"Разводящий" В Кадровом Резерве

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Александр Абрамов не вписался в новый стиль работы Администрации Президента РФ

1128933614-0.jpg Они пришли в Администрацию Президента почти одновременно — Абрамов, Сурков и Зверев: два главных пиарщика «Альфы» и лучший пиарщик «Моста». Когда Александр Волошин, сам только что ставший главой президентской Администрации, набирал команду для решения этой задачи, он не случайно поз­вал людей из крупного бизнеса. Придя в Кремль, они сразу расставили точки над «i», жестко сформулировав свое кредо: «Мы пришли сюда не как политики, не за личным паблисити, мы пришли работать на государ­ство как обычные госслужащие». Никаких публичных интервью мы давать не будем, — заявили они журнали­стам. Кстати, это обещание выполнил только Алек­сандр Абрамов, за все время работы в Администрации действительно не давший ни одного интервью.

Волошинская команда антикризисных управляющих подбиралась из людей профессиональных, амбициозных и обеспеченных. Когда Михаила Фридмана спросили, как это люди из его структуры, где такая хорошая зарплата, где во всех отношениях так интересно работать, уходят в кремлевскую Администрацию, где и зарплата не сравнима, и карьерные перспективы весьма туманны, он ответил: «Это вполне разумный и мотивированный переход. Ведь работа в государственной структуре, безусловно, дает как проигрыш по деньгам, так и выигрыш с точки зрения репутации, публичности, узнаваемости, личных амбиций и так далее. Кроме того, масштаб задач, которые решают люди в государственных структурах, намного более впечатляющий. И поэтому существует нормальная мотивация работать там, особенно если человек много лет проработал в коммерческой структуре, заработал серьезные деньги и чувствует себя свободно».

Именно такие люди, которые совершенно искренне с гордостью говорили: «Мы взяток не берем!» — нужны были Волошину для реализации придуманного им грандиозного «византийского» плана реанимации центральной власти. Он был сформулирован примерно так: «Нам нужен нормальный президент, нам нужна вменяемая Дума, нам нужна власть в регионах, нам нужна власть в экономике. После того как мы получаем всю эту власть, концентрируем ее в Кремле, мы проводим экономические, политические и социальные реформы и постепенно сверху начинаем отдавать власть новым людям, новым структурам, новому гражданскому обществу». А для этого первым делом нужно нейтрализовать региональную фронду (это поручили Абрамову), во-вторых — равноудалить олигархов и создать такую систему формирования правительства, при которой «покупка» министерских постов будет максимально затруднена, а в идеале — невозможна (этим Волошин занялся сам, сначала с помощью Зверева, но тот, не пожелав равноудаляться от Владимира Гусинского, вскоре вернулся в «Мост»). И третий редут, который необходимо было «взять» в 99-м году, — это Госдума и партии (это взял на себя Сурков).

Александр Абрамов тогда на закрытых брифингах говорил журналистам: да, сейчас идет некоторое ущемление демократии, но нам нужно проводить рыночные законы, нам нужно реформировать страну, а вот когда мы проведем реформы, то начнем снова делегировать власть. Правда, на прямой вопрос: откуда такая уверенность, что, взяв власть, ее захочется отдавать и что распоряжаться всем этим «добром», когда они его накопят, будут именно они, — он так ни разу и не ответил.

Возможно, тогда они действительно так далеко в будущее не заглядывали. Они шли спасать государство, «разруливать» ситуацию. Они пришли командой. Они пришли командовать. Их задача была — отстроить работу и провести реформы. А дальше видно будет.

Разводящий

Полномочия Сергея Абрамова, когда он в 99-м стал замглавы президентской Администрации, были огромны: информационно-аналитическое и организационное обеспечение региональной и национальной политики, взаимодействие с полномочными представителями Президента в федеральных округах, с органами государственной власти субъектов Федерации и органами местного самоуправления, оперативное руководство деятельностью Главного территориального управления Президента.

Для региональных элит Абрамов был лицом Кремля. Именно к нему ехали «решать вопросы» губернаторы, мэры и олигархи местного масштаба. Он быстро поставил на место амбициозных полпредов, установил хорошие отношения с большинством губернаторов, наладил контакты с региональными политическими элитами.

В 2000 году газета «Ведомости» писала: «Среди политической элиты крепнет и развивается слух о чрезвычайном усилении позиций замглавы Администрации Президента Александра Абрамова. Говорят, что, если вдруг глава Администрации Президента Александр Волошин оставит свой пост, ему в преемники прочат именно Александра Абрамова, отвечающего за региональную политику».

Но Александр Сергеевич вовсе не стремился занять место Александра Стальевича. Вдвоем они составляли идеально слаженный дуэт. Они прекрасно понимали друг друга. Оба, с разницей в год, окончили Московский институт инженеров железнодорожного транспорта, оба начинали на железной дороге: Абрамов — в вагонном депо Московской железной дороги, Волошин — помощником машиниста на той же дороге. Оба довольно быстро и успешно начали делать карьеру комсомольских функционеров, оба прошли школу бизнеса.

В отличие от Суркова, который всегда сохранял определенную автономию, Абрамов вполне комфортно ощущал себя в команде. И, несмотря на собственный уже немалый опыт успешного пиарщика, был талантливым учеником «старшего товарища». Волошинский «византийский» стиль очень пригодился ему в работе с Советом Федерации. В 98—99-м годах там сидели уверенные в своей силе губернаторы, которые открыто говорили: «Вот Ельцин уйдет — следующего президента будем назначать мы!» и, поигрывая мускулами, демонстративно отказывались утверждать инициированную Кремлем отставку Генпрокурора Скуратова. Конечно, на них пробовали грубо «давить». Естественно, на многих это производило должное впечатление. Но верх брало «чувство локтя»: пока мы едины, мы непобедимы. Нужна была какая-то «военная хитрость». И Александр Абрамов нашел «слабое звено» и виртуозно провел сложную многоходовую комбинацию (в народе называемую попросту «разводкой»), в результате которой закон о новых принципах формирования Совета Федерации, уже отклоненный сенаторами, был принят и очаг сопротивления самоликвидировался. «Троянским конем» стал председатель Думы Ханты-Мансийского автономного округа Сергей Собянин, занимавший должность председателя Комитета СФ по конституционному законодательству и судебно-правовым вопросам. Когда Собянин совершенно неожиданно от лица комитета по законодательству рекомендовал этот закон принять, и без того уже изрядно обработанные и подрастерявшие спесь сенаторы дрогнули — ведь голосование должно было быть открытым и отвечать за его результаты каждому предстояло в одиночку. И губернаторская фронда сама проголосовала фактически за собственную ликвидацию. А Сергей Собянин был назначен первым заместителем полномочного представителя Президента РФ в Уральском федеральном округе и уже на следующий год в первом же туре выиграл губернаторские выборы. А Леонид Рокетский, десять лет бессменно руководивший Тюменской областью и имевший все шансы руководить ею и дальше, остался членом Совета Федерации и «навечно» вошел в уже появившийся к тому времени Госсовет почетным 90-м членом. Кстати, создание Госсовета — тоже идея Волошина, воплощенная Абрамовым.

Невыносимая легкость бытия

Он был тогда очень влиятельным человеком, гораздо более влиятельным, чем сейчас. Но все свои «византийские» комбинации проводил легко и изящно. Его обожали журналисты. С ними он всегда общался свободно, по-свойски, с шуточками, которые у него (в отличие от многих его коллег) никогда не переходили границ приличия. На его закрытых брифингах с чаем и сушками завсегдатаи не только получали информацию, но иногда даже подкидывали Абрамову ценные идеи. Так, именно журналисты предложили провести заседание Госсовета, посвященное проблемам физкультуры и спорта. И когда через три месяца оно состоялось, Сергей Александрович на брифинге честно обещал «проставиться» в благодарность за удачно подсказанную мысль. Кстати, он единственный из тогдашних замов Волошина устраивал для журналистов новогодний фуршет (у Приходько просто дарили подарки, для Суркова же закрытые брифинги всегда были не более чем официальным мероприятием, а с избранными представителями СМИ он предпочитал общаться в индивидуальном порядке).

Вообще стиль «на равных» в духе общения секретаря ВЛКСМ с комсомольским активом образца 80-х годов — одна из отличительных черт его обаяния. Кроме того, как настоящий комсомолец, он никогда ни в какой форме не обсуждал начальство, а значит, практически не подставлялся. Может, поэтому никаких сплетен о «менатеповско-альфовском» периоде его карьеры в журналистской тусовке не ходило. Хотя его послужной список при желании мог дать обильную пищу для конспирологических домыслов. Все 80-е годы — на комсомольской работе: сначала в Воскресенске, потом в Москве (а ведь именно в среде комсомольских функционеров ковались кадры для будущих олигархических империй, и именно тогда закладывался их фундамент). Потом должность заместителя управляющего московского областного филиала «Финист-банка», созданного в 89-м году на базе Молодежного коммерческого банка и благополучно лопнувшего в 96-м. Но к тому времени Сергей Абрамов, успев поработать в Управлении по связям с общественностью банка «МЕНАТЕП» (где познакомился с Владиславом Сурковым), уже переместился в кресло замруководителя Департамента по связям с государственными организациями ЗАО «Роспром», по касательной фигурирующего теперь в «деле ЮКОСа». Но и оттуда благосклонная судьба вовремя увела Сергея Александровича, и с 1997 по 1999 год он спокойно работал — сначала первым вице-президентом КИБ «Альфа-банк», а потом начальником Управления по связям с органами государственной власти и зам-предправления ОАО «Альфа-банк», откуда и был призван послужить государству.

По словам тех, кто знал его на пике бизнес-карьеры, Абрамов мог бы стать миллиардером не хуже Ходорковского, тем более что и биографии у них схожие, и школа одна, и умения «разруливать» сложные ситуации не меньше. Но он сделал ставку на Кремль — и… проиграл. Впрочем, не так сокрушительно, как Михаил Борисович. Просто Абрамов — человек команды. И волею судеб оказавшись в команде Волошина, после его отставки просто не смог гармонично вписаться в новый кремлевский расклад. Да и по характеру он — переговорщик. А в изменившихся условиях его излюбленные многоступенчатые комбинации просто не нужны — «вертикали» договариваться не с кем и незачем. Тогда, после ухода Волошина, Александр Сергеевич тоже попытался уйти, однако его почему-то не отпустили. Но при этом оставили без большинства полномочий, передав всю внутреннюю политику Суркову. В 2004 году Абрамова не только лишили статуса замглавы Администрации, переведя в помощники Президента, но и сузили сферу его деятельности до подготовки поездок Президента по стране и проведения заседаний Госсовета. Правда, говорят, он все еще человек влиятельный, но его влияние сохранилось лишь на уровне «нет», а не на уровне «да»: то есть пролоббировать, чтобы кандидатуру кого-либо из действующих губернаторов не представили на новый срок, он еще может, а вот провести свою креатуру — уже нет. Возможно, другому человеку и этого вполне бы хватило, но для победителя мятежной губернаторской фронды явно мелковато.

Конечно, будь он постарше, можно было бы отнестись ко всему философски. В конце концов, хороший дом, хорошая жена — что еще нужно человеку, чтобы спокойно встретить старость? Семья и дом на Рублевке (еще с «альфовских» времен) у Александра Сергеевича есть. Катался бы себе на своих любимых лыжах и в теннис играл. Только вот до старости еще далеко — ему и пятидесяти нет. А может, и за державу до сих пор обидно. Поэтому он по-прежнему на государевой службе. Так сказать, в «действующем резерве».

Марина Борисова

Оригинал материала

ФельдПочта» от origindate::10.10.05