Александр Бастрыкин отсидел три года…

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


…В кресле главы Следственного комитета: пора подводить итоги

1284028154-0.jpg Следственный комитет прокуратуры отмечает третью годовщину своего существования. В отличие от прежних лет эту дату в СКП планируют отпраздновать довольно скромно, без помпезных концертов и исполнения Бастрыкиным песен городского фольклора. Три года — срок достаточный, чтобы подвести итоги. На торжественном собрании в СКП их будут, наверное, гордо оглашать, рапортуя, что и на сколько процентов увеличилось и возросло. Попробуем подвести итоги и мы…

Почти в каждом своем выступлении Александр Бастрыкин очень любит подчеркивать, что жизнь подтвердила правильность прокурорской реформы, а качество следствия резко возросло.

Никто, однако, до сих пор не попытался сравнить очевидные показатели: как работало следствие раньше, до создания СКП, и как работает теперь. А главное — в какую цену обходится бюджету новое суперведомство.

Несколько впечатляющих цифр. До создания СКП (2007 год) в прокуратуре (включая военную) служили 8 тысяч 700 следователей. По итогам 2006 года они направили в суд 198 тысяч уголовных дел; получается — средняя нагрузка на одного следователя 1,9 дела в месяц.

Сегодня народу в СКП в два раза больше: 19,6 тысячи человек. Зато число законченных дел сократилось почти на столько же: 106 тысяч за прошлый год. Это меньше, чем полдела на 1 следователя. Подобной умозрительной нагрузки история российского следствия еще не знала.

Вообще, если вдуматься, полный бред. Армия следователей, значит, растет. А результаты их работы, напротив, падают.

Такой дисбаланс можно было бы объяснить резким скачком качества. Дескать, следователям создали райские условия труда, и на это они ответили дружной ударной работой. И дела теперь молниеносно расследуются, и невиновных за решетку не сажают, и преступники от возмездия не уходят.

Нет же. От раздувания штатов качество следствия пропорционально не улучшается. Наоборот, оно стало еще хуже. Расследование почти половины всех уголовных дел в прошлом году было приостановлено “за ненахождением обвиняемого”. Не раскрыта треть террористических преступлений. Растут сроки следствия.

В нынешнем первом полугодии 1300 уголовных дел были возвращены прокурорами обратно. В числе наиболее скандальных примеров — дела генерала наркоконтроля Александра Бульбова и замминистра финансов Сергея Сторчака. Чиновники и их подельники вышли на волю после того, как прокуратура отказалась утверждать обвинительное заключение и направлять дела в суд. К тому моменту Бульбов успел отсидеть 2,5 года, Сторчак — 9 месяцев.

Почти каждая итоговая коллегия Генпрокуратуры — это открытая порка СКП. Всякий раз — безуспешная.

Хотя формально СКП входит в структуру Генпрокуратуры, а его сотрудники носят прокурорские погоны, де-факто это совершенно самостоятельное ведомство. После принятых изменений в УПК прокурорский надзор превратился почти в профанацию. Указание прокурора отныне не имеет никакой силы для следствия. Все, на что прокурор еще способен, это завернуть уголовное дело перед отправкой в суд. До этого момента он бессилен вмешаться в ход следствия. Иными словами, даже зная, что человек сидит незаконно, прокурор не может теперь добиться его освобождения. (Именно так было с упомянутыми выше Бульбовым и Сторчаком.)

И на кадровую политику СКП прокуратура никак не влияет. Не случайно множество людей, которых выгнали из прокуратуры (нередко с позором), трудятся теперь в СКП. (Одна история главного московского следователя Анатолия Багмета чего стоит.)

Никто не говорит, что прокуроры — сплошь умней и проницательней следователей. В конце концов, все они росли на одной грядке.

Просто работа одних — надзирать за работой других. Но когда двадцать тысяч человек становятся не подотчетны никому, кроме самих себя, это неминуемо вскружит голову.

Системный сбой в работе СКП был запрограммирован изначально, еще до рождения комитета. И дело не в своеобразии его руководства (хотя неудачливый коммерсант Бастрыкин оказался выбором явно не лучшим; добрая половина скандалов в СКП произошла именно по его вине). Дело в том, что перекресток не может существовать без светофоров; иначе — коллапс, аварии и пробки.

Создавали СКП под эгидой разделения прокурорского следствия и надзора; негоже одной руке следить за другой. Но в итоге вместе с водой выплеснули и младенца. Выделив из прокуратуры следствие, реформаторы отобрали у прокуроров прежние механизмы надзора. В итоге СКП превратилась в ту же самую Генпрокуратуру, только в миниатюре.

Место прокурорского надзора занял ведомственный контроль, который по определению не может быть эффективным. Ни один начальник не заинтересован в отрицательной статистике. А прокуратура оказалась в роли наблюдателя, способного лишь бить в набат. (В первоначальном варианте законопроекта предлагалось вообще решать спор прокурора со следователем… через суд.)

Сегодня СКП превратился в никому не подотчетную, самую настоящую империю, мини-спецслужбу, со своим спецназом, наградной системой, гимном и кадетскими корпусами (была попытка даже создать ведомственную авиацию и стать субъектом оперативно-разыскной деятельности).

Раньше во всей прокуратуре следственной работой занималось так или иначе 65 генералов (госсоветников юстиции). И ничего — как-то справлялись.

В СКП генералов уже 250, причем сотня — это только центральный аппарат. То есть каждый десятый в Техническом переулке носит лампасы. Для сравнения: в армии на одного генерала приходится тысяча человек, в милиции — 2,5 тысячи.

Как на дрожжах пухнет бюджет СКП. Хотя при создании ведомства утверждалось, что дополнительных расходов оно не потребует, вышло все наоборот. В прошлом году бюджетные ассигнования на СКП составили 17,8 миллиарда, в этом — уже 19,6 миллиарда. Но и затраты на прокуратуру тоже не уменьшились, а в сравнении с 2007 годом даже возросли.

Куда уходят эти деньги? На следователей? Нет, их зарплата кардинально не увеличилась. Не случайно в СКП — дикая текучка кадров. Более 10% от общего числа сотрудников за 3 года предпочли вернуться обратно в прокуратуру. В аппарате практически не осталось никого из прежних “важняков”. Сегодняшний следователь по особо важным делам имеет в среднем не более 10 лет выслуги.

СКП — это классический пример самовоспроизводства бюрократии. Чем больше начальства, тем больше ему требуется машин, помощников и кабинетов. Масштаб, размах!

Треть всех генеральских должностей в аппарате приходится на вспомогательные структуры. В Главном управлении обеспечения деятельностью (проще говоря, тыл) — 13 генералов, в оргинспекторском управлении — 9, в главке процессуального контроля — 6.

Число иномарок представительского класса, покупаемых для нужд СКП, постоянно растет. Среди последних приобретений — 2 джипа “Инфинити”. Понятно, что рядовые следователи на них не ездят. Так же, как не летают они зафрахтованными самолетами; полеты на чартерах — прерогатива исключительно Бастрыкина. В 2008 году на его перелеты ушло более 5 миллионов рублей, еще в полтора миллиона обошлась аренда персонального вагона. В числе VIP-пассажиров следователей не было ни разу.

Это, к сожалению, неизбежный закон бюрократии: хвост виляет собакой.

О главном — ради чего, собственно, и затевалась реформа: о самих следователях в СКП вспоминают только по праздникам.

Год назад Счетная палата проводила в СКП проверку. Выяснилось, что большинство благ до оперативного состава не доходит. Из семи квартир, купленных для следователей в 2008 году, четыре достались “обслуге”. Двое из счастливых новоселов — личные помощники Бастрыкина (при том что жилплощадь у них и без того имелась). Большинство премий также выписывалось не следователям, а “иным прокурорским работникам”.

В 2,4 миллиарда рублей обойдется казне новая штаб-квартира СКП на Земляном Валу. Проектировать ее начали непосредственно в кризис. Старого здания, где следствие размещалось когда-то вместе с другими прокурорскими управлениями, системе уже не хватает. Площадь новой штаб-квартиры — 19,2 тысячи метров. Сколько метров будет кабинет председателя, не могу даже себе представить.

В регионах тоже строятся новые управления: сидеть под одной крышей с прокуратурой больше никто не желает. Здание для ивановского СКП обошлось в 320 миллионов рублей, астраханского — 376 миллионов.

Но Бастрыкину и этого мало. В очередной раз он ставит перед президентом вопрос о дополнительном выделении штатной численности. Теперь на 2 тысячи. Год назад он просил еще и увеличить число генеральских должностей.

Большинство просьб Бастрыкина послушно исполняется. В Белом доме и Кремле свято, видимо, верят, что чем больше денег дать СКП, тем профессиональнее станет его работа. И дают, дают, да только корм явно не в коня. Каждый дополнительный миллион лишь снижает и без того низкий КПД Следственного комитета.

В каждой профессии существуют свои критерии оценки. У депутатов это инициированные законы, у журналистов — написанные статьи.

Но никто почему-то не пытается применить аналогичный критерии для СКП. Чтоб отчет шел за каждый рубль. Сколько заплатили и что за это получили.

В чем главный итог работы СКП? Очевидно, что в законченных уголовных делах. На это и только на это должны быть направлены все усилия ведомства, ради этого строятся здания, фрахтуются самолеты, покупаются “Инфинити”.

Посчитать эффективность работы очень просто: нужно поделить бюджет на количество дел. Выходит, что в прошлом году одно дело обошлось в 185 тысяч рублей. А в 2006-м, до реформы, такое же дело стоило 60,6 тысячи. Рост — в 2,8 раза. И это еще не считая ухудшения качества.

Тогда объясните мне на милость: если по всем показателям прокурорское следствие стало работать хуже, на что тратятся такие деньжищи? За 3 года расходы на новое ведомство уже превысили 53 (!) миллиарда рублей и продолжают нарастать. По плану, бюджет СКП 2011 года увеличится еще на 1,1 миллиарда.

Раньше защитники СКП ссылались на болезни роста и временные трудности. Что они скажут сейчас? Три года — срок более чем достаточный, чтобы любые трудности преодолеть. Конечно, при условии профессионального и грамотного руководства. А с этим в СКП — большие проблемы: весь практический стаж следственной работы Бастрыкина ограничивается 8 месяцами службы в милиции.

Я не знаю, сколько еще просуществует Следственный комитет. В том, что конструкция эта временная, уверены уже, кажется, все. Будущее — за единым следствием, но при условии сильного прокурорского надзора. Недавно на этот счет высказался даже президент.

По имеющейся информации, в ближайшие две недели в Кремле пройдет специальное заседание по вопросу создания единого следственного органа. Лучшего подарка к юбилею СКП трудно себе придумать…

Наиболее крупные скандалы, связанные с СКП:

— Обвинения со стороны Довгия и его последующее осуждение.

В марте 2008 года в отношении начальника Главного следственного управления СКП Дмитрия Довгия была начата служебная проверка. Она была инициирована главой СКП Александром Бастрыкиным по жалобе двух следователей, обвинивших Довгия в коррупции и получении взяток. 21 апреля Бастрыкин подписал приказ об увольнении Довгия из СКП по результатам проверки. Довгий оспорил свое увольнение в суде, но ему было отказано в удовлетворении жалобы. В августе Довгий был арестован по подозрению в получении взятки, так же, как и его предполагаемый сообщник Андрей Сагура. 24 июня присяжные признали Довгия и Сагуру виновными. Суд приговорил их к девяти и к восьми годам колонии соответственно.

— Чешский бизнес Бастрыкина.

По данным “МК” (origindate::02.07.2008), в Праге 1 марта 2000 г. была учреждена фирма LAW Bohemia. Вид деятельности — операции с недвижимостью. Владельцы LAW Bohemia — Александр Бастрыкин, origindate::27.08.1953 года рождения, Санкт-Петербург, ул. Галерная, д. 26, кв. №№, Российская Федерация, и Бастрыкина Ольга Александровна, origindate::28.03.1970 года рождения.

— Отставка зампредседателя СКП И.Соболевского, уличенного испанцами в связях с русской оргпреступностью.

30 мая 2009 г. президент Дмитрий Медведев освободил Игоря Соболевского от должности заместителя председателя Следственного комитета при Прокуратуре Российской Федерации. По данным “МК” (origindate::03.06.2009), уход Соболевского впрямую связан с громкой спецоперацией “Тройка”, начатой испанской полицией в июне 2008-го, когда спецслужбы арестовали 15 человек, преимущественно россиян, связанных со знаменитой тамбовской преступной группировкой.

— Развал дел по двум взрывам «Невского экспресса».

По первому делу в разное время были задержаны житель новгородского города Чудово Хасан Дидигов, два жителя Санкт-Петербурга Андрей Каленов и Денис Зеленюк, а также жители Ингушетии братья Амирхан и Макшарип Хидриевы и Саланбек Дзахкиев. С Дидигова, Каленова, Зеленюка и Амирхана Хидриева подозрения вскоре были сняты. 15 января 2009 года судья признал Хидриева и Дзакхиева невиновными в теракте, однако счел доказанной их причастность к незаконному обороту взрывчатки. За оборот взрывчатки подсудимых приговорили к 10 и 4 годам лишения свободы.

— Дело Бульбова.

Задержание генерал-лейтенанта ФСКН Александра Бульбова было произведено 2 октября 2007 года. Его подозревали в незаконном прослушивании телефонов. 2 сентября 2009 года президиум Верховного суда признал незаконным продление ареста Бульбова в ноябре 2008 года. 13 ноября 2009 года Мосгорсуд отказал ему в изменении меры пресечения с содержания под стражей на домашний арест, однако в тот же день следствие освободило Бульбова под подписку о невыезде. В апреле 2010 года, по данным “МК”, в отношении Бульбова были возбуждены два новых уголовных дела.

— Суды с А. Багметом.

В декабре 2007 года по решению генпрокурора Юрия Чайки Багмет был уволен с должности заместителя прокурора Челябинской области за “совершение проступка, порочащего честь прокурорского работника”. Поводом послужила служебная проверка его биографических данных, которые он предоставил, подавая документы на перевод как раз на должность руководителя следственного комитета города Москвы. 18 мая 2010 г. суд признал законным приказ об увольнении Анатолия Багмета с прокурорской должности.

Александр Хинштейн

Оригинал материала

«Московский комсомолец» от origindate::07.09.10