"Светские" контакты Дерипаски с Маккейном

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


"Светские" контакты Дерипаски с Маккейном

Несмотря на царящую в рядах республиканцев русофобию, высокопоставленные советники наладили прочные взаимоотношения с российскими олигархами

Оригинал этого материала
© "The Nation", США, Перевод: ИноСМИ.Ру, origindate::06.10.2008, Кремлевские связи Маккейна. Несмотря на жесткие заявления Маккейна, его высокопоставленные советники наладили прочные взаимоотношения с российскими олигархами

Марк Эймс (Mark Ames), Ари Берман (Ari Berman)

Converted 27632.jpg

В ходе президентской кампании Джон Маккейн (John McCain) неоднократно подчеркивал свою готовность выступить против российского премьер-министра Владимира Путина, дабы доказать, что только он обладает той силой духа и рассудительностью, которые необходимы новому лидеру свободного мира. Маккейн набрасывался с критикой на Путина и российских олигархов, которые "обогатившись на нефти и развратившись от власти ... восстанавливают прежнюю Российскую империю". Маккейн поспешил публично поддержать Грузию во время ее недавнего конфликта с Россией и громко пригрозил изгнать Москву из клуба крупнейших держав - "большой восьмерки". Его напарница по предвыборной гонке Сара Пэйлин (Sarah Palin) в своем первом крупном интервью заявила, что Соединенные Штаты Америки могут в будущем начать войну с Россией, чтобы защитить Грузию. Таких апокалиптических сценариев США избегали даже во времена "холодной войны".

Но несмотря на жесткие заявления Маккейна, его высокопоставленные советники за кулисами наладили прочные взаимоотношения с российскими олигархами. На самом деле, они даже продвигают геополитические и экономические интересы Кремля, а также самых сомнительных его представителей из мира бизнеса, действуя при этом с алчным цинизмом в состоянии геополитического умопомрачения. Самым заметным примером в этом отношении стала история о том, как Маккейн и представитель его предвыборного штаба Рик Дэвис (Rick Davis) способствовали достижению Кремлем важнейшей победы. Речь идет о получении контроля над маленькой, но важной в стратегическом отношении страной Черногорией.

По словам двух бывших высокопоставленных американских дипломатов, которые работали на Балканах, Дэвис и его лоббистская фирма Davis Manafort получила несколько миллионов долларов за оказание помощи в проведении в 2006 году в Черногории референдума по вопросу о независимости. Условия соглашения не разглашались, но высокопоставленные чиновники из Черногории заявили американским дипломатам, что в работе Дэвису помогали влиятельные бизнесмены из России, связанные с Кремлем и имевшие интересы в этой маленькой балканской стране. Ни Дэвис, ни штаб Маккейна не ответили на многочисленные просьбы прокомментировать данное заявление. (Активная лоббистская деятельность Дэвиса, особенно в интересах обанкротившихся ипотечных гигантов Fannie Mae и Freddie Mac, уже привлекла пристальное внимание критически настроенных средств массовой информации.)

В то время Путин хотел создать российский форпост на Балканах, и находящаяся на противоположном от Италии берегу Адриатики Черногория считалась лучшим кандидатом на эту роль. Маккейн также выступал за независимость Черногории от Сербии, называя эту страну "величайшим демократическим проектом Европы после окончания "холодной войны"". Для Маккейна значение имело лишь упрощенное представление о "независимости" Черногории от страны, с которой в конце 90-х воевала Америка. А во что превратится Черногория после обретения независимости - это его не интересовало. Такая позиция вполне устраивала Путина. Россия в целом во время балканских войн в 90-е годы выступала на стороне Сербии против Запада. Но Кремлю надо было отрезать Черногорию от Сербии, чтобы легче ее контролировать. И сейчас, когда Черногория обрела "независимость", ее часто называют "Москвой на средиземноморском побережье". Российские олигархи контролируют значительную часть промышленности страны и дорогостоящую береговую линию. А русские оказывают мощнейшее влияние на политическую культуру этой страны. "Черногория практически стала новой колонией России, поскольку сюда рекой текут рубли на покупку собственности и бизнеса в этом крошечном государстве", - написал в июне в Newsweek бывший министр Тони Блэра (Tony Blair) по европейским делам Денис Макшейн (Denis MacShane). Захват Черногории стал для России геостратегической победой. И как это ни парадоксально, победу эту Москва одержала совершенно тихо и спокойно - при содействии Маккейна и его главных помощников.

В середине сентября на сайте The Nation была опубликована фотография Маккейна, праздновавшего в августе 2006 года в Черногории свой 70-й день рождения. Осужденный итальянский преступник Рафаэлло Фольери (Raffaello Follieri) и его подружка и кинозвезда Энн Хэтэуэй (Anne Hathaway) устроили на яхте прием для Маккейна и гостей. В тот же день, в той же Которской бухте ошвартовалась одна из самых больших в мире мегаяхт - "Queen K". И настоящая вечеринка проходила именно на ней. Владельцем этой яхты был известный "путинский олигарх" Олег Дерипаска, которому принадлежит контрольный пакет акций российского алюминиевого гиганта "РУСАЛ". Сегодня он занимает девятое место в мире по размерам своего состояния, а его преступное прошлое настолько же богато, как и он сам. К середине 2005 года Дерипаска практически взял экономику Черногории под свой контроль, приобретя там алюминиевый завод KAP, на долю которого приходится до 40 процентов валового внутреннего продукта страны и примерно 80 процентов экспортных доходов. Приватизационная сделка была совершенно непрозрачной и подверглась мощной критике со стороны неправительственных организаций, черногорских политиков и журналистов. Как удалось выяснить The Nation, Дерипаска заявил одному из своих близких друзей, что он купил завод, "потому что его поддержал в этом Путин". Почему? "Кремлю нужна была зона влияния в Средиземноморье".

В середине 2005 года посол Ричард Склар (Richard Sklar), в прошлом ведущий представитель США на Балканах, прекратил свою работу в качестве советника правительства Черногории (он работал на общественных началах, уйдя с американской дипломатической службы). Он оставил эту работу, когда стало ясно, что завод под мощным давлением со стороны России передают Дерипаске. "Я ушел не по каким-то там политическим причинам, а потому что это была плохая сделка. Русские отпугнули всех остальных покупателей. Они предложили совсем мало денег, но получили великолепную сделку".

Захват Россией Черногории шел полным ходом, когда в январе 2006 года Рик Дэвис познакомил Дерипаску с Маккейном на вилле в швейцарском Давосе. Спустя семь месяцев они встретились вновь, на приеме в Черногории в честь дня рождения Маккейна, как сообщала Washington Post.

История о том, как 40-летний Олег Дерипаска из казацкой станицы попал в ряды приближенных к Путину магнатов и стал обладателем состояния в 40 миллиардов долларов, началась отнюдь не с киоска по торговле лимонадом и не с тяжкого труда. Как и в большинстве историй об успехе в постсоветской России, Дерипаска начал свой подъем внезапно, быстро и с применением силовых методов. Было это в хаотичные времена правления Бориса Ельцина. Среди битв за контроль над ценной государственной собственностью в 90-е годы самыми кровавыми стали "алюминиевые войны", в ходе которых нанятые соперничающими группировками банды организованной преступности десятками уничтожали руководителей компаний, акционеров и банкиров. Во время визита в Соединенные Штаты в 1995 году Дерипаска угрожал убить двух своих конкурентов по алюминиевому бизнесу - Юрия и Михаила Живило. Об этом свидетельствуют материалы уголовного дела, начатого в 2000 году против Дерипаски в Нью-Йоркском районном суде. Это дело рассматривалось в рамках закона о борьбе с рэкетом и коррупцией, и оно стало одним из многих судебных разбирательств, среди которых и процесс в Израиле, который начал против Дерипаски один из его бывших партнеров по бизнесу. Он утверждал, что миллиардер незаконно перехватывал телефонные разговоры одного из министров израильского кабинета. Кроме того, прокуратура Германии начала в Штутгарте расследование в рамках дела об отмывании преступных денег. (Дерипаска не ответил на просьбу прокомментировать эти события.)

Дерипаска понимает, что успех в сегодняшней России является результатом сплава жестокой силы, политического влияния и личных связей. В 2001 году, через 12 месяцев после подписания Путиным указа о судебном иммунитете для ельцинской семьи, Дерипаска женился на внучке Ельцина, закрепив тем самым собственную неподсудность и влияние. В годы правления Путина Дерипаска строго придерживался неписаного правила, существовавшего в отношениях между президентом и олигархами: пока олигархи поддерживают Кремль, они могут действовать безнаказанно. Поэтому Дерипаска взял на себя реализацию целого ряда дорогих сердцу Путина проектов. Среди них строительство нового аэропорта в Сочи для Зимней Олимпиады 2014 года и покупка алюминиевого завода в Таджикистане, чтобы укрепить контроль Путина над этой бывшей советской республикой. Дерипаска открыто признается, что его компания "РУСАЛ" исполняет все пожелания Кремля. Так, в прошлом году он заявил Financial Times: "Если государство скажет нам отказаться, мы откажемся".

Но Дерипаска столкнулся с серьезным препятствием на пути реализации своих коммерческих устремлений, что затруднило ему исполнение обязанностей в качестве путинского представителя. Из-за многочисленных обвинений в причастности к угрозам убийства, к вымогательству, рэкету и отмыванию денег с 1998 года ему запрещен въезд в Соединенные Штаты. Путин пробовал заступиться за Дерипаску, чтобы тому дали визу. В интервью Le Monde в этом году он пожаловался: "Я спрашивал своих американских коллег, почему. Если у вас есть основания, чтобы не давать ему визу, если у вас есть документы о его незаконной деятельности, дайте их нам... Они нам ничего не дали, ничего нам не объяснили, и запретили ему въезд".

Запрет на получение визы обошелся Дерипаске в миллиарды. Долгие годы он и его собратья-акционеры по "РУСАЛу" пытаются воспользоваться своим богатством и открыть в Лондоне первоначальную подписку на акции компании. Она дала бы владельцам "РУСАЛа" возможность получить до 10 миллиардов долларов. Однако найти институциональных инвесторов будет крайне трудно, практически невозможно, пока главному владельцу компании не будет разрешен въезд в США.

Несмотря на царящую в рядах республиканцев русофобию, Дерипаска для решения своей проблемы обратился за помощью к влиятельных фигурам из Великой старой партии - в первую очередь к тем, кто связан с Маккейном. В 2003 году он нанял бывшего кандидата в президенты Боба Доула (Bob Dole), который едва не выбрал Маккейна в качестве своего напарника по президентской гонке, а также партнера Доула по лобби Брюса Джексона (Bruce Jackson) (тоже помощник Маккейна) пролоббировать в Госдепартаменте отмену запрета на выдачу ему визы. Об этом писали Гленн Симпсон (Glenn Simpson) и Мэри Джекоби (Mary Jacoby) из Wall Street Journal. За несколько лет фирма Доула Alston & Bird получила более полумиллиона долларов за работу по проталкиванию визы для Дерипаски.

Дерипаска также обратился в вашингтонскую фирму по сбору информации Diligence, которую возглавлял один из внешнеполитических "авторитетов" республиканцев Ричард Берт (Richard Burt). В 2000 году он был главным советником Маккейна по внешней политике. В 2008-м он снова стал его советником. (Берт в 2007 году ушел из Diligence в консалтинговую фирму Генри Киссинджера (Henry Kissinger).) Партнер Дерипаски по бизнесу в Лондоне Натаниэль Ротшильд (наследник английской ветви Ротшильдов) купил долю в Diligence. Об этом писала New York Times, и эту информацию подтвердил пресс-секретарь Ротшильда. Эта фирма предложила Дерипаске массу полезных услуг: сбор информации о компаниях, лоббирование отмены запрета на визу через влиятельных людей в лагере республиканцев и, что крайне важно, получение кредита от Всемирного банка/Европейского банка реконструкции и развития на 150 миллионов долларов для проекта "Коми Алюминий". Получить такой кредит было полезно для того, чтобы успокоить западных инвесторов, с сомнением относившихся к "РУСАЛу". Поэтому фирма Diligence, часть которой теперь принадлежала Ротшильду, представила во Всемирный банк доклад о благонадежности "РУСАЛа". А банк затем на основе этого доклада утвердил кредит Дерипаске.

Не удивительно, что лоббирование дало свои результаты. В декабре 2005 года Дерипаска, по данным Госдепартамента, получил многоразовую американскую визу. Во время своего непродолжительного визита в США он подписал со Всемирным банком документы о кредите, выступил на встрече в Фонде Карнеги и посетил обед в Белферовском центре Гарвардского университета, где, благодаря щедрому пожертвованию, его избрали членом международного совета.

Тем не менее, визит Дерипаски прошел не совсем удачно. Согласно условиям предоставления визы, он должен был подвергаться длительным допросам в ФБР. По данным информационного бюллетеня горнодобывающей промышленности Mineweb, перечень врагов Дерипаски вырос. Теперь в него входят не только обманутые бывшие деловые партнеры, но и руководители влиятельных металлургических компаний США, и правительственные чиновники, которые недовольны тем, что "РУСАЛ" взял под свой контроль бокситовые шахты в странах третьего мира - ведь это создает угрозу оказавшимся в невыгодном положении алюминиевым гигантам США. Допросы прошли далеко не гладко. По словам знающих его людей, Дерипаска не проявил достаточного терпения по отношению к дотошным бюрократам. Когда он покинул страну, запрет на выдачу ему визы был восстановлен. Дерипаска вновь обратился к влиятельным республиканцам - на сей раз, к Маккейну и менеджеру его избирательной кампании Дэвису, который и организовал их встречу в Давосе в январе 2006 года. Штаб Маккейна позже заявил, что "все контакты Дерипаски с сенатором были чисто светскими и случайными". Но затем Дерипаска поблагодарил Дэвиса за организацию "такой задушевной встречи". Washington Post сообщала, что Дэвис "хотел заняться с миллиардером бизнесом". И действительно, впоследствии Дерипаска отправил ему благодарственное письмо, в котором упоминалось о возможном вложении инвестиций в металлургическую компанию, представленную ему Дэвисом через одного из клиентов инвестиционного фонда.

Если вас удивляет то, как Дерипаска вышел на фирму Davis & Co., то ответ вы найдете по соседству с Россией - на Украине.

В декабре 2004 г. украинцы вышли на улицы Киева и других городов: результатом мирной 'оранжевой революции' стало свержение поддерживаемого Путиным коррумпированного лидера Виктора Януковича, пытавшегося подтасовать результаты состоявшихся в том же году президентских выборов (в ходе кампании прозападный оппозиционный кандидат Виктор Ющенко был отравлен и едва не погиб). Это был серьезный удар по геополитическим позициям России.

Путинские 'доверенные лица' на Украине также оказались в неприятной ситуации. Вскоре после 'оранжевой революции' против самого богатого украинского олигарха и главного спонсора Януковича Рината Ахметова было возбуждено уголовное дело по обвинению в убийстве. Ахметов бежал из страны. Обосновавшись в Монако, он обратился к деловому партнеру Дэвиса Полу Манафорту (Paul Manafort) - совладельцу лоббистской фирмы Davis Manafort. Манафорт, имеющий давние связи с республиканцами, как и Дэвис играл одну из ключевых ролей в неудачной попытке Доула баллотироваться на пост президента в 1996 г., и работал на диктаторов вроде Фердинанда Маркоса (Ferdinand Marcos) на Филиппинах и Мобуту Сесе Секо (Mobutu Sese Seko) в Заире. Поначалу Ахметов нанял Манафорта для того, чтобы тот подправил имидж его холдинга СКМ, но уже вскоре тот получил другую задачу: помогать Януковичу.

Манафорт собрал на Украине команду высококвалифицированных политтехнологов и занялся повышением популярности возглавляемой Януковичем Партии регионов, которую финансировал Ахметов. Для Davis Manafort это был весьма прибыльный проект (по данным украинского специалиста по журналистским расследованиям Мустафы Найема Ахметов заплатил Манафорту более 3 миллионов долларов) - и весьма успешный тоже. На выборах в марте 2006 г. некогда дискредитированная партия Януковича одержала триумфальную победу, и Ахметов вернулся в страну, снова став 'олигархом номер один'. Результаты 'оранжевой революции' были по сути аннулированы, - отчасти благодаря усилиям Davis Manafort - что позволило Путину вернуться к шахматной доске, на которой разыгрывается партия, призванная определить будущее Украины.

Для публики Маккейн и лоббистская фирма главы его предвыборного штаба находились по разные стороны баррикад. В 2005 г. Маккейн выдвинул героя 'оранжевой революции' Ющенко на Нобелевскую премию, а весной того же года устроил в его честь торжественный прием в штаб-квартире Международного республиканского института (International Republican Institute), чье правление сенатор возглавляет с 1993 г. Однако за кулисами все обстояло по-иному: Манафорт подрядил бывшего главу отделения МРИ в Москве Филипа Гриффина (Philip Griffin) для участия в кампании Януковича против Ющенко. Деятельность Davis Manafort была сочтена настолько противоречащей американским интересам, что, по данным New York Times, сотрудник Совета национальной безопасности даже звонил в офис Маккейна, чтобы выразить недовольство по этому поводу. В предвыборном штабе Маккейна отрицают, что подобные упреки имели место.

Однако это было только начало работы фирмы. В том же месяце, когда союзники Путина на Украине не без помощи Davis Manafort одержали победу на парламентских выборах, фирма подключилась к другому успешному проекту Кремля: обеспечению независимости Черногории и российской гегемонии в этом государстве.

Для начала немного истории. Черногория была самой маленькой из шести республик, составлявших бывшую Югославию. После свержения Слободана Милошевича в октябре 2000 г. авторитарный лидер Черногории Мило Джуканович (Milo Djukanovic), уже много лет управлявший этой республикой, решил, что Запад в виде 'награды' поддержит его стремление к независимости. Однако Евросоюз и США выступили против отделения Черногории, опасаясь, что это подорвет позиции нового прозападно настроенного руководства Сербии и спровоцирует новую войну. В результате жесткого давления со стороны ЕС в 2002 г. была достигнута договоренность отложить референдум о независимости республики как минимум на три года.

После этого Джуканович начал искать поддержку за пределами Запада. В том же 2002 г. его ближайший союзник и наставник Милан Рочен (Milan Rocen) отправился в Москву в качестве посла сербско-черногорской конфедерации. Рочен наладил в путинской России хорошие контакты, и к 2005 г. Дерипаска по просьбе Путина приобрел крупнейшее промышленное предприятие Черногории - алюминиевый комбинат в Подгорице. После этого Россия, к всеобщему удивлению, сняла свои возражения по поводу независимости Черногории, против которой энергично выступала традиционная союзница Москвы Сербия. 'Существовало мнение, что Дерипаска и русские хотели взять комбинат под контроль в рамках общих усилий Москвы по укреплению своего влияния в Черногории', - рассказывает бывший посол Скляр.

Рик Дэвис, в свою очередь, тоже хотел урвать куш при отделении Черногории: он начал активно добиваться, чтобы пиар-обеспечение референдума поручили Davis Manafort. Боб Доул, которому с 2001 г. правительство Черногории выплатило 1,38 миллиона долларов за лоббирование в свою пользу в Вашингтоне, предложил своим друзьям в этой стране нанять Дэвиса. Благодаря вмешательству Доула, или, как полагают некоторые, русских, Дэвис получил свой контракт.

Хотя Дэвис отрицал всякую причастность к сомнительной деятельности своего партнера Манафорта на Украине, он нанял как минимум троих специалистов, рекомендованных Манафортом - из той же команды, что обеспечила Януковичу победу на выборах - для подготовки референдума о независимости Черногории. Среди них был российский политтехнолог Андрей Рябчук - эксперт по выборам, ранее участвовавший в пропутинских кампаниях в России. В интервью Nation Рябчук рассказал, что 'люди Манафорта наняли' его в Москве сначала для работы на Украине, а затем - в Черногории.

Курировал группу Дэвиса посол Черногории в России Рочен, вернувшийся из Москвы, чтобы руководить кампанией по подготовке референдума. Почему выбор пал именно на Дэвиса? Главного помощника Маккейна воспринимали не только как эксперта-консультанта, но и как политически символическую фигуру. 'Думаю, черногорцы наняли Рика, чтобы обеспечить себе политическую 'крышу' - им было важно показать, что они пользуются поддержкой Соединенных Штатов', - полагает один американский эксперт по проблемам демократии, работавший в Черногории. Контракт между Davis Manafort и правящей партии Черногории так и не стал достоянием гласности, хотя этого требует законодательство страны. Более того, в перечне своих расходов на проведение кампании партия Джукановича не указала гонорар Davis Manafort, что подкрепляет неофициальные утверждения высокопоставленных черногорских чиновников о том, что российские бизнесмены оплачивали работу Дэвиса через специально нанятых третьих лиц - подобная незаконная схема часто используется в Восточной Европе для сокрытия денежных потоков.

На важнейших этапах кампании Дэвис обращался за помощью к союзникам Дерипаски. Поскольку уверенности в положительном для себя результате референдума у Белграда не было, он попытался повлиять на настроения общественности, пригрозив: в случае отделения Черногории стипендии и иные льготы в сфере образования на студентов из этой республики больше распространяться не будут. Заявление вызвало настоящую панику, и тогда Дэвис обратился к эмиссару Дерипаски Натаниэлю Ротшильду (Nathaniel Rothschild); сообщается, что благодаря своей роли консультанта Дерипаски он стал самым богатым представителем семьи Ротшильдов.

За три недели до референдума о независимости Дэвис попросил Ротшильда посетить Черногорию. Тот прилетел на собственном реактивном 'Гольфстриме' и появился перед телекамерами вместе с черногорским премьером: он пообещал предоставить миллион долларов для помощи студентам, которые могли пострадать, если сербы осуществят свою угрозу на деле. Чтобы заручиться голосами студентов, организаторы кампании привлекли еще одного союзника Дерипаски - канадского миллиардера Питера Мунка (Peter Munk), главу крупнейшей в мире золотодобывающей корпорации Barrick Gold (именно в гостях у Мунка несколькими месяцами раньше состоялось знакомство Маккейна с Дерипаской в Давосе). Мунк, входящий в состав консультативного совета 'РУСАЛа', пообещал черногорцам помощь канадских университетов.

Пока Дэвис задействовал союзников Дерипаски, Доул 'обрабатывал' Маккейна, чтобы тот поддержал независимость Черногории. В ходе визита министра иностранных дел республики в Вашингтон помощники Доула провели селекторное совещание с сотрудниками аппарата Маккейна в Сенате; вскоре после этого сторонники отделения победили на референдуме с минимальным перевесом в 0,5 %. В апреле 2006 г. Маккейн назвал независимость Черногории 'крупнейшим демократизационным проектом в Европе после окончания 'холодной войны'. Несмотря на утверждения оппозиционеров о подтасовках, США и другие великие державы признали результат референдума - а путинская Россия признала независимость Черногории раньше, чем это сделал ЕС.

Через несколько месяцев после голосования Маккейн в составе группы сенаторов-республиканцев посетил Черногорию. Накануне их приезда Джуканович побывал в резиденции Путина на Черном море. 'Ваше правительство создало условия для масштабных российских инвестиций', - заявил гостю президент России. Вернувшись в Черногорию, Джуканович тепло приветствовал Маккейна; кроме него, сенатор встретился также с президентом страны, спикером парламента и лидером оппозиции Предрагом Булатовичем (Predrag Bulatovic). Булатович рассказал Маккейну, как российский капитал захватывает контроль над страной, и выразил озабоченность, что 'эти инвестиции могут негативно повлиять на процесс демократизации'. Маккейн выслушал его, но воздержался от публичной критики России. Дэвис в это время еще находился в Черногории, помогая союзнице России - партии Джукановича - выиграть предстоящие парламентские выборы. (В этот момент итальянская прокуратура проводила в отношении Джукановича расследование по обвинению в контрабанде сигарет и 'мафиозной деятельности').

Вскоре после референдума влиятельные фигуры, участвовавшие в кампании за независимость, приступили к дележу черногорских активов. Летом Ротшильд начал переговоры с высокопоставленными черногорскими чиновниками о том, чтобы 'получить на откуп' прибыльные участки на побережье, в том числе и тот, что был выделен для проекта стоимостью в полмиллиарда долларов по строительству комплекса Porto Montenegro, включающего лучшую в мире стоянку для мегаяхт, роскошные отели, магазины и первое в стране поле для гольфа на 18 лунок. В результате непрозрачной сделки участок был передан оффшорному консорциуму во главе с Мунком и Ротшильдом буквально за гроши, утверждает черногорская неправительственная организация MANS, сотрудничающая с Transparency International. Позднее участие Дерипаски в проекте Porto Montenegro, поначалу скрывавшееся, было признано официально - хотя полный список будущих владельцев комплекса до сих пор не обнародован. Кроме того, Дерипаска строит на юге Черногории курортную зону стоимостью в 8 миллиардов евро, а также стремится взять под контроль рудник и тепловую электростанцию.

Примерно через два года, в марте 2008 г., Ротшильд предоставил для мероприятия по сбору средств на предвыборную кампанию Маккейна роскошный лондонский особняк Спенсер-хаус. Учитывая тесные контакты между Ротшильдом и Дерипаской, у некоторых наблюдателей возник вопрос - не стоит ли он за организацией мероприятия? Консервативная неправительственная организация Judicial Watch даже направила жалобу в Федеральную избирательную комиссию, утверждая, что речь идет о незаконном финансировании предвыборной кампании Маккейна иностранными гражданами.

Но что же получил в результате всего этого Маккейн помимо кое-каких средств в свой предвыборный фонд? Ответить на этот вопрос нелегко - либо он не подозревает о том, что его ближайшие советники и политические союзники без устали продвигают за деньги интересы Кремля в бывшей советской сфере влияния, либо он в курсе происходящего, но это его не смущает. По некоторым сообщениям, Маккейн был настолько возмущен ролью Davis Manafort в подрыве результатов украинской 'оранжевой революции', что чуть было не отказался от услуг Дэвиса в качестве главы своего предвыборного штаба. Однако в том, что касается Черногории, он не мог не знать, чем занимаются Дэвис и Ко. И к тому времени, как он посетил эту страну, захват русскими контроля над ее экономикой был уже очевиден.

История о том, как ближайшие помощники и подчиненные Маккейна действуют в направлении, прямо противоположном заявляемой сенатором негативной позиции в отношении Путина и российских олигархов, ставит довольно тревожные вопросы о характере его администрация в случае победы на выборах. Лозунг предвыборной кампании Маккейна гласит: 'страна в первую очередь'. Но остается лишь гадать, о какой стране идет речь? Уж не о той ли, что больше заплатит?

Марк Эймс - автор книг ''Почтовый синдром: гнев, убийства и бунт: от насилия на рабочих местах при Рейгане до Колумбины при Клинтоне и далее' (Going Postal: Rage, Murder and Rebellion From Reagan's Workplaces to Clinton's Columbine and Beyond) и 'eXile: секс, наркотики и клевета в новой [[Россия|России]]' (eXile: Sex, Drugs and Libel in the New Russia). Он регулярно печатается в интернет-издании eXiled Online. Ари Берман - обозреватель Nation, освещающий внутриполитические проблемы и выборы-2008, а также научный сотрудник института Nation Institute, специализирующийся на изучении журналистских расследований