"Русал"-"Украл"-НГЗ

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


origindate::01.07.2005, Фото: "Известия"

"Русал"-"Украл"-НГЗ

Дерипаска лишил Украину контроля над Николаевским глиноземным заводом, гвинейскими бокситами и последней надежды на развитие национальной алюминиевой промышленности

Ольга Забелина

Converted 19197.jpgКогда в 2000 году счастливый покупатель Николаевского глиноземного завода – созданная специально для участия в конкурсе по продаже НГЗ «дочка» будущего транснационального монополиста «Сибирского (а позже «Русского») алюминия» - компания «Украинский алюминий», избрала для своего корпоративного сайта в интернете адрес ukral.com.ua, вопрос журналистов на пресс-конференциях о том, насколько это соответствует действительности, (имелась в виду русская транслитерация) всегда вызывал праведный гнев представителей «Украла». И действительно. На то время пожалуй, единственным блином украинской приватизации, который не вышел комом, была продажа 30% акций стратегического предприятия. Они были проданы за неслыханные по тем временам $100 миллионов, к тому же с выгодными для государства инвестиционными условиями, предусматривавшими строительство на Украине завода по производству алюминия. Эта сделка долгое время являлась эталоном для последующих конкурсов по реализации госимущества, позволявшим чиновникам из правительства и Фонда госимущества Украины достойно отвечать на упреки депутатов. Даже развернувшаяся накануне приватизации «алюминиевая война» в украинской и российской прессе, добавила, как ни странно, прозрачности этой сделке. А слово «толлинг», которым одни претенденты на НГЗ обзывали других, чуть вообще не стало нарицательным.

Однако, видимо, прав был капитан Врунгель, говоря: «Как вы яхту назовете, так она и поплывет». И со временем хозяева всего украинского глинозема и впрямь оказались отнюдь не белыми и пушистыми.

Впрочем, ожидать этого от фактического владельца Украла/Сибала/Русала российского олигарха Олега Дерипаски был по меньшей мере наивно. Уж кто-кто, а человек, выстоявший в схватке с «алюминиевыми баронами» братьями Черными, когда-то «трижды помолвленный» самый перспективный жених России, с помощью интриг и денег проложивший себе дорогу в коридоры Кремля, разумеется, знал, как обращаться с попавшими к нему в руки активами.

К тому же украинские власти рассчитывали с помощью инвестора построить завод, производящий крылатый металл, в котором нуждалась стратегическое для страны авиастроение. А Олег Дерипаска, в отличие от них, был отнюдь не намерен развивать украинский алюминиевый комплекс. НГЗ, являющийся крупнейшим производителем глинозема в Европе, интересовал российского олигарха только как производитель сырья для его сибирских заводов. Естественно, с минимальными затратами на поддержание социальной инфраструктуры, низкими налоговыми и таможенными издержками. Имея три причала в Днепро-Бугском порту с объемом переработки грузов до 6 млн. тонн в год, завод позволял минимизировать расходы по транспортировке сырья - гвинейских бокситов, производству глинозема и его дальнейшей транспортировке в Сибирь.

Но для того, чтобы осуществить эти планы, полученных при приватизации 30% акций НГЗ был явно мало. Даже с учетом, того, что еще 26% акций, принадлежавших ЗАО «Трудовой коллектив «НГЗ», уже контролировал «свой» директор. Для того чтобы безраздельно властвовать на предприятии, нужно было «выдавить» с завода других акционеров, а в первую очередь государство. То есть – изменить план приватизации, предусматривающий наличие у государства блокирующего пакета (25 % + 1 акция).
Нужно сказать, что утвержденный план приватизации НГЗ отражал интересы всех сторон. Государства – поскольку оставлял возможность финансового контроля за использованием прибыли. Трудового коллектива – поскольку тот мог участвовать в решении вопросов использования прибыли и инвестиций. Добросовестных акционеров - инвесторов, (которыми, как предполагалось, будут Дерипаска и компания), - поскольку те получили приоритет в использовании готовой продукции НГЗ вместе с контролем использования прибыли и инвестиций.

И если для кого-то изменить закон – задача невыполнимая, то для нашего героя – раз плюнуть. Особенно учитывая коррумпированность режима Кучмы и то внимание, которое уделялось «Русалом» и «Укралом» связям в верхах. (Одним из директоров компании является экс-вице-премьер РФ Александр Лифщиц, а номинальным «смотрящим» за украинской «дочкой» - экс-министр труда и социальной политики Украины Иван Сахань, работавший между прочим в правительствах Ющенко и Кинаха). Не мудрено, что вскоре государство фактически подарило Дерипаске свой блокирующий пакет, еле-еле продав его на фондовой бирже по номиналу. Ну а потом в ход пошло все. И сомнительная допэмиссия акций на $100 миллионов. При этом ценные бумаги разошлись между созданными «Русалом» компаниями - однодневками. И проданный оффшорным кампаниям «Русала» пакет акций трудового коллектива НГЗ, деньгами которого была якобы оплачена аренда собственных объектов предприятия на 37 лет вперед. И проведенная так называемая деноминация и консолидация акций ОАО «НГЗ», когда 3 миллиарда акций номиналом 0,25 грн. были конвертированы в 80 акций, номинальной стоимостью более 9 млн. грн каждая. А фокус в том, что акционеры, не владевшие достаточным количеством акций прежней номинальной стоимости для обмена их на новые, были вынуждены продать свои акции предприятию по цене … 0,1 гривна за акцию. (Курс Нацбанка Украины в 2000 году составлял порядка 5,37 гривны за 1 доллар).

К тому же реестр ОАО «НГЗ» и ЗАО «ТК НГЗ» велся собственным регистратором, компанией «Ваш Регистратор», учредителями которой, по странной случайности были оффшорные кампании - акционеры ОАО «НГЗ». Да и реестр при этом неоднократно терялся, и его руководители менялись.

В результате за три года «Русскому алюминию», удалось аккумулировать 97,5% акций НГЗ. При этом 69,4% собственности НГЗ оказались сосредоточенными в руках аффилированных с «Русалом» компаний, а еще 30% акций остались в собственности его дочерней компании «Украинский алюминий».

Казалось бы, все складывается удачно: выпрошенное в ноябре 2001года у правительства разрешение на ведение толлинговых операций, существенно снижающих базу налогооблажения, своя таможня и свой порт, позволяющие демонстрировать нужные показатели, зачетные схемы по НДС, - и в результате около $10 миллионов прибыли ежемесячно, или около $500 миллионов с момента покупки НГЗ. Как говорится, что еще нужно, чтобы спокойно встретить старость.

Однако радоваться жизни Олегу Дерипаске мешало маленькое, но необходимое условие приватизационного конкурса, а именно обещанное «Русалом» строительство в Украине алюминиевого завода мощностью не менее 100 тысяч тонн в год. Согласно договору купли-продажи 30% акций НГЗ, «Украл» должен был не позднее 1 января 2002-го года приступить к строительству, которое должно было обойтись компании в $300 миллионов.

И вот тут отношения украинской власти со своим стратегическим инвестором начали портиться. Поскольку оказалось, что никакой он не стратегический, а вместо создания в Украине производства полного цикла, считает ее наряду с Гвинеей лишь поставщиком сырья для российских заводов, поставляющих в свою очередь, алюминиевые полуфабрикаты на Запад.

Правда, в сентябре 2000 года принадлежащая «Русалу» компания ООО «Украинский алюминиевый завод» приобрела в г. Первомайск Харьковской области промышленную площадку для строительства предприятия и даже торжественно в присутствии руководителей области заложила туда первый камень. Но дальше дело не пошло.

Более того, «Украл» пытается свести к минимуму все свои обязательства. Вместо того, чтобы начать строительство в начале 2002 года, он обращается в Фонд госимущества Украины с просьбой изменить условия приватизации и снизить показатели производства до 1,1 млн. тонн в год «в связи с плохой конъюнктурой рынка». Этим же аргументируется и сначала замораживание строительства, а потом и отказ от него. Кроме того, после получения «Русалом» полного контроля над НГЗ неожиданно выяснилось, что завод в Украине вообще строить не нужно, поскольку он будет нерентабелен. Ибо в стране недостаточно энергоресурсов и стоят они дорого. А завод лучше построить где-нибудь в той же Сибири. Где Дерипаска уже, кстати, по случаю приобрел акции местных энергокомпаний. Похоже, мысль о том, что просчитывать возможность выполнения инвестобязательств нужно до конкурса, экономистам Сибала/Русала просто не пришла в голову.

Прождав почти год обещанного начала строительства алюминиевого завода, украинские власти забеспокоились. Сначала в ноябре 2002 года глава Харьковской госадминистрации Евгений Кушнарев обвинил «Русский алюминий» в невыполнении обязательств перед областью, а в июле 2003-го, Генеральная прокуратура Украины подала иск о расторжении договора с «Укралом» в связи с его невыполнением. И вот в конце 2003 года ФГИУ инициирует возврат ОАО «Николаевский глиноземный завод» в государственную собственность в связи с систематическим невыполнение инвестором условий договора.

Впрочем, и Олег Дерипаска все это время не сидел сложа руки. Пока юристы компании отбивались от исков Генпрокуратуры и Фонда госимущества, он провел ряд встреч с руководителями страны и, видимо нашел весомые аргументы. По крайне мере президент Леонид Кучма, поначалу говоривший: «Не нужно из кого-то делать мальчиков. За свою подпись, за выполнение инвестиционных обязательств нужно отвечать», - ближе к выборам ушел в тень, а нуждавшийся в экономической и политической поддержке со стороны России премьер Виктор Янукович поспешил раздать авансы своим кредиторам. И вот в августе 2004 года правительственным распоряжением пункт инвестиционного договора, содержавший условия строительства алюминиевого завода, изменяется. Теперь «Русал» должен просто модернизировать производственные мощности НГЗ и увеличить в течение 5 лет объем производства глинозема до 1,6 млн. тонн в год. И все в шоколаде, точнее в глиноземе. Если не считать национальных интересов Украины. Да и бог бы с ними! Но вот незадача: на выборах побеждает Виктор Ющенко с его антикоррупционной и реприватизационной риторикой. И у новой власти опять появляются вопросы к Дерипаске.

Впрочем, вскоре первый вице-премьер Анатолий Кинах заявляет, что ни о какой реприватизации НГЗ не может быть и речи. А Александр Ливщиц говорит, что «Русал» может-таки построить завод, но уже не в счет отмененных правительством Януковича обязательств, а «за так». Но при условии предоставления украинским правительством особых льгот по оплате электроэнергии: снижение цены на нее более чем в 2,5 раза — до цента за киловатт. Потому что, иначе срок окупаемости завода составит не пять, а 20 (!?) лет, а столько ждать Дерипаска, по-видимому, не может.

И разумеется все это на фоне заявлений обеспокоенных инвесторов об отсутствии в Украине подходящего им климата и так далее. Ну а в этом-то Олег Владимирович вообще мастак. Недаром его PR-служба всегда считалась одной из самых мощных, а недруги обвиняли Дерипаску в развязывании информационных войн.

Безусловно «оранжевому» правительству будет непросто выстоять в битве с «алюминиевым» олигархом. Умело прикрываясь псевдоэкономической риторикой, оффшорные инвесторы уже заставили премьер-министра Украины Юлию Тимошенко поумерить свой пыл и после разговоров о необходимости пересмотреть итоги приватизации трех тысяч предприятий пойти на попятную. Теперь украинские власти говорят о дооценке и повторной приватизации всего нескольких десятков стратегических объектов, причем по итогам этой дооценки согласны договариваться с уже существующими владельцами о доплате. И возможно, что в случае с Дерипаской, который в последнее время активно договаривается с бывшими партнерами, пытаясь обелить «Русал» и готовясь к первичному размещению акций, это и сработает.

Но как бы то ни было, очевидно одно: цели, которые ставились Украиной в ходе приватизации НГЗ так и не осуществились. Вместо участия в разработке гвинейского месторождений бокситов Баландугу, вместо полного высокотехнологического цикла производства «крылатого металла» страна получила место сырьевго придатка транснациональной корпорации, а сам НГЗ - сокращение пяти тысяч рабочих мест, закрытые детские сады и санаторий, замороженное строительство жилья для работников завода. Психологический климат на заводе строится теперь на страхе потерять работу по любой причине на усмотрение владельцев завода. В общем, как обычно – шли в Европу, а пришли в …. Африку. Вместе с Гвинеей.