Без единого выстрела

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Даже самое вольное обращение с законом сходит первому заместителю генпрокурора РФ Юрию Бирюкову с рук

Оригинал этого материала
© "Pravda.Ru", origindate::10.07.2003

Без единого выстрела. Власть научилась убивать по-тихому

Павел Овсянниклв

Converted 14709.jpgНа прошлой неделе не стало Юрия Щекочихина. Человека, за голову которого целые поколения мафиози, взяточников и казнокрадов готовы были заплатить любую цену. Тогда, на закате Советской власти и в первые – самые страшные – годы перестройки, убить его так и не смогли. Юрий выжил, чтобы внезапно уйти из жизни сейчас, когда власть в стране - и официальная, и теневая - окончательно перешла в руки силовиков. Тех самых «бойцов невидимого фронта», которые сегодня взяли на мушку практически каждого из нас.

Примечательно, что смерть Юрия Щекочихина и случившаяся за день до этого трагедия в Тушине прошли под аккомпанемент первой серии разыгранного властями шоу под названием «оборотни в погонах». Накануне страшных событий власть будто специально показала нам свои «чистые руки». Совсем как в футболе, где игроки одновременно с нарушением правил демонстративно разводят руки в стороны – мол, глядите, я тут ни при чем. Поэтому и не верится. Не верится, что задержание бравыми сотрудниками милиции среди многотысячной (!!!) толпы двух чеченских женщин, у которых на удивление синхронно не сработали пояса смертников, и последовавшее буквально на следующий день увеличение госбюджета на борьбу с терроризмом не были звеньями одной цепи. Как не верится и в то, что убийство Сергея Юшенкова аккурат в день регистрации «Либеральной России» было простым совпадением.

Юрия Щекочихина не стало после того, как по его инициативе возобновилось расследование обстоятельств работы мебельного центра «Три кита». Того самого, из-за которого в свое время едва не оказался за решеткой глава Таможенного комитета Михаил Ванин и хозяином которого считается экс-генерал КГБ Евгений Заостровцев – родитель нынешнего зам. главы ФСБ Юрия Заостровцева. Мы не можем утверждать, что между гибелью Щекочихина и его попытками возобновить расследование незаконной деятельности «семейного бизнеса» главы ФСБ есть прямая связь - даже несмотря на странные обстоятельства смерти журналиста, сильно напоминающие отравление, обнаруженные при вскрытии и тщательно скрываемые от прессы. Мы можем лишь констатировать факты и рассуждать. И рассуждения эти неутешительны.

За последние годы чекистско-прокурорская «крыша» стала самой мощной организованной группой в стране. Пересев с черных воронков на лакированные БМВ и Гелендвагены последних моделей, славные борцы с преступностью успешно освоили все премудрости рэкета и самые передовые методы работы с «клиентами». Последних условно можно разделить на две группы: «свои», возглавляемые подконтрольными людьми или членами клана, и «чужие» - то есть те, кого еще лишь предстоит подмять под себя. Ярким примером того и другого являются «Роснефть», прочно аффилированная с кланом «питерских», и ЮКОС, с прошлой недели ставший жертвой очередного «маски-шоу» федерального масштаба.

Интересы «своих» защищаются всеми доступными способами, от фабрикации уголовных дел до изощренных убийств конкурентов с применением новейших технологий, как это было в случае с главой «Круглого стола российского бизнеса» Кивелиди. В 1995 году известный российский банкир скончался от отравления боевым отравляющим веществом, формула которого до сих пор держится властями в секрете. Тогда, по следам сенсационного по тем временам убийства, судмедэкспертам удалось установить, что вещество «очень редкой формулы, которая держится под большим секретом», было изготовлено на военно-химическом заводе в городе Шиханы Саратовской области и не состоит на вооружении в российской армии. Разница между убийством Кивелиди и очень похожей по симптомам смертью Юрия Щекочихина заключается лишь в том, что в сегодняшней России даже столь поверхностное расследование уже невозможно.

Зато стало возможным запросто «заказать» своего конкурента самым что ни на есть законным образом. На рынке даже появился «прайс-лист» стоимости основных услуг в данной области. Например, пристрастная проверка средней руки предприятия из Генпрокуратуры с изъятием документации стоит всего порядка 30 тысяч долларов. Около 50 тысяч стоит арест имущества и счетов судебными приставами. А капитальный «наезд» со стороны чекистов – с мордобоем и подбрасыванием компромата – тянет как минимум на 100 тысяч. Но это базовые ставки. Если объект «наезда» - не средней руки контора, могут быть наценки, увеличивающие ставки в разы. И главное – все в рамках закона.

Столь странное толкование предназначения этого ведомства появилось после того, как в 2000 году заместителем генерального прокурора был назначен Юрий Бирюков. Личность по-своему легендарная. Еще когда Бирюков работал прокурором Элисты (Калмыкия), его публично обвинили в том, что он фактически «прикрывал» убийство журналистки Юдиной. Позже, после своего спешного перевода на работу в главк по Северному Кавказу, Бирюков познакомился со многими полезными людьми. Например, с нынешним Генеральным прокурором Устиновым, а также с несколькими высокопоставленными чеченскими «авторитетами», которых впоследствии Бирюков выпустит из застенков. Разумеется, совершенно бескорыстно и руководствуясь исключительно духом закона. Кроме того, как утверждает пресса, Бирюков лично имел отношение к ряду подпольных нефтяных заводов на территории Чечни, а также обеспечивал прикрытие операций по вывозу нефти.

Свое появление в Генеральной прокуратуре в 2000 году Бирюков отметил скандальным прекращением уголовного дела, заведенной Главной военной прокуратурой против бывшего замминистра финансов Вавилова (при участии которого из Минобороны пропало 330 миллионов долларов). Именно Бирюков приказал военным прокурорам снять обвинения, после чего уволил начальника следственного отдела и забрал дело к себе, где оно благополучно почило. Он же старательно разваливал уголовное дело о деятельности мебельных фирм «Гранд» и «Три кита», в результате чего уголовное дело было закрыто, а занимавшийся им следователь сам попал под обвинение.

Невероятно, но факт – даже самое вольное обращение с законом сходило Бирюкову с рук. Единственное, что всерьез мешало его работе, была деятельность депутатов Госдумы во главе с Юрием Щекочихиным. В декабре 2001 года комиссия по борьбе с коррупцией Государственной Думы едва не провела в парламенте обращение к Президенту с предложением отправить в отставку генерального прокурора РФ Владимира Устинова и его заместителя Юрия Бирюкова за невыполнение возложенных на них обязанностей. А в феврале прошлого года Щекочихин опубликовал существующие в Генпрокуратуре расценки на закрытие уголовных дел. В том числе, и уголовного дела о «Трех китах». Кстати, после этой публикации жизнь семьи Щекочихина была взята под государственную охрану - в связи с многочисленными угрозами в его адрес. Не помогло…

Впрочем, было бы наивным полагать, что своей поразительной живучести в кресле заместителя генерального прокурора Бирюков обязан лишь самому себе. На самом деле, Бирюков – лишь одно из низовых звеньев (правда, весьма востребованных) могущественной преступной группировки, сложившейся в результате повального прихода во власть едва ли не самого известного сейчас по прессе клана. Во главе которого стоят руководитель главной канцелярии страны и не менее главный «кадровик», до прихода в на новое место работы возглавлявший службу собственной безопасности одного известного учреждения. Именно этих людей называют организаторами всех громких дел, связанных с переделом сфер влияния в большом бизнесе. Именно им приписывают начавшийся на прошлой неделе «наезд» на ЮКОС, сопровождавшийся арестом председателя совета директоров ЗАО "Международное финансовое объединение "МЕНАТЕП" Платона Лебедева и сотрудника службы внутренней и экономической безопасности ЮКОСа Алексея Пичугина. И хотя в качестве идейного вдохновителя этой акции называют главу «Роснефти» Виктора Богданчикова, давно пытающегося оттяпать у ЮКОСа часть нефтяных месторождений, истинная цель чекистов – «убедить» Михаила Ходорковского стать клиентом клана. Со всеми вытекающими из этого регулярными финансовыми обязательствами.

Ходорковский оказался крепким орешком. По слухам, сейчас в СИЗО «Лефортово» и «Матросская тишина» из обоих арестованных добывают «признания» в отношении нефтяной компании и ее главы. При этом ходят упорные слухи о том, что в силу уже известной тяги блюстителей закона к химическим экспериментам нельзя исключать, что подследственных пичкают такими веществами, после которых не то что сам себе приговор напишешь, но и в исполнение приведешь.

Это вовсе не преувеличение. Достаточно вспомнить, что впервые в истории «демократической» России о применении психотропных веществ в следственных изоляторах заявил не кто иной как бывший министр юстиции России Валентин Ковалев, выступивший в Мосгорсуде с показаниями об истязаниях и применении психотропных и отравляющих веществ во время его пребывания в следственном изоляторе «Матросская тишина». Мосгорсуд, как водится, поручил разобраться с этими заявлениями экс-министра Генеральную прокуратуру, где это дело благополучно развалилось, как и десятки других.

Впрочем, листочек с описанием пыток из дела бывшего министра юстиции зам. генпрокурора Юрий Бирюков наверняка внимательно прочитал. Так сказать, в порядке человеческого любопытства. Дело в том, что даже среди сотрудников генпрокуратуры ходят легенды об этом человеке. А коллеги Бирюкова по работе на Северном Кавказе вспоминают, что тогдашний начальник главка любил лично присутствовать при допросах задержанных чеченских боевиков. Как происходили подобные допросы, можно только догадываться.

Как и о том, какой разговор произошел между обозначенным персонажем и покойным Щекочихиным за неделю до смерти журналиста. По слухам, Щекочихину тогда сделали «последнее китайское предупреждение». Он не понял. Знал, что обычным способом, с помощью подброшенных наркотиков или огнестрельного оружия, нейтрализовать его не удастся – масштаб не тот. И не верил в то, что люди, по сей день выполняющие поручение высокопоставленных коллег по развалу дела о «Трех китах», додумается до чего-нибудь другого. На этот раз обошлось без выстрелов в подворотне. Все произошло по-тихому – ведь большие деньги, как известно, любят тишину.