Алюминиевая опера. Кидалы

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Оригинал этого материала
© "НТВ", origindate::03.09.2000, "Рублевая зона"

Алюминиевая опера

«Альфа» кинула союзников, Лев Черной кинул «Альфу», Абрамович кинул Черного, а Дерипаска — Чубайса

Юлия Латынина

Юлия Латынина       На прошлой неделе Центральный районный суд города Красноярска выпустил из тюрьмы Анатолия Быкова. Человека, которого друзья называют алюминиевым магнатом, а враги — крестным отцом Красноярска. Пока Быков сидел, его империя распалась. Главный приз — Красноярский алюминиевый завод — достался врагам Быкова: Роману Абрамовичу и Олегу Дерипаске.

Освобождение Быкова стало для них очень неприятным сюрпризом. Вы представляете, люди уже думают, как делить Россию дальше, нацелились на «Норильский никель», на АвтоВАЗ, а в Красноярске все уже съели, переварили и закопали — и вдруг из развороченной земли вылезает танк и эдак поводит пушкой.

Никто — ни президент, ни Генпрокуратура, ни тем более губернатор Быкова не освобождали. Бывший учитель физкультуры из Назарова, перессорившийся с половиной российских олигархов, освободился сам. Вышиб дно и вышел вон.

Трудовая биография Анатолия Быкова, кандидата в мастера спорта по боксу и скромного учителя физкультуры из города Назарово, неразрывно связана с Красноярским алюминиевым заводом — вторым по величине в России.

Спортсмен Анатолий Быков появился на КрАЗе в 1994 году, когда завод контролировали знаменитые братья Черные: Лев и Михаил. Их компания ТВГ имела неплохие связи среди бандитов, чиновников и спецслужб. Анатолий Быков тоже поначалу дружил с этой компанией и даже скупал для нее акции КрАЗа. Но случилось так, что за скупленные акции ему не заплатили, и в ответ Анатолий Петрович вычеркнул ТВГ из реестра акционеров КрАЗа и выкинул ее с завода.

Кто привел ТВГ на КрАЗ? Олег Сосковец, первый вице-премьер. Сосковец прилетел с Черным в Красноярск на своем самолете, представил прямо на совещании и сказал: вот какой хороший человек, работайте с ним.

Представьте себе: огромная компания, которая съела всю российскую металлургию, — и какой-то красноярский пацан. Р-разорвать! Скушать на месте! В Красноярск прилетает спецборт с людьми в камуфляже, киллеры какие-то появляются московские, одного отловили, другого мертвым на скамейке нашли. А Быков в глазах красноярцев превращается в Робин Гуда. Он спасает сибиряков от коррумпированной Москвы.

В Красноярске были и другие кандидаты на звание Робин Гуда, но судьбы их складывались неудачно. Все они погибали от профессионального заболевания, связанного с повышенным содержанием свинца в жизненно важных органах.

В 1994—1995 годах по краю прокатилась целая эпидемия убийств, которая устранила основных соперников Быкова: уголовных авторитетов Ляпу, Толмача, Синего. Большая часть этих убийств приписывалась саяногорскому авторитету Владимиру Татаренкову. Однако Татаренков на видеопленке, записанной им самим, утверждал, что заказчиком преступлений был Быков.

Сейчас Татаренков уверяет, что пленку он записал, чтобы посмеяться над ней вместе с Анатолием Петровичем!

Иногда случались и неудачи. Однажды, говорят, люди Татаренкова приехали в Питер мочить красноярского вора Петруху, который вроде как собирался обратно в Красноярск. Как только Петруха с телохранителями вышел из квартиры, один из киллеров поднялся на чердак, а другой, немного погодя, понес ему оружие.

И надо же такому случиться, что в ту самую секунду, когда киллер садится в лифт, возвращается Петруха с телохранителями и тоже садится в лифт. Они едут, киллер со страху взопрел, и тут по рации кореша его спрашивают: как дела? И Петруха эту рацию тоже слышит. Киллера затащили в квартиру, он тут же раскололся. Но кстати, в Красноярск Петруха решил не ездить: климат вредный.
       К 1997 году КрАЗ выиграл войну против москвичей и заключил с Львом Черным мир на собственных условиях. А Анатолий Быков, который возглавлял оборону, в ходе войны превратился из коменданта осажденного завода в его хозяина.

Победитель не стал держаться в тени. Он выгнал прежнего директора, поставил своего и от обороны перешел в наступление. Он стал присоединять к КрАЗу остальные красноярские предприятия, и в первую очередь Красноярскую ГЭС. ГЭС принадлежала РАО «ЕЭС России», но Быкова такие мелочи никогда не смущали.

Из-за ГЭС Быкову пришлось разбираться с Чубайсом. Помнится, Анатолий Борисович как-то с изумлением рассказывал, что красноярские пацаны чисто конкретно на него наезжают. Изумлялся тому, что на РАО «ЕЭС» можно наехать, как на лавку со сникерсами.

1997 год стал триумфом Быкова. Анатолий Петрович становится председателем совета директоров КрАЗа и побеждает на выборах в Законодательное собрание края. Он щедро занимается благотворительностью: содержит школы, больницы, основывает детский дом. Губернатор Валерий Зубов с неудовольствием обнаруживает, что в крае складывается параллельная система власти. Крупнейшие предприятия края входят в империю Быкова, а те налоги, которые КрАЗ экономит, Быков раздает сирым и убогим от своего имени.

Именно тогда Быков принимает решение поддержать другого губернатора. Профессия Анатолия Петровича сродни профессии сапера. В ней ошибаются только однажды. Быков тоже ошибся однажды: он поддержал на выборах кандидатуру Лебедя.

Во время предвыборной кампании Быков и Лебедь постоянно появлялись вместе. Однако у каждого из союзников были свои планы. Для Быкова Лебедь был дорогостоящим приложением к документам, которые должны были отдать Быкову все предприятия Красноярска. Для Лебедя Быков был лишь табуреточкой, по которой взбираются к власти и затем отталкивают табуретку ногой. Такое несовпадение видов на будущее быстро привело к конфликту. Два револьвера не влезли в одну кобуру. Первым начал Быков — он обрушился с критикой на окружение Лебедя. Анатолия Петровича возмутил тот факт, что молодые московские заместители Лебедя каждое воскресенье летают в Москву за казенный счет.

Лебедь не остался в долгу. Полемика велась на истинно интеллигентном уровне. Боевой генерал вел себя перед строем телекамер, как перед строем солдат, и из уст его на пресс-конференциях щедро срывались всяческие «козлики» и даже одно: «Пошел он на...»!

Вслед за этим стратегическим заявлением Лебедя последовали другие заявления — от заместителя министра внутренних дел Владимира Колесникова, который приехал с комиссией в край.

Колесников заявил, что имеет массу претензий к руководству КрАЗа и лично к Анатолию Петровичу.
       Быков уехал за границу. В октябре прошлого года он был задержан в Венгрии, а спустя несколько месяцев выдан России. Масштабность обвинений, предъявленных Анатолию Быкову, говорила о глубоком профессионализме наших милиционеров. Его обвинили в отмывании денег, выразившемся в шести коттеджах в поселке Овинный, а также в том, что на его вилле в Назарове его друзья обсуждали будущее убийство мелкого назаровского бизнесмена (люди знающие поправляют — наркоторговца) Губина. Сторож виллы Олег Ставер, после того как ему сломали парочку ребер, охотно дал показания насчет этой встречи.

На основании этой могучей доказательной базы генерал Лебедь торжествовал победу:

— Теперь ломать хребты буду я, — заявил он в телекамеры.

Вот это, прямо скажем, было преждевременным заявлением. Потому что хребет ломали другие люди, посерьезнее. И хозяином КрАЗа Лебедь так и не стал. Как только Быков оказался за границей, на его империю обрушились враги. В коалицию входили Чубайс, обиженный за ГЭС, группа «Альфа», которая зашла на Ачинский глиноземный завод, и Олег Дерипаска — хозяин соседнего Саянского алюминиевого завода.

А Дерипаска Быкова будто бы недолюбливал еще с той поры, когда Владимир Татаренков имел обыкновение позванивать Дерипаске на мобильный с угрозами.

В ответ на образование коалиции на заводе провели учения по гражданской обороне: за пять минут на площадку высыпали семь тысяч человек. Как объяснил генеральный директор Алексей Баранцев, учения проводились против террористов.
       Однако простой красноярский народ не дремал и знал истинных врагов завода. На митинге, состоявшемся 7 ноября перед зданием администрации, народ тащил плакаты «Свободу Быкову» вместе с красными знаменами.

Однако митинги не помогли. К декабрю прошлого года КрАЗ напоминал осажденный Ленинград. Сырья не было: на Ачинском глиноземном сидела группа «Альфа», на Николаевский глиноземный зашел «Сибирский алюминий». Кроме того, энергетики выиграли против завода иск на 3 млрд. руб. На основании этого иска КрАЗ мог быть объявлен банкротом в любой момент.

План по охоте на КрАЗ был поистине великолепен. У него имелся лишь один, зато фундаментальный недостаток: в охоте участвовало слишком много союзников. В стране, где кинуть партнера считается за доблесть, трое союзников — это ровно на два больше, чем требуется.

Я бы вообще очень хотела объяснить вам на пальцах обо всех, кого кинули, но не могу — пальцев не хватит.

А вкратце так: первой изменила группа «Альфа». Через своих партнеров — алюминиевую компанию «Ренова» — она повела переговоры с партнерами Быкова, в первую очередь с Львом Черным. Лев Черной продал часть акций, но не «Альфе», а Роману Абрамовичу по весьма уважительной причине — потому что Абрамович заплатил больше. А Абрамович, в свою очередь, вместо того чтобы сохранить в партнерах Льва Черного, продал его долю Дерипаске. Который для этого кинул Чубайса.

Итак, начиная сначала: «Альфа» кинула союзников по охоте, Лев Черной кинул «Альфу». Абрамович кинул Льва Черного, а Дерипаска кинул Чубайса.

И вот после такой, с позволения сказать, стабильности появляется Быков.

Что интересно — Быков согласился на беседу. Согласился — и был предельно закрыт. Тогда зачем соглашался?

После того как я с ним поговорила, я почти уверена, что это была демонстрация спокойствия и уверенности. Чем спокойнее он будет себя вести, тем меньше будет претензий у Генпрокуратуры. И тем больше у Быкова шансов дождаться на свободе того времени, когда очередные владельцы КрАЗа начнут разбираться между собой.

Итак, я предоставляю вам возможность внимательно послушать, КАК Анатолий Петрович отвечает на вопросы. Потому что часто не важно, что говорит человек. Важно — как и в какой момент...

Из интервью Анатолия Быкова для программы «Рублевая зона»

ЛАТЫНИНА. Анатолий Петрович, о вашем освобождении ходит много слухов, и уже множество московских газет написали, что вы вышли из тюрьмы только потому, что согласились продать акции Дерипаске и Абрамовичу.

БЫКОВ. Это неправда. Я лично ни с одним, ни с другим даже не разговаривал. Да, с их стороны поступали предложения через моих близких людей, но в тех условиях, в которых я находился, я не мог принимать решения.

ЛАТЫНИНА. Сейчас вы будете вести об этом переговоры?

БЫКОВ. О продаже никаких разговоров не будет. Будет сначала разговор о том, что у нас — блокирующий пакет. О том, как бы они хотели видеть нас на заводе. Как они ответят мне за то, что нам прекратили отгружать металл. Возможно, если мы не договоримся с Дерипаской и Абрамовичем, то мы продадим пакет тем, кто сможет им противостоять. Могу сказать одно: без интересов края я ни с кем работать не буду. А так — посмотрим, что будет. Может, новые хозяева сделают лучше, чем я. Тогда я пожму руку и поздравлю их.

ЛАТЫНИНА. То есть Дерипаска и Абрамович могут не покупать бронежилеты?

БЫКОВ. Это какие-то глупые разговоры. Я не собираюсь ни с кем воевать. Мне надо учиться у своих врагов. Тому, как поступать со своими врагами.

ЛАТЫНИНА. Ваш телеканал — ТВК — больше не ругает Лебедя. Означает ли это, что вы с ним помирились?

БЫКОВ. А чего его ругать? Он здесь не главный.

ЛАТЫНИНА. Откуда взялись и по той же Москве ходят слухи, что Быков будет баллотироваться на пост мэра Красноярска и с этого поста будет долбить КрАЗ?

БЫКОВ. Думаю, эти слухи распускают мои политические и деловые конкуренты. Им надо столкнуть меня с теми людьми, с которыми у меня сохранились хорошие отношения.

ЛАТЫНИНА. Говорят, когда вам пришлось уехать за границу, точно так же в это время преследовали Березовского, при Примакове. Березовский хотел с вами встретиться. Вы отказались со словами: «Я не буду встречаться с человеком, который крал деньги из бюджета».

БЫКОВ. Я по-другому сказал. Я сказал: я не хочу встречаться с теми людьми, которые работают против интересов страны.

ЛАТЫНИНА. У вас были партнеры по КрАЗу — Лев Черной и Василий Анисимов. Одни говорят, что они поддерживали вас до последнего, даже в ущерб собственному бизнесу, другие — что именно их поведение стало причиной того, что они и вы потеряли завод. Ваше отношение к бывшим партнерам?

БЫКОВ. Они — бизнесмены. Я не хочу их винить в том, что они от меня отступились. У меня был политический конфликт, а им хотелось мира. Они ведь не жили в Красноярском крае. Пускай время покажет, ситуация еще не закончена.

ЛАТЫНИНА. Но, говорят, именно Черного и Анисимова вы обвиняете в том, что произошло?

БЫКОВ. У меня когда-то была внутренняя обида оттого, что в трудный момент люди отошли от меня. Но в этом следует винить прежде всего самого себя, а не тех, с кем работал. Я виноват сам.

ЛАТЫНИНА. Владимир Татаренков, который обвинял вас в куче заказных убийств, сейчас переменил показания. Почему они так удачно переменились?

БЫКОВ. Ну, сам Татаренков говорит, что он сделал эту кассету для себя. Возможно, какие-то люди что-то ему пообещали для того, чтобы он записал эту кассету. Похоже, эти обещания не были выполнены.

ЛАТЫНИНА. Вы один из самых могущественных людей в Красноярске. В Красноярске происходила целая куча убийств, в результате которых вы стали могущественным человеком. Кто же убивал-то?

БЫКОВ. Могущественные люди в тюрьме не сидят.

ЛАТЫНИНА. Было бы глупо спрашивать вас, в чем вас обвиняют. Во-первых, вы скажете, что ни в чем не виноваты. Во-вторых, можно согласиться, в чем бы ни был виноват человек, в современной России он попадает в тюрьму не за собственные преступления, а за собственные ошибки. Какие ошибки вы совершили?

БЫКОВ. Ну, наверное, я попал в тюрьму из-за того, что верил людям. И еще — из-за политических ошибок. Наверное, я был слишком открыт. Легко было предсказать мою реакцию на те ситуации, которые происходили как в бизнесе, так и в нашем крае.

ЛАТЫНИНА. Говорят, вы заплатили большие деньги, чтобы оставаться в Венгрии. Тем не менее вас привезли в Россию. Это был большой удар для вас?

БЫКОВ. Я не заплатил в Венгрии ни цента. Я готов вас откомандировать в эту страну — вам расскажут, кто ко мне обращался и на каких условиях предлагал мне завтра же оказаться на свободе. Я вернулся в Россию по своей воле, когда в России появился новый президент, которому я доверяю.

ЛАТЫНИНА. Вас не смущает, что те люди, которые отобрали у вас завод, входят в ближайшее окружение президента, которому вы доверяете?

БЫКОВ. Я думаю, президент сам разберется со своим окружением.