес, на одном из его предприятий в подмосковном Талдоме специально для «измайловских» оборудован рекреационный центр. Собственно, «братки» из таких ЧОПов сегодня служат последним аргументом в «споре хозяйствующих субъектов». Пока же Петренко – знак времени - решил использовать другие рычаги воздействия на своих кредиторов, более цивилизованные, но, как оказывается, не менее действенные.

Ему удалось заморозить рассмотрение в Московском арбитражном суде дела, связанного с невозвратом «Эргобанку» кредитов. Он сумел застопорить в ГУВД Московского области расследование своих угроз в отношении руководства «Эергобанка» (следователь ссылается на указание руководства). Наконец, по заявлению Петренко началось расследование деятельности руководства «Эргобанка» по факту мошенничества в отношении… самого Петренко. Кроме того, в банке начались якобы плановые масштабные проверки соответствующих органов. Пока проверяющие ничего противозаконного не нашли, однако это и не является их целью. Как заявляет председатель совета директоров «Эргобанка» Валерий Мешалкин, в частных разговорах следователи настойчиво советовали ему отказаться от своих претензий к Петренко. Мол, проблем у банка не будет только в этом случае. Таким образом, если Мешалкин будет стоять на своем, что-нибудь найдут обязательно.

Масштаб задействованных Петренко ресурсов позволяет говорить о том, что его «бизнес» имеет разветвленную и могущественную «крышу». И если это так, то речь идет уже об организованной группировке, в которой он едва ли представляет высшее звено. Самое неприятное заключается в том, что Петренко может оказаться всего лишь одним из рядовых представителей невидимого криминального фронта. Собственно, это тоже знак времени - вчерашние ларечники, палаточники и «измайловские обувщики», пройдя этап первоначального накопления преступных капиталов, успешно инвестировали во власть, которая с радостью приняла их в свои объятья. Это, конечно, создает им видимость респектабельности и цивилизованности. Однако власть лишается этих характеристик начисто.