Арабские корни еврейского скандала

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Оригинал этого материала
© solomin, origindate::27.11.2007, Фото: newsru.co.il

Арабские корни еврейского скандала

Дело Эскина оборачивается против Либермана, его спонсоров Михаила Черного и Шлафа, а также деловых партнеров Либермана в среде арабских террористов

Converted 25613.jpg

Авигдор Либерман

5 ноября в шесть часов утра, в ультраортодоксальном квартале Иерусалима, в нищую полуподвальную квартиру Авигдора Эскина постучала полиция. Дверь открыл 14-летний сын Авигдора - Моти, спросивший у ворвавшихся стражей порядка: "Вы снова пришли арестовывать папу?"

Отголоски этих иерусалимских событий сегодня эхом раздаются и в Москве, и в Лондоне. Пока еще трудно предположить каковы все возможные последствия скандала, но как указывает второй канал израильского телевидения: "Единственное, в чем согласны все вовлеченные в это дело - это в том, что оно зайдет очень далеко".

Странный арест

В этом аресте было много странностей. Люди в форме не раз заходили в этот дом, где койки шестерых детей Авигдора стояли в два яруса рядом друг с другом. В чем только не обвиняли Эскина: в метании при помощи катапульты свиных голов на Храмовую гору (!), в накладывание каббалистического проклятия на главу израильского правительства Ицхака Рабина, от которых он якобы и погиб. За тридцать лет своего проживания на Святой земле Эскин сидел, задерживался и арестовывался многократно. Так что предрассветными визитами людей в форме удивить правого активиста и правозащитника Авигдора Эскина или его семью было нельзя. Только на этот раз следователи явились не из израильской контрразведки ШАБАК (шерут битахон клали - общая служба безопасности), который обычно занимается преследованием ультраправых, а из куда более прозаического отдела по расследованию уголовных преступлений ЯХБАЛь, которая в Израиле обычно занимается русской мафией. Но на этот раз ЯХБАЛь выступал на стороне своих подследственных, преследуя врага и разоблачителя русской мафии, беглых олигархов и связанных ними коррумпированных. И если прежде Эскина преследовали под давлением арабов или левого истеблишмента, то на этот раз донес на него бывший единомышленник, тоже начинавший как активист израильского ультраправого лагеря, ныне благополучно отказавшийся от всего, чему прежде поклонялся, ставший вице-премьером израильского правительства и министром по стратегическим угрозам (!), Авигдор Либерман.

Но наиболее странным было поведение задержанного полицией. Начавший свою славную карьеру арестанта еще безусым пацаном в середине семидесятых в Москве, Эскин хорошо знал, что такое задержание и не раз публиковал свои рефлексии по этому поводу как на собственном сайте, так и в других СМИ: какие документы надо успеть сжечь, что и как прятать, где делать тайники и т.д. Но в то утро он ведет себя как бы вопреки собственным инструкциям.

Выйдя к "гостям" в халате он поглаживая бороду сказал: "Я ждал вас" и указал на стол, где с педантической аккуратностью были разложены документы, фотографии, аудио и видео-свидетельства. Позднее в течение четырех перелопачивая весь дом и окрестности полиция не смогла более найти ничего путного.

Эскин переоделся. Опытной рукой собрал необходимые вещи и спокойно последовал в тюрьму. Так захлопнулась ловушка, которую арестант расставил доносчику.

Политическое самоубийство

Говоря о деле двух Авигдоров в Израиле все чаще вспоминают про "такдим Кацав" - прецедент Кацава. Ведь дело экс-президента Моше Кацава тоже началось с его собственной жалобы на одну из бывших секретарш, а закончилось бесславным завершением политической карьеры, репутацией серийного насильника и досрочным уходом из Дворца президента.

Отправляясь в полицию с требованием заключить под стражу Эскина, Либерман вряд ли мог предполагать, что тем самым он совершает акт политического самоубийства. Ему в голову не могло прийти, что его старый знакомый и бывший руководитель, когда-то посылавший его расклеивать каханисткие листовки, окажется в тюрьме для него более опасным, чем на свободе.

Было известно, что возмущенный предательством Либермана, который из бывшего каханиста превратился в ренегата, готового разделить с арабскими террористами еврейскую святыню Иерусалим Эскин собирает материалы по теме "НДИ и арабы". Но если бы Эскин просто пришел в полицию со своим компроматом, то отдел по международным преступлениям ЯХБАЛЬ вряд ли принял бы все собранные документы и свидетельства к рассмотрению. Ведь у Эскина самого не самые лучшие взаимоотношения с израильской правоохранительной системой. А так получилось, что все антилибермановские улики полиция нарыла сама. Правда и искать ей особенно нечего было. Когда к Эскину явились полицейские, они без труда обнаружили на столике перед входной дверью, ожидавший их, обличительный материал, который осталось лишь подколоть и прошить.

Сегодня дело Авигдора Экина оборачивается против Авигдора Либермана, его спонсоров Михаила Черного и Мартина Шлафа, а также деловых партнеров Либермана в среде арабских террористов.

За что Дахлан любит Либермана?

В новой книге председателя левой оппозиционной партии МЕРЕЦ Йоси Бейлина "Дневник раненого голубя" этот депутат Кнессета рассказывает увлекательную историю. В одной из своих бесед с министром Палестинской автономии по делам заключенных Мухаммедом Дахланом лидер МЕРЕЦа услышал такую фразу: "Вы, израильтяне, берегите там Либермана, не сажайте его... Он с нами очень дружен". Дахлан просил у своего израильского друга, а в то время Бейлин занимал пост министра юстиции, прекратить уголовное дело против Авигдора Либермана, утверждая, что придет время и Либерман еще окажется чрезвычайно полезным для "мирного процесса".

И время, кажется, пришло. Либерман сегодня занимает едва ли не более левую позицию, чем сам автор "Дневника раненого голубя". Факт, что левый Бейлин поддерживает вотумы недоверия правительству Ольмерта, которое идет в Анаполис как в Каноссу, а все 11 депутатов от фракции НДИ служат Ольмерту лучше, чем его собственная партия "Кадима".

Но только ли мирный процесс, отнюдь не способствующий к мирному результату, имел в виду враг Израиля Мухаммед Дахлан, когда называл Либермана полезным человеком? В журналистом расследовании израильской религиозной газеты "Шаа Това" о Либермане говориться следующее: "В поведении Либермана, о котором нам по-прежнему неизвестно больше, чем известно, всё отчетливее проглядывают мафиозные черты. Именно они позволяют ему с феноменальной легкостью видоизменять свою политическую платформу. То мы слышим из его уст правую риторику, то левую... Диапазон необычайно широк: от призывов к трансферу арабов в стиле Меира Кахане до готовности к разделу Иерусалима... У правых есть свои взгляды, у левых - свои. Что же касается коррумпированных деятелей, то у них никакой идеологии нет, а есть лишь "позиция", которая меняется сообразно с изменяющимся обстоятельствам".

О том что у Либермана есть деловые контакты с лидерами арабских преступных кланов слухи ходили давно. Когда осенью 2000 года Либерман публично в зале заседаний Кнесс сравнил израильского главу правительства Эхуда Барака с генералом Петеном, мол тот то же сначала был прославленным полководцем, а затем стал прислуживать нацистским врагам, то уязвленный этим оскорбительным сравнением Барак рявкнул, про Либермана, что он выставляя себя подобным знатоком истории сам имеет бизнес-интересы на территории палестинской автономии и деловые контакты с руководителями силовых структур ООП. Либерман тогда отбрехался, что дескать в целях политической борьбы глава правительства не имеет право использовать разведывательную информацию, фактически тем самым подтверждая, что все, что сказал о нем Эхуд Барак - чистая правда.

Подвиг честного человека

Эскину удалось сделать то, чего не удалось добиться полиции, враждебным Либерману политикам и журналистам. Добиваясь своей сверхзадачи он не только доказал криминальные связи Либермана с Мартином Шлафом и Михаилом Черным, но впервые по-настоящему изобличил НДИ как партию организованной преступности напрямую связанную с арабскими террористами. Оказалось, что Либерман по уши завяз в истории с казино в Иерихоне, контрабандой оружия, уклонениях от налогов и т.д.

Последствия ареста Эскина не заставили себя ждать. Если Эскина взяли 5-го ноября утром, то вечером того же дня полиция, получив долгожданные доказательства, арестовала по подозрению в крупном мошенничестве и в неуплате налогов на общую сумму более 2 млн. шекелей гражданского мужа скандально известной депутатки фракции НДИ Эстерины Тартман - заместителя генерального директора компании "Дор Алон энергия" Ури Шмуэля.

Полиция долго вела Ури Шмуэля, но никак не могла нарыть достаточной доказательной базы для ареста и изобличения всей либермановско-арабской криминальной сети. Замгенерального директора энергетической компании, поставляющей газ в Палестинскую автономию, подозревался в том, что большая часть топлива, предназначенного для Палестинской автономии, продавалось в итоге на территории Израиля без какой-либо документации, а деньги за продажу оседали на банковском счету Шмуэля и других соучастников либермановской преступной корпорации. Одновременно с этим Налоговое управление переводило автономии возврат по НДС в размере нескольких десятков миллионов шекелей. На вырученные таким способом средства Шмуэль приобретал недвижимость и ценности - как на свое имя, так и членов его семьи.

9 ноября суд продлил срок содержания Шмуэля под стражей еще на неделю и отметил, что "исходя из данных, обнаруженных следствием в одном из банковских документов, необходимо обратиться к Кнессету с просьбой о некоторых действиях, которые позволят завершить расследование".

Юристы прокомментировали эту абстрактную фразу как намек судьи на необходимость лишения Эстерины Тартман депутатской неприкосновенности. Отметим, что этот шаг позволяет привлекать депутата к уголовной ответственности и проводить обыск в его доме.

Как выяснила, на основе утечек из полиции корреспондент газеты "Макор ришон" Пазит Равина, арабские деловые партнеры Ури Шмуэля финансировали партию Либермана. Например, деньги Либерману давал араб Айман Хауаджа из Лода, бывший ключевой фигурой в махинациях, проводившихся супругом Тартман. Какие именно блага Айман Хауаджа получил от Либермана взамен - пока до конца не выяснено. А Ури Шмуэль продвинул на пятое, проходное место в Кнессет свою жену.

Государство Израиль понесло от действий Шмуэля и Хауаджи дополнительный урон. Полагая, что бензин поставлен в ПА, оно - в соответствии с условиями Ословского сговора - исправно возвращало "автономии" многомиллионные налоги с якобы приобретенного ею товара.

В беседах со следователями и сотрудницей "Макор ришона" Хауаджа признался в своей части содеянного. Шмуэль пока остается под стражей, Тартман приглашена в полицию на допрос.

В том же номере газеты "Макор ришон" повествуется и о других сомнительных "топливных" гешефтах с участием членов "Нашего дома Израиля" Исраэля Хасона и Софы Ландвер.

Но все первые публикации - это только верхние слои вскрытого Эскиным айсберга. Основные материалы ЯХБАЛЬ держит пока в разработке, готовя новые громкие. Достоверно известно пока только то, что у Эскина обнаружены доказательства причастности к арабским бизнесам Либермана Михаила Черного и Мартина Шлафа, материалы касающиеся наличных денег переданных Дмитрием Радышевским одному из министров от партии Авода в конце 2005 года, материалы касающиеся азербайджанских авантюр Йосефа Шагала, сведения об иностранных бизнесах Стаса Мясежникова и т.д. Один из документов обнаруженных у Эскина по всей видимости будет иметь сокрушительные последствия для представителей русскоязычных СМИ в Израиле. Это список журналистов, которые работали на партию НДИ в ходе предвыборной кампании 2006 года и получали оплату из Фонда Михаила Черного. Рядом с каждым именем стоит сумма.