Банковские гуру России

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Банковские гуру России Элита. Кто сегодня достоин такого статуса? «Ф.», опросив участников рынка, определил список, в который вошли девять банкиров. Среди них оказались и топ-менеджеры, и собственники.

"Каким образом отбирались претенденты? Сразу оговоримся: мы не рассматривали кандидатуры банкиров, работающих в окологосударственных кредитных учреждениях. Также не обсуждались специалисты, которые строили карьеру в «дочках» западных финансовых структур. Это никак не умаляет профессионализма ни тех, ни других. Просто «Ф.» решил сосредоточить внимание на финансистах, работавших в частных банках, которые имеют корни в России или, по крайней мере, в странах СНГ. Мы выбирали из тех, кто смог достичь высот без государственной или западной поддержки. Однако банкир имел «полное право» стать претендентом на получение «звания» гуру, если вырастил кредитную организацию, а уже потом она была выгодно продана иностранцам. Кого вообще можно считать банковским гуру? По мнению «Ф.», это специалист, проработавший в секторе не менее 10 лет и получивший за это время немало «боевых наград». Он руководил масштабными проектами, которые удавались. Он выводил банк на качественно иной уровень развития. Он добивался серьезных прорывов в бизнесе, а не просто кратковременного успеха. Его глубоко уважают, к его мнению прислушиваются. Причем не только ближайшие коллеги и те, с кем когда-то доводилось работать, но и конкуренты. С этим человеком могут поспорить, но никто никогда не усомнится в его компетентности и профессионализме. Банкир-гуру должен быть харизматичной личностью, уметь управлять ситуацией и людьми. Вести их за собой. В наш список банковских гуру попали как наемные менеджеры, так и собственники. Владельцы рассматривались в том случае, если банковский бизнес является для них ключевым и они принимают непосредственное участие в управлении своим детищем. «Банкиров в прошлом» мы обсуждать не стали. Отметим, что среди признанных собеседниками «Ф.» гуру есть один банкир, который никогда не являлся ни совладельцем, ни первым лицом кредитной организации. Однако, по мнению многих участников рынка, именно этот менеджер стал бизнес-локомотивом банка – речь идет о первом зампреде «Русского стандарта» Дмитрии Руденко. Самым молодым участником проекта оказался Владимир Антонов (32 года), контролирующий «Конверс Груп». А самым опытным – председатель правления банка «Возрождение» Дмитрий Орлов (64 года). Четыре банкира из нашего списка – мажоритарные акционеры кредитных организаций. Один является параллельно менеджером в банке и владельцем околобанковского бизнеса – агентства по сбору долгов и кредитного брокера.
B5d816c309ac382e3a721c967c48368d.jpeg
Владимир Антонов:«Мы можем развиваться в любых странах ЕС» Первый шаг по созданию собственной банковской группы семья Антоновых сделала, купив после дефолта 1998-го находившийся на грани банкротства Академхимбанк (в последствии – Конверсбанк-Москва). «По сути, это была просто лицензия, поэтому после санации мы начали поиск нового объекта для приобретения», – вспоминает Владимир Антонов, основной владелец «Конверс Груп». С тех пор почти ежегодно создаваемый им совместно с отцом Александром Антоновым альянс пополнялся новым кредитным учреждением. В том числе Конверсбанком, давшим название группе, и литовским Snoras, который открыл путь на западный рынок. Главной неудачей Владимир Антонов считает отказ ЦБ принять оба «Конверса» в систему страхования вкладов (ССВ). «Руководство недооценило важность соблюдений требований регулятора», – признается банкир. Впрочем, выход был найден: в мае текущего года Конверсбанк, занимавший на тот момент 96-е место в рейтинге «Ф.» по работающим активам, решили присоединить к калининградскому Инвестбанку – участнику ССВ. Второй же «Конверс» был попросту продан. «Сейчас объединяются четыре банка группы, – говорит Владимир Антонов. – В начале следующего года мы сможем работать со средствами частных лиц по всей нашей сети в европейской части России». Объединенная структура будет называться Инвестбанком и по оценкам Владимира Антонова войдет в топ-50. Зарубежные активы Владимира Антонова – два прибалтийских банка Snoras и Latvijas Krajbanka, четвертый по размеру в Латвии. Кроме того, в прошлом году был приобретен банк в Великобритании, который теперь именуется Conversbank. «Теперь мы можем развиваться в любых странах ЕС. В частности, Snoras открывает сейчас филиалы в Великобритании, Бельгии, Чехии, на Кипре», – подчеркивает Владимир Антонов. К концу года у акционеров появится окончательный план международной экспансии, созданный при участии иностранных консультантов. Все предложения будут обсуждаться на семейном совете. «Я всегда советуюсь с отцом, принимая решение. Иначе просто невозможно, конечно, если у отца и сына нормальные отношения», – признается Антонов-младший.
E0e315d445e538306e779d8ffbbd2693.jpeg
Сергей Бажанов: «Моя попытка стать олигархом потерпела фиаско» Карьеру банкира бывший руководитель крупного электротехнического завода Сергей Бажанов начал во время развала СССР. «Инженерное образование, опыт на заводе, как и диплом с профессией замминистра промышленности не помогали. Я стал безработным – на 5 дней», – вспоминает Сергей Бажанов. Тогда 37-летнему экс-руководителю и предложили попробовать себя в зарождавшейся финансовой сфере. В течение последующих лет он сменил ряд руководящих позиций – сначала в Инкомбанке, затем в Балтонэксимбанке. «Работая там, я почти за полгода до кризиса 1998-го года дал указание постепенно избавляться от ГКО, заранее просчитав опасности работы с этим инструментом». Став банковским топ-менеджером, Сергей Бажанов купил ряд компаний самой разной направленности (от финансовых услуг, до производства и логистики). «Но разорваться я не мог, и моя попытка стать олигархом потерпела фиаско», – шутит Сергей Бажанов. Распродав созданные компании, он, уже являясь долларовым миллионером, решил сосредоточиться на создании собственного банка, «чтобы больше не распыляться». В 2003 году Сергей Бажанов выкупил небольшой Петербургский лесопромышленный банк, подконтрольный Владимиру Когану, и переименовал в Международный банк Санкт-Петербурга (МБСП). «Я принес из дома в банк ковер и кое-какую технику», – вспоминает Сергей Бажанов первые дни в статусе собственника. Заключив сделку, Сергей Бажанов стал одним из самых богатых банкиров – не из-за размера приобретения, а благодаря тому, что раньше других полностью раскрыл структуру собственности. Через три года МБСП стал одним из трех крупнейших финансовых институтов Северо-Запада. Следующим безусловным достижением Сергея Бажанова стал отказ в 2004 году от проведения высокорискованных спекулятивных операций на фондовом рынке. «Пришло время сосредоточиться исключительно на кредитно-инвестиционной деятельности. Помня события 1998 года, я знал, что сделать это лучше раньше». Сейчас банк ведет поиск инвестора внутри страны. «И в России есть множество состоятельных людей, поэтому я не вижу необходимости в поиске западных инвестиций», – поясняет Сергей Бажанов. Через три года, обещает он, активы его банка удвоятся и составят около $3 млрд.
147a8088854a1f6cba928770ddf2455a.jpeg
Евгений Бернштам: «Я делаю очень интеллигентный бизнес» Экономисту по образованию Евгению Бернштаму заняться банковским бизнесом предложил 13 лет назад Андрей Раппопорт, в то время – председатель правления Альфа-банка. В должности первого зампреда, курирующего коммерческий блок и развитие филиальной сети, Евгений Бернштам проработал в «Альфе» восемь лет. Даже сегодня некоторые участники рынка, характеризуя личность известного финансиста, добавляют: «альфовец». С 2004-го по 2005-й год Евгений Бернштам трудился в ФК «Уралсиб» на должности первого вице-президента. Сейчас же банкир занимается сразу несколькими проектами. Два из них – его собственный бизнес: коллекторское агентство «Секвойя кредит консолидейшн» и кредитный брокер «Фосборн Хоум». «Мы были зачинателями цивилизованного рынка коллекторских услуг в России, создали первого кредитного брокера», – комментирует Евгений Бернштам. Обе компании уже имеют иностранных партнеров – в «Секвойе» это Goldman Sachs, в «Фосборн Хоум» – инвестиционый фонд Vacero Holding. По словам Евгения Бернштама, вложенные в создание компаний средства уже окупились. Основанная в 2004 году «Секвойя» сейчас управляет долгами на сумму в $500 млн (весь рынок плохих долгов руководство компании оценивает в $840 млн), а созданный в конце 2005 года «Фосборн Хоум» уже провел сделок на сумму более $250 млн. «Прежде чем открыть новый бизнес, я мысленно продаю его самому себе. Собирался создать бюро кредитных историй, пока не понял, что инвестиции окупятся не раньше чем через 10 лет», – делится Евгений Бернштам. «Я делаю очень интеллигентный бизнес и получаю удовольствие, управляя им, – продолжает он. –Менеджер проекта должен быть моим единомышленником, работать 24 часа в сутки и при этом быть голодным». Евгений Бернштам с февраля 2007-го также является президентом Хоум кредит энд Финанс банка, который в течение последнего года стал оправляться от бизнес-затишья. Есть у Евгения Бернштама и собственные новые проекты. «Один из них связан с микрофинансированием и будет очень новым для местного рынка». Предполагается, что в рамках нового проекта первые кредиты будут выданы уже в ноябре.
D7a6348a7ca224e17ac2cfcabec99c8f.jpeg
Игорь Ким: «Через пять лет мы войдем в сотню крупнейших мировых банков» Свой первый капитал 26-летний создатель производственного кооператива и товарно-сырьевой биржи Игорь Ким потратил на приобретение доли небольшого даже по новосибирским меркам Русского народного банка (РНБ). Через два года предприниматель стал единственным владельцем кредитного учреждения. Банк развивался активно за счет крупных корпоративных клиентов, привлекать которых помогали уже сложившиеся деловые контакты. В 1995 году к Игорю Киму и его партнерам обратился основатель Сибакадембанка Валентин Коптюг с просьбой поддержать находившуюся на грани банкротства кредитную организацию. Так у предпринимателя появился второй банк, к которому в 1998 году был присоединен РНБ. «Дефолт 1998-го мы смогли обернуть в свою пользу: когда даже самые крупные игроки заморозили операции, мы обслуживали клиентов, поскольку операциями с ГКО не увлекались», – вспоминает Игорь Ким. В банк порой за один день переходило 300 компаний. За 1998–1999 годы Сибакадембанк вырос в 10 раз и стал крупнейшим в Сибири. Но стоило отладить бизнес, как Игорю Киму, борцу по натуре, это тут же наскучило. «Осенью 2001 года я поехал в Казахстан навестить родные места и обратил внимание на уровень развития казахского рынка». Поработать в банковской системе, обошедшей российскую, ему показалось чрезвычайно интересным. «Каникулы» затянулись на три года – все это время Игорь Ким возглавлял выкупленный им у лукойловских структур банк «Каспийский». По возвращении в Новосибирск Игорь Ким начал переносить приобретенные знания на свои российские структуры. В частности, был использован опыт взаимоотношений с западными инвесторами – началось активное привлечение средств из-за рубежа. В декабре прошлого года Уралвнешторгбанк присоединили к Сибакадембанку. Объединенный Урса-банк ворвался в топ-20 крупнейших кредитных организаций. Теперь в планах присоединение банка «Восточный экспресс». Банкир хочет создать «лучший в России финансовый институт», схожий по масштабам со Сбербанком. «Через пять лет мы надеемся оказаться в числе лидеров российского банковского сектора и в сотне крупнейших мировых банков», – заявляет Игорь Ким.
Ba143d92817c32d6e9a45194734266f0.jpeg
Дмитрий Орлов: «Супруга жалуется, что для меня банк – на первом месте» В Московский финансовый институт я попал случайно, провалил экзамены в МГУ на мехмат. А все остальное уже пошло автоматом», – вспоминает бессменный руководитель банка «Возрождение» Дмитрий Орлов. В следующем году он будет отмечать сорокалетие своей банковской карьеры. Двадцать лет назад он пришел в Московское управление Агропромбанка СССР, которое позже под его руководством было реорганизовано в банк «Возрождение». Как отмечают наблюдатели, одно из самых главных достоинств этой кредитной организации – умение постоянно держаться на плаву, размеренное, но постоянное движение вперед. Кризис 1998 года банк миновал без потерь. «Нам помогли его пережить наши клиенты – предприятия среднего и малого бизнеса. Вокруг этого сегмента мы до сих пор строим свой бизнес», – рассказывает Дмитрий Орлов. Сегодня он и его сын Николай, который уже 11 лет занимает должность зампреда, являются совладельцами кредитной организации (30,7 и 2,1% акций соответственно). Несмотря на «советские» корни, банк Дмитрия Орлова одним из первых на российском рынке стал использовать западные стандарты в своей работе. В частности, в начале 90-х обратился к услугам зарубежного аудитора – PricewaterhouseCoopers, стал готовить отчетность по МСФО. По словам Дмитрия Орлова, к этому шагу тоже подтолкнули клиенты: «Развитие у них международных контактов заставило нас задуматься о более активном взаимодействии с западными банками по открытию лимитов для сопровождения бизнеса партнеров». В 1996–1997 годах «Возрождение» первым в стране запускает программу ADR на трех немецких биржах. Немного позже банк одним из первых среди российских финансовых учреждений выводит свои акции на российские площадки. С момента размещения цена бумаг увеличилась на 380% (индекс ММВБ за данный период вырос только на 148%). Интерес инвесторов к акциям банка, отмечает Дмитрий Орлов, помогает «Возрождению» решать вопрос наличия длинных ресурсов: средства, полученные от размещения бумаг, идут на активное расширение бизнеса, в частности, региональную экспансию.
Be873f41931bf72d5a5dca9902c86bc8.jpeg
Александр Попов: «Я увидел банковский бизнес глазами клиентов» Студент четвертого курса «Плешки» Александр Попов делал первые шаги в качестве финансиста в Инкомбанке. А через четыре года пришел руководить казначейством Онэксимбанка, и с тех пор строил карьеру в рамках холдинга «Интеррос». «Онэксимбанк имел великолепные позиции, работать в нем было исключительно интересно. Учиться приходилось постоянно. Например, после кризиса нам буквально на руинах пришлось собирать остатки «Онэксима» и на них выстраивать новую бизнес-модель создаваемого Росбанка», – рассказывает Александр Попов. За девять лет работы у Владимира Потанина и Михаила Прохорова финансист три года (2001–2003) «отдыхал» от банковского бизнеса: акционеры позвали банкира в «Норильский никель» – сначала в качестве казначея, а затем – заместителя гендиректора. «Было очень полезным сменить систему координат. Я увидел банковский бизнес глазами клиентов». Александр Попов вернулся в Росбанк и превратил его из корпоративного бутика в универсальную кредитную организацию федерального масштаба всего за четыре года. При этом проделанная банкиром и его командой работа стала знаковой для всего рынка. Это и первое крупное объединение финансовых структур – консолидация корпоративно Росбанка и розничной группой ОВК. И подготовка интегрированной структуры к IPO, которое должно было стать первым первичным публичным размещением российского банка на Западе. Правда, широкий круг инвесторов к бумагам Росбанка доступ так и не получил: акционеры предпочли продать долю Societe Generale. Но подготовленное IPO можно было использовать для «набивания» цены. Французская банковская группа уже потратила на приобретение 20% минус одна акция $632 млн, а в ближайшие месяцы должна завершить реализацию опциона на выкуп 30% плюс две акции за $1,7 млрд. В итоге это будет самая дорогая (4,8 капитала) и самая крупная ($2,3 млрд) покупка на российском банковском рынке. На ближайшие пять лет у Александра Попова вполне конкретные планы: «Создать финансовую корпорацию международного уровня. Для этого есть все условия, поскольку Россия будет играть большую роль в мировой финансовой сфере».
643557a1b281a6451afabf86093cd93d.jpeg
Дмитрий Руденко: «Мы готовы к изменениям и вызовам рынка» Законами розничного банковского бизнеса Дмитрий Руденко стал интересоваться, будучи студентом. Именно это направление ему доверили развивать сначала в небольшом отраслевом Промрадтехбанке, а затем в «Менатепе». «Много учился как на стажировках за границей, так и у более опытных коллег по цеху», – вспоминает Дмитрий Руденко. В конце 90-х он пришел к предпринимателю Рустаму Тарико с идеей развития экспресс-кредитования в торговых точках – ссуды за несколько минут. Тогда многим банкирам замысел казался безумным. С населением работал по сути только Сбербанк, но системы массовой выдачи небольших кредитов не было даже у него. В банке «Русский стандарт» (РС) команда Дмитрия Руденко смогла не только оценить потребность населения в таких услугах, но и грамотно просчитать все финансовые нюансы. Первое время доходность некоторых продуктов доходила до 100% годовых. В 2003 году РС стал активно выходить в регионы, а с 2004 года – постепенно переключать население с «магазинных» займов на другие ссуды. Сначала это были кредитные карты, на которые сегодня приходится более 50% портфеля, затем «подтянулись» автокредиты, ссуды на неотложные нужды и ипотека. «”Русский стандарт” с самого начала задумывался как масштабный проект, но реальность превзошла все ожидания», – говорит Дмитрий Руденко. Сейчас РС занимает 12 место в рейтинге «Ф» по работающим активам, а по объему выданных кредитов населению уступает только Сбербанку. При этом кредитов по количеству РС выдал намного больше, чем «народный» госбанк. Пользователей кредитных продуктов РС насчитывается 17,5 млн человек, а держателей кредитных карт – 11 млн. «Банк открыл доступ широким слоям населения к кредитам, а значит к качественным товарам и другому уровню жизни», – отмечает первый зампред РС Дмитрий Руденко, посвятивший этому проекту уже девять лет своей жизни. Банкир уверен, что через пять лет банк будет еще более сильным: «Преимущество «Русского стандарта» – постоянная готовность к изменениям и вызовам рынка».
74ec31ec57099c2cf2474686224dbf12.jpeg
Андрей Савельев: «Уводить за собой сотрудников и клиентов – советская традиция» Первую банковскую должность Андрей Савельев получил в Нефтехимбанке (входил в 20 крупнейших) еще на втором курсе института по рекомендации руководителя студотряда. Придя на должность стажера-оператора, к четвертому курсу он поднялся до члена правления. Следующий этап карьеры – Лондон, куда Андрей Савельев уехал работать, получать образование (закончил London Business School), а заодно и обзаводиться связями. В частности, курируя проекты ЕБРР в Восточной Европе, банкир познакомился с совладельцем Казкоммерцбанка Нуржаном Субханбердиным. Впрочем, тогда для Андрея Савельева у казахских акционеров проектов еще не было – в Москву он вернулся по приглашению руководства МДМ-банка в 2002 году и стал руководителем департамента рисков. Продвижения по карьерной лестнице стремительны: в 2003-м Андрей Савельев уже член правления, а в 2004-м – руководитель МДМ. «Мы структурировали его, изменяя бизнес-модель». Андрей Савельев предлагал отойти от принципа универсальности, однако акционеры идею не поддержали. В конце 2005-го банкир покинул МДМ и стал заниматься развитием бизнеса в страховой группе Сергея и Николая Саркисовых – «Ресо». А меньше чем через полгода финансист возглавил совет директоров Москоммерцбанка. «Весь 2006 год у меня было параллельно два проекта – реформа «Ресо» и развитие дочерней структуры Казкоммерцбанка – «Москоммерца», – рассказывает Андрей Савельев. По словам банкира, он никогда не уводил за собой ни менеджеров, ни клиентов: «Это исключительно советская традиция». Выделение флагманских продуктов и ставка на продажи через партнеров сделали свое дело: «Москоммерц» стал третьим ипотечным банком страны, уступая по объему выданных жилищных ссуд лишь двум госбанкам – Сбербанку и ВТБ24. «Но когда мне предложили стать акционером «Ресо-гарантии», я сделал выбор в пользу проекта братьев Саркисовых». От оперативного управления казахской дочкой Андрей Савельев отошел. Но несмотря на текущее увлечение страхованием, свое будущее он без банковского бизнеса представляет с трудом: «Не исключаю, что уже через два-три года группа «Ресо» создаст собственный банк или вступит для этого в альянс с другими финансовыми институтами».
B8e4d73c6da6529ee10624323d130cb2.jpeg
Николай Сидоров: «Продажа банка не была результатом удачной рыбалки» Выпускнику мехмата МГУ Николаю Сидорову стать банкиром помог случай. Работая в аудиторской компании в середине 90-х, финансист читал лекции по модной в те времена теме – валютные операции. После одного из выступлений его позвали на работу в небольшой банк «Балчуг» (ныне ликвидирован) на должность заместителя главного бухгалтера. Аналогичную позицию в 1996 году Николай Сидоров занял в Абсолют-банке, который в то время не входил даже в первую сотню. В 2000 году акционеры приняли решение развивать торговое финансирование, требовавшее соблюдения четких стандартов ведения бизнеса и прозрачности отчетности. «Сначала я представлял банк на встречах с аудиторами, рейтинговыми агентствами, иностранными инвесторами – ЕБРР и IFC, потом начал участвовать в разработке стратегии», – вспоминает Николай Сидоров, получивший должность зампреда в 24 года. В 31 – он уже встал у руля кредитной организации и начал внедрять новую стратегию с акцентом на развитие розничного кредитования, в первую очередь ипотеки. Акционеры от оперативного управления банком отошли. «Абсолют» за три последних года переместился в рейтинге банков «Ф.» по работающим активам с 51 места на 27-е. Высокая оценка работе Николая Сидорова – сделка по продаже банка, состоявшаяся летом текущего года: бельгийская группа KBC купила «Абсолют» почти за $1 млрд (761 млн евро). То есть банк оценили в 3,8 его капитала. «Это, скорее, было похоже на тендер. Не менее семи игроков буквально бились за этот актив, постоянно повышая ставки», – рассказывает один из знакомых с ходом продажи банкиров. В числе потенциальных покупателей назывались, в частности, Goldman Sachs, АBN Amro и National Bank of Greece. Николай Сидоров считает, что данная сделка – не удача, а закономерность. «Удача – это когда все ловят карасей, а ты поймал окуня. Успешность продажи «Абсолюта» – не случайный результат, а итог долгого упорного труда по созданию банка всеми его сотрудниками». По словам банкира, с приходом новых акционеров он увидел огромное поле для дальнейшего развития – как банка, так и своих профессиональных навыков. "
631e1fcac8dc17991f13cb1db2038ef8.gif

Ссылки

Источник публикации