«Топор войны» зароют в триллионах

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

«Топор войны» зароют в триллионах FLB: Методы Минобороны могут слишком дорого обойтись и предприятиям ОПК, которые начнут “вымирать”, и армии, которая останется без современного оружия

" Бесценное Оружие Отпущенные на перевооружение российской армии триллионы могут просто вылететь в трубу «Министерство обороны пытается заставить предприятия ОПК играть по своим правилам и поставлять вооружения по тем ценам, которые устраивают военное ведомство. Вообще-то 15 апреля все должно было быть кончено. В том смысле, что Минобороны и поставщики вооружений должны были подписать все контракты в рамках гособоронзаказа (ГОЗ) в 2012 году. Однако вице-премьер Дмитрий Рогозин, курирующий «оборонку», уже признал, что выдержать сроки снова не удастся . «Сказать, что стопроцентно будут заказы до 15 апреля, я не могу. У нас есть позиции, по которым возникают споры по формуле цены, особенно это связано с продукцией, которая будет производиться не в течение одного года, а, скажем, в течение 5—7 лет», — заявил накануне истечения отведенного срока Дмитрий Рогозин. В аппарате вице-премьера «Профилю» рассказали, что совещания по ГОЗу идут каждую неделю. Несмотря на грозные указания первых лиц государства, к середине апреля, по данным Минобороны, не было заключено контрактов примерно на четверть от общей суммы ГОЗа . «По состоянию на 15 апреля в рамках ГОЗа заключено контрактов на 77% от общего объема ассигнований ГОЗа на 2012 год — на 520,7 млрд рублей», — доложил в минувший четверг журналистам первый замминистра обороны Анатолий Сухоруков. Общий объем выделенных Минобороны на ГОЗ средств в этом году составляет 677,4 млрд рублей (еще более 200 млрд рублей пойдет в оборонно-промышленный комплекс (ОПК) по другим статьям и ведомствам). «То есть все задачи, поставленные перед предприятиями ОПК, выполняются. У меня, как у первого замминистра обороны, никаких опасений, что эти контракты будут сорваны, нет», — подчеркнул Анатолий Сухоруков. Российская армия в 2012 году получит 28 зенитных ракетно-пушечных комплексов «Панцирь-С», 58 самолетов, 124 вертолета, ракеты наземного и морского базирования. Правда, представители ОПК говорят, что в целом ситуация в текущем году значительно лучше, чем в прошлом. Но достигнуто это перемирие ценой большой крови. По мнению экспертов, на данный момент поле боя осталось за Минобороны: путем жесткого прессинга ведомство Анатолия Сердюкова заставило-таки основную часть ОПК умерить ценовые аппетиты. Но это не значит, что топор войны закопан. После того как заводы и корпорации потратят полученные деньги и выпустят часть продукции, они вновь потребуют пересмотра соглашений. По их словам, денег, чтобы довыполнить контракты и разработать новые образцы вооружений, у них не будет . Вдобавок очень много будет зависеть и от того, кто станет министром обороны в новом правительстве. Камнем преткновения в отношениях между Минобороны и ОПК уже не первый год остаются цены. Военное ведомство категорически не устраивает соотношение «цена—качество» по некоторым видам техники. Одним из наиболее показательных в этом смысле был «танковый» конфликт. Глава Генштаба Николай Макаров в феврале жестко раскритиковал качество, современность и цену отечественной техники для сухопутных войск, заявив, что из-за этого закупки практически не осуществляются. Генерал вновь подтвердил намерение ведомства покупать вооружение иностранного производства, «той техники, где отечественная промышленность в ближайшие 5—10 лет не будет иметь прорывных позиций». В ответ он получил массу негативных комментариев от представителей ОПК. У «оборонщиков», естественно, позиция противоположная. Они считают свои требования обоснованными, поскольку предприятия нуждаются в средствах на ремонт, техническое переоснащение и разработку новых видов продукции. Вице-премьер Дмитрий Рогозин даже был вынужден запретить всем сторонам спора выяснять отношения через СМИ. Но проблема никуда не делась. Качество действительно хромает, а многие виды военной продукции были разработаны несколько десятилетий назад и не отвечают нынешним требованиям. Но главным для Анатолия Сердюкова и его подчиненных остается вопрос цены . Все последние годы Минобороны «ломало» ОПК, заставляя предприятия обосновывать стоимость своей продукции и снижать ее, если нет весомых аргументов. Именно поэтому и были сорваны кампании по подписанию контрактов и выполнению ГОЗа в 2010—2011 годах. И эта же проблема остается ключевой в году текущем. По мнению главного редактора журнала «Национальная оборона», директора Центра анализа мировой торговли оружием Игоря Коротченко, перед Анатолием Сердюковым стояла задача навести порядок в системе ГОЗа. Ведь было необходимо разрешить ситуацию, когда деньги, выделявшиеся на разработку и закупку новых вооружений, просто уходили в песок или их «пилили». Особенно важной эта задача стала сегодня, когда принято решение о масштабном перевооружении армии и выделении на это 22 трлн рублей до 2020 года. По словам директора Института военного и политического анализа Александра Шаравина, столкновения интересов на почве ГОЗа, когда Министерство обороны хочет купить дешевле, а производители военной техники хотят продать подороже, были всегда и всегда будут. «Другое дело, что тут необходимо находить баланс интересов. Сегодня проблема в том, что многие предприятия являются единственными производителями техники. Тут бесполезно говорить о тендерах и конкурсах », — отмечает он. «Главное — обеспечить прозрачность цены на продукцию военного назначения, но пока целый ряд предприятий ОПК затрудняется объяснить, из чего она складывается. Если же Минобороны получает всю необходимую информацию, если есть четкое понимание цены продукта, контракт заключается без промедления», — утверждает Игорь Коротченко. Для наведения порядка в этой сфере было принято решение о централизации всех процессов контрактации в системе ГОЗа. Сегодня в Минобороны все контракты подписываются лично Анатолием Сердюковым по представлению специально созданной комиссии, в состав которой входят главкомы видов вооруженных сил и командующие родов войск . «Тем самым сводится к минимуму коррупционная составляющая», — отмечает эксперт. Минобороны сумело наладить подписание контрактов на своих условиях. При этом с несогласными просто не заключали договоры и применяли административный ресурс. Такой подход дал свои результаты: по мнению экспертов, в этом году ситуация более спокойная, чем раньше. «На мой взгляд, в этом году с ГОЗом не будет таких эпических проблем, как в прошлом, так как большинство знаковых — судьбоносных и долгосрочных — контрактов было заключено в прошлом году. В этом году возможно повторение прошлогодних баталий по поводу цены, только в меньшем масштабе», — говорит научный сотрудник Центра анализа стратегий и технологий Андрей Фролов. «Мне кажется, что механизм ГОЗа налажен лучше, ситуация сегодня иная, чем, например, полгода назад»,— считает Александр Шаравин. Но представители ОПК, оценивая текущее положение дел, далеко не столь оптимистичны. «Действительно, ситуация с подписанием контрактов в этом году значительно лучше, — признает источник «Профиля» в госкорпорации «Ростехнологии». — Но вопрос ценообразования и достаточной рентабельности так и остался нерешенным». Показательна в этом смысле история с заключением контракта между Минобороны и Объединенной судостроительной корпорацией (ОСК) на изготовление атомных подводных лодок (АПЛ) проекта «Борей» . Минобороны не устроило обоснование цены АПЛ, которую представила ОСК. «Мы ждали от ведомства аргументированного ответа, почему его не устраивает наша цена, — рассказывает источник «Профиля» в ОСК, — но получили лишь одностраничный документ, в котором было просто написано, что они с такой ценой не согласны». В результате контракт на условиях ОСК подписан не был, а вопрос был поднят на совещании у вице-премьера Игоря Сечина, который «порекомендовал» корпорации снизить стоимость «Бореев» . В минувший четверг первый замминистра обороны Анатолий Сухоруков заявил, что контракт будет заключен на условиях военного ведомства и «сегодня-завтра будет направлен на предприятие для подписания». Собеседник «Профиля» в ОСК говорит, что они будут вынуждены подписать этот договор, поскольку подчиняются воле правительства, но соглашение не позволит компании выйти на рентабельный уровень. Вопрос рентабельности — один из главных, который волнует ОПК. Руководители оборонных предприятий подчеркивают, что без должного уровня рентабельности они долго не протянут, и через пару лет начнется вымирание наиболее слабых заводов. Кроме того, могут начаться новые проблемы с выполнением и финансированием работ, поскольку выделенные деньги предприятия потратят в том числе на капремонты и повышение зарплат сотрудникам, наверстывая упущенное за предыдущие годы. Покрывать же грядущие расходы будет нечем . Встанет вопрос об увеличении затрат на оборону, а государство вряд ли это потянет, особенно если упадет цена на нефть. Директор департамента стратегического анализа ФБК Игорь Николаев подчеркивает, что власти придется выбирать: либо платить пенсии и зарплаты бюджетникам, либо сокращать расходы на оборону. «Очевидно, что выбор будет сделан не в пользу ГОЗа», — уверен он. Вице-президент Союза машиностроителей России Владимир Гутенев отмечает, что порог рентабельности предприятий должен быть не ниже 15% от полной себестоимости продукции. «Однако применение Минобороны подхода по определению прибыли в размере 20% от собственных затрат и одного процента от привнесенных затрат формирует совсем иной тип рентабельности. Он не превышает, как правило, 7%. О каком техническом перевооружении и инновационном развитии можно вести речь? » — заявил он на заседании бюро союза в феврале этого года. Владимир Гутенев уверен также, что надо изменить порядок заключения контрактов, например, взять за образец порядок работы с зарубежными заказчиками, в котором предусмотрены четкие параметры заказа, сроки оплаты и штрафные санкции в отношении и заказчика, и исполнителя. «Мы не хотим преференций, мы хотим равного отношения», — подчеркивает он. Урегулировать разногласия в вопросе ценообразования призван законопроект «О государственном оборонном заказе», который был разработан военно-промышленной комиссией при правительстве и внесен в Госдуму в марте этого года. В законопроекте определены особенности размещения ГОЗа, основные принципы и методы государственного регулирования цен на продукцию, поставляемую по такому заказу. Но эксперты отмечают: конкретики в документе мало, что дает поле для злоупотреблений и различных толкований положений закона. В заключении Общественной палаты, например, отмечается, что в законопроекте «отсутствуют нормы, регламентирующие вопрос ценообразования по продукции военного назначения». Сейчас документ готовится к первому чтению, которое может состояться в мае этого года, и к этому моменту законопроект может быть существенно отредактирован. Но как в итоге будет выглядеть документ, неизвестно. Вряд ли «оборонщикам» удастся вписать в закон больше, чем военному ведомству. Сейчас многое зависит от того, каким будет новое правительство, кто займет пост министра обороны, если его покинет Анатолий Сердюков. Вероятно также, что будет переформатирован блок, отвечающий за ГОЗ и ОПК. Однако от перемены мест слагаемых ничего не изменится. Нынешняя ситуация в отечественном ОПК представляется абсолютно тупиковой. И главная проблема — в монополизме и отсутствии конкуренции в ОПК. По сути, рыночные реформы в этом секторе экономики и не начинались. Сегодня у оборонных предприятий нет никаких экономических стимулов к снижению себестоимости и повышению качества продукции. У военных же нет другого средства борьбы с ОПК, кроме административного нажима. Поэтому скандалы и препирательства между Минобороны и производителями будут с неизбежностью повторяться. Очевидно, что нужны нестандартные действия правительства, чтобы выйти из тупика. И главным средством представляется создание конкуренции внутри и вокруг ОПК. Здесь возможно несколько вариантов. Первый: правительство могло бы разрешить создание частных военно-промышленных компаний. Второй: очевидно, следует продолжить практику закупки некоторых типов вооружений за рубежом. Как для получения доступа к технологиям, так и для того, чтобы свои производители видели, что им все-таки можно найти замену. Третье: «оборонщикам» и государству стоит подумать о создании международных альянсов для совместного производства передовых видов военной техники . Конечно, все эти меры сопряжены с немалыми трудностями как экономического, так и политического характера. Но, если оставить все как есть, отпущенные на перевооружение российской армии триллионы могут просто вылететь в трубу, и в итоге у нас не будет ни денег, ни современного оружия. Довольно неприятная перспектива». Петр Орехин , Марина Соколовская, «Профиль», № 763"
631e1fcac8dc17991f13cb1db2038ef8.gif

Ссылки

Источник публикации