"Я федеральный судья, а не продавщица"

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Оригинал этого материала
© "Новая газета", origindate::22.12.2008

"Я федеральный судья, а не продавщица"

Это стало практикой: судьи обязаны отчитываться перед начальством, рассматривая дела госслужащих

Ирина Гордиенко

Одной из главных причин, по которым депутаты недавно урезали права присяжных в пользу профессиональных судей, была забота о гражданах. Автор закона Владимир Васильев утверждал, что «дела, связанные с терроризмом, не могут рассматриваться присяжными, поскольку на них оказывается общественное давление», от которого «их сегодня никак нельзя защитить». Допустим.

Может быть, профессиональные судьи и неуязвимы для давления со стороны общества, однако они — часть судебной системы. И как показывает практика, от нее сегодня они также никак не защищены.

Два месяца назад федеральному судье Гусевой из Волгограда досрочно приостановили полномочия по причине ее нежелания предварительно «обсуждать» с начальством решения по своим делам. Ей так и сказали: «Не хотите работать как все, значит, будем прощаться».

«Я воспринимаю слова о независимости судей не номинально, а буквально. Для меня это не строчки в законе, а принцип. Я не могу обсуждать с кем бы то ни было свои решения вечером, а утром, как пионер, при всем аппарате суда отчитываться о проделанной работе, — говорит светловолосая молодая женщина. Голос ее звучит механически, она будто выдавливает из себя каждое слово. — Я федеральный судья, а не продавщица». Так считает Елена Гусева, теперь уже бывший судья Центрального района города Волгограда. Идет заседание Верховного суда РФ, где она пытается восстановиться на работе.

Судья Романенков — председательствующий по делу — ее не прерывает, он смотрит в пространство, и только брови подрагивают, вставая домиком, на его безучастном лице.

...Проблемы Елены Гусевой начались в 2005 году, когда председатель Центрального районного суда Игорь Пучкин придумал новый способ «улучшения качества рассмотрения уголовных и гражданских дел». Ноу-хау заключалось в том, чтобы судьи (а надо сказать, что в миллионном Волгограде суд Центрального района — самый крупный) каждый день являлись к нему на утренние и вечерние оперативные совещания.

Вечером каждый из шестнадцати судей с глазу на глаз докладывал своему председателю о своих делах, находящихся в производстве вплоть «до рассмотрения материалов по существу». Более того, судьи должны были в обязательном порядке обсуждать дела, «где сторонами выступают органы государственной власти и должностные лица». Особое внимание уделялось «делам, имеющим общественное значение…». Еще господин Пучкин желал обсуждать «правильное применение норм материального и процессуального права», по крайней мере именно так было сказано в его распоряжении от 24 июня 2005 года. Смысл же утренних оперативок был в отчете тех же судей о выполненной ими работе, но уже перед всем аппаратом суда.

Весь этот порядок, заведенный в Центральном суде Волгограда, является грубейшим нарушением российского законодательства. Согласно «Закону о статусе судей РФ», «судья не обязан давать каких-либо объяснений по существу рассмотренных или находящихся в производстве дел, а также предоставлять их кому бы то ни было для ознакомления». На безоговорочной независимости судей настаивают и Конституция РФ, и целый ряд положений и кодексов. Однако в суде Центрального района Волгограда доклады судей стали нормой. Не всем это нравилось, однако возмутиться решилась только Елена Гусева. Она отказалась отчитываться о своей работе и посещать оперативки, которые могли влиять на исход рассматриваемых дел.

...Игорь Пучкин — судья известный. В апреле этого года сам глава следственного комитета Александр Бастрыкин обвинил председателя Центрального суда в давлении на федерального судью Рындина «при рассмотрении общественно значимого уголовного дела» (пресса писала, что конфликт произошел из-за дела начальника волгоградского ГУВД Цукрука, за которого и радел председатель). Как только над Пучкиным нависла угроза прокурорской проверки и уголовного дела, он ушел в долгосрочный отпуск. Это помогло, и дело замяли, а Пучкину всего лишь не продлили срок полномочий председателя и перевели в разряд обычных судей в том же Центральном районе.

Однако на судьбе Елены Гусевой эти перемены никак не сказались. На смену Пучкину пришли его заместители: сначала Галина Мун, потом Дмитрий Алтухов. Они продолжили обвинять судью Гусеву в «ошибочном понимании принципа независимости». Областной волгоградский суд вынес ей десять частных определений, у судей это вещь серьезная, аналог строгого выговора. Однако примечательно, что все проступки, в которых обвиняли Гусеву, носили процессуальный характер, жаловались на нее не граждане, дела которых она рассматривала, а собственные коллеги. Три раза ее пытались лишить полномочий через квалификационную коллегию — не получалось, вместо лишения полномочий члены коллегии присвоили ей третий квалификационный класс судьи, то есть возвели в ранг, аналогичный званию армейского полковника.

Однако в мае 2008-го был избран новый состав квалификационной коллегии, и дело пошло на лад. Четыре месяца спустя судьи Дерюгина, Ламтюгина, Стуконог и другие «единодушно» проголосовали за досрочное прекращение полномочий судьи Гусевой за то, что она «…не посещает оперативные совещания, чем препятствует руководителю суда осуществлять правосудие».

...Ирина Поволоцкая, председатель волгоградской квалификационной коллегии, дама во всех отношениях суровая. И говорит, чеканя, и судит с плеча. Отстаивать интересы волгоградского судейского сообщества в Верховном суде она приехала лично, не доверив эту миссию никому из коллег. Сразу же, без обиняков, она прямо так и заявила: «Человек не должен забывать, что он часть судебной системы, мы все звенья одной цепи, а вот судья Гусева считает, что она не составное звено, а независимый судья».

Затем она указала на ряд процессуальных ошибок, совершенных Гусевой, и особо подчеркнула тот факт, что «из-за таких, как судья Гусева, увеличивается количество жалоб в Страсбургский суд». Да и вообще Гусева — мать-одиночка, у нее двое детей, и она беспрестанно спекулирует этим… «Поэтому я ходатайствую оставить ее просьбу без удовлетворения», — заключила Ирина Анатольевна. По этой логике выходило, что судью Гусеву только потому восемь лет терпели на работе, что она имеет двоих малолетних детей. Думаете это аргумент?

Судья Романенков был все так же безучастен, я даже подумала, что у него проблемы со зрением, потому что за семь часов слушания он ни разу так и не взглянул на бывшую судью Гусеву, даже когда к ней обращался. Так же безучастно он и зачитал свое решение, в котором отклонил ходатайство Гусевой и оставил решение волгоградской областной квалификационной коллегии без изменения, — только домики бровей на его лбу почему-то еще сильней подрагивали.

Вот и возникает у меня вопрос: «Почему Игорь Пучкин все еще федеральный судья, а Елена Гусева — нет?»

P.S. На вопрос, правомерно ли лишение полномочий Гусевой, и.о. председателя Центрального районного суда Волгограда Дмитрий Алтухов ответить не смог, заявив, что обращение в квалификационную коллегию он не писал, остальное комментировать не желает, «вы можете писать все, что хотите, мне все равно». Игорь Пучкин же снова на больничном, а телефон его не отвечает.