"Тамбовские" слушания

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


"Тамбовские" слушания

Оригинал этого материала
© "Коммерсант",  origindate::24.04.2009

Потерпевший забыл о рейдерстве. К Владимиру Барсукову у экс-совладельца магазина претензий нет

Владислав Трифонов

Фото: Дмитрий Духанин/

 Владимир Барсуков (Кумарин) во время слушаний в Мосгорсуде

Вчера в Мосгорсуде на процессе по делу "авторитетного" петербургского бизнесмена Владимира Барсукова (Кумарина) и семерых его сообщников состоялись допросы потерпевших и свидетелей. Один из ключевых потерпевших, бывший основной совладелец и гендиректор универсама "Смольнинский" Виктор Ульев заявил, что к обвиняемым претензий не имеет.

В здании суда вчера вновь собралось немалое количество приехавших из Санкт-Петербурга родственников и знакомых подсудимых. Особое внимание обращали на себя несколько крепких мужчин в строгих костюмах. "Мы люди серьезные, воспитанные,— втолковывал один из них кому-то из присутствующих.— По кличкам друг друга никогда не называем, только по имени-отчеству". Супруга господина Барсукова тем временем говорила одному из адвокатов: "Я же вижу, что решение уже принято. Вижу, что всем здесь все равно. После заседания еду в Домодедово".

С особым интересом ожидали допроса потерпевшего — бывшего гендиректора и основного совладельца универсама "Смольнинский" Виктора Ульева. Напомним, господин Барсуков и его сообщники по одному из эпизодов обвиняются в рейдерском захвате "Смольнинского" в октябре 2005 года.

Однако господин Ульев, пришедший в суд небритым, в сильно потертых джинсах и потрепанной майке, надежд присутствующих не оправдал. Для начала он сообщил, что никого из подсудимых никогда не видел, а затем в течение трех часов, что длился его допрос, на подавляющее большинство вопросов отвечал: "Не помню". Один из судей в конце концов даже спросил, не было ли у потерпевшего травм головы. Впрочем, иногда господин Ульев отказывался отвечать на вопрос, ссылаясь на 51-ю статью Конституции РФ, позволяющую не свидетельствовать против себя. Потерпевший не отреагировал и на просьбу прокомментировать совершенные им ранее действия: в ноябре 2005 года он обратился в милицию с заявлением о рейдерском захвате "Смольнинского", через три месяца написал заявление в прокуратуру с просьбой закрыть уголовное дело о захвате, а еще через год подписал постановление следователя о признании его потерпевшим по делу. Господин Ульев лишь подтвердил, что получил за универсам $2 млн. "Я получил деньги, а каким образом получил, я постарался забыть,— сказал Виктор Ульев.— Я всем доволен и пострадавшим себя не считаю".

["Время новостей", origindate::23.04.2009, "Тамбовские" слушания": Со слов Бадри Шенгелия, схема рейдерского захвата была проста: в налоговой инспекции за взятку меняли в документах учредителей и гендиректора предприятия, после чего новый «руководитель» собирал документы и завладевал зданием. "Работали" участники ОПГ, по словам бизнесмена, и с арбитражными судами, в которых истинные владельцы предприятий пытались отсудить отнятый бизнес. Работникам судов, по словам свидетеля, якобы также платили деньги за то, чтобы они затягивали процесс - порой процессы длились несколько лет. Отчаявшиеся истцы в итоге соглашались на сделку с преступниками, и те платили им от нескольких сотен тысяч до 2 млн долл. «отсутпных», после чего продавали в разы дороже. Сам г-н Шенгелия, по его словам, купил у Барсукова ООО «Магазин Смольненский» за 6 млн долл., тогда как потратил на него Владимир Барсуков всего 2 млн. - врезка К.Ру]

Также вчера выступила свидетель Лариса Хазова. Она пояснила, что в 2005 году работала риэлтером, когда к ней обратилась Виктория Москалева, владелица 5% "Смольнинского", в который помимо собственно магазина входили мини-гостиница и кафе. Госпожа Хазова сообщила, что госпожа Москалева пожаловалась ей, что у нее отобрали доли в кафе и универсаме, заплатив за них 50 руб., и попросила помочь ей сохранить долю в мини-гостинице. Когда госпожа Хазова занялась этим вопросом, ей, по ее словам, стал звонить и угрожать неприятностями господин Ульев. Тот на требование судьи подтвердить или опровергнуть эти показания, не взглянув на свидетельницу, сказал, что ее не знает.

Искать защиты от господина Ульева, продолжила госпожа Хазова, она решила у Валерия Асташко (одного из подсудимых). На вопрос: "Почему?" — свидетель ответила: "Я знала, что он неоднократно судим". Эти слова вызвали бурное веселье на скамье подсудимых. В итоге, рассказала госпожа Хазова, ей удалось добиться того, что госпоже Москалевой выделили ее долю в мини-гостинице. Позже, добавила свидетель, к ней обратился Альберт Старостин (еще один подсудимый) с предложением помочь в продаже "Смольнинского", но она отказалась.

Адвокаты обвиняемых после заседания в своих комментариях настоятельно рекомендовали обратить внимание на показания господина Ульева. "Продажа была законной, владелец получил деньги, претензий по сделке не имеет. О какой уголовщине может идти речь?" — сказал один из защитников.

***

Оригинал этого материала
© Газета.Ру, origindate::22.04.2009

Пенсионер вины не признает

Елена Шмараева

Петербургский пенсионер Владимир Барсуков (Кумарин) и его интеллигентные знакомые категорически отрицают свою причастность к рейдерским захватам предприятий. По версии следствия, Барсуков и его подельники нанесли ущерб предпринимателям на десятки миллионов долларов. Показания против «рейдера № 1» дал его конкурент – судимый Бадри Шенгелия.

Куйбышевский суд Петербурга начал рассматривать по существу дело против бизнесмена Владимира Барсукова (Кумарина), обвиняемого в рейдерском захвате нескольких предприятий. На время процесса всем его участникам пришлось переехать в Москву: следователи считают, что в Санкт-Петербурге на обвиняемых и свидетелей могут организовать покушение. Поэтому процесс с участием трех судей Куйбышевского суда под председательством Елены Горбуновой проходит в столичном Мосгорсуде. Помимо самого Барсукова, который представился участникам заседания как «пенсионер и инвалид первой группы» (во время покушения бизнесмен лишился правой руки), на скамье подсудимых семь его предполагаемых подельников. Как заявила в среду прокурор Ирина Шляева, все восемь обвиняемых входили в устойчивую преступную группировку (в материалах дела она названа «тамбовской»). Специализировались участники ОПГ на рейдерских захватах, которые осуществляли по одной схеме.

Сначала подделывали уставные документы того или иного предприятия, незаконно переоформляли его на нового владельца, а потом устраивали силовой захват помещений этого предприятия, выставляя настоящих владельцев за порог.

Руководил всеми действиями группировки, по версии следствия, Барсуков: он выбирал объекты для нападения, финансировал переоформление документов и рейдерские захваты. Его правой рукой был Вячеслав Дроков. Он ставил задачи перед рядовыми членами ОПГ и платил им гонорары. Павел Цыганок, юрист по образованию, вместе с еще двумя подельниками, которых следователям задержать не удалось, изготавливал фальшивые документы, в которых фигурировало имя нового владельца предприятий, и передавал измененные данные в отделение налоговой службы № 15, где у него были «связи». Еще одним штатным юристом группировки был Дмитрий Малышев, который заключал фиктивные договоры купли-продажи, а в случае, если настоящие владельцы предприятий подадут иск в арбитражный суд, должен был затягивать рассмотрение дела и оказывать давление на заявителей. Он же, считает следствие, по указанию Барсукова руководил физическим захватом недвижимости.

Еще четыре фигуранта уголовного дела – Альберт Старостин, Олег Кумище, Валерий Асташко и Александр Баскаков – занимались легализацией незаконно полученного имущества. Когда все бумаги были оформлены, а недвижимость захвачена, эти члены ОПГ перепродавали друг другу и своим знакомым (которые названы в материалах дела «подставными лицами») 100% акций предприятия. Так, считает следствие, они заметали следы: после того как здание или целое предприятие меняло владельца несколько десятков раз, установить его законного владельца было практически невозможно.

Преступления, за которые судят Барсукова и других, они, считает гособвинение, совершили в 2005 году. Летом и осенью 2005 года группировка завладела ООО «Пушкинское», в собственности которого находился, в частности, ресторан «Петербургский уголок», а также недвижимостью и уставным капиталом ООО «Магазин Смольнинский». Владельцы «Смольнинского» из-за действий рейдеров потеряли около 62 млн рублей, а собственники «Пушкинского» лишились более 80 млн рублей.

Дело против Барсукова и семерых его подельников возбудили как раз по заявлению владелицы «Пушкинского» Натальи Шпаковой: она оказалась хорошей знакомой губернатора Петербурга Валентины Матвиенко и, по некоторым данным, пожаловалась лично высокопоставленной подруге. ["Фонтанка", origindate::22.04.2009: Свидетелель обвинения ... бывший заместитель генерального директора ООО «Пушкинское» Храмов рассказал суду о том, как в октябре 2005 года был захвачен ресторан «Петербургский уголок». По его словам, утром в помещение, где кроме него находились только шеф-повар и бармен заведения, вошли порядка 10 человек, большая часть из которых являлись сотрудниками охранного предприятия. И показали ему документы, согласно которым у заведения сменился владелец. По его словам, все было достаточно вежливо и корректно. Никого из подсудимых в лицо он не узнал. В ходе допроса свидетель, по мнению обвинения, исказил свои первоначально данные показания о том, что он был предупрежден владелицей ресторана Натальей Шпаковой о том, что скоро их захватят. ... Владимир Барсуков сделал заявление, согласно которому со Шпаковой он был давно знаком и «неоднократно с ней выпивал». Поэтому, по его мнению, если бы он или его люди пытались завладеть ее рестораном, то она обязательно связалась бы с ним. Но этого не произошло. - врезка К.Ру] Уже в декабре 2005 года «Петербургский уголок» вернули Шпаковой, а в 2006 году начались аресты по уголовному делу. Главный подозреваемый Барсуков оказался за решеткой в августе 2007 года. Его задержали ночью в казино «Золотая страна».

В «Золотой стране» Барсуков и другие «тамбовские» проводили немало времени, согласно показаниям ключевого свидетеля Бадри Шенгелия, который выступил в среду в Мосгорсуде. Именно там обсуждались планы по захвату предприятий и будущие незаконные сделки. Шенгелия заявил суду, что его тоже хотели привлечь к участию в группировке в качестве «консультанта по юридическим вопросам», но он отказался. Правда, как необразованный Шенгелия должен был консультировать нескольких профессиональных юристов, он не пояснил. Впрочем, сам свидетель признался, что в итоге купил у «тамбовских» универсам «Смольнинский». «Но я купил его, когда с документами было все уже улажено, а владельцу заплатили $2 млн», – заявил Шенгелия.

Подсудимые встречали каждую реплику Шенгелия взрывным хохотом, а Барсуков заметил из стеклянного «аквариума»: «Бадри, а вот в газетах пишут, что ты наш грузинский Аль Капоне и главный по рейдерским захватам». ["Фонтанка", origindate::22.04.2009: Кумарин спросил: "Ты говоришь, что веришь газетам, пишущим о том, что мы "тамбовские", а газеты еще писали, что наш грузинский Аль Капоне - самый главный рейдер в Петербурге. Этому ты веришь?" На что Бадри ответил: "Нет, эта статья была заказана вами." - врезка К.Ру]

Адвокаты подсудимых уверены, что Шенгелия намеренно оговаривает Барсукова и других: в 2007 году его самого судили за рейдерские захваты нескольких предприятий, в том числе ткацкой фабрики «Рабочий». В итоге приговорен Шенгелия был к 2 годам и 9 месяцам лишения свободы, но отсидел лишь половину срока и вышел на волю по УДО. «За свою свободу Бадри выучил обвинительное заключение и пересказывает его», – заявил «Газете.Ru» защитник Барсукова Владимир Чеботарев.

["Фонтанка", origindate::22.04.2009: Шенгелия сказал суду, что … к нему, начиная с 2004 года, неоднократно обращался один из ныне подсудимых - Вячеслав Дроков - с просьбой оказать юридическое содействие по захвату объектов. Подобные обращения поступали примерно раз в два месяца, но, как уверил суд Шенгелия, он всегда отказывался. Кроме этого, на фоне других коммерческих интересов, Бадри Шенгелия, по его словам, регулярно встречался с некоторыми из подсудимых в торгово-развлекательном центре «Золотая страна». На этих встречах он постоянно присутствовал при разговорах, в ходе которых шло обсуждение о том, кто, что, когда и как будет захватывать под руководством Владимира Барсукова. Учитывая положение "авторитетного предпринимателя" Бадри Шенгелия, у окружающих от него секретов не было. Но сам Шенгелия участия в захватах не принимал. Эти слова были поставлены стороной защиты под сомнение. И суд разрешил адвокату Афанасьеву зачитать два протокола с показаниями Шенгелии. В них он говорил, что к нему действительно обращался Дроков с просьбой о консультации рейдерских «сделок». И он, согласно его показаниям, эти консультации оказывал (что в ходе судебного расследования он категорически опровергал).- врезка К.Ру]

Впрочем, на показаниях по сути предъявленного «тамбовским» обвинения Шенгелия не остановился: с трибуны он заявил, что подсудимый Дроков в казино «Золотая страна» рассказывал ему, что Барсуков готовит рейдерский захват ООО «Чай-кофе», ООО «Интерьер», ЗАО «Петербургский нефтяной терминал», ЗАО «Фабрика им. Крупской» и других предприятий – всего более 14 различных объектов недвижимости по всему Петербургу.

А в показаниях Шенгелия, данных на следствии, говорится также, что Барсуков хорошо знал генерального директора «Арбат-Престижа» Владимира Некрасова и сдавал ему в аренду захваченные помещения.

«У Некрасова были очень хорошие отношения и с Барсуковым, и с Дроковым. Он покупал у них и арендовал захваченные и легализованные объекты. В частности, бывший магазин «Ткани», – откровенничал перед судом свидетель Шенгелия. Напомним, что Некрасов сейчас находится под арестом по подозрению в уклонении от уплаты налогов. Будут ли его допрашивать в качестве свидетеля по делу Барсукова, участники процесса пока не сообщают.

Сами подсудимые своей вины не признают. «Виновным себя не считаю, дело против меня сфабриковано», – один за другим отвечали на вопросы судьи обвиняемые, теснящиеся в стеклянной клетке. Барсуков и его предполагаемые подельники представлялись «бизнесменами», «пенсионерами», «юристами», заявляли, что обращались друг к другу лишь по имени-отчеству, и отказывались называть себя членами ОПГ. О частичном признании вины заявили лишь подсудимые Кумище и Старостин, которые заявили, что «передавали какие-то документы» от одних своих знакомых другим, но, о чем в них шла речь, «понятия не имели».