Березовский и Аэрофлот

Материал из CompromatWiki
(перенаправлено с «Березовский И Аэрофлот»)
Перейти к: навигация, поиск


У Березовского даже воздушные коридоры превращаются в валютные

23 ноября «Коммерсант» опубликовал интервью с бывшим топ-менеджером компании «Аэрофлот» Николаем Глушковым, которому Генеральной прокуратурой предъявлены обвинения сразу по двум статьям УК РФ: ст. 171 ч. 2 (осуществление предпринимательской деятельности без регистрации либо без специального разрешения) и ст. 174 (легализация доходов, приобретенных незаконным путем).

Ранее, заметим, фигуранты этого дела воздерживались от каких-либо комментариев. Теперь же, когда угроза обрела реальные очертания, основные действующие лица скандала, в частности Березовский и Глушков, неожиданно заговорили.

«СМИ должны узнать факты раньше, чем следователи» – эти слова Глушкова «Коммерсант» вынес в заголовок статьи.

«Политэмигрант» Березовский пошел еще дальше. Из-за границы он атаковал Путина открытым письмом в том же «Коммерсанте», обвинив президента в преследовании руководителей зарубежных фирм, финансировавших предвыборную кампанию Путина и кампанию партии «Единство».|||1

Мы встретились с бывшим старшим следователем по особо важным делам Генпрокуратуры Николаем Волковым и предложили ему поучаствовать в заочном диалоге с теми, кому он в свое время предъявлял обвинение и из-за кого в итоге была сломана его карьера. А помогут ему в этом реальные документы, подлинность которых давно признали все фигуранты.

План «Маршала»|||1

Следователь Волков

Николай Волков: «Можно сказать, что с этим делом я впервые познакомился ранней осенью 1997 года, будучи в отпуске. Лежал на пляже и читал материал в «МК» «Почему слоны не летают?» (первая публикация в СМИ, где имя Березовского упоминалось в связи со швейцарской фирмой «Андава». – «!»). Прочитал и выматерился. Возвращаюсь в Москву – вызывают к руководству и кладут на стол материалы проверки деятельности «Аэрофлота». Восемь томов отказного дела.

Проверка действительно тогда не могла дать каких-то результатов, поскольку в процессе проверки без возбуждения уголовного дела нельзя проводить следственных действий, выходить на международный уровень. А мы понимали, что концы аэрофлотовских денег находятся за границей.

К началу 1999 года заместитель генпрокурора Катышев, который курировал следственный аппарат, взял это дело под свою опеку. 18 января он отменил постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.

Я в это время параллельно вел дела «статистиков».

Тем не менее Катышев остановил свой выбор на мне. За что ему большое спасибо. Говорю это без иронии. Я как следователь был рад проверить свои способности. Чем сложнее дело, тем оно интереснее. Фамилия Березовского уже тогда фигурировала в материалах проверки. В прессе вовсю печатались «прослушки» его переговоров с Дубининым, в которых Борис Абрамович настаивал на выдаче «Аэрофлоту» лицензии Центробанка на перевод капиталов за рубеж.|||1

Мы, конечно, понимали, какой шум поднимется, какие сложности возникнут в связи с этой фамилией. Меньше всего нас тогда интересовали политические вопросы. Я видел и чувствовал нутром, что тут есть состав преступления, поэтому со спокойной совестью взял это дело. Тогда позиции руководства Генпрокуратуры и моя полностью совпадали.

Вот какую картину мы увидели на первом этапе. В 1994 году, когда уже сложились частные крупные финансовые группы, началась борьба за крупнейшие государственные монопольные компании. Такие как «АвтоВАЗ» и «Аэрофлот» – единственный международный авиаперевозчик. Но с учетом того, что 51 процент акций этих предприятий принадлежал государству, контроль над ними путем скупки акций получить было невозможно. Тогда группа Березовского, которая особенно преуспела в этом деле, использовала другой способ. Пользуясь влиянием в высшем руководстве страны, Березовский стал внедрять в руководство компаний своих людей. Расставлять их на ключевые посты, связанные с распоряжением финансовых потоков».

Из статьи «Крестный отец Кремля» в журнале «Forbes»: «У Николая Глушкова весьма интересное прошлое. В 1982 году он был осужден по статье 89 российского Уголовного кодекса (хищение государственной собственности). Позже Глушков стал финансовым директором «АвтоВАЗа» и был одним из основателей «ЛогоВАЗа». Иными словами, это соратник Березовского».

Из заявления Александра Коржакова в английский суд по делу о претензиях Березовского и Глушкова к журналу «Forbes»: «Осенью 1995 года Березовский обратился к нескольким высокопоставленным чиновникам, включая первого заместителя премьер–министра и министра транспорта, с просьбой предоставить ему контроль над «Аэрофлотом», крупнейшей авиакомпанией в России. «Аэрофлот» как раз находился в стадии приватизации, в соответствии с которой 49 процентов акций передавалось руководству компании и рабочему коллективу, а 51 процент оставался в руках государства. Идея Березовского заключалась не в том, чтобы самому приобрести акции (за них пришлось бы платить), а в том, чтобы назначить управлять компанией своих людей и таким образом подчинить ее. Этот план был осуществлен. Без всяких денег Березовский получил контроль над «Аэрофлотом», компанией весьма прибыльной – доходы составляют сотни миллионов долларов в год…»|||1

Николай Глушков в интервью «Ъ»: «В конце 1995 года ко мне обратился маршал Евгений Шапошников с очень простой просьбой: собрать ребят и проверить, что происходит в «Аэрофлоте». На тот момент Евгений Иванович только пришел в авиакомпанию и, конечно, абсолютно ничего не понимал. В течение двух месяцев я и ряд других специалистов выявили совершенно фантастические вещи. Мы нашли офшорные компании, которые распоряжались деньгами «Аэрофлота» и при этом никем не контролировались – даже весьма опытные финансисты не смогли отыскать людей, которые за ними стоят… На фоне существовавших к концу 1995 года схем сегодняшние претензии к Andava и Forus выглядят просто смешными».

Николай Волков: «Началась возня вокруг «Аэрофлота». В руководство компании тогда вошло около десятка людей, близких к олигарху и к «ЛогоВАЗу». Первым заместителем гендиректора стал Глушков, коммерческим – Красненкер. При этом сам Березовский формального отношения к «Аэрофлоту» не имел. Он там не работал и не являлся акционером.

В этот момент у них произошла первая стычка с «Мостом». «Аэрофлот» имел счета в банке Гусинского. По решению людей Березовского деньги авиакомпании моментально переводятся в «АвтоВАЗ-банк». Дальше «Аэрофлоту» навязываются в партнеры коммерческие структуры, контролируемые этими господами, а значит, и Березовским. Различные рекламные, юридические, транспортные и прочие фирмы.

Например, «Аэрофлот» имеет свой огромный юридический департамент, а заключает договор на юридическое обслуживание с фирмой «Трансъюридический альянс». Имеет свой рекламный департамент, а заключает договор на рекламу с никому не известной конторой и гонит туда миллионы и миллиарды рублей. Имея свой большой автопарк, договаривается с компанией «Инженеринг» и берет у них в аренду автомобили. Опять огромные деньги идут. Смотрим, кто учредитель. Красненкер!

Наконец «Аэрофлот» отрезают от продажи его собственных билетов. Все билеты реализуются через посреднические фирмы, которые накручивают неоправданные проценты. Зачем, спрашивается? «Аэрофлот» сам бы их мог продавать через собственные многочисленные представительства.

На билеты садится Ицков, на коммерческую рекламу – Красненкер, на международные перевозки – Глушков. Все: компания в руках у Березовского.

Дальше у этих ребят созрела идея, казалось бы, благовидная: создать единый казначейский центр. То есть деньги, поступающие из представительств, расположенных в 152 странах мира, направить в одно место. Ничего вроде плохого в этом нет. Но замечу, что лицензия Центробанка была у каждого из этих представительств. Они могли хранить деньги в стране пребывания и расплачиваться по местным сделкам, за керосин, за пролет, за стоянку и т.д.

Представительствам объяснили, что у компании старые самолеты, что машины надо брать в лизинг, покупать новые. «Аэрофлоту» необходимо, чтобы зарубежные партнеры видели, что у него деньги есть, что лежат они в одном месте. В Швейцарии. Удобная, кстати, страна.|||1

Все очень логично и оправданно. Пожалуйста, откройте счет в швейцарском банке и перечисляйте на него деньги, еще и проценты можно получать. Не хотите в банк – переводите деньги на счет своего представительства в Швейцарии. Но нет же.»

«Андава»

Появляется никому не известная «Андава», где всего несколько сотрудников. Она была создана в 1994 году, чтобы по такой же схеме работать с «АвтоВАЗом». Потом завод отказался от ее услуг, и фирму законсервировали до лучших времен, которые и наступили с приходом в «Аэрофлот» команды Березовского.

Николай Глушков: «В принципе на месте Andava могла быть любая другая структура, это был эксперимент, первый опыт. Компания была создана в 1994 году фирмой АВВА и швейцарской компанией Andre & Cie с целью организации финансирования одного из крупных проектов «АвтоВАЗа». Я не имел прямого отношения к Andava до прихода в «Аэрофлот», однако знал, что она образована законно, полностью ликвидна, имеет квалифицированный менеджмент и работает с надежными банками… Она подходила по всем параметрам, реорганизовывать финансы надо было срочно, и мы, проведя согласование с Центробанком, утвердили Andava в качестве финансовой компании, обслуживающей валютные потоки «Аэрофлота» за рубежом… Однако авиакомпании необходим был и прямой контроль за Andava. Мы инициировали увеличение уставного капитала фирмы, в этот момент и произошло формальное закрепление за мной 37 процентов ее акций. Однако они не были оплачены, поэтому я так и не стал акционером…Честно говоря, мы уже тогда понимали, что ситуация будет выглядеть двусмысленно, но для бизнеса компании вариант был оптимальным. В любом случае все это завизировано руководством Центробанка».

Николай Волков: «Лукавит г-н Глушков, все акции «Андавы» принадлежат теперь контролируемой ими «Андава-Холдинг» (Люксембург). В «Андаву» потекла валютная выручка «Аэрофлота». А параллельно с этим испрашивается лицензия в Центробанке. С 96-го по 97-й годы деньги шли за границу без всякой лицензии, что является прямым нарушением. 171-я статья – незаконное предпринимательство. Это мы Глушкову и говорим. Он, как один из руководителей «Аэрофлота», обязан был на каждую финансовую операцию, связанную с движением капитала за рубеж, получать соответствующую лицензию. А вдруг эта «Андава» обанкротится или исчезнет?»

Из расшифровки записи телефонных переговоров между Березовским и председателем Центробанка Дубининым, а также Березовского и Глушкова по поводу «Аэрофлота»:

origindate::04.03.97|||1

Березовский: – Алло, Коля? Значит, я поеду к Шапошникову встречаться, мы с ним договорились где-то в полтретьего. В каком состоянии технология, меня интересует. Ты выяснил, как это все делается?|||1

Глушков: – Сейчас мне все расскажут..

origindate::06.03.97

Березовский: – Коленька, ну что там у тебя происходит?

Глушков: – У меня все отлично, Боря.

Б.: – А что там насчет технологии назначения? Во-первых, лицензию получили или нет?

Г.: – Нет. Лицензию не получили, Боря. Лицензия лежит на подписи у Дубинина. Смирнов у…бал куда-то в командировку. Дубинин не подписывает…Боря, мы сегодня договорились на 22 часа встретиться, да? Обязательно, потому что вот то, что я сказал, это состояние SOS…

Через 15-20 минут состоялся разговор Березовского с Дубининым.

Б.: – Алло! Сергей Константинович, я вас приветствую! Извините, что побеспокоил. Спасибо, что отзвонили. Я очень коротко. К сожалению, по тому же вопросу, который мы с вами обсуждали, когда я был у вас последний раз. Что-то там по-прежнему все не продвигается, хоть вы и дали грозное указание к 21–му все закончить.

Дубинин: – К 21-му они дали мне свою, так сказать, позицию. Слава богу, что и это. Но она действительно имеет два принципиальных вопроса, которые у нас как бы ответа не получают из-за того, что, во-первых, не выработана собственно схема контроля за этими средствами, счетом и так далее. Они как бы все это время писали, чтобы не вы, а «Аэрофлот» предложил как бы форму контроля.

Б.: – Сергей Константинович, можно я вам скажу? Поверьте мне: Николай Алексеевич Глушков – абсолютно опытный человек с безупречной репутацией, и это было главное, о чем он говорил, когда мы с вами встречались. Что в том-то и дело – выработана и существует не просто схема контроля, а абсолютной прозрачности. И собственно, с этого он начинал всю работу, в отличие от той схемы, которая существовала раньше.

Д.: – Я согласен, что та, что существовала раньше, хуже, наверное, чем централизованная. Ведь с этим не спорю, и наоборот, поймите, что мне нужно либо от вас, либо от наших, но чтобы было предложено, что так и так будет работать эта схема. Пока такого документа нет, мне не на чем базироваться во всех этих решениях. Это могут сделать наши. Им уже сказал: напишите свои предложения…

Б. (прерывает): – Они вообще не хотят ничего делать. Уже год фактически прошел…

Д.: – Знаете, сейчас не это будем обсуждать. Я согласен, что прошло много времени и, может быть, мы действительно виноваты…

Б. (прерывает): – Об этом не может быть и речи. Важно, чтобы была работа, которая на самом деле идет, и вот сегодня как раз она абсолютно не прозрачна для ЦБ.

Д.: -Согласен еще раз, поэтому я и говорю, что позиция у нас очень уязвимая. Я им уже сделал все эти внушения. И, понимаете, до того, как мы договорились о том, как она будет работать. Это все равно нереально все. Должен быть механизм этого контроля там и так далее. Я это нашим внушал, они, по-моему, это поняли. Они получили задание и свои замечания от начальства. Но вторая тема, кроме того, что надо согласовать быстро саму схему, она заключается в том, что они указывают на недостаточные гарантии, которые дает вот эта «Андава». Это маленькая фирма…

Б. (прерывает): – Давайте сделаем таким образом. Если вы не возражаете, вот можно, чтобы все-таки Глушков встретился с теми людьми, которые у вас разрабатывают эту схему, по поводу гарантий, по поводу всего…

Д.: – Ну вот давайте с этой Артамоновой. Сослаться на меня и так далее. Я еще сегодня им отзвоню сейчас по своему селектору. У Смирнова действительно, наверное, никто не ответит. Его нет. Ну и, соответственно, второй-то вопрос связан с этими гарантиями. Алло!

Б.: – Да. Я слушаю внимательно.

Д.: – Есть две формы гарантии. Либо страхование в такой страховой фирме, которая может взять на себя такую ответственность, либо гарантии, которые дают ряд банков, скажем…

Разговор Березовского с Глушковым.

Б.: – Алло! Коля! Я только что разговаривал с Дубининым. Он, конечно, п…да последняя. Но ничего. Он говорит, что у его людей есть два сорта проблем. Одна проблема – это прозрачность схемы для них. Это как раз и не устраивает ваших людей. Второе – гарантии, потому что, говорит, фирма маленькая. А вот какие гарантии она дает там? Поэтому либо нужны гарантии страховой компании, либо консорциума банков. Понятно, да?

Г.: – Гарантии чего, Боря?

Б.: – Вот я, Коля, вот этого уже не понимаю.

Г.: – Потому что мы сейчас держим счета в каких-то третьеразрядных банках, которые вообще никаких гарантий…

Б. (раздраженно прерывает): – Коленька! Давай сейчас не на эту тему. Есть такая Артамонова. Через приемную, причем я бы хотел, чтобы ты это сделал прямо сразу.

Г.: – Да сейчас я это сделаю.

Б.: – Прямо с ней связываться и ясно сказать, что был разговор с Дубининым. Дубинин сказал, чтобы этот вопрос был самым скорым образом решен. Поэтому назначайте время – давайте встречаться.

Г.: – Хорошо.

В мае 1997 года ЦБ выдал «Андаве» лицензию.

Николай Волков: «С 1996 по 1999 годы через счета «Андавы» прошло 585 миллионов долларов. Мы не говорим, что вся эта сумма украдена. Сколько похищено или использовано не по назначению – мы сейчас не знаем. Но это может исчисляться десятками миллионов.

Да, действительно, основная масса этих денег сразу после того как они лицензию выбили, шла на обслуживание «Аэрофлота». Но пока лицензии не было, деньги лежали на депозите. За обслуживание этих средств «Андава» одних комиссионных взяла с «Аэрофлота» 11 миллионов долларов».

Из заявления Александра Коржакова в английский суд: «Чтобы предвидеть дальнейшие действия Березовского, не надо обладать большим воображением. Березовский сумел, используя свои политические связи, получить лицензию Центробанка, согласно которой вся валютная выручка «Аэрофлота» поступала на счет никому не известной швейцарской фирмы «Андава». Фирма эта принадлежала Березовскому и его компаньону. А рублевая выручка поступала в «Объединенный банк» – банк Березовского».

ФОК

Николай Волков: «Дальше схема закручивается совсем гениально. Когда встал вопрос о покупке новых лайнеров и лизинге воздушных судов, Глушков не разрешил пользоваться счетами «Андавы». Мол, пускай там средства так и лежат. Отвечающие за обновление парка «Аэрофлота» люди отправляются Глушковым за деньгами в Финансовую объединенную корпорацию (ФОК). Фирма эта базируется в Москве. Ее учредителем стопроцентно является «Андава», а единственным представителем учредителя – все тот же господин Глушков. Они идут в ФОК и заключают с ней договор. Корпорация обязуется оплачивать все счета и долги «Аэрофлота» за определенный процент. То есть дает «Аэрофлоту» кредит. За это Глушков выписывает ФОКу векселя в счет погашения кредита на огромную сумму.

Но у ФОКа денег нет. Они ничем не занимаются. ФОК идет в Ирландскую офшорную компанию «Грэнджленд». Здесь те же хозяева: г-н Глушков и иже с ним. ФОК просит у «Грэнджленда» деньги для «Аэрофлота». Но у «Грэнджленда» тоже денег нет. Он идет уже в «Андаву», берет деньги «Аэрофлота», отдает их ФОКу, а ФОК «кредитует» ими «Аэрофлот».

Пока этот круг проходит, «Аэрофлот» теряет на процентах и штрафах огромные суммы. Где-то 38 миллионов долларов компания выкинула только ради того, чтобы забрать свои же деньги. Плюс 11 миллионов комиссионных «Андаве». Я считаю, что это хищение и чистой воды мошенничество. Карман один, а рук много. Глушков выступает в двух лицах. Как зам. генерального директора «Аэрофлота» он выглядит полным идиотом, теряя на ровном месте миллионы долларов, а как владелец «Андав» (их там несколько штук было), ФОКов и прочее – он абсолютный гений».

Николай Глушков «Ъ»: «Я подобных распоряжений не отдавал. Схема с участием ФОК была гораздо сложнее и обеспечивала текущие расчеты «Аэрофлота» за границей при сохранении валютного депозита в Andava. ФОК предоставляла авиакомпании рублевые кредиты по рыночным ставкам под обеспечение денег размещенных в Andava, – в условиях постоянной инфляции, угрозы обвала рубля преимущества такой схемы вряд ли стоит объяснять. Но за счет средств, депонированных в Andava, надо было рассчитываться с иностранными поставщиками. Поэтому ФОК проводила для нас оплату валютных счетов – через офшорную фирму Grendgland. Это были уже собственные схемы ФОК, авиакомпания не имела к ним никакого отношения и ни за что не платила…»

ФОРУС

Николай Волков: «Идем дальше. Пока деньги лежали в «Андаве» на депозите, она ходила по миру и просила кредиты под эти самые депозиты. Где 50 миллионов, где 30.

И здесь появляется фирма «Форус» и те же лица у руля, но схема новая. «Форус» направляется в крупные зарубежные авиакомпании и от имени «Аэрофлота» получает с них деньги за пролет над территорией России, за воздушный коридор.

С 1996 года на счета «Форуса» таким образом поступило 350 миллионов долларов. Причем представители компаний высказывали недоумение: «Раньше мы все перечисляли напрямую «Аэрофлоту» – солидной компании, а сейчас нас заставляют все переводить в Швейцарию, не платя налоги».

Под гарантию этих так называемых «пролетных» денег «Форус» обращается в крупные международные банки за кредитами. Причем не для «Аэрофлота», а для себя. Под небольшой процент. Потом уже из этих денег кредитует «Аэрофлот», но под гораздо больший процент. При такой массе миллионов можно отщипнуть и пять миллионов, и шесть, и десять. А дальше идет простое отмывание этих денег».

Николай Глушков «Ъ»: «Компания Forus организовывала для нас схемы привлечения денег под нерегулярно поступающие компенсационные платежи западных авиаперевозчиков. С ее помощью мы получили два крупных кредита и смогли профинансировать первоначальный взнос по лизинговому контракту с Boeing.

Из заявления Александра Коржакова в английский суд: «Березовский также присваивал себе сборы – более 100 миллионов долларов, выплачиваемые «Аэрофлоту» иностранными авиакомпаниями за услуги в России, а также сборы за право пролета над территорией России. Большинство из этих денег выплачивались либо непосредственно на счет Березовского в швейцарском банке, либо наличными в аэропортах. Когда иностранные авиакомпании обращались за получением права пролета через официальные каналы, на это уходило несколько дней или недель. Когда они прямо обращались к Березовскому, вопрос решался за несколько минут. Березовский сам выступал в роли сборщика платежей, никогда не передавал средства «Аэрофлоту» и уж тем более ни разу не заплатил налогов с этих денежных поступлений.

Однажды несколько представительств «Аэрофлота» за границей решили поинтересоваться, почему деньги не поступают в компанию, а оседают в частных карманах. Им дали понять, что таким способом идет сбор средств на предвыборную кампанию Ельцина, поэтому не стоит проявлять излишнего любопытства. Но Березовский оставлял деньги себе».

Николай Волков: «Дивиденды капали уже на личные счета Красненкера, Глушкова и остальных. Естественно, деньги не напрямую перечислялись. Там еще с десяток компаний был. Они проходили целую цепочку, «отстирывались» по нескольку раз и в итоге запутывались.

Поэтому мы с такой надеждой ждали документы из Швейцарии, чтобы распутать этот клубок.

Березовский раньше входил в совет директоров «Андавы». Но потом, когда стал заместителем секретаря Совета безопасности, как бы формально вышел. Его акции были сброшены в одну из дочерних фирм и переданы в трастовое управление.

Глушков и Березовский противоречат друг другу. Первый говорит, что они ничего от «Аэрофлота» не имели, второй заявляет, что на эти деньги финансировались предвыборные кампании».

Тянут-поятянут…

Николай Глушков «Ъ»: «Как бы мы или кто другой ни хотели притянуть за уши Березовского к «Аэрофлоту», ничего не получится. Мы друзья, но к бизнесу это никакого отношения не имеет. «Проблема Березовского» появилась в первую очередь потому, что возник конфликт между ним и Примаковым. В результате власти пытались найти способ убрать Березовского с политической арены. Самый удобный путь – посадить его через партнеров (так друзья или партнеры? – «!»). Но никому до сих пор в голову не приходит посмотреть на реестры акционеров всех тех компаний, о которых так много говорят в связи с именем Бориса Абрамовича. Если бы кто-то это сделал, то увидел бы, что, например, я уже пять лет как не являюсь деловым партнером Березовского. А Красненкер никогда в жизни им не был».

Николай Волков: «Да Березовского и Глушкова от «Аэрофлота» за уши нельзя было оттащить. Когда Глушкова выдворили из «Аэрофлота», началась жуткая паника. Пытались даже акции покупать, чтобы не потерять компанию.

Я ориентировал руководство на то, что по таким делам надо в совокупности с мошенничеством давать еще одну статью: создание преступного сообщества с целью совершения тяжких преступлений экономической направленности».

Кто здесь прав, а кто виноват – судить вам, дорогой читатель. А впрочем, время покажет…

«Стрингер», декабрь 2000

Алексей Фомин