«Я пятнадцать лет жил при коммунизме!»

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

«Я пятнадцать лет жил при коммунизме!» FLB: На запрос главы СФ Строева по поводу возможности реабилитации Чурбанова Генпрокуратура даже не ответила

" Юрий Чурбанов и его женщины Почему до сих пор не реабилитировали зятя Брежнева “С Юрием Михайловичем Чурбановым мы познакомились уже давно, в 1994 году, когда он вышел на свободу после шести с лишним лет пребывания в следственном изоляторе КГБ Лефортово и Нижнетагильской колонии №13. Сначала просто встречались и беседовали, потом я сделал с ним интервью (между прочим, для газеты «Совершенно секретно»). А с 1996 года наше общение перешло в новое качество. В то время я работал советником у Председателя Совета Федерации и орловского губернатора Егора Семёновича Строева, а у фирмы «Росштерн», вице-президентом которой был тогда Чурбанов, имелись определённые интересы на Орловщине ”, - вспоминает в январском номере “Совершенно секретно” Алексей Богомолов. “В марте 1997 года я впервые привёз бывшего «заключённого номер один», как его именовала западная пресса, в Орёл. Строев и Чурбанов встретились на ступеньках Орловской областной администрации. Юрий Михайлович прослезился, глаза Егора Семёновича тоже повлажнели. Со словами «А помнишь, Юра, как мы с тобой в 1976 году здесь по даче гуляли?» – он увлёк гостя в недра большого кирпичного дома на площади Ленина, 1 . А потом начались их регулярные встречи, одно время приносившие конкретные плоды. Больше, конечно, Чурбанову и его фирме, поскольку для такого масштабного человека, как Строев, поддержка пары не самых больших предприятий в его области была сродни благотворительности . Вот тогда-то я и наобщался вволю с опальным генерал-полковником. Мы вместе завтракали, обедали и ужинали, путешествовали по Орловщине и столице, встречались в маленьких и больших кабинетах. Иногда наши встречи завершались глубоко за полночь. А я по журналистской привычке «на всякий случай» записывал то, что рассказывал мне бывший зять Брежнева и первый замминистра внутренних дел СССР . Рукописи ведь не горят, правда? И сегодня я хочу предложить читателям нашей газеты часть этих записей. Слова Юрия Михайловича я оставил в основном без изменений, разве что сделал минимальную редакционную правку, свои вопросы опустил. А вопросов было много… Я пятнадцать лет жил при коммунизме! «Лёша, о каких взятках может идти речь? – говорил мне Юрий Михайлович Чурбанов, когда мы осенью 1998 года сидели с ним в номере орловской гостиницы «Салют», – я ведь практически пятнадцать лет жил при коммунизме! Только человек, не очень хорошо знакомый с партийной и государственной иерархией СССР, мог рассуждать о таких вещах. Смотри сам, я – «первый зять страны», муж единственной и любимой дочери Генерального секретаря ЦК КПСС. И ещё не забывай, что не сразу, конечно, но я стал генерал-полковником и первым замминистра внутренних дел, кандидатом в члены ЦК, членом Центральной ревизионной комиссии… Власти и возможностей было хоть отбавляй! Вот ты принёс мне обвинительное заключение по моему делу, несколько томов… Что мне вменялось? Какой-то свёрток линолеума, привезённый на дачу, узбекские халаты, но главное – взятки. О всяких вещах типа линолеума я скажу так: если бы я захотел, чтобы у меня что-то появилось, достаточно было сказать, и на следующий день это было у меня! И никаких подписей в бумагах и ведомостях . Ты думаешь, у Горбачёва было по-другому? Или у кого-то из партийных и государственных руководителей высшего уровня? Нет, конечно, все, что называется, из одного корыта хлебали… Обставлено было по-разному. Кто-то сам занимался бытовыми вопросами, у кого-то жёны, а большинство обеспечивалось специально обученными, как сейчас говорят, людьми. Ты думаешь, для чего было создано Управление делами ЦК КПСС? Это ведь была огромная структура, услугами которой пользовалось всё партийное руководство. А вот дальше всё уже зависело от человека. Некоторые просто теряли голову от вседозволенности и жадности. Не хочу говорить о них, но были и такие. И не сидели, между прочим! И при своих деньгах и своей собственности остались. Как ты думаешь, сколько стоят квартиры в домах Управления делами ЦК КПСС? Например, там, где жил я, на Большой Бронной, или на улице Щусева? А будут стоить ещё больше! Ты со мной общаешься уже несколько лет, видишь, как я живу. Думаешь, это после тюрьмы? Нет, просто мне и тогда всего хватало, даже с избытком, хватает и сейчас. Просто сегодня всё покупаю за свои деньги, иногда использую представительские или командировочные, а раньше это было частью обеспечения в соответствии с должностью, званием и положением . Зачем мне взятки? Я получал денег больше, чем Генеральный секретарь! У Леонида Ильича был оклад в 800 рублей, у меня же с учётом всех составляющих, таких как выслуга лет, звание и прочее, – 1100 . А ещё и «кремлёвка». И привилегии, магазины, где продавались дефицитные товары по щадящим ценам. Это всё было частью системы. Не пользоваться этим – значило быть белой вороной, рисковать вызвать, мягко говоря, непонимание окружающих. Мне это надо было? Почему я признал несколько эпизодов со взятками? Причина одна: следователи совершенно серьёзно сказали мне, что если я не возьму два-три эпизода из сорока с лишним, то мне, как говорят в зоне, «лоб зелёнкой намажут». Расстреляют то есть… Я сам прекрасно знал нашу систему, как судебную, так и в сфере исполнения наказаний, сам в ней одно время служил. Знал и то, что, если принято решение на Политбюро ЦК (а об этом мне сказал лично председатель КГБ Чебриков), его выполнят обязательно. Решил в своё время Хрущёв валютчиков расстрелять, так расстреляли же, хотя законы обратной силы не имеют. Вот и меня готовили к высшей мере… Давай эту тему закончим. Людей, которые мне якобы эти взятки давали, давно оправдали! И за отсутствием состава преступления, между прочим! » Я скажу честно, меня доводы Юрия Михайловича убедили. И мне в то время представлялось, что президент России Борис Николаевич Ельцин, сказав «а» в отношении Чурбанова, мог бы задуматься и о произнесении следующей буквы. Ведь не без ведома первого лица России бывший генерал-полковник был освобождён, и именно президентским указом Юрию Михайловичу отменили трёхлетний «испытательный срок» . К тому же Чурбанов и Ельцин были лично знакомы: в середине восьмидесятых Юрий Михайлович приезжал в Свердловск с поручением министра внутренних дел – снять с должности начальника местного ГУВД Князева. Отношение Чурбанова и Ельцина к начальнику местной милиции было одинаковым – они оба считали, что тот на своём месте. И вопреки мнению министра не убрали неугодного тому начальника. Вот тогда я попросил своего руководителя – председателя Совета Федерации Егора Семёновича Строева, прекрасно знавшего ситуацию с осуждением бывшего зятя Брежнева, вмешаться. Как он рассказал мне, прямой разговор с президентом ничего определённого не дал. «Хороший мужик, – сказал про Чурбанова Ельцин, – попал ни за что». На этом уровне вопрос повис . А в Генпрокуратуру письмо Чурбанова с резолюцией третьего человека в государстве ушло. Любопытно, что Строев ответа не получил, а сам бывший заключённый продемонстрировал мне письмо, в котором прокуратура сообщала о том, что следствие было проведено правильно, что многие эпизоды отпали (это, по мысли авторов послания, свидетельствовало о «справедливости»), так что оснований для пересмотра дела нет. Я передал копию письма председателю верхней палаты парламента. Он, конечно, повозмущался, но сказал, что уж если на таком уровне вопрос о реабилитации не решился, то придётся, видимо, ещё ждать… А времени для того, чтобы ждать, у Юрия Михайловича Чурбанова остаётся всё меньше. 11 ноября ему исполнилось 75 лет. Грустный получился праздник: практически парализованный юбиляр почти не понимал, что ему говорят даже самые близкие и приятные люди… Рыбалка с Фиделем 1999 год. Мы сидим в кабинете Юрия Михайловича в здании фирмы «Росштерн» на Электродной улице. Секретарша Лена уже принесла бутылку «Гжелки», в то время – любимой водки Чурбанова, бутерброды и минералку «Сарова» – по утверждению компетентных людей, единственную настоящую и качественную воду в России. И тут Юрий Михайлович поднимает рюмку, лихо выпивает и, как это часто бывало, взглянув мне в глаза, начинает очередной рассказ, который я привожу по памяти. В одной из своих книг Юрий Михайлович упоминал о своих визитах ну Кубу, но без особых подробностей, так что наши уважаемые читатели имеют возможность узнать многие неизвестные детали: – Как-то раз были мы с Галиной Леонидовной на Кубе по приглашению местного руководства. Тогда, в середине семидесятых, отношения с Островом свободы у нас были самые замечательные. Нас очень любили, особенно за то, что мы покупали местный сахарный тростник, не находивший сбыта из-за американской блокады, посылали своих специалистов и военных инструкторов, снабжали страну оружием и техникой, учили кубинцев в наших вузах и т.д. И принимали нас на высоком уровне. Поселили в отдельной правительственной резиденции, знакомили с достопримечательностями, возили на курорты. Правда, вечером Галина добиралась до обильного бесплатного бара, в результате чего через пару часов участия в дальнейших мероприятиях не принимала. На мои вопросы о том, когда же будет встреча с Фиделем Кастро, которому Леонид Ильич наказывал передать большой интернациональный привет, а также специальное письмо, приветливые кубинцы улыбались и говорили «маньяна», то есть завтра. Но на следующий день всё повторялось, а легендарного команданте мы так и не видели. И вот как-то раз, часа в два ночи, когда моя супруга уже крепко спала, а я сидел в холле и курил, в резиденцию прибыла группа военных, и меня пригласили к Фиделю в гости. Разместились в автомобилях – двух наших «Чайках», и отправились по петляющей дороге в одну из резиденций кубинского лидера. Как в своё время у Сталина, их было несколько, причём самой большой тайной было, где вождь нации находится в данный конкретный момент. По большей части эти виллы были спрятаны в вечнозелёной растительности и не просматривались ни с моря, ни с воздуха. На одной из них мы и встретились. В большой гостиной сидели Фидель, его брат Рауль, ещё двое или трое военных, имён которых я так и не запомнил. Братья по очереди (сначала старший, потом младший) расцеловались со мной, генералы поздоровались сдержанными рукопожатиями. Я передал Фиделю привет от Брежнева и письмо, которое тут же было унесено секретарём . А мы прошли к столу. К моему удивлению, пили кубинские руководители не ром «Гавана клаб» (кстати, он бывает и очень хорошего качества), а виски Johnny Walker, причём самую дешёвую разновидность с красной этикеткой. Курили не только сигары, но и американские «Мальборо» . Часа два мы беседовали о международной обстановке, о взаимоотношениях наших стран. Фидель живо интересовался происходящим в СССР, расспрашивал о здоровье Леонида Ильича. А потом неожиданно поднялся и сказал: «А сейчас мы отправимся ловить рыбу». До этого я представлял себе рыбалку как сидение с удочкой или забрасывание спиннинга. Но на Кубе рыбачили по-другому. В предрассветных сумерках мы по длинной извилистой дорожке, а потом по лестнице спустились на берег. Там у причала стоял большой военный катер с полным вооружением. Я поинтересовался, какую рыбу мы будем ловить с помощью боевого судна, на что получил ответ: «Барракуду». Это обитающая в тех местах акула, не самых больших размеров, но довольно опасная и иногда нападающая на людей. Корма судна была приспособлена для рыбаков. Там был установлен стол с виски, соком и сигарами, а ближе к краю в специальных гнёздах стояли два огромных удилища с мощными катушками и толстой витой леской. Мы отплыли к какому-то, видимо, прикормленному участку прибрежных вод, поскольку в свете восходящего солнца в верхних слоях воды быстро плавали крупные рыбины. Забросили в воду крючки (очень большие и из специальной стали) с насаженными на них кусками мяса и принялись за «рыбалку». Главное было постепенно подтянуть полутора – двухметровую акулу к борту, не давая ей сломать удилище или порвать леску. Удавалось это не сразу, но через час мы уже отловили трёх хищниц. А потом отправились морем в другую резиденцию, где должны были завтракать. На завтрак был подан шашлык из только что пойманных рыб. Скажу честно, мне он не очень понравился, мясо было белым, жёстким и с крупными волокнами. Вида я, однако, не подал, закусив виски акулой, а затем поблагодарив Фиделя за чудный вечер (впрочем, вечером это время с двух ночи до десяти утра назвать трудно). Затем кубинский лидер отбыл в одно из своих убежищ, а Рауль проводил меня до нашей резиденции. Днём я отлично отоспался, а ровно в два часа ночи за мной опять приехала машина. И снова мы встретились с Фиделем, выпили, покурили, поговорили, а потом «порыбачили». Так что я узнал все тонкости местного рыболовства, а инструктором у меня был лидер кубинской революции. Думаю, не каждому такое в жизни удаётся. Три брака Юрий Михайлович Чурбанов был женат трижды. О первом браке он рассказывать не любил. На мои вопросы отвечал без всякого энтузиазма, сказав только, что без детей не обошлось. Рассказывал, что трещины в семейной жизни пошли у него ещё в конце шестидесятых. Когда и при каких обстоятельствах развёлся с первой женой, предпочитал умалчивать… Про Галину Брежневу он рассказывал больше, никогда не называя её уменьшительным именем: только «Галина» и иногда (с особой интонацией) «Галина Леонидовна». Когда он познакомился с ней, ему только исполнилось тридцать четыре года. Само знакомство произошло в ресторане Центрального дома архитектора на улице Щусева (сейчас это Гранатный пер. – Авт.), куда он со своим сослуживцем пришёл отметить Старый Новый год . Они выпили по пятьдесят граммов за праздник, и тут Чурбанов заметил в глубине зала компанию из нескольких человек, сидевшую за большим столом. Игорь Щёлоков, сын министра внутренних дел, и его супруга Нонна были ему известны, а вот остальных он не знал, но подошёл, и был им представлен. Замечу в скобках, что Галина Брежнева и Игорь Щёлоков были знакомы ещё с тех времён, когда их родители вместе работали в Кишинёве . Представилась дочь Генерального секретаря просто: «Галина». Дочери Брежнева был в тот момент сорок один год, и была она ещё вполне интересной женщиной. Мне, честно говоря, показалось, что Юрий Михайлович несколько покривил душой, сказав, что не сразу узнал, кем является заинтересовавшая его молодая особа. Наверняка Игорь Щёлоков его сразу проинформировал. И телефон её он тоже попросил и (как потом признался) получил. Но звонить не стал, хотя знакомство с дочерью Генерального могло бы взволновать не одного мужчину. Галина Брежнева позвонила ему сама . Зная уже о его семейных обстоятельствах, сделала звонок на работу: «И куда же ты, Юра, исчез? Взял у честной девушки телефон и не звонишь?» Пришлось оправдываться и «заглаживать вину», тут же назначив свидание. Новая знакомая заехала за ним на «Волге» с водителем. О деталях встречи Чурбанов, как человек корректный, не распространялся, но начался вечер снова в ресторане, на этот раз в «Арагви». Бурный роман продолжался три месяца и завершился регистрацией официального брака Юрия Чурбанова и Галины Брежневой. Как вспоминал Юрий Михайлович, будущий тесть был против того, чтобы отмечать событие в одном из дворцов бракосочетания. Поэтому в субботу 17 апреля 1971 года в Октябрьском райотделе ЗАГС на Ленинском, 44 был объявлен санитарный день. Чурбанов в классическом тёмном костюме и Галина в белом брючном наряде и белых же туфлях в присутствии свидетелей поставили свои подписи в журнале и обменялись кольцами. А потом отправились на дачу Генерального секретаря в Заречье, где, собственно, и состоялось празднование в довольно узком составе. Со стороны жениха присутствовали родители, брат Игорь (ему был 31 год) и 26-летняя сестра Светлана, а также человек пять милицейских начальников – друзей Чурбанова. Галину представляли Леонид Ильич с Викторией Петровной, другие члены семьи и несколько близких подруг . Любопытно, что на следующий день праздник продолжился: Галине Брежневой исполнилось 42 года. Да ещё и Светлое Христово Воскресение подоспело… Подарки молодым были по тем временам весьма солидные . Главным из них была большая квартира №45 в «свежем» (1969 года постройки) доме №19/21 по Большой Бронной улице . Соседями «молодых» были секретари ЦК Михаил Суслов и Константин Черненко, а также первый секретарь ЦК Компартии Украины Пётр Шелест и «другие официальные лица» . Жили все по-разному. Дочь и зять Брежнева обставили квартиру современной мебелью, купив её с финансовой помощью генсека, а вот, например, Суслов, как рассказывал мне Юрий Михайлович, обставил своё жилище казённой мебелью, точно такой же, как на работе. И на каждом стуле и кресле была табличка с надписью «Управление делами ЦК КПСС». И инвентарный номер к тому же… Через несколько лет Чурбанов и Брежнева переехали на улицу Щусева, в дом №10, тот самый, в котором готовили квартиру и для самого Леонида Ильича Брежнева . Некоторые авторы утверждают, что именно дочь с зятем заняли эти апартаменты (№35). На самом деле это не так. Мне приходилось бывать в этой квартире (в ней в 1994 году проживал Руслан Хасбулатов с многочисленными родственниками), а вот Галина Брежнева тогда, если мне не изменяет память, жила в квартире №22… В том же доме в разное время жили товарищи Черненко (перебравшийся с Большой Бронной), Тяжельников, Байбаков, Кириленко и другие деятели КПСС и советского государства. Одно время проживал там и Михаил Горбачёв с супругой . О браке Юрия Чурбанова и Галины Брежневой написано много. Поэтому отмечу лишь тот факт, что продолжался он официально 20 лет: в 1991 году, когда Юрий Михайлович отбывал свой срок, Галина Леонидовна развелась с ним . На пятый день после возвращения из «зоны», как рассказывал мне Чурбанов, он отправился к супруге. Купил три гвоздики, приехал в дом, где прожил почти восемь лет. « Ни эмоций, ни поцелуев, ни слёз, ни радости , – говорил он мне, – обычная встреча ». На самом деле развод последовал бы гораздо раньше, если бы не арест и суд. Ещё в середине восьмидесятых, как рассказывал мне Юрий Михайлович, он на какой-то вечеринке познакомился с интересной женщиной по имени Людмила . Узнал, что она на десять лет младше его, что замужем и есть дети. Да и сам он, как мы знаем, был не свободен. Но взаимная симпатия осталась. И осталась надолго . Через какое-то время после освобождения они встретились. Людмила Васильевна тогда работала в ректорате Московского государственного университета . И уже через пару месяцев Чурбанов переехал от сестры (у Светланы Михайловны на улице Алабяна он жил первое время) в обычную 75-метровую трёхкомнатную квартиру на улице Академика Анохина, недалеко от метро «Юго-Западная». В апреле 1994 года Юрий Михайлович Чурбанов и Людмила Васильевна Кузнецова стали мужем и женой . Мне много раз приходилось разговаривать с ней, в основном по телефону – ведь общались мы с Чурбановым несколько лет довольно близко. И впечатление у меня осталось самое приятное: очень спокойная, искренняя и интеллигентная женщина . И ещё, как выяснилось, способная на настоящее самопожертвование: после двух инсультов, случившихся в 2005 и 2008 годах, Чурбанов оказался прикованным к постели, и супруга нежно и трогательно за ним ухаживает. С прессой не общается, интервью не даёт. Когда я недавно в очередной раз беседовал с ней, справляясь о здоровье мужа, она сказала: «Тяжело, конечно, но мы верим и надеемся. Спасибо вам, Алексей, что помните Юрия Михайловича…» И это в очередной раз убедило меня в том, что последний брак генерала Чурбанова оказался счастливым . Как бы грустно не было то, что происходит с ним сегодня…» “Я не хочу давать оценок Юрию Михайловичу Чурбанову, ни в его прошлом, ни в настоящем, - пишет в очередном номере “Совершенно секретно” Алексей Богомолов. - Не имею на это права, а присваивать себе таковое не хочу. Вспомню лишь ещё один эпизод из нашего с ним совместного времяпрепровождения. 2000 год. Мы идём по коридору Управления внутренних дел по Орловской области к начальнику – генерал-майору Илье Петровичу Савченко. Чурбанов, как всегда, тщательно выбрит, брюки с ровными стрелками (лично гладил с утра в гостинице), пробор в почти не поседевших волосах – ровной ниткой… Навстречу попадается молоденький лейтенант. Вытягивается по стойке смирно: «Здравия желаю, товарищ генерал-полковник!» Юрий Михайлович улыбается: « Молодые, а ведь тоже знают… Значит, не всё зря… » «Совершенно секретно», № 1/272"
631e1fcac8dc17991f13cb1db2038ef8.gif

Ссылки

Источник публикации