Алкохолдинг для Фрадкова?

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


© "Б-Ф.Ру", origindate::26.05.2005

Алкохолдинг для Фрадкова?

Зачем госконцерн «Росспиртпром» с упорством, достойным лучшего применения, занимается методичным банкротством и закрытием собственных подразделений

Рафик Газизов

Алкогольная отрасль современной Росси находится на пороге нового грандиозного передела, по масштабам сопоставимого с тем, который мы наблюдали в начале 90-х годов прошлого века. Крупнейший игрок алкогольного рынка страны, ФГУП «Росспиртпром», являющийся владельцем контрольных пакетов акций более чем восьми десятков крупнейших в России алкогольных производств, начал компанию по массированному банкротству своих «дочек».

До последнего времени федеральное унитарное предприятие не особо интересовалось своими активами: все крупнейшие виноводочные заводы России, доставшиеся стране с советских времен и впоследствии оптом переданные в оперативное управление «Росспиртпрому», были в свое время акционированы.

Как правило, 51% акций оставалось у государства (именно они потом достались «Росспиртпрому»), а 49% продавалось заинтересованным предпринимателям. Понятно, что инвестициями в производство, налаживанием рынков сбыта готовой продукции и всеми производственными процессами занимались именно эти последние и предложенный ими менеджмент. Такая тактика была очень удобна в 90-е годы: отдав дела в управление «третьим лицам», государство снимало с себя всякую ответственность за судьбу предприятии. Между тем, по мнению экспертов, алкогольная промышленность СССР досталась России не в лучшем виде: оборудование на большинстве заводов было устаревшим и, для получения хоть каких-то прибылей, частные акционеры были вынуждены вкладывать в реконструкцию свои средства, что и делалось все эти годы. По мнению осведомленных наблюдателей, к 2004-2005 году техническое перевооружение наиболее значимых алкогольных заводов было уже произведено.

Тут-то позиция государства резко изменилась: «Росспиртпром» начал активную кампанию по «вытеснению» миноритариев с алкогольных предприятий. При этом представители государства использовали простую, как мычание, схему «кидания» миноритарных акционеров, успешно применяемую «братками» всех мастей с начала 90-х: владелец контрольного пакета (читай ФГУП «Росспиртпром») неожиданно собирает внеочередное собрание акционеров, на котором большинством голосов принимает решение о смене директора алкогольного завода. Новый директор, назначенный из недр самого «Россипртпрома», за несколько месяцев останавливает производство и банкротит предприятие. При этом активы выводятся в новую фирму со стопроцентным участием государственной корпорации, а миноритарные акционеры, несколько лет подряд вкладывавшие немалые собственные средства в развитие производства и налаживание бизнес-процессов, остаются «с носом».

За вторую половину 2004 и первые месяцы 2005 года таким нехитрым образом ФГУП уже обанкротило несколько десятков предприятий по всей России. Пожалуй, самые громкие примеры – банкротство ОАО «Минал» и Канского ликероводочного завода – крупнейших в Красноярском крае производителей алкоголя, попытка банкротства ОАО «Шуйская водка», смена директора и подготовка к банкротству на алкогольном заводе Вологодской области – ОАО «Вагрон», банкротство Шадринского ЛВЗ, компании «Казак Уральский», в который входило 5 крупнейших спиртовых заводов Челябинской области. Всего, по данным Счетной палаты за 2004 год, были обанкрочены 22 предприятия, акции которых находятся в оперативном управлении «Росспиртпрома». Еще 26 заводов находятся на грани банкротства и могут прекратить свою работу в течение года.

Конвейер по разорению крупнейших отечественных производителей алкоголя продолжает работать: в конце апреля «Росспиртпром» сменил гендиректора «Екатеринбургского Виншампанкомбината» – единственного к востоку от Волги производителя «Советского шампанского». Изготовление шампанского на заводе уже полностью остановлено, бывшее руководство предприятия ожидает искусственного банкротства завода в течение нескольких месяцев. Наблюдатели не сомневаются, что это еще одно в цепи последовательных действий ФГУП, направленных на изменение состава участников алкогольного рынка.

На первый взгляд, действия ФГУП не поддаются рациональному объяснению: зачем госконцерн с упорством, достойным лучшего применения, занимается методичным банкротством и закрытием собственных подразделений, тем более в такой выгодной сфере, как производства алкоголя, где предприятия по определению не могут быть убыточными. На этот счет у сторонних наблюдателей есть как минимум несколько версий.

Версия первая: конкуренция по-кавказски.

По большому счету, массовое банкротство и закрытие мощнейших алкогольных заводов, оставшихся с советских времени и изготовлявших продукцию по советским же ГОСТАМ, выгодно, в первую очередь, их основным конкурентам: новым производителям водки, прежде всего – предприятиям Северного Кавказа: из Осетии, Ингушетии и Кабардино-Балкарии. Массовое производство спиртного в этих кавказских республиках началось в 90-е годы благодаря налоговым льготам, которые были предоставлены местными властями производителям алкоголя. Кроме того, почти бесконтрольное поступление контрабандного спирта привело к фантастической прибыльности и без того выгодного производства.

Водка и другая алкогольная продукция с Кавказа, как правило, оказывается дешевле произведенной в центральной России, но не может конкурировать с последней по качеству. Кроме того, приходу осетинской и кабардинской водки на местные рынки, как правило, активно препятствуют региональные власти, стремящиеся защитить своего товаропроизводителя. Именно поэтому условием проникновения кавказского алкоголя на тот или иной рынок, как правило, является закрытие местного виноводочного производства. С этой точки зрения чиновники Росспиртпрома оказали кавказским производителям огромную услугу, открыв для них целый ряд новых рынков. После закрытия заводов в Вологодской области на местный рынок вышла водка из Кабардино-Балкарии, закрытие производства на том же Екатеринбургском ВШК привело к прорыву на рынок Уральско-Сибирского региона шампанского производства бесланского завода «Исток».

Дополнительным доказательством в пользу откровенного подыгрывания госчиновников одним производителям за счет других может являться странная история с отказом другого государственного предприятия – ФКП «Союзплодоимпорт» – в праве использования принадлежащих ему товарных знаков, и особенно товарного знака «Советское шампанское». Чем еще можно объяснить, что некоторые предприятия, в которых контрольный пакет принадлежал государству и которые разливали «Советское» не одно десятилетий, вдруг были лишены этого права? В чьих интересах действовали уполномоченные чиновники в этой ситуации?

Могли ли чиновники «Росспиртпрома» пойти на сговор с производителями с Кавказа и банкротить свои предприятия для того, чтобы открыть им региональные рынки? Рассуждая чисто теоретически, исключать этого нельзя: российский чиновник традиционно относится к вверенной ему собственности как к источнику дохода для себя, а не для государства, и вполне может закрыть завод с многомиллионным оборотом для того, чтобы положить в свой личный карман несколько десятков тысяч долларов.

Впрочем, размеры сумм, крутящихся в алкогольной промышленности и, особенно, проходящие там преобразования, заставляют предположить, что даже если такой сговор и существует, то он, скорее всего, призван решать тактические, а не стратегические задачи, стоящие перед менеджерами крупнейшей российской алкогольной корпорации. То есть, грубо говоря, очередные временщики (а команды менеджеров Росспиртпрома меняются с подозрительной частотой) просто решили обогатиться, помогая кавказским алкогольным магнатам.

Версия вторая: «прихватизация» как она есть

Но «Кавказская» версия не может считаться ни единственной, ни, тем более, главной. Дело в том, что федеральное унитарное предприятие «Росспиртпром» попало в перечень ФГУПов, подлежащих приватизации.

До конца года концерн должен быть преобразован в ОАО со стопроцентным участием государственного капитала. После этого его акции будут выставлены на продажу. Таким образом, у чиновников «Росспиртпрома» появляется реальная возможность повторить многократно откатанную схему и из управляющих госкорпорацией превратиться во владельцев крупнейшего в России алкогольного концерна. Ну или хорошенько погреть руки на приватизации. Даже в последнем случае суммы «откатов» могут оказаться огромными: оценочная стоимость всех активов «Росспиртпрома» составляет порядка миллиарда долларов.

Не исключено, что нынешнему главе «Росспиртпрома» Петру Мясоедову не дает покоя слава предыдущего начальника ФГУПа Сергея Зевенко, который смел «под шумок» приватизировать один из самый ценный актив «Росспиртпрома» – завод «Кристалл», на котором он до сих пор активно разливает легендарную «Гжелку». Впрочем, у Мясоедова есть прекрасная возможность обойти своего предшественника и получить вместо части – целое.

Возможно, именно этим объясняется череда умышленных банкротств на предприятиях Росспиртпрома – отбирая у миноритарным акционеров их доли в пользу государства, чиновники уже готовятся положить её в свой собственный карман. Кроме того, череда банкротств может преследовать и другую цель – снижение капитализации всего концерна, что позволит сбить его номинальную стоимость и продать самим себе весь всероссийский алкогольный холдинг по дешевке.

Впрочем, эта версия достаточно спорна и условна. Трудно поверить, что в 2005 году какие-то чиновники, даже высокого уровня, возьмутся за такую масштабную операцию без благословения сверху.

Версия третья: алкохолдинг для Фрадкова

Сложно предположить, что, готовя приватизацию «Росспиртпрома» вместе со всеми его дочкам, Петр Мясоедов старается только для себя. То есть, если эта версия верна, он, конечно, может надеяться и на «откаты», и на определенный пакет акций, и даже какой-нибудь виноводочный заводик. Однако, те времена, когда госсобственность уплывала в неизвестно чьи руки или приватизировались чиновниками по своему усмотрению, по-видимому, окончательно ушли в небытие. В современной России право на распоряжение такими крупными кусками госсобственности целиком и полностью сконцентрировано в пределах узкого круга лиц, и вряд ли такой лакомый кусок как «Росспиртпром» в нынешних реалиях уйдет «налево». Скорее всего, хозяин ему уже сосватан.

На вопрос о том, в чьих интересах и для кого Петр Мясоедов затеял сомнительную приватизацию государственной алкогольной промышленности, может ответить его биография.

До того, как возглавить алкогольную госкорпорацию, Петр Мясоедов трудился в налоговой полиции, под началом нынешнего премьера Михаила Фрадкова. Выдвижение Мясоедова на пост главы Росспиртпрома также связывают с протекцией Фрадкова, поставившего «своего» человека на стражу алкогольных богатств Родины. Видимо, это назначение не случайно совпало с внесением «Росспиртпрома» в список предприятий, подлежащих приватизации.

Михаил Фрадков изначально рассматривался в качестве фигуры временной и чисто технической. После провала монетизации льгот слухи о скорой отставке премьера появляются с завидной регулярностью. В такой ситуации можно предположить, что премьер готовит себе «запасной аэродром» в виде крупнейшего алкогольного холдинга.

Очень долго элиты гадали, что же попросил Фрадков за свое «техническое» премьерство в ситуации, когда все сырьевые активны уже распределены. Возникновение «алкогольной» версии дает ответ и на этот вопрос.

«Никто не хотел умирать»

У всей этой истории есть еще один неприятный аспект: получается, что переняв от бандитов начала 90-х схему завладения чужой собственностью и «вытеснения» минориратрных акционеров, чиновники ФГУП «Росспиртпром» у них же позаимствовал и методы «общения» с «партнерами». Но, в отличие от «братков», для «разборок» с оппонентами они используют не «быков» с автоматами, а связи в «компетентных органах». Предпринимателей, не согласных «добровольно» расстаться с заводами, в которые были вложены немалые средства, убеждают с помощью ОБЭП, прокуратуры и судов.

Так, в марте этого года по обвинению в ряде экономических преступлений был заключен под стражу бывший исполнительный директор ОАО «Варгон» Валерий Полюхович, пытавшийся в судебном порядке оспорить искусственное банкротство предприятия. 5 лет лишения свободы грозит гендиректору ОАО «Шадринский ликеро-водочный завод» Раилю Салихову, не захотевшему отдавать предприятие «Росспиртпрому». Аналогичные случаи наблюдаются по всей стране – бизнесменов, пытающихся защитить сои вложения и не допустить передела собственности в пользу «холдинга Фрадкова» регулярно пытаются упечь за решетку.

Наблюдая за новым «черным переделом», устраиваемым чиновниками госпредприятия, невольно задаешься вопросом: стоит ли поставленная цель развала алкогольной промышленности, ввязывания государства в натуральные бандитские разборки, очередного падения имиджа государственной власти в глазах частного бизнеса.