«Трансаэро» годами подделывала финансовую отчетность

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск
Трансаэро

В Госдуме попросили СК разобраться в отчетности Трасаэро


Крах авиакомпании «Трансаэро» стал одним из самых заметных событий российской деловой жизни в 2015 году.

Второй по размеру отечественный авиаперевозчик сегодня практически прекратил свою деятельность, успев перед этим набрать миллиарды кредитов и поставив под угрозу срыва планы тысяч своих пассажиров.

При этом руководство «Трансаэро» заранее знало о предстоящих проблемах и вполне осознанно их усугубляло, преследуя собственные корыстные интересы.

К такому выводу пришел депутат Госдумы Дмитрий Ушаков, внимательно изучивший отчетность перевозчика за 2011-2014 годы. Как сообщают «Известия», депутат обратился к председателю Следственного комитета Александру Бастрыкину с заявлением о том, что руководство «Трансаэро» на протяжении нескольких последних лет могло специально вводить в заблуждение банки-кредиторы и надзорные органы, чтобы и дальше получать кредиты и госгарантии.

Не исключен также и сговор между менеджментом компании и банками, имеющий целью получение необеспеченных займов и преднамеренное доведение «Трансаэро» до банкротства, уверен Ушаков.

«На основании изложенного прошу Вас, уважаемый Александр Иванович, проверить изложенные в настоящем депутатском запросе факты и дать правовую оценку... действиям менеджмента ОАО «АК «Трасаэро» на наличие признаков мошенничестве либо намеренного введения в заблуждение менеджментом ОАО «АК «Трансаэро» кредиторов и надзорных органов (Росавиация, Минтранс и др.), возможном сговоре между ОАО «АК «Трансаэро» и банками-кредиторами на получение необеспеченных кредитов, либо о преднамеренном доведении до банкротства ОАО «АК «Трансаэро», - говорится в обращении Ушакова к главе Следственного комитета.

В качестве доказательств возможной вины руководства перевозчика депутат обращает внимание на три ключевых момента, каждый из которых в свое время должен был бы вызвать тревогу у проверяющих и регулирующих органов, но почему-то не вызвал. Это крайне сомнительная переоценка бренда «Трансаэро», регулярное нарушение компанией правил бухучета и манипуляции основными показателями финансовой отчетности.

Стоимость товарных знаков крупных и успешных компаний нередко достигает значительных величин. Так, бренд Apple сегодня стоит около 170 млрд долларов, а Microsoft – 63 млрд долларов. Бренд ведущего российского авиаперевозчика – компании «Аэрофлот» - оценен в 1 млрд долларов.

Товарный знак «Трансаэро» до поры стоил порядка 650 млн рублей, что вполне соответствовало рыночным реалиям и месту перевозчика среди себе подобных. Но затем началась «игра на повышение», и всего за несколько лет, с 2010 по 2014 годы, стоимость бренда «Трансаэро» увеличилась более чем в 94 раза, до 61,3 млрд рублей. Это уровень ведущих международных перевозчиков, таких, как британский Easy Jet и австралийский Qantas, но для «Трансаэро» - явный перебор.

Аудиторы из ООО «РСМ Русь», проводившие проверку отчетности «Трансаэро», в своем заключении по бухгалтерской отчетности за 2013 год честно указали, что не видят достаточных доказательств того, что стоимость бренда перевозчика определялась по текущей рыночной стоимости. Иными словами, аудитор заявил, что проверить обоснованность столь значимой переоценки товарного знака «Трансаэро» невозможно, а сама произошедшая переоценка требованиям действующего законодательства не соответствует.

Но стремительный рост показателей, похоже, понравился топ-менеджменту перевозчика, и в 2014 году произошел самый крупный скачок стоимости его нематериальных активов, выросших в цене с 2,1 млрд до 61,3 млрд рублей. И вновь аудитор – все тот же «РСМ Русь» - заявляет, что «не получил достаточных аудиторских доказательств того, что указанная выше стоимость соответствует принципам определения справедливой стоимости нематериальных активов». То есть налицо попытка замаскировать убытки, завысив одну из строк отчетности, уверен депутат Ушаков.

Если бы не внезапное и непонятное даже профессионалам увеличение стоимости бренда, то «Трансаэро» по результатам 2014 года пришлось бы показывать убыток в 14,49 млрд рублей. Вместе с убытками предыдущего, 2013 года, это составило бы уже минус 33 млрд рублей. Но ловкая манипуляция нематериальными активами привела к тому, что собственный капитал ОАО «АК «Трансаэро» по документам составил не минус, а плюс те же 33 миллиарда. Как говорится, ловкость рук и никакого мошенничества…

Такая ничем не подкрепленная дооценка стоимости собственного брэнда выглядит попыткой подлога и формирования недостоверной бухгалтерской отчетности, либо даже стремлением менеджмента «Трансаэро» скрыть убытки, получаемые компанией второй финансовый год подряд, констатирует Ушаков в обращении к Чайке.

Странное поведение цифр в графе стоимости бренда «Трансаэро» оказалось не единственным сомнительным моментом в ее финотчетности. Компания вообще легко и охотно нарушала требования отечественного законодательства в области стандартов бухгалтерского учета (РСБУ).

Так, например, по правилам все валютные показатели переводятся в рублевые по курсу на конец отчетного периода. Однако «Трансаэро» решила, что ее это не касается, и пересчитывала доллары в рубли по курсу на дату операции. Благодаря чему смогла «уменьшить» объем своих потерь почти в два раза в рублевом исчислении.

По подсчетам Ушакова, отрицательная курсовая разница в консолидированной финансовой отчетности «Трансаэро» за 2014 году достигает 9,5 млрд рублей. Если бы бухгалтеры перевозчика соблюдали закон, то сумма курсовой разницы в отчетности выросла бы до 19 млрд рублей. Проигнорировав стандарты бухучета, «Трансаэро» не только скрыло часть своих убытков, но и исказила представление о финансовом положении компании у кредиторов и инвесторов.

Так же, не стесняясь ничего, руководители «Трансаэро» правили свою отчетность задним числом, то есть спустя несколько месяцев, а то и лет после ее сдачи. Например, в отчетности за 2013 год основные средства компании оценивались в 13 млрд рублей, в отчетности за 2014 год этот же показатель предыдущего периода оказывался равен уже 8 млрд рублей. То же самое произошло и с непокрытым убытком – сперва его указали равным вполне приемлемым 266 млн рублей, а через год он внезапно вырос до 32 млрд рублей. Напомним, что речь идет об одной и той же графе отчетности за один и тот же год, но в документах разных лет.

Кстати, в отчетности за первое полугодие 2015 года убытки снова выросли, и в «Трансаэро» не нашли ничего лучше, чем добавить в нематериальные активы стоимость программного обеспечения, оценив его в 7 млрд рублей. По словам независимого авиационного эксперта Андрея Крамаренко, это противоречит всем правилам бухгалтерского учета, но почему-то опять не смутило «Трансаэро». «В отчетностях за 2012 и 2013 года были явно скрыты многомиллиардные убытки. Это не секрет, что Плешаковы (владельцы перевозчика) жили не бедно», - отметил эксперт.

Судя по всему, главной задачей всех этих нарушений, подтасовок и манипуляций было получение возможности и дальше привлекать кредиты, выпускать ценные бумаги, увеличивать собственный капитал. Годами «Трансаэро» практически обманывала всех – и банки, в которых брала кредиты, и государство, предоставлявшее под эти кредиты свои гарантии.

«Обоюдная выгода между «Трансаэро» и кредиторами, несомненно, существовала, — уверен гендиректор консалтинговой компании Infomost Борис Рыбак. — Управляющим в банках очень важны крупные капиталоемкие сделки. Сделка с крупными компаниями по 60 млн рублей никому не интересна, вот сделка на $1 млрд — это другой разговор. Любой профессионал банку может рассказать все, что угодно, про свою кредитоспособность, особенно если банк хочет это услышать. Не могу исключать, что в истории с «Трансаэро» именно так и было».

Но афера, по сути напоминающая финансовую пирамиду, в конце концов вскрылась. Пострадали пассажиры, пострадали банки, пострадали практически все, кроме самих владельцев «Трансаэро». Гендиректор перевозчика Ольга Плешакова покинула компанию, передав свои акции мужу, бывшему председателю совета директоров Александру Плешакову. Теперь он – практически главный владелец «Трансаэро», сосредоточивший в своих руках около 60% ее акций. И отвечать за многолетние нарушения теперь придется, вероятно, именно ему.

«Тот факт, что руководство компании знало о критической ситуации и при этом продавало билеты вперед на как можно большие суммы, говорит сам за себя. Это, по меньшей мере, если не преступление, то однозначно неэтичное поведение, - уверен директор Центра политического анализа Павел Данилин. - То есть ситуация была такая: крупнейшая корпорация показывала достаточно неплохую отчетность, имея за собой высокопоставленных политических покровителей. Здесь вина исключительно руководства компании, если она будет доказана».

Ссылки

Источник публикации