"Они слова держать не могут". Жертва внутрипартийной чистки делится деталями процедуры

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Пьяный Сергей Миронов угрожал Шаргунову избиением и подбросом наркотиков, после чего предложил более $1 млн. за заявление о выходе из тройки

"Они слова держать не могут"

[page_21638.htm#1 Жертва внутрипартийной чистки делится деталями процедуры]

***

Оригинал этого материала
© "Русский журнал", origindate::20.10.2007, Фото: blogik, Детский мир. Последний гвоздь

Павел Смоляк

Converted 25416.jpgОт редакции: нам поступил текст, подписанный другом Сергея Шаргунова, известного молодого политика, исключенного 19 октября из первой тройки партии "Справедливая Россия". Очевидно, что этот текст - своего рода документ, отражающий не только мнение автора, но и настроение главного героя истории. "Русский журнал" не занимает в этом конфликте ни одну из сторон: ни сторону тех, кто вычеркнул Шаргунова из списков, ни сторону самого Сергея, который длительное время сотрудничал с нашим изданием в качестве автора. Тем не менее, история, которую рассказывает Сергей в своих многочисленных интервью, и которая излагается в статье его товарища, кажется совершенно фантастичной. Нам бы хотелось узнать свое мнение о происшедшем и противоположной стороны, чтобы составить более-менее объективную картину этого, прямо скажем, неординарного события. До тех пор в истории с исключением Шаргунова из списков "СР" слишком много неясного, чтобы делать хоть какие-то выводы.

В руководстве партии "Справедливая Россия" пошли на беспрецедентный шаг: из федеральной тройки был исключен лидер движения "Ура!", молодой писатель Сергей Шаргунов. Я до самого конца не верил, что Миронов пойдет на столько откровенно убийственный шаг, что он сможет фактически пустить пулю себе в висок, потянув за своим дряблым телом десяток авторитетных и любимых в народе людей.

А еще месяц назад партия "Справедливая Россия" была сильной, внушающей доверие политической силой. В партию шли известные актеры, музыканты, политики, экономисты, юристы. Казалось, что партия станет лучезарным цветником, где плюрализм мнений будет превыше директив, который идут из управления внутренней политики Администрации Президента.

Я видел на съезде "Справедливой России" Евгения Ройзмана. С ним старались не говорить, обходили его, как чумного. Он в одиночестве бродил по коридорам Российской академии госслужбы при Президенте РФ, наверное, это "при Президенте" большего всего нравилось Сергею Миронову на том эпохальном Съезде. Ройзман постоянно звонил по телефону, беседовал и до конца не верил, что партия, которую он вывел в лидеры в Свердловской области может его банально кинуть, хлопнув дверью без объяснений причин.

Депутат Госдумы Александр Лебедев, с которым, по слухам, беседовал сам президент Путин, держался тогда уверенно, позволял себе улыбаться и шутить. Его три с половиной миллиарда видимо обеспечили некую неприкосновенности. Второго Ходорковского власть бы не выдержала, да и к Путину у Лебедева особых претензий не было, лишь Лужков, как известно, его давнишний враг. Путин поступил мудро и пообещал место в Совете Федерации, а через несколько дней и из московской мэрии пошли факсы с просьбой заняться в столичном правительстве проблемами пробок на дорогах. Лебедев предложение охотно принял и на общественных началах приступил к работе. Но осадок остался.

С Сергеем Шаргуновым на Съезд мы ехали вместе. До самого утра 23 сентября было не ясно включат ли Сергея в список или нет. До последний минуты шли согласования в Администрации Президента, и полуночный звонок президента Владимира Путина дал Миронову зеленый свет. Конечно, никто не мог поверить, что молодого человека смогут включить в федеральную тройку "второй партии власти".

На следующий день в интернете, в печати, на радио стали сыпаться тонны лживого компромата. Сергея обвиняли во всем, обильно цитируя его книги, которые снискали популярность. Его книга "Малыш наказан" получила премию "Дебют" и государственную премию г. Москвы. Теперь же эта и другие книги стали, по мнению неизвестных авторов, позором России.

И три недели назад я виделся с Сергеем. Тогда появилась информация, что его могут исключить из федеральной тройки. Мало кто знает, что самые справедливые партийцы запирали Шаргунова в своих огромных кабинетах, заставляя писать отречение от борьбы за депутатский мандат. Когда Сергей не сломился под уговорами главного идеолога партии, в ход пошла тяжелая артиллерия в виде спикера Совета Федерации. Шаргунов был вызван в кабинет главы верхней палаты, где поддатый законодатель откровенно угрожал Шаргунову: предполагал, что у него, у Шаргунова, вдруг могут найти наркотики, что его могут избить в подъезде, после чего на бумажке с российским гербом нарисовал сумму с шестью нулями и значком американской валюты.

Сергей кинул бумажку в лицо Миронову и ретировался.

Тогда Миронов не посмел исключить Шаргунова и заверил всех, что молодой писатель останется в писках партии "Справедливая Россия".

Сегодня мы узнали цену слова Сергея Михайловича Миронова.

Революции не будет, писал когда-то сам Шаргунов. И сегодня, думаю, он не изменит своим словам. Действительно, той революции, которую нам пытаются втюхать маргинальный политики вроде Лимонова или Каспарова, не будет. Власть подталкивает серьезных, адекватных политиков, которые были готовы сотрудничать с властью, помогать и конструктивно оппонировать чинушам, к решительным действиям. Это и Похмелкин, которого в той же "Справедливой России" заменили на актера Золотухина, тот же Розйман, который является признанным авторитетом у себя на малой родине, это и тот же Шаргунов, который не будет мириться с откровенным издевательством и предательством.

Нож в спину от Миронова был ожидаем. Только еще верующие в честное слово третьего человека в государстве были уверены, что тот никогда не возьмет свое слово обратно: поступит, как мужик. Но в Миронове нет давно ничего мужского. Как-то руководитель Федеральной антимонопольной службы Игорь Артемьев, который начинал свою карьеру в одном Законодательно Собрании сказал мне: "Не понимаю, что с Серегой случилось. Он как в Москву перебрался, сразу отупел". Позволю здесь кивнуть министру.

Совершенно ясно, что теперь Сергей Миронов в глазах своих соратников, тем более в глазах врагов партии и политических оппонентов, будет красоваться только в лике клоуна. Спикер может дальше продолжать вылизывать все части тела великих мира сего, молить небесные силы, чтобы у трона остались так ему любимые государственные мужи. Только порой нужно думать о будущем, нужно понимать, что все мы живем в одной стране, что все мы не любим обманываться, не смотря на то, что иначе гласил классик. Миронов сегодня вбил последний гвоздь в крышку гроба собственной партии. Четвертый гвоздь. До этого были Лебедев, Ройзман и генерал Варенников. Три монолитных гвоздя, которые должны были венчать крышку гроба "Единой России".

И пусть спикер знает. Свеча за упокой его срамной партии уже горит в одной из петербургских часовенок. Я ее лично погрузил в расплавленный воск.

***

Оригинал этого материала
© "Независимая газета", origindate::22.10.2007

Шаргунов: они слова держать не могут

Жертва внутрипартийной чистки делится с "НГ" деталями процедуры

Евгения Яковлева

Лидер движения «УРА!» Сергей Шаргунов в пятницу был удален из первой тройки партии «Справедливая Россия». Сегодня эсэры представят в ЦИК новый список – из двух человек. Жертва внутрипартийной чистки делится с «НГ» деталями процедуры.

– Сергей, вас предупредили заранее о готовящемся решении президиума политбюро?

– Меня никто не пригласил на этот президиум, даже не уведомили о том, что он будет. О том, что все состоялось, я узнал от знакомых и из СМИ. Грустная история, но я абсолютно не грущу. И, может быть, это и хорошо, что я выпутался. Зачем связываться с такими людьми? Они открыто продемонстрировали, что нет границ их подчинению, нет предела их зависимости.

– Вы говорили в прошлом интервью «НГ» о том, что в партии вам советовали снять свою кандидатуру, но не захотели тогда детализировать эти беседы. Сегодня можете о них рассказать?

– Это длилось две недели. Они говорили: есть установка, и мы не можем ее нарушить.

– Вам говорил об этом Николай Левичев?

– Конечно. И Миронов тоже. Они требовали от меня снятия кандидатуры. Собственно говоря, суть пятничной формулировки в том, что я не справился с возложенной на меня задачей.

– Точнее, с «грузом ответственности». Что имелось в виду?

– Ответственность состояла в том, что я должен самостоятельно покинуть федеральный список. Миронов сказал: есть давление на партию, и мы должны принять это решение. И все без всяких дискуссий подняли ручки.

– Никто не попытался возразить?

– Ну, я за это их не осуждаю, потому что, насколько знаю, была репетиция на предыдущем президиуме. Тогда достаточно театрально выступила Людмила Нарусова, напомнила, что я когда-то что-то говорил в адрес президента. Кстати, туда меня тоже не приглашали. Мне их искренне жалко, руководство партии показало, что они никакие не политики. Они своих людей отстоять не могут, слово держать не могут, они аппаратчики, причем находящиеся в полном подчинении тем, кто им отдает команду. То есть говорить о том, что это партия, независимый субъект, не приходится.

– Вы упоминали об угрозах физической расправы со стороны руководства партии. Это действительно так – и в чем они выражались?

– Это так. Но я очень не хотел бы развивать эту тему по простой причине: что сейчас можно доказать? Во-вторых, я решил не сводить никаких счетов с партией. Это было бы мелко и неумно с моей стороны – воевать с партией во время электорального цикла. Я думаю, граждане сами разберутся. А то, что были посулы и угрозы, – это ведь признак слабости, поэтому можно им только посочувствовать.

– Какая сумма была обещана?

– Большая.

– Со сколькими нулями?

– С шестью.

– Миллион?

– Больше.

– Что теперь вы будете делать?

– Понятно, что я не собираюсь куда-то шарахаться, меняться, стремительно привыкать к каким-то политическим силам. Я буду оставаться самим собой, буду писать. Я, кстати, собираюсь написать книжку до Нового года.

– О чем?

– Она будет художественная, но при этом я хочу рассказать про этот отрезок в жизни.

– Там будут выведены современные политики?

– Можно сказать и так. Просто хочу поделиться опытом. Думаю, это будет любопытно читателю. А куда-то бежать... Нет. Оставаться самим собой, писать, говорить то, что думаю, – вот и вся моя программа на ближайшее время.

– А как теперь быть с молодежным движением «УРА!»?

– Оно не молодежное, оно вполне зрелое. Я получил сотни звонков и писем поддержки. Ребята все со мной, все поддержали по всей стране. Сложно теперь без всякого финансирования, как личного, так и финансирования организации, но ничего страшного. Главное, организация будет жить как независимое движение.

– А что, было принято решение и о роспуске «УРА!»?

– Нет, такого решения не было, но через несколько часов после президиума баннер движения был убран с сайта партии.

– Независимое движение не может долго плавать в таком автономном режиме...

– Вы знаете, люди достаточно готовы работать просто за идею, поэтому я думаю, что основной костяк, безусловно, останется. Те, кто верил мне, они также будут со мной, а дальше посмотрим...

– Пока не избрали себе старшего политического партнера?

– И не стремлюсь к этому. Моя цель – честная жизнь. Что касается выборов, то я не хочу никого призывать за кого-то голосовать. У меня есть такое ощущение, что выборы все больше напоминают профанацию.

– Ваша поддержка, может быть, пригодилась бы праволиберальным структурам?

– Мое мнение, что для сохранения доброго имени было бы правильно не шарахаться. Гораздо правильнее сейчас не агитировать во время избирательной кампании, а просто подождать, выдержать благородную паузу.

Пока я не собираюсь примыкать ни к какой политической силе. Тем более политика у нас в стране так анекдотично сворачивается, что есть большой вопрос нужно ли участвовать в этом анекдоте.

***

Осень кандидата

«О, прикрой свои бледные ноги!» –
Дань декадансу и мускулатуре.
Вам прикроют долларовыми банкнотами
Пальцы, стучащие по клавиатуре.
Стукач не напишет романа!
Но, уныло в книге моей копаясь,
Он придумает гопника и наркомана,
И застучит его длинный палец.
Я бы палец тебе сломал
И всю пятерню анонима.
Отрабатывая смердящий нал,
Ты строишь мне что-то вроде нимба.
Россия оклеветанных любит,
Надо мной мистическое свечение.
Меня поддерживают простые люди,
Отказываясь становиться чернью.
Я знаю автора и звоню: «Алло!»
Я, как совесть, бужу его дождливой ночью.
Он в трубку бухтит: «Серег, тяжело.
Но приказ есть приказ. И за все уплочено».
А наутро опять – статья.
Вот уже первертом обозвали сатрапы.
А у меня – здоровая семья.
И сын мой будет гордиться папой.
Пишут, что зоофил я и марсианин
И меня изгонит первое лицо.
Что ж, уеду за город. И сельской ранью
Полюблю котенка, выйдя на крыльцо.
Молочка налью – угощу котенка.
Пусть хотя бы он не вкушает горечь.
Дождь стучит, как клавиши, зло и звонко.
И сквозь дождь уходит поэт-попович...

Сергей Шаргунов