Адамов уволен, дело его живет

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Адамов уволен, дело его живет

© "Совершенно секретно", май 2000

Снова "проект века": Ядерный контракт $ 20 миллиардов за наше будущее

Евгений Толстых

Converted 11607.jpgДо конца декабря прошлого года все рассуждения о том, что «режим пытается превратить Россию в сырьевой источник Запада и свалку техногенных отходов», были лишь изложением версий журналистов и политиков, стремящихся создать себе имидж борцов за благополучие страны. Но вот и Государственная дума проголосовала за изменение ст. 50 Закона «Об охране окружающей среды», открыв ворота для ввоза в Россию первых 20 000 тонн отработанного ядерного топлива из зарубежных стран.

Пять лет понадобилось фигурам, приближенным к властной до сих пор Семье, чтобы преодолеть барьеры на пути к большим деньгам. Деньги замаячили на горизонте где-то в середине девяностых. Два миллиарда долларов! На эту сумму Россия должна была завезти к себе 2000 тонн радиоактивных отходов. Формально на пути сделки стояла статья 50 Закона «Об охране окружающей среды», запрещающая «ввоз с целью хранения или захоронения радиоактивных отходов и материалов из других государств». Сначала «природоохранное недоразумение» решили разрушить привычным «президентским наскоком». В 1995-м была организована поездка Ельцина в один из ядерных центров Красноярск-26, после чего Борис Николаевич подписал указ, разрешающий устройство в России ядерной помойки. Б.Н. действовал в соответствии с устоявшимся алгоритмом правления: если нельзя, но очень хочется, то можно. Но Верховный Суд осмелился остаться верным Закону и отменил президентское распоряжение. Деньги, по «семейным меркам», уплыли не такие уж и большие (вспомните пропажу кредита МВФ в 4,5 миллиарда долларов!), поэтому председатель Верховного Суда остался на месте, уволили «всего-навсего» главу Минатома Виктора Михайлова. Видимо, зато, что не сумел «убедить»...

На его место, скорее всего не без участия Бориса Березовского, был назначен директор Научно-исследовательского и конструкторского института энерготехники Минатома РФ Евгений Олегович Адамов. Ему можно было поручить дела «деликатного» свойства на федеральном, так сказать, уровне, так как в подобного рода операциях на уровне вверенного ему в 1986 году института Евгений Олегович преуспел.

НИКИЭТ (тот самый институт) значился в списке режимных объектов системы Минатома России. Его адрес не упоминался в официальных документах; реквизиты были ограничены номером почтового ящика! Но г-на Адамова не случайно выбрало в министры окружение Ельцина. Основным принципом его деятельности был тот же алгоритм — «если нельзя, но очень хочется, то можно».

6 ноября 1990 года распоряжением Исполкома международной неправительственной организации «Форум ученых и специалистов за советско-амери-канский диалог» в целях «развития... углубления... формирования... решения глобальных задач в масштабах человечества» было создано некое учреждение «Форума...» под названием «Энергопул», генеральным директором которого был назначен Евгений Адамов. Может, в этом не было бы ничего особенного, если бы фирму не зарегистрировали как раз по адресу (не по номеру почтового ящика) того самого сверхсекретного института!

Спустя три года, в январе 1993-го, в Монровиле (штат Пенсильвания, США) зарегистрирована фирма Energo Pool, Ink. (исполнительный директор — Е.Адамов, секретарь — гражданин США М. Каушан-ски, казначей - Е.Адамов). С Марком Каушански и его американскими друзьями у директора российского ядерного института Адамова завязываются тесные деловые отношения.

В марте 1998-го в том же Монровиле создается некоммерческая (как и все остальные!) корпорация Rinse, Ltd., секретарем которой становится уже известный Марк Каушански. Зарегистрированная в Америке по домашнему адресу Каушански, в России фирма прописывается по адресу... НИКИЭТ! Дальше — больше.

Летом 2000 года в Ростове-на-Дону, на одной из баз Минатома, входящей в правительственный перечень предприятий стратегического значения (!), размещается филиал фирмы Nek Continental Corp. (президент — Юрий Энглин, исполнительный директор — Науу. Альпер, бухгалтер — Марк Каушански). Неудивительно, так как с гражданином США Каушански у Евгения Адамова складываются почти родственные отношения. В 1997-м по домашнему адресу жены Адамова О.Пинчук Каушански регистрирует представительство корпорации Omeka, Ltd. (президент — Евгений Адамов, секретарь — Марк Каушански, казначей — Люба Каушански). Как следует из учредительных документов, корпорация занимается оказанием услуг в области... консалтинга и менеджмента, а также инвестиционной деятельностью.

Мы не располагаем сведениями о вложениях многочисленных «адамовских» фирм в развитие ядерной энергетики России. Есть данные иного рода. К примеру, «консалтинговая» фирма Omeka, Ltd. (президент — Е.Адамов) поставила НИКИЭТ (директор — Е.Адамов) ковровые покрытия и клей на сумму 34 000 долларов США. До настоящего времени «корпорация» продолжает поставлять НИКИЭТ вычислительную технику на сумму около 50 000 долларов ежегодно.

Впрочем, это мелочи, о которых можно говорить вслух, не стесняясь! Вот и Евгений Олегович, ходатайствуя в 1996 году о получении членской карточки Diner Club (Денвер, штат Колорадо), указал, что его личные доходы за счет деятельности корпорации Omeka составляют более 40 тысяч долларов в год и годовые доходы из других источников, не облагаемых в США налогом, превышают 80 тысяч долларов. Надо полагать, не из подобных сумм складывались активы корпорации, которые на конец 1999 года составили более 5 миллионов долларов США. Их этих денег 3 150 000 долларов принадлежали Евгению Адамову, 1 500 000 - его жене О.Пинчук и 410 000 -Марку Каушански.

Именно Omeka, Ltd. открыла счет на 250 000 долларов в Швейцарии, где учится дочь Адамова от второго брака. Корпорация же оплатила покупку Адамовым личного дома за 200 000 долларов в Питтсбурге.

Но и этого мало! Ежемесячно, начиная с июля 1999 года. Департамент международных связей Минатома России (министр — Е.Адамов) выплачивал корпорации Omeka (президент — Е.Адамов) по 7500 долларов «за оказание консультационных услуг»! Мелочь, но, видимо, приятно...

По состоянию на конец августа 2000 года на счете компании Energo Pool (помните такую, созданную в целях «решения глобальных задач в интересах человечества»?) находилось более 1 700 000 долларов. Отсюда через уже известную Omeka на счета открытой женой Адамова фирмы «Лоджик — Риэлти» осуществлялись переводы, а затем выплаты наличными от 10 до 100 000 долларов США руководителям Минатома России и НИКИЭТ. В частности, выплаты Адамову за работу президентом компании Energo Pool в размере 30 000 долларов зачислялись ежегодно на его личный счет в Монровильском отделении «Мелони Банка». Через фирму Agloski Inemational Ltd. (Ницца, Франция) универсальная и вездесущая Omeka регулярно переводила крупные валютные средства (до 250 000 долларов США) на счета неустановленных лиц в других иностранных банках.

Не исключено, что именно эти «неустановленные лица» закрывали глаза на операции Адамова по незаконному экспорту технологий, научно-технической информации, сырья и материалов, используемых... при создании оружия массового поражения!

Понятно, что одному Евгению Олеговичу было бы не под силу поднять такую махину приносящих прибыль операций. Нужны были свои люди не только «наверху», чтобы обеспечивать покровительство и неприкосновенность личности вместе с капиталами. Нужны были, так сказать, и «полевые командиры» на ключевых постах отечественной атомной энергетики. Главный признак кадрового соответствия — преданность и... некомпетентность. Да, да! И неважно, что под началом «полевых командиров» оказывались десятки возможных «чер-нобылей»! Некомпетентность — гарантия исполнительности!

В 1998 году по требованию Адамова со своего поста уходит генеральный директор концерна «Росэнергоатом» Е.Игнатенко, долгое время руководивший организацией, эксплуатирующей восемь из девяти действующих на территории России АЭС. Вместо него своим приказом Адамов назначает 37-летнего коммерсанта из Новосибирска Л.Меламеда.

Когда Меламед переходит на работу первым заместителем председателя правления РАО «ЕЭС России», его кабинет занимает Ю.Яковлев, экономист, работавший в последнее время заместителем председателя правления «Коммерческого банка конверсии», генеральным директором Московской акционерной страховой компании «Макс»!

Назначение не случайное. Дело в том, что в феврале 1999-го Минатом заключает с компанией «Макс» соглашение о сотрудничестве, которое предусматривает оказание консультативной помощи по страховым и финансовым вопросам, содействие финансированию всевозможных программ и многое такое, чего не увидеть, не посчитать, но за что надо заплатить сполна! Опробованная схема, когда г-н министр Адамов платит деньги за некие «консультационные услуги» г-ну Адамову, президенту корпорации Omeka. На простом языке следователей это называется «перекачкой бюджетных средств».

На должность руководителя одного из ключевых департаметов Минатома (по сооружению ядерных объектов) Адамов назначает бывшего выпускника Харьковского института инженеров коммунального строительства М.Сергиенко, партнера по бизнесу в фирмах «Транспул», «Лоджик — Риэлти». А в феврале 1999-го должность генерального директора «Техснаб-экспорта» занимает никогда не имевший отношения к экспорту ядерных материалов Р.Фрайштут. К концу года под начало Фрайштута был передан весь экспорт тепловыделяющих сборок зарубежным партнерам РоссииБолгарии, Венгрии, Словакии, Чехии и Финляндии. А это — многомиллионные контракты!

Адамов монополизировал одну из самых прибыльных ветвей атомной отрасли, заставив уйти с рынка такие предприятия, как ОАО «ТВЭЛ» и ОАО «Машиностроительный завод» (г. Электросталь), успешно и профессионально поставлявшие ядерное топливо за рубеж. Государственным предприятием «ТВЭЛ» с 1996 года руководил В.Коновалов, в разное время занимавший должности заместителя министра среднего машиностроения СССР, министра атомной энергетики и промышленности СССР, первого заместителя министра РФ по атомной энергии. Летом 2000 года Адамов инициирует собрание акционеров, которое прекращает полномочия Коновалова.

Он мешал движению Адамова по финансовому полю не только как руководитель крупнейшего экспортера ядерного топлива. В 1999 году он возглавил наблюдательный совет отраслевого корпоративного банка «Конверсбанк». После финансовых потрясений августа 1998-го банку потребовалось проведение эмиссии. Но еще до наблюдательного совета, утверждающего результаты проводимой эмиссии, Адамов потребовал от Коновалова передать значительную часть акций «Конверсбанка» (не менее блокирующего пакета) семи фирмам взаимосвязанной группы, принадлежащим... американским фирмам «ТКСТ» и «Текси», владельцем которых был В.Письменный — руководитель режимного Троицкого института инновационных и термоядерных исследований Минатома, одновременно — финансовый партнер Адамова.

Коновалов Адамову отказал...

Кто пришел вместо Коновалова? Формально учрежденную новую должность — первого вице-президента ОАО «ТВЭЛ» — занял выпускник МГИМО по специальности «правоведение», работавший в основном сотрудником службы безопасности в коммерческих структурах, потом неожиданно попавший в группу «Сибирский алюминий», которая, видимо, пристроила своего человека не кем-нибудь, а сначала директором самарского «Авиакор-авиазавода», а потом советником министра РФ по атомной энергии. Так одним движением Адамов расчистил себе поле деятельности как в сфере внешней торговли ядерным топливом, так и в области корпоративных финансов. Тогда же по распоряжению Адамова из «Конверсбанка» в «МДМ-банк» (Мамут — Абрамович) был переведен паспорт на контракт «ВОУ-НОУ» (переработка оружейного плутония в ядерное топливо) стоимостью 12 миллиардов долларов!

Можно предположить, что вся затея с акциями «Конверсбанка» имела целью изменить направление финансовых потоков в нужное русло. В какое? Попробуйте продолжить логическую цепочку Мамут — Абрамович.

Таким образом, деньги и сегодня становятся ближе к Семье. Как уж тут упустить возможность «погреться» возле 20-миллиардного контракта? К тому же перспектива жить поблизости от ядерного могильника, в который может превратиться Россия, грозит кому угодно, только не тем, кто примет решение о ввозе на территорию страны радиоактивного мусора. Есть еще одна вроде успокаивающая обывателя деталь: говорят, что завоз ядерных отходов начнется не сегодня, не завтра, а деньги дадут сразу. Но именно это и тревожит! Ведь к моменту, когда в страну пойдут контейнеры с отработанным топливом зарубежных АЭС, вряд ли останутся не только следы от полученных авансом 20 миллиардов долларов, но и следы тех, в чьи руки попадут эти деньги. Разве рассказанное о бывшем министре Адамове не подтверждает худшие опасения? Да, президент Путин освободил Евгения Адамова от должности главы Минатома России. Возможно, в связи с «неадекватной» деятельностью последнего. Хотя в указе об этом не сказано. Просто «освободить», и все!

На определенном этапе биография Адамова стала мешать реализации, возможно, последней крупной сделки по схеме «доллары в обмен на будущее России». Человек, «потерявший лицо», вряд ли мог убедить парламентариев в «благоприятных» перспективах захоронения ядерных отбросов. Нужна была «чистая», не запятнанная не только политикой, но и связями, известностью фигура. Все остальное должно уже работать само по себе. Ведь фундамент «ядерного контракта» начал закладываться гораздо раньше, сразу после посещения Ельциным Красноярска-26. В июле 1997 года Борис Николаевич подписывает положенный ему на стол указ № 679 «О продаже закрепленных в федеральной собственности акций акционерного общества «Кирове-Чепецкий химический комбинат», исключающий предприятие из перечня акционерных обществ, имеющих стратегическое значение.

С мая прошлого года Минатом, используя Минимущества России, предпринимает попытки включить КЧХК в планируемое к созданию в структуре Минатома ОАО «Росатомпром». Для этого предпринимаются усилия по продаже с аукциона 38 процентов акций, обеспечивающих контроль государства над комбинатом. При этом при создании нового образования «Росатомпром» его авторами планируется исключить хранилища радиоактивных отходов из состава комбината. То есть могильники останутся на обслуживании государства, а приносящее прибыль производство будет отдано частному бизнесу! И государство, которое даже при благоприятном стечении обстоятельств (не «уведут» уплаченные авансом деньги за хранение отходов; удастся сберечь эффективные производственные мощности и т.д.), по расчетам специалистов, вынуждено будет дотировать исполнение «проекта века», окажется уже не в «долговой», а в «ядерной яме Запада». И никто не сможет остановить этот процесс, используя юридические рычаги!

В сентябре 1999-го и в июне 2000-го правительство возложило на Минатом полномочия по лицензированию не только деятельности по разработке, изготовлению, испытанию, эксплуатации и утилизации ядерного оружия и ядерных установок военного назначения, но и на всю деятельность по использованию атомной энергии в оборонных целях. Тем самым органы контроля за безопасным использованием ядерной энергии оказались в тех же руках, что и органы управления этой отраслью.

И к рассуждениям политиков, лоббирующих принятие документов о ввозе в Россию атомных отходов, о «жестких механизмах и процедурах госконтроля» можно отнестись с горькой усмешкой. Впрочем, их можно понять. По словам депутата Государственной думы Игоря Артемьева, в свое время один из лидеров фракций открыто заявил, что Минатом выделил крупные средства на «обеспечение прохождения» через Думу законопроекта о ввозе отходов.

P.S. Во время недавнего визита российского премьера Михаила Касьянова в Швецию власти этой страны выразили озабоченность возможным размещением радиоактивных отходов, планируемых к ввозу в Россию, в непосредственной близости от их границ!

***

От редакции. [page_10615.htm Материалы проверки деятельности Е.Адамова на посту министра Минатома] в конце февраля этого года Комиссией Госдумы РФ по борьбе с коррупцией были направлены президенту РФ В.Путину, председателю правительства РФ М.Касьянову, секретарю Совета безопасности РФ С.Иванову и директору ФСБ РФ Н. Патрушеву.

Проверка ФСБ РФ подтвердила изложенные в справке Комиссии факты. Сейчас Генеральная прокуратура РФ занимается изучением и перепроверкой полученных данных, с тем чтобы дать правовую оценку деятельности экс-министра Е.Адамова.

***

Миф или ложь?

Владимир Десятов, председатель регионального отделения Международного социально-экологического союза

Из стенограммы заседания Госдумы: «После 20-летней выдержки хранения радиоактивность ТВС падает примерно в 100 раз и ее можно пустить в переработку...»

Так сколько же лет облученное (отработавшее) ядерное топливо (ОЯТ) в тепловыделяющей сборке (ТВС) необходимо хранить в приреакторном бассейне выдержки? Чем дольше, тем безопаснее. Но в противоречие вступает экономическая составляющая. Хранение требует значительных затрат материальных и энергетических ресурсов. Сроковая проблема в ядерно-топливном цикле (ЯТЦ) АЭС давно решена. Определен экономически эффективный срок хранения в приреак-торном бассейне выдержки выгруженной из реактора облученной ТВС в целях снижения радиоактивного и теплового выделения для последующей безопасной транспортировки и переработки.

Вот что говорят специалисты из того же Минатома: для существующих реакторов ВВЭР — три года; для еще нигде не работающей новой реакторной установки В-407 (реактор ВВР-640) в ТЭО строительства ДВ АЭС — пять лет.

Тем не менее Минатом собирается приступать к переработке чужого ОЯТ только через 20 лет (называется срок и 50 лет). Зачем? На этот вопрос хорошо ответил бывший министр атомного ведомства Е.Адамов («Россия», 22 декабря 2000 г.): «Деньги же платят сразу. И пока топливо вылеживается, их можно тратить на внутреннее кредитование и самих перерабатывающих производств, и реального бизнеса вообще». Где и как тратил Минатом деньги, уже читали. Ясно, ни о какой переработке в обозримом будущем речи не идет. Цель одна: «пока топливо вылеживается, их можно тратить», а затраты на переработку и .захоронение лягут потом на бюджет страны, то на плечи следующих поколений россиян.

На что «клюнули» депутаты?

За 20 000 тонн ввозимого ОЯТ Минатому обещают заплатить 20 миллиардов долларов как за переработку (зарубежная цена переработки от 1000-3000 долларов за 1 кг).

Депутат Р.Нигматулин: «Тогда вот эти 20 миллиардов долларов, заработанных ядерщиками за 10 лет только за хранение ввезенного иностранного ОЯТа, можно истратить следующим образом. Первое. 3,5 миллиарда долларов... отчисления в государственный бюджет. Второе. 2,5 миллиарда долларов... на переоснащение объектов атомной промышленности... Третье. 7 миллиардов долларов... это инвестиции в развитие описанных новых технологий в атомной энергетике... И вот четвертое, самое важное. 7 миллиардов долларов... могут быть инвестиции в решение вышеописанных экологических проблем для объектов и территорий с традиционными технологиями».
Красивый расклад.

Теперь давайте посмотрим на затраты, которые необходимы на реализацию основных описанных мероприятий.

Первое. 3,5 миллиарда для государственного бюджета. Львиная доля их же и уйдет в строку госбюджета на финансирование самого же Минатома.

Второе. 2,5 миллиарда — оставим без анализа, вероятнее всего, даже мало.

Третье. 7 миллиардов. Из упомянутых «новых технологий в атомной энергетике» есть одна — это трансмутация, как технология утилизации ОЯТ. Но такой промышленной технологии в мире еще нет. Есть не весьма успешные для промышленного внедрения лабораторные исследования. Если взять для реализации современную теоретическую схему трансмутации, то необходимо построить реактор на быстрых нейтронах, работающий совместно с ускорителем. Для такого комплекса едва хватит 3 миллиардов долларов. Но для переработки 30-40 тысяч тонн ОЯТ не хватит и двух комплексов. К 2005 году в пристанционных бассейнах выдержки ОЯТ места для него на всех АЭС с реакторами ВВЭР-1000 и РБМК-1000, а также в централизованном мокром бассейне-хранилище на КГХК (Красноярский край) уже не будет. Нужны новые хранилища. На строительство современных хранилищ выдержки под привезенное ОЯТ и свое потребуется не менее 6 миллиардов долларов.

Единственный в стране комплекс завода РТ-1 (Челябинская область) по переработке (регенерации) ОЯТ с проектной мощностью 400 тонн в год эксплуатируется уже 20 лет. За последние годы он перерабатывал только по 100-200 тонн в год. Чтобы переработать свои и чужие настоящие и будущие ОЯТ, необходимо достроить комплекс завода РТ-2 (Красноярский край) и построить еще не менее трех таких заводов, на что затратить не менее 4 миллиардов долларов.

Еще необходим и завод по производству МОКС-топлива (уран-плутониевое). На его строительство потребуется около 1 миллиарда долларов. В первоочередных планах Минатома стоит строительство Южно-Уральской АЭС. Необходимые скромные затраты — 1 миллиард долларов (только на один блок). Минатом планирует построить новых АЭС больше, чем есть сегодня («Стратегия развития атомной энергетики на 2000-2050 гг.»). Только для замещения выбывающих мощностей необходимо будет вложить не менее 5 миллиардов долларов (только на пять блоков).

Необходимо построить и несколько комплексов по обезвоживанию жидких и остеклованию твердых РАО. На это скромно еще 1 миллиард. А еще нужны долговременные хранилища и могильники для всех видов РАО. А еще утилизировать реакторы и их активные зоны от 183 списанных атомных подводных лодок, вместе с лодками. Сколько необходимо потратить на эти работы миллиардов долларов — пять или двадцать пять? Не знаю. Знаю точно, что скоро у многих из них станут появляться от коррозии отверстия в балластных цистернах и они начнут тонуть у пирсов. Для подъема их понадобятся дополнительные деньги.

В полученной сумме затрат (более 21 миллиарда долларов) нет стоимости самой переработки ОЯТ (за которую и получим 20 миллиардов), затрат на строительство специальных контейнеров для морской и железнодорожной перевозки опасного груза, долговременных хранилищ и могильников, стоимости остеклования, захоронения и обслуживания в течение сотен лет всех перечисленных комплексов.

Четвертое. О 7 миллиардах долларов в решение экологических проблем. А из чего их брать? Только на «первое по третье» надо бы 27 миллиардов. Но еще же надо отстегнуть что-то и для «реального бизнеса вообще» по Адамову. Да к тому же Минатом в «ТЭО обоснования строительства Дальневосточной АЭС» природоохранными объектами называет системы охлаждения потребителей реакторного отделения, системы локализации аварий, защитные оболочки реакторного отделения, вентиляционную трубу, шлакоотвал, то есть неотъемлемые технические комплексы АЭС.

Читая Федеральную целевую программу «Ядерная и радиационная безопасность России» на 2000-2006 годы, видишь, что все затраты идут из федерального бюджета и львиная доля из них - на развитие самого же ведомства.

Не миф, а реальность

Переработка ОЯТ заложена в проектах законов, то есть она должна быть. За переработку и по цене переработки нам дают деньги. Захоронение в нашей стране образовавшихся отходов после переработки ОЯТ — это неизбежность. Никто и никогда назад отходы от нашей переработки уже не возьмет, тем более через 20-50 лет. Все затраты лягут на бюджет страны, то есть на карманы налогоплательщиков. Об этом все мы и должны говорить, громко, пусть даже и с ошибками.

Теперь посчитаем, во что нам обойдутся затраты с применением не нашей «традиционной», а американской технологии: «переработка — остеклование — долгосрочное обращение с отходами». Она более безопасна, надежна, долговечнее и меньше пожирает национальны); ресурсов в долговременном исчислении. По данным Института исследований энергетики и окружающей среды (IEER) США, на «переработку — остеклование - долгосрочное обращение с отходами» необходимо затратить 3 миллиона долларов за одну тонну (в ценах 1995 года, через 20 лет еще больше). Тогда наши затраты на приобретенные 20 тысяч тонн ОЯТ будут составлять 60 миллиардов долларов. Вот поэтому зарубежные страны пытаются избавиться от своих радиоактивных отходов от АЭС, так как это одна из главных составляющих, делающих атомную энергетику экономически несостоятельной, то есть все эти затраты должен нести налогоплательщик. Да, эти затраты можно значительно сократить, если применять нашу «традиционную технологию», по которой сотни миллионов тонн жидких радиоактивных отходов будем закачивать в земные пласты, заполнять озера и впадины, сливать в речки, строить каскады озер на реках (подобие на реке Теча, Челябинская область)..

«В мире накоплено 200 тысяч тонн ОЯТа - облученного ядерного топлива, из них в России —14... В ближайшее двадцатилетие его станет 400 тысяч тонн...» Вот под весь этот хлам под видом ценного сырья через пропихивателей Минатом добивался изменения закона.

«Мы пропихиваем не от атомной мафии — это научная «мафия» пропихивает этот закон. Научная!» Эти слова принадлежат депутату, академику Нигматулину. А еще он говорил: «Все то, что я вам рассказывал, профессионально очень близко мне... Минатом организовал поездки депутатов на горно-химический комбинат в Красноярске, на фирму «Комсема» во Франции и фирму «БНФЛ» в Англии». Понравилось.