"Перед мордой того журналиста поставь тот счет, а потом пойди в суд!"

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Оригинал этого материала
© "Украинская правда", origindate::27.07.2005

Виктор Ющенко о скандале с сыном: "Перед мордой того журналиста поставь тот счет, а потом пойди в суд!"

Converted 19363.jpgВ понедельник во время пресс-конференции президент Украины Виктор Ющенко прокомментировал [page_17122.htm скандал вокруг машины BMW M6] и других предметов роскоши, которыми пользуется его сын Андрей. "Украинская правда" приводит расшифровку ответа главы государства. От себя лишь добавим, что это наихудший комментарий, который мог прозвучать в этой ситуации.

Журналист "Украинской правды": Виктор Андреевич, вопрос не по теме сегодняшней пресс-конференции...

Ющенко: Интересно, почему?

Журналист "Украинской правды": Потому что это хорошая возможность спросить... Вопрос касается темы, о которой сейчас много говорят – о сыне президента, каким он пользуется автомобилем и другими техническими средствами, довольно дорогими... И вопрос относительно нравственности – морально ли в такой стране пользоваться такими вещами?

Ющенко: Понятно.

Журналист "Украинской правды": И еще один вопрос...

Ющенко: Благодарю! Благодарю! Достаточно. Один вопрос! Ты и так его задал, что мне нужно полчаса, чтобы на него ответить...

Знаешь, я в своей жизни прошел дорогу, которая начиналась с тем, на которых сидели люди не больше полгода, а потом попадали в тюрьму. Потому что, как правило, воровали... Вот я прожил профессиональную жизнь в такой системе, где многих моих коллег нет или еще не вернулись из тюрьмы.

У меня никогда не было проблем с законом. Я хорошо знаю, что ты должен передать своему сыну не подушку, не готовую карьеру, а чувство, что только ты должен делать сам себе свою карьеру.

Жаль, что ты не отец, и тебе тяжело мои чувства сравнить, но я попробую их проиллюстрировать. Идет избирательная кампания... Моего сына сбивают. Два месяца он лежит в больнице. Из больницы он выходит не с таким лицом, как я – но его полгода друзья не будут узнавать... Я это получил как первое предупреждение. Безусловно, это предупреждение по мне, Андрей там не при чем.

Первая машина, которая за кредит оформлена, разбитая стоит на стоянке. И я знаю, что эти средства моя семья и он ни с кого не взыщет. После этого и случилось... Я ему говорю: "Сын, это не шутка". Через восемь месяцев я получил то, что я получил. Потому что это не шутки были...

Это моя семья заплатила за то, что мы называем шагом свободы, эмоциями независимости. Я ему сказал: "Было бы хорошо, чтобы у тебя была охрана. Не государственная, частная... Чтобы возле тебя был человек – если тебя собьют, чтобы хотя бы был свидетель – кто это сделал".

Мой сын имеет дело. Бизнес, я имею в виду... Дело, которое дает право ему оплатить охрану, у него есть работа в консалтинговой фирме и еще там ряд тем он ведет. Честно, к которым я давно его побуждал: "Сын, босыми ногами иди по снегу и зарабатывай". И он это делает. Это небольшие деньги, но достаточные, чтобы заплатить аренду автомобиля и услуги внештатного негосударственного охранника.

И, благодаря прессе, мы теперь знаем, что он без оружия... Это просто его коллега, который ходит возле него...

(Обращается к журналисту) Я не знаю, что здесь проанализировать, в чем мне покаяться перед тобой, перед...

Журналист "Украинской правды": Расскажите правду, это машина его или он взял покататься?...

Ющенко: Это не его! Я тебе говорю, он платит за аренду! Ты слушай, пожалуйста, что я минуту до этого сказал. Его средств хватает, чтобы платить за аренду автомобиля. Запиши, третий раз запиши...

Журналист "Украинской правды": Запишу. А где он работает?

Ющенко: Подожди! Подожди! Веди себя как журналист вежливый, а не как киллер нанятый. Для оплаты охраны и для оплаты аренды автомобиля. Все свои доходы он декларирует. Финансовые активы моей семьи – несколько миллионов гривен. Вы это знаете, они зафиксированы в декларациях. Моя семья не только мои операции может оплатить, а некоторые услуги по своим детям.

А теперь по некоторым обстоятельствам, которые фигурируют. Вы видите, я хожу без часов. Хотя у меня их, наверное, двенадцать или пятнадцать. И пока я буду президентом – я их не одену.

Мне не надо этих примитивных тем, этих примитивных анализов, я этого не хочу! Я буду ходить с одним значком трезубец и в опрятном костюме. Больше мне ничего не нужно, друзья! И с этим казацким кольцом, которому 350 лет.

Телефон подарил сыну друг, которого вы знаете, но я не хочу его имени называть... Это человек известный, молодой, успешный. К счастью или к сожалению, они друзья. Я сыну сказал: "Сын, зачем тебе эти часы, зачем тебе этот аппарат? Выбрось ты его к чертовой матери! Чтобы он на твоих руках... Чтобы твоя рука не притрагивалась к нему".

Я знаю, он это сделает. Но я знаю, что такое возраст семнадцать лет. Или без малого двадцать... Я знаю, что в этом возрасте творится.

Поэтому, друзья, я хочу засвидетельствовать одно – я не живу на краденные деньги. Не живу. Хотя моя зарплата несколько тысяч гривен. Вы это хорошо знаете.

Своего сына я никогда не пущу по дороге, которая бы давала возможность игнорировать правила дорожного движения. Ложь! Оплачивать ресторан в городе-герое Одесса, как там (в статье "Украинской правды") написано, купюрой, пачкой и так далее... Ложь! Извините, здесь много...

У него (Андрея Ющенко) есть одна девушка. Кто знает моего сына – тот подтвердит, что этот парень хорошо воспитан, моральный, духовный, глубоко верующий... Каждый день начинается с того, что "Отец, там где-то слышал по членам правительства, по каким вопросом пробивал, надо обратить внимание, там где-то то..." Это мои контакты с сыном...

Поэтому я прошу – не калечьте молодую душу, он стал на праведную дорогу. Я даю слово: никто не будет краснеть за поведение ни одного моего ребенка. Никто!

Но если каждый день начинается с того, что возле этого парня стоит камера, зовут милицию, до глубины вечера стоит камера – это не журналисты. Я как отец хочу сказать – это люди, которые обречены пережить то же самое в своей жизни. Или поколение их детей.

Так грязно дела не делаются. Поэтому я сыну сказал: "Сын, я тебе могу только одним советом душу смягчить – учись себя защищать! Учись себя защищать! Счет? Подними из ресторана счет. Сколько вас сидело человек, что вы ели, что вы пилы? Перед мордой того журналиста поставь тот счет, а потом пойди в суд! И учись себя защищать!"

По второму – такая форма общения никогда у меня уважения не вызовет. Это журналист, который мог, не работая минуты своей жизни на свободу прессы, сегодня является киллером.

Я это переживу, друзья. Мои принципы такие, что такие барьеры я беру.

Мне хочется, чтобы в нашем обществе перестали быть по традиции факты травли. Если три дяди с мешками СБУшного происхождения договорились, что мы по четырем людям окружения будем бить, что там тырса будет сыпаться... И сегодня подключаются журналисты, котором все равно, чем те деньги пахнут. Они день и ночь будут начинать с тех преследований.

Я скажу, друзья, что это вещи, которые честного журналиста унижают. Давайте иметь в виду, что Андрей – это такой же гражданин, как и вы. Он хочет иметь частную жизнь.

Раскройте вы свою частную жизнь. Он не публичный политик. Друзья, если вы хотите бить – бейте по мне. Я это Медведчуку, Суркису, Януковичу говорил: "Бейте по мне!" Не трогайте жен, детей. Будьте выше этого".

Прежде чем это набрало таких оборотов, я разослал на несколько адресов ту информацию, которая у меня была в наличии – относительно целей, задач, и кто будет проводить эту операцию...

Я письменно вручил это коллегам, думаю, они мои письма получили. Мне, кстати, эти сообщения дали не из Службы безопасности Украины!

Я откровенно скажу: для меня унизительно делать такого типа объяснения. Думаю, оправдать это может только одно – я стремлюсь, чтобы такое больше никогда не повторялось: ни с кем, ни с Владимиром Михайловичем, ни с Юлией Владимировной, ни с тобой. Ни с кем! Не хочу я этого. Не надо трогать детей. Мы если честные борцы, давайте говорить друг о друге. 
Мне кажется, я все сказал по этому поводу.