Бриллиантовое копытце или возвращение блудного Козленка (1999)

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Из книги: "Бандиты в белых воротничках: как разворовывали Россию", — М.: Изд-во ЭКСМО-Пресс, 1999

А.А.Максимов

Бриллиантовое копытце, или возвращение блудного Козленка

Ни козленков, ни козлов я не знаю и знать не хочу! Ко мне, как и к любому руководителю, можно отнести все, что делалось и делается в государстве.

В. Черномырдин

Как украсть 180 миллионов долларов

Converted 13566.jpg

Андрей Козленок

В феврале 1994 года жители Сан-Франциско наблюдали странную картину. В центре города средь бела дня приземлился огромный русский военный вертолет – такие мощные крылатые машины мирные калифорнийцы доселе могли видеть лишь в видеобоевиках. Вертолет “Ка-32”, предназначенный для использования в качестве военного транспортного средства, сел на широкую крышу одного из зданий. Крыша была выкрашена в цвета российского флага. Поднятые лопастями воздушные вихри были столь сильными, что при приземлении в окнах соседних домов вылетели стекла.

Как оказалось, вертолет был передан в дар местной полиции. А дарителем была никому здесь не известная алмазная компания “Голден АДА”. Алмазные дельцы подарили это чудо техники с условием, что иногда они будут использовать крылатую машину для доставки партий сибирских алмазов на свое предприятие.

Здесь же, на трехцветной крыше, под лопастями военно-транспортного воздушного корабля, был устроен пышный прием, на котором местные журналисты насчитали не менее сотни весьма влиятельных в городе персон. В их числе были мэр Сан-Франциско Фрэнк Джордан, начальник городской полиции, представители властных структур Калифорний и руководители крупнейших компаний. Элегантно одетые гости ели черную и красную икру и поднимали бокалы за успех проекта, по которому Сан-Франциско в скором времени должен был превратиться в один из центров мировой торговли алмазами.

Об этих заманчивых планах красочно рассказывали владельцы новой компании, гордо прохаживающиеся по крыше своего офиса, – выходец из России Андрей Козленок и двое его армянских партнеров, братья Ашот и Давид Шегирян. Никто из присутствующих на роскошной презентации, естественно, не мог предположить, что каких-нибудь пару лет назад армянские иммигранты зарабатывали себе на жизнь тем, что красили бордюры тротуаров. Теперь у них под ногами была впечатляющая собственность: четырехэтажное здание с черными гранитными колоннами и сверкающим стеклянным фасадом. Внизу, за пуленепробиваемыми стеклами на ультрасовременном оборудовании, закупленном в Нью-Йорке, работали лучшие российские специалисты по обработке и шлифовке алмазов. До зубов вооруженная охрана допускала к работе с камушками только после прохождения специальной проверки на основе сличения отпечатков пальцев. Если ко всему этому добавить неслыханные по своей роскоши кабинеты менеджеров и огромный выставочный зал, а также часы за 50 тысяч долларов на руке главы фирмы – мы поймем, какими солидными коммерсантами в 1994 году казались американцам Андрей Козленок и его партнеры братья Шегирян.

Но, несмотря на полученный ими щедрый подарок, американские полицейские бдительности не утратили и все-таки решили выяснить, откуда и для каких целей высадился здесь алмазный десант. К тому же появилась подозрительная информация о том, что эти коммерсанты тратят просто сумасшедшие деньги в Сан-Франциско и его предместьях – причем в основном наличными.

Проверка деятельности “Голден АДА” была поручена опытному агенту ФБР Джо Дэвидсону. Буквально первые же раскопки вызвали у него удивление и даже восхищение ловкостью и оборотливостью новых русских коммерсантов. Больше всего агента поразил тот факт, что ни братья Шегирян, ни Козленок прежде никогда не занимались алмазами. Приехав из Москвы всего за несколько месяцев до открытия “Голден АДА”, Козленок имел за плечами чуть больше 30 лет, научную степень в области управления и разнообразную трудовую деятельность, по которой очень сложно было судить о его основной специализации. Это была торговля коньяком, автомобильными покрышками, украинским мрамором, а также оказание иностранным фирмам охранных услуг. Ко всему вышеперечисленному Козленок занимался поставками в Кувейт... противогазов.

Почему-то именно на этого человека российские власти сделали главную ставку в своем амбициозном проекте по выходу на американский алмазный рынок. А в том, что такая ставка была сделана, агент Дэвидсон очень скоро смог убедиться.

В США один за другим стали приземляться самолеты, буквально набитые драгоценностями. Ценный груз сопровождали сотрудники российской фельдъегерской связи. В мешках, которые поступали на фирму Козленка, были обработанные сибирские алмазы. Тысячи камней – 26 тысяч карат. По самым скромным оценкам от их продажи можно было бы выручить 20 миллионов долларов. Но это было лишь частью поставок. Вслед за алмазами стали прибывать мешки с отличным серебром, старинными тарелками, столовой посудой и редкими монетами. Вслед за мешками пошли ящики – с аметистами, топазами, изумрудами, иные камушки были величиной с кулак. За ящиками с драгоценными камнями следовали ящики с антиквариатом – пасхальными яйцами, которые были украшены драгоценными камнями в стиле Фаберже, ангелом с алмазами в протянутых руках, фигурками из слоновой кости. Сотни колец, серьги, браслеты, броши и ожерелья.

А потом пошло золото. Тонны золота. Не в слитках, но в старинных монетах: франках из дореволюционной Франции, английских фунтах, американских долларах конца прошлого века. Были и российские монеты с изображением Петра Великого. Всего, как позже выяснилось, было около 5,5 тонны золота. После переплавки и реализации “Голден АДА” выручила за него 50 миллионов долларов.

Казалось, крупнейшая российская сокровищница решила срочно эвакуироваться в США.

Но при ближайшем рассмотрении выяснилось, что по документам все было вроде бы законно. Не кто-нибудь, но само правительство Российской Федерации по доброй воле решило передать все это добро (на общую сумму – 90 миллионов долларов) маленькой частной фирме только для того, чтобы использовать эти сокровища в качестве залога. Под этот залог правительство надеялось получить 500-миллионный долларовый кредит в “Бэнк оф Америка” (выражаясь на финансовом слэнге – открыть кредитную линию) – но не для себя, а все для той же американской фирмочки “Голден АДА”. Получив этот кредит, фирмочка должна была широкими шагами выйти на мировой алмазный рынок, чтобы в дальнейшем действовать во благо малой родины своих руководителей.

Однако кредитную линию почему-то никто так и не открыл. Возможно, это вовсе и не входило в истинные планы алмазных бизнесменов. Во всяком случае, то добро, под залог которого можно было бы получить кредит, начало таять буквально на глазах.

Вот как это происходило. Приходит, например, г-н Козленок к владельцу того роскошного здания, в котором впоследствии расположилась фирма. Хозяин хочет за здание 6б миллионов долларов. “Даю 11 миллионов долларов, – говорит г-н Козленок. – Но при условии, что все будет оформлено за неделю”. “О, йес!” – с восторгом соглашается продавец.

А вот г-н Козленок прогуливается по Беверли-Хиллз. Как бы случайно заходит он в выставочный зал дилерской фирмы по продаже самых дорогих автомобилей. “Этот, этот и вон тот”, – указывает глава “Голден АДА” на “Роллс-Ройс” и два “Астон-Мартина”. И отсчитывает... миллион долларов с хвостиком.

В другой раз г-н Козленок и братья Шегирян совершают покупку на троих: они приобретают три яхты за 1,2 миллиона долларов.

Потом та же троица вспоминает, что еще не обзавелась приличной жилплощадью. И выкладывает 3,8 миллиона долларов за три роскошных особняка в Сан-Франциско. После этого – видимо войдя во вкус – удачливые бизнесмены покупают еще 15 объектов недвижимости в Северной Калифорнии, в том числе пять участков с роскошными дачами у озера Тахо.

Здесь бы им отдохнуть, расслабиться... Но нет, алмазные предприниматели, на которых с надеждой взирает далекая родина, продолжают неустанные поиски “хорошего” вложения буквально на голову свалившихся сокровищ. Покупают катер. И еще один. И еще один – ультрасовременный, быстроходный, длиной 40 футов. И еще дюжину автомобилей. И еще – за 18 миллионов долларов – двухмоторный реактивный самолет “Гольфстрим”. А вдобавок к этому – несколько автозаправочных станций.

Куда же смотрят российские власти? – удивлялся агент Дэвидсон. Ведь они должны хотя бы поинтересоваться американской судьбой своих несметных сокровищ?

Но на самом деле они интересовались: их эмиссары регулярно посещали алмазный центр в Сан-Франциско. А на его открытии побывали даже господа в рангах министров и замминистров. Но какова была их реакция на безудержное расточительство фирмачей, которым они доверились?

Реакция была весьма странной. Когда несвятая троица закончила первую серию закупок яхт, катеров и вилл, драгоценные поставки – возобновились!

На сей раз это были необработанные алмазы. Они полностью заполнили весь салон нового реактивного самолета фирмы. Драгоценные камни были доставлены двумя партиями под охраной свободных от дежурства полицейских Сан-Франциско (с ними у фирмы был договор о сотрудничестве). Как выяснил агент ФБР, алмазы планировали обработать, отшлифовать и продать, а деньги перевести в Москву. Проблема была в том, что алмазов было так много, что руководители “Голден АДА” даже теоретически не могли обеспечить их быструю обработку. 90 тысяч карат необработанных алмазов! На крупной российской фабрике сотням рабочих требуется целый год, чтобы обработать и отшлифовать такое количество камней. А в алмазном центре “Голден АДА” работало всего три десятка специалистов. Так что задача ставилась заведомо невыполнимая.

Если, конечно, она ставилась. У агента Дэвидсона сразу закралось подозрение, что камушки в “Голден АДА” были отправлены лишь для отвода глаз. Дело в том, что большая часть этого бесценного груза очень скоро была отправлена обратно в Европу. (Стоило гонять самолет через океан!) Правда, в Россию камушки уже не вернулись. А оказались они в Антверпене, в бельгийском филиале “Голден АДА”. После чего их, так и не обработав, перепродали фирмам, контролируемым южноафриканским картелем “Де Бирс” – монополистом на мировом алмазном рынке. Парадокс состоял в том, что Россия и так напрямую продает большую часть своих необработанных алмазов “Де Бирс”. Зачем же было городить весь этот огород – пересылать камни в США, потом в Бельгию – через несколько фирм-посредников, через кучу таможенных барьеров? Зачем было возводить алмазный центр в Сан-Франциско, если эти камни там все равно не обрабатывали? Ответ может быть только один. Для того, чтобы 77 миллионов долларов, вырученные за эту партию камней, попали не в российскую казну, а в кассу бельгийского филиала фирмы “Голден АДА” – и в итоге, как узнал агент ФБР Дэвидсон, осели на счетах в швейцарских банках.

Воистину – удивительная, загадочная страна, думал агент Дэвидсон. Путем скольких сложных манипуляций, с каким неистовым размахом, по каким запутаннейшим схемам, с привлечением скольких сил и средств русские чиновники воплощают свои вполне понятные замыслы по преобразованию контролируемых ими отечественных богатств в личные счета в швейцарских банках...

А в это время в России...

А в России велись патриотические речи о том, что нам давно пора освободиться из жарких объятий южноафриканского монополиста “Де Бирс” и самостоятельно продавать алмазы, – не в тех количествах и не по тем ценам, которые устанавливают хозяева “Де Бирс” – семья Оппенгеймер, – а так, как нам самим этого хочется. И вообще – гораздо выгоднее торговать не алмазным сырьем, но уже обработанными камнями, бриллиантами. Обеспечивая своих граждан новыми рабочими местами на гранильных фабриках.

До этого империя Оппенгеймеров – картель “De Beers Consolidated Mines, Ltd”, образованный в конце XIX века, сотрудничал с Россией более трех десятков лет – с 1954 года, когда в Якутии были открыты запасы алмазов. В 1989 году “Де Бирс” подписал с объединением “Главалмаззолото” СССР очередное 5-летнее “Тарифное соглашение о продаже” (это сугубо конфиденциальный документ, текст которого никогда полностью не публиковался), где “Де Бирс” подтвердил свое монопольное право торговли советскими алмазами на мировом рынке. В дополнение к этому документу в декабре 1990 года было подписано “Залоговое соглашение” с “Де Бирс”, который выдал кредит в 1 млрд. долларов на развитие российской алмазной промышленности. Деньги, как это у нас водится, “ушли” совсем на другие цели.

Монопольное положение южноафриканского картеля на мировом рынке до поры казалось выгодным и России. Ведь это обеспечивало поддержание стабильного уровня цен – и стабильного объема закупок алмазов в Якутии.

Трещина в отношениях между россиянами и южноафриканцами обозначилась в 1991 году, когда один за другим стали появляться всяческие новообразования, которые пытались перетянуть алмазное одеяло на себя. Если раньше за торговлей камешками зорко следил Минфин, то в 91-м году появилось новое министерство – Российский комитет по драгоценным металлам (Роскомдрагмет). А в начале 1992 года была создана Комиссия Верховного Совета России по реорганизации алмазно-бриллиантового комплекса (АБК). С какой стати и для каких целей этот самый комплекс вдруг решили реорганизовать, до сих пор остается загадкой. Но тогда же появилась еще одна драгоценная структура. По указу Ельцина образовалась акционерная компания “Алмазы России-Саха” (АРС), которая была назначена собственником всего добываемого сырья (98 процентов всей российской добычи) и монопольным его продавцом на внешнем рынке. (То, что на самом деле по Конституции собственником того, что содержится в недрах России, являются все российские граждане, а не отдельные акционерные общества, авторы указа, видимо, подзабыли.) Как бы там ни было, государство из каких-то своих соображений отказалось от централизованной системы закупки алмазов: теперь с “Де Бирс” торговали и якуты, и параллельно – фирмы, уполномоченные Роскомдрагметом продавать содержимое Гохрана (в Москве).

Здесь надо особо сказать о новом министре – председателе Роскомдратмета Евгении Бычкове. Нам трудно судить о логике кремлевских кадровиков. Но главным достоинством этого 57-летнего чиновника, судя по всему, было его уральское происхождение и 18-летний стаж (с 1961 по 1979 годы) комсомольской и партийной работы в Свердловском обкоме. Том самом, который возглавлял Борис Николаевич Ельцин. Как мы помним, в первые годы российской власти подбор кадров шел в основном по принципу землячества – почти как в армии.

Было, правда, одно пятнышко в биографии главного “драгоценного” чиновника. При премьерстве Рыжкова он – в то время глава Гохрана – был обвинен в неправомочных сделках. Однако это обвинение осталось без последствий.

В сентябре 1992 года против него было выдвинуто обвинение куда более серьезное. Его выдвинула специальная парламентская комиссия, которой руководил Владимир Филиппович Шумейко (позже прославившийся тем, что знаменитая аферистка Валентина Соловьева, хозяйка “Властилины”, на суде назвала его своим близким знакомым и “куратором”). Председатель РКДМ Евгений Бычков был уличен в коррупции и отстранен на шесть месяцев от работы. Впрочем, обвинения, предъявленные Бычкову, в итоге были признаны бездоказательными. (Возможно, никто и не хотел искать какие-либо доказательства коррумпированности этого высокопоставленного чиновника.)

Но еще до своего ухода г-н Бычков успел запустить свой знаменитый проект – явно в пику “Де Бирс”. План алмазных чиновников состоял в том, чтобы в США организовать собственное предприятие по огранке алмазов, поставлять туда из России сырье – минуя каналы поставок южноафриканского монополиста – и продавать богатым американцам бриллианты собственного производства.

16 октября 1992 года московским заводом по огранке алмазов “Кристалл” было перечислено под некий контракт 1,296 млн. долларов не существующей в то время американской фирме “Golden ADA”. Через 2 недели она зарегистрировалась. Деньги “Кристалла” фактически стали ее уставным капиталом. Андрей Козленок получил 60 процентов акций, братья Шегирян – по 20 процентов. Кстати, аббревиатура фирмы образована от первых букв имен этой несвятой троицы: название компании можно расшифровать как “Золотые Андрей, Давид и Ашот”. В совет директоров компании вошел и Евгений Бычков – он как бы отвечал в этой фирме за связи с Россией. По крайней мере, об этом заявлял впоследствии сам Козленок. Напротив, Бычков от этого факта своей биографии категорически отказывается.

В апреле 1993 года Евгений Бычков был восстановлен в своей должности – и засучил рукава. Уже 22 апреля 1993 года заведующий отделом финансов и денежного обращения правительства России Игорь Московский и Евгений Бычков доложили министру финансов Борису Федорову о результатах переговоров по возможным поставкам фирмам “Golden ADA и “Jaimson & Jaimson” драгоценных камней на 10 тысяч карат. Как выяснили через пару лет специалисты Контрольного управления Администрации президента, Федоров сделку санкционировал. Его автограф под документами, касающимися “аферы века”, позже стал причиной многократных “наездов” на бывшего министра финансов (и недолгое время – главы Госналогслужбы в правительстве Кириенко) со стороны журналистской братии.

Автору этих строк удалось встретиться и переговорить с Борисом Федоровым в 1996 году, в его малюсеньком депутатском кабинете в здании Госдумы в Охотном ряду.

Министр финансов никакого согласия на сделку в принципе дать не мог, – довольно раздраженно сказал мне г-н Федоров. – По существующему порядку распоряжения о вывозе драгоценных металлов и камней оформлялись специальным правительственным постановлением. В мои функции давать какие-либо распоряжения не входило. В апреле 93-го ко мне действительно обращались представители Роскомдрагмета с просьбой дать добро на сделку с “Golden ADA”. Мотивировка была такая: надо, мол, гранить побольше алмазов, надо создавать базу в Америке. Пачку соответствующих документов мне принес сотрудник финансового отдела правительства Московский. Я ответил: в принципе, идея неплохая, но принесите технические обоснования, проекты договоров, справки на эти фирмы, а также резолюцию Службы внешней разведки. С тех пор никто ко мне не подходил и о самой сделке я ничего не слышал. Что касается Бычкова, то Черномырдин пытался его уволить еще в начале 1995-го. Тогда было заседание правительства, на котором за его отставку проголосовали все присутствующие. Но неведомые силы его спасли – как и в 1993-м, после выводов комиссии Шумейко. Хотя очевидно, что на нем клейма негде ставить.

Затем наш разговор с экс-министром финансов коснулся более глобальных проблем, связанных с развитием алмазного комплекса и с ролью в этом процессе российских чиновников.

У Бычкова и его команды всегда было страстное желание заниматься коммерцией. Им мало быть органом регулирования – они хотят еще торговать. Поэтому их и не устраивает, что 95 процентов нашего экспорта осуществляется через центральную сбытовую организацию “Де Бирс” – ведь эта система не дает воровать. Иначе получится как с нефтью – когда есть много каналов сбыта и очень много богатых людей. Впрочем, еще во времена моей работы в правительстве проходили сообщения о появлении “неизвестно откуда” на мировом рынке крупных партий алмазов. Когда я об этом спрашивал Бычкова, тот отвечал: это, наверное, якуты. В руководстве “Де Бирс” давно поняли – за Роскомдрагметом нужно постоянно наблюдать в подзорную трубу. Борьба с “Де Бирс” – проблема надуманная. В реальности с ним всегда можно договориться. И кто от конфликта с картелем выиграет – большой вопрос. Попытки обойти эту корпорацию могут привести к тому, что цены на алмазы быстро упадут. У нас же столько этого драгоценного песка, что если позволить нам свободно им торговать, то он будет стоить не дороже стекла. Но кто-то, разумеется, сделает на этом состояние.

Итак, давал министр финансов свое согласие на эту сделку или не давал – но шестеренки гигантской авантюры уже вертелись с нарастающим темпом.

В мае-июне 1993 года в США были поставлены материальные ценности из запасов Гохрана на 170 миллионов долларов – якобы под кредиты на 500 миллионов долларов, которые гипотетически могли быть выданы из “Бэнк оф Америка”.

Как мы уже говорили, кредитную линию главный американский банк так и не открыл. Но ни в Роскомдрагмете, ни тем более в “Голден АДА эта “неудача” никого не смутила.

В середине февраля и в начале марта 1994 года Роскомдрагмет заключил сразу два договора – с “Голден АДА” и ее дочерним предприятием в России “Звездой Урала”– о продаже ювелирных алмазов. Камушки поставлялись в качестве “давальческого” сырья для последующего возврата в Россию изготовленных из них бриллиантов. Общая сумма договоров составляла 88,7 миллиона долларов. Один был подписан первым замом Бычкова Юрием Котляром, второй – самим Бычковым.

Надо сказать, что в итоге кое-что из драгоценных камушков в Россию вернулось. Но общая сумма возвращенных от обеих фирм бриллиантов и алмазов едва достигала 26,1 миллиона долларов.

Впрочем, информация, будто что-то неладное происходит с сокровищами из запасников Гохрана, до наших правоохранителей впервые дошла лишь летом 1994 года. Расследование началось с уголовного дела, возбужденного за элементарную неуплату налогов – и не в Москве, а в Челябинской области. Тамошнее управление ФСБ в июне 1994 года начало расследование в отношении Николая Федорова, руководителя нескольких фирм, в том числе “Звезды Урала”. В ходе оперативно-следственных мероприятий был произведен обыск в московском офисе “Звезды Урала”, который располагался в том же здании, что и московское представительство “Голден АДА”. Именно тогда – фактически по чистой случайности – были обнаружены тройные договоры между Роскомдрагметом, “Звездой Урала” и “Голден АДА”. Общая сумма договоров – 88 миллионов долларов – повергла правоохранителей в шок.

Примерно в те же дни, в июне 1994 года, Евгений Бычков как ни в чем не бывало оглашает государственную программу развития АБК. Ее суть – содействие наращиванию отечественного производства бриллиантов, создание совместных предприятий по огранке драгоценных камней. Как пример успешного сотрудничества Бычков называет “Лазар Каплан Инк.” и “Голден АДА”.

Как бы в развитие замыслов руководства Роскомдрагмета в ноябре 1994 года представители пермской администрации побывали с дружественным визитом в США и подписали с “Голден АДА” соглашение об организации совместного предприятия по оценке, сортировке и огранке алмазов, которые добывают в Пермской области. Губернатор Борис Кузнецов пообещал обеспечить вновь образованное СП производственными площадями, сырьем и рабочей силой.

А через несколько лет после этого визита появилось сообщение, что в том же 1994 году г-н Кузнецов побывал в увлекательнейшем путешествии на Бермудские острова, якобы оплаченном из кармана Козленка. Экс-губернатор, впоследствии вошедший в руководство фракции “Наш дом – Россия”, это сообщение не опроверг...

Первая минорная нота в отношениях между российскими чиновниками и квазиамериканскими алмазными бизнесменами прозвучала в конце 1994 года. В Сан-Франциско была направлена делегация из Роскомдрагмета и Минфина. Чиновники все-таки решили уточнить, где и в каком состоянии находятся российские ценности.

Судя по всему, ответы были неутешительными. Вскоре адвокаты, нанятые Роскомдрагметом, начали в Калифорнии против “Голден АДА” арбитражный процесс.

Впрочем, по одной из версий, вовсе не Бычков был инициатором инспекционных поездок российских экспертов в Калифорнию. Так, влиятельный американский журнал “US News and World Report”, проводивший собственное расследование, утверждает, что об истинном положении дел руководители Роскомдрагмета узнали, когда в отсутствие Бычкова один из его заместителей тайно поехал в Сан-Франциско, чтобы посмотреть, что же на самом деле происходит в “Голден АДА”. Он возвратился, пораженный расточительством и безумными тратами фирмы. Вскоре по Москве поползли слухи о созданном нашими чиновниками в США алмазном центре, который вышел из-под контроля.

Козленок и Хилари Клинтон: фото на память

Между тем наша несвятая троица в Сан-Франциско интенсивно обрастала очень важными, по ее мнению, политическими связями. Примерно то же самое и примерно в те же самые годы успешно делал в Израиле не менее великий комбинатор Григорий Лернер.

В частности, 25 тысяч долларов из средств “Голден АДА” было потрачено на провалившуюся предвыборную кампанию кандидата в губернаторы Катлин Браун. В январе 1995 года Козленок “рекрутировал” на работу в фирме двух очень влиятельных в Сан-Франциско господ. В качестве главного юридического консультанта корпорации Козленок нанял известного калифорнийского сенатора Квентина Коппа (впоследствии он признал, что получил от “Голден АДА” 10 тысяч долларов). В качестве начальника службы безопасности, а позже исполнительного директора был приглашен владелец детективного агентства Джек Иммендорф, который отвечал за сбор денег во время предвыборной кампании мэра города Фрэнка Джордана в 1990 году, а позже возглавил городскую комиссию по паркам и отдыху. Между прочим, работая в “Голден АДА”, он все еще продолжал заведовать парками. Сей важный господин в феврале 1995 года отправил в Россию письмо – не кому-нибудь, а непосредственно Борису Ельцину, – в котором предупреждал: “Голден АДА” потерпит неминуемый крах, если Россия не возобновит поставки алмазов. (Видимо, автор письма считал, что 180 миллионов долларов – слишком ничтожный стартовый капитал для того, чтобы обеспечить процветание фирмы.)

За 8 месяцев работы в качестве исполнительного директора “Голден АДА” этот близкий друг мэра Сан-Франциско получил, как выяснили налоговые службы США, 2 миллиона долларов. Кроме того, по одной тысяче долларов получили: парламентарий от округа Сан-Франциско Джон Бартон, городской инспектор Кевин Шелли, вице-губернатор штата Грэй Дэвис. А лейтенант полиции Вилли Гарриотт числился одновременно и секретарем корпорации.

Верхней точкой на тернистом пути Андрея Козленка по склонам американского политического Олимпа стало приглашение авантюриста на элитный прием, где присутствовала Хилари Клинтон. Возможно, первую леди США плохо информировали – но она почему-то решила, что нет ничего зазорного в том, чтобы сфотографироваться на память с молодым и удачливым бизнесменом из России и его компаньоном г-ном Иммендорфом. Позже этот памятный снимок был изъят при обыске сотрудниками компетентных органов.

Когда Джек Иммендорф впервые посетил виллу Козленка в Сан-Франциско – в богатом предместье Ист-Бее, – он был поражен той восточной роскошью, которой окружил себя его новый шеф. Г-н Иммендорф вспоминал, что поначалу ему даже пришла в голову мысль, будто кто-то ограбил музей искусств “Метрополитен”. Он увидел картины Рембрандта, Пикассо, пасхальные яйца работы Фаберже, скульптуры и статуи. Нового исполнительного директора “Голден АДА” особенно поразили пара инкрустированных золотом часов высотой с человеческий рост и шахматы из серебра и золота с алмазами на каждой фигуре. (Позже Козленок оправдывался, что вся эта роскошь нужна была, чтобы создать “солидный финансовый образ”.)

Еще больше г-н Иммендорф был поражен, когда поближе познакомился с финансовым состоянием вверенной ему фирмы. В компании царил полный хаос – при этом ее сейфы буквально ломились от драгоценностей. Велась двойная бухгалтерия, а денежные потоки были настолько спонтанными и непредсказуемыми, что буквально не было никакой возможности хоть как-то упорядочить этот процесс. “Я разбазаривал деньги компании и не мог положить этому конец!” – сокрушался впоследствии г-н Иммендорф.

Чтобы получше разобраться в ситуации, исполнительный директор привлек консалтинговую фирму “Артур Андерсен”. Консультанты обнаружили, что “Голден АДА” израсходовала примерно 130 миллионов долларов, при этом не имея документальных оснований для большинства из своих финансовых операций.

Кое-что г-н Иммендорф – как законопослушный американец – попытался вернуть через суд. Так, в начале 1995 года он обратился с иском к бывшим адвокату и исполнительному директору фирмы по поводу незаконного перевода 1,2 миллиона долларов в один из оффшорных банков.

В то же время активно продолжалось расследование ФБР. Говорят, что, узнав о том, что он оказался под колпаком американской спецслужбы, Козленок страшно удивился: он был уверен, что, обзаведясь такими солидными связями, может чувствовать себя в Сан-Франциско в полной безопасности. Он никак не мог понять, почему опытный детектив Иммендорф не может получить доступ к досье ФБР и полиции. “Он полагал, что за деньги можно купить все, – вспоминал впоследствии г-н Иммендорф. – Эти ребята думали, что они в Москве”. Проработав в “Голден АДА” полгода в должности исполнительного директора, приятель мэра счел за лучшее уйти из фирмы по собственному желанию. От греха подальше.

Консультант Российской Федерации

Алмазные дельцы чувствуют, что развязка приближается – медленно, но неумолимо. И они начинают делать резкие телодвижения. Происходит крупная ссора между Козленком и братьями-армянами. Козленок потребовал их немедленного ухода из фирмы. Через некоторое время – на суде – они утверждали, что Козленок предложил им пять миллионов долларов или “пулю в голову”. Братья Шегирян выбрали деньги.

Но вскоре и самому Козленку было сделано предложение, от которого тот не мог отказаться. На калифорнийском побережье появился некто Чернухин. В его визитной карточке было записано: “Консультант Российской Федерации”.

На самом деле о статусе и роде деятельности этого господина до сих пор ходят самые противоречивые слухи. Одни утверждали, что он просто “чистильщик” – гонец, которого теневые структуры посылают для разборки с вышедшими из-под контроля “клиентами”. Другие, напротив, говорили, что он имел вполне официальный статус помощника первого вице-премьера российского правительства Юрия Ярова (позже вошедшего в руководство президентской администрации). Сам Яров категорически отрицал наличие у себя такого помощника.

Находясь в США, Чернухин представлялся также в качестве исполнительного директора Горбачев-фонда. Однако в фонде впоследствии уверяли, что у них никогда не работал человек с такой фамилией.

Доподлинно известно только то, что Андрей Чернухин в начале 80-х занимал должность секретаря одного из московских райкомов КПСС, а в начале 90-х ушел в коммерцию и возглавил фирму “Экопром”, находившуюся под контролем государственных структур.

Как бы там ни было, по утверждению Андрея Козленка, Чернухин, в 1994 году приехав в США, имел при себе документы, из которых следовало, что российское правительство уполномочило его войти в руководство “Голден АДА”. Некоторые наблюдатели считают, что Чернухина нанял сам Бычков, который пытался опередить правоохранительные органы и спасти ситуацию, введя в руководство алмазной компании доверенных людей.

Андрей Чернухин стал членом совета директоров “Голден АДА” и развил бурную деятельность. Для начала он нанял в компанию в качестве своего персонального финансового консультанта Раджива Госейна, предпринимателя индийского происхождения. Видимо, индиец Чернухину так понравился, что помощник вице-премьера решил, что именно Госейн отныне должен стать главой фирмы. Но Козленок, похоже, имел на сей счет несколько иное мнение.

Тут в этой запутанной истории появляется еще один персонаж – известное в Москве детективное агентство “Алекс”, собравшее под своей крышей немало профессиональных, хотя и отставных сотрудников спецслужб. Американские журналисты утверждают, что именно в “Алекс” обратился за поддержкой “чистильщик” Чернухин. Однажды в представительстве “Голден АДА” появились люди, одетые в зеленую камуфляжную форму и вооруженные полуавтоматическим оружием...

Что произошло потом, вероятно, смогут ответить только следователи. Козленок утверждает, что его похитили и отвезли в Мексику. Под угрозой оружия бизнесмена удерживали в гостинице “Принсес” в Акапулько с 30 августа по 19 сентября 1995 года. По некоторым данным, похитителями руководили Чернухин и Госейн. Одновременно были взяты в заложники жена Козленка Ирина и их 10-летний сын Алексей – их держали где-то в другом месте. (По другой версии, это было блефом и никто жену и сына на самом деле не арестовывал.) Похитители потребовали от Козленка подписать документ о передаче принадлежащих ему акций “Голден АДА” Радживу Госейну. В противном случае угрожали убить всех троих. И Козленку пришлось согласиться.

“Они забрали у меня все акции и бросили без копейки денег в Коста-Рике”, – жаловался впоследствии Козленок. По другой версии, ему все-таки дали щедрые отступные. Согласно третьей версии – ее излагал в факсимильном сообщении в Роскомдрагмет сам Раджив Госейн, – 100 процентов акций “Голден АДА” Козленок попросту продал Госейну, причем сделка состоялась 3 сентября. Но если это так, то зачем люди в камуфляже удерживали Козленка в гостинице вплоть до 19 сентября?

Итак, в сентябре 1995 года Козленок, в одночасье переставший быть главой “Голден АДА”, упаковал свои вещи и поспешно выехал в Бельгию.

В это время с его фирмой происходили какие-то странные вещи. Как утверждал впоследствии Козленок, новый хозяин “Голден АДА” Раджив Госейн подписал с Россией агентское соглашение на ликвидацию компании за вознаграждение в 5 миллионов долларов. Андрей Чернухин в одном из писем также указывает, что “в августе 1995 года новый владелец компании Госейн письменно подтвердил, что все имущество фирмы принадлежит Роскомдрагмету и он согласен вернуть все долги в течение двух лет”. По утверждению Чернухина, по этому поводу Госейн разослал несколько писем российским чиновникам – премьеру Черномырдину, первому вице-премьеру Сосковцу, министру внешнеэкономических связей Давыдову и министру финансов Лившицу.

Но если Госейн согласился ликвидировать фирму, то ради чего он затеял ее перерегистрацию? В том же самом сентябре 95-го на месте “Голден АДА” возникла корпорация “Алмаз Интернешнл”. Как утверждал Раджив, решение о перерегистрации он принял якобы с учетом подпорченной репутации прежней фирмы.

Сам Чернухин также вел активную переписку с московскими должностными лицами. Чуть ли не ежемесячно он слал факсы в МВД. В них он то просил о встрече где-нибудь за границей, то обещал вернуть миллионы долларов, полученные им в “Голден АДА”, то жаловался на незаконные действия своих компаньонов.

Если Чернухин и Госейн на самом деле имели искреннее желание вернуть награбленные сокровища России, то непонятно, почему они действовали в прямо противоположном направлении. По утверждению Козленка, новые владельцы компании быстро распродали существенную часть ее имущества и перевели деньги – конечно, не в Россию, а в Швейцарию. В свою очередь, Чернухин в одном из посланий в МВД утверждал, что Госейн провернул с алмазами какую-то свою аферу, в результате которой похитил около 20 миллионов долларов. Чернухин посоветовал милиционерам поискать Госейна в Малайзии – и даже указал его новый домашний адрес.

При этом никто точно не знал адрес самого Андрея Чернухина. Известно только, что в Сан-Франциско он долго не задерживался. Кое-кто видел его в Лос-Анджелесе, кто-то утверждал, что встретил Чернухина в Женеве. Американский журнал сообщил, что “консультант российского правительства” скорее всего на своих виллах на Кипре и в Монтре (Швейцария). Алмазная история продолжала обрастать новыми тайнами, слухами, сплетнями, версиями...

Последняя из них касается судьбы Раджива Госейна. По некоторым данным, он был застрелен в самом конце 1998 года.

А летом того же года внезапно напомнил о себе Андрей Чернухин. Верховный суд Лос-Анджелеса рассматривал иск правительства России к “Голден АДА”. Неожиданно судьям было представлено письменное заявление Андрея Чернухина. Суть письма состояла в том, что причиной краха алмазного проекта стало “преступное поведение” руководителей Роскомдрагмета, Андрея Козленка и братьев Шегирян. При этом Чернухин подробно рассказал о своей выдающейся роли в качестве спасителя алмазного производства (о другой роли – похитителя и рэкетира – он скромно умолчал).

“Я делал все, чтобы сохранять и развивать алмазное производство, созданное на государственные деньги, – писал Чернухин. – Например, когда Роскомдрагмет ввел запрет на поставку сырья из России, мы компенсировали это алмазами из Ботсваны и Намибии. По моей рекомендации были привлечены опытные специалисты-руководители – как русские, так и африканцы”.

Даже если предположить, что в утверждениях Чернухина есть какая-то доля истины, ясно одно: долго хозяйничать ему не дали. Уже через три месяца после того, как у Козленка отняли его акции, все счета компании были арестованы.

8 ноября 95-го года финансовые операции “Голден АДА” были заморожены налоговыми службами США, уличившими руководство фирмы в неуплате 63 миллионов долларов федеральных налогов. На имущество компании был наложен арест. Сотрудники налоговой полиции с 20-летним стажем отмечали, что такого крупного надувательства они в своей практике не видели. Имущество состояло из пасхального яйца работы Фаберже (из коллекции Николая II), дюжины роскошных автомобилей (включая “Роллс-Ройс” стоимостью 377 тысяч долларов), 9 моторных катеров, 6 яхт, реактивного самолета (стоимостью 20 миллионов долларов), оцененного в 1,5 миллиона долларов особняка и поместья на озере Тахо стоимостью 4,4 миллиона (по другим данным – 20 миллионов долларов), которое в свое время использовалось для съемок фильма “Крестный отец”. Все это, естественно, утаивалось от налоговых органов.

При обысках налоговые полицейские обнаружили и ценности иного рода. В офисе “Голден АДА” в Сан-Франциско хранились десятки единиц автоматического оружия, тысячи упаковок патронов, пуленепробиваемые жилеты и 25 фунтов взрывчатки. Зачем алмазным дельцам понадобился этот внушительный арсенал, остается только догадываться. Неужели они всерьез опасались “наездов” со стороны местных гангстеров?

Американские спецслужбы продолжали крупномасштабное расследование. В это же время начали проявлять первые признаки активности и российские правоохранители.

Тайные цели Аферы

Как мы помним, об этой удивительной авантюре наши сыщики узнали еще в начале 1994 года, когда возбудили дело против российского партнера Козленка. Однако почему-то потребовался целый год для того, чтобы прийти к выводу о необходимости возбудить уголовное дело в отношении Евгения Бычкова и прочих “драгоценных” деятелей. Лишь 14 июня 1995 года было начато официальное расследование. Характерно, что обвинение было выдвинуто не по поводу крупномасштабного хищения, а всего лишь по фактам “злоупотребления служебным положением” и “нарушения порядка валютных операций” (статьи 164 и 170 УК РФ).

Но и после этого председатель Роскомдрагмета оставался при исполнении. Прошло еще около девяти месяцев, прежде чем Генпрокуратура разродилась: 7 февраля 1996 года Евгению Бычкову наконец-то было предъявлено официальное обвинение, а в кабинете чиновника и на его даче был произведен обыск. Арестовывать, однако, чиновника не стали, ограничившись подпиской о невыезде.

Несмотря на подписку, буквально через пять дней глава Роскомдрагмета отправился в очередную рабочую поездку в Намибию и Ботсвану, где его принимали на высшем уровне.

Более того, подследственный чиновник вошел в состав российской делегации, которая в 20-х числах февраля села за стол переговоров с представителями “Де Бирс”: обсуждалось подписание очередного многолетнего соглашения, и Россия пыталась выторговать себе максимально благоприятный режим внешней торговли алмазами. Переговоры шли трудно и нервно. И как гром среди ясного неба – в самый разгар переговоров – пришло сообщение о президентском указе о том, что Евгений Бычков все-таки освобожден от занимаемой должности.

Впрочем, в роли подследственного он пробыл недолго: через несколько недель подоспела очередная амнистия по случаю победы над фашизмом. Поскольку экс-министр не был обвинен в тяжких преступлениях и к тому же достиг пенсионного возраста, он был амнистирован по всем статьям.

А вскоре нашел весьма престижную работу: он стал вице-президентом банка “Российский кредит”. Это назначение никого не удивило. Ведь именно “Роскредит” был уполномоченным банком Роскомдрагмета. В шикарном здании министерства был расположен офис этого банка (так что Бычкову практически не пришлось менять места работы), а на руководящей должности в “Роскредите” еще до Бычкова трудилась супруга его зама Котляра.

Амнистия спасла от тюрьмы и четырех сотрудников Министерства внешнеэкономических связей. Замминистра Андрей Догаев, начальник главного управления нетарифного регулирования внешнеэкономической деятельности министерства Марк Колесников, уполномоченный МВЭС Николай Соловьев и его заместитель Олег Горский обвинялись в преступной халатности. Они не имели права давать лицензии на вывоз из России драгоценных камней без соответствующих согласований. Однако следователи сочли, что корысти в действиях этих чиновников не было, – и дело против них закрыли.

Впрочем, расследование следственной бригады под управлением следователя по особо важным делам Генпрокуратуры Руслана Тамаева еще только разворачивалось. Для начала в столице было арестовано имущество, принадлежащее “Голден АДА”: 13 квартир, обставленных в основном антикварной мебелью, 5-этажный дом в Глазовском переулке, предназначенный для представительства “Голден АДА” в Москве, здания дочерних организаций, дорогие станки для огранки алмазов, оргтехника, офисная мебель. В придачу к этому следователи арестовали более 20 автомобилей, в том числе “БМВ”, “Мерседесы” и “Шевроле”, а также 44 картины, среди которых были полотна Бенуа, Поленова и Коровина.

По разным оценкам все арестованное в Москве имущество можно реализовать за 15–30 миллионов долларов.

Но найти и арестовать имущество мошенников – полдела. Самое трудное было впереди. Сыщикам требовалось установить роль в этой афере всех ответственных должностных лиц: ведь золото и камушки вывозились не контрабандным путем, а по вполне официальным каналам.

И вообще надо было понять, что это все-таки было: по каким-то субъективным причинам провалившийся бизнес-проект – или заранее задуманная и ловко провернутая многоходовая махинация? Только ли себя обогащал владелец “Голден АДА” – или действовал в пользу неких высоких покровителей в российской столице?

По данным, просочившимся из ФБР, в 1994 году Козленок дважды побывал в России. Целью визитов была, согласно этим сообщениям, перевозка из США наличных долларов, полученных от продаж переданных Роскомдрагметом алмазов. Суммарно было переправлено “черным налом” почти 20 миллионов долларов.

Высказывались предположения, что деньги были предназначены для покупки предприятий, выставляемых на аукцион в ходе денежной приватизации. В этой связи называются: московский гранильный завод “Кристалл” и аналогичное предприятие в Рязанской области. Планировалось, что владельцами контрольных пакетов акций этих предприятий (возможно, через подставные фирмы) станут руководители “Голден АДА” и их московские покровители. Директор “Кристалла” Сорокин (тот самый, что переводил 1,2 миллиона долларов в пользу “Голден АДА”) как раз в это время неожиданно уволился. А рязанцы, узнав об этих приватизационных прожектах, якобы выразили свой протест.

Козленок же утверждал впоследствии, что немало средств “Голден АДА” было использовано для президентской избирательной кампании Бориса Ельцина в 1996 году. Кроме того, часть денег, вырученных от реализации драгоценных камней, по поручению представителей российского правительства руководители фирмы перечислили в Фонд президентских программ. На эти же средства якобы издавалась книга Бориса Ельцина “Записки президента”. Мало того, значительные суммы, по словам главы “Голден АДА”, перекочевали в некий фонд “Победа”, который курировало Главное управление охраны. Возможно, что на самом деле речь шла о “Фонде 50-летия Победы”, о котором мы рассказываем в главе, где описываются аферы Григория Лернера. Если это правда, то такое совпадение очень трудно назвать случайным: вероятно, есть в России несколько структур, через которые очень любят перекачивать деньги наши аферисты – независимо от того, связаны ли они сами между собой.

Самые противоречивые суждения высказываются и по поводу того, кто и при каких обстоятельствах познакомил троицу авантюристов, действующую под вывеской “Голден АДА”, с высшими российскими чиновниками. Например, те же конфиденты из Роскомдрагмета рассказывали мне, что знакомство началось с того, что одного из братьев Шегирян с зампредом Роскомдрагмета Юрием Котляром свел скандально известный бизнесмен Лев Вайнберг (его арест в 1994 году некоторые связывали с желанием компетентных органов узнать подробности о взаимоотношениях Шегиряна с Котляром и Бычковым).

По другой версии, все началось с того, что Андрея Козленка кто-то свел с руководителем правительственного департамента Игорем Московским, тот познакомил Козленка с заместителем министра финансов Анатолием Головатым, и уже тот представил молодого предпринимателя главе Роскомдрагмета Евгению Бычкову. Последний, кстати, подтверждает, что в его кабинет Козленка привел именно г-н Головатый.

Есть и третья версия. Еще в 1996 году осведомленные люди из Роскомдрагмета рассказали мне следующее. Андрей Козленок в конце 80-х работал не на гранильном производстве (как сообщалось в СМИ), а в системе ГУВД Москвы. Именно с ГУВД в 1989 году и был заключен один из первых контрактов созданного Козленком тогда же советско-кувейтского совместного предприятия. О предмете сделки источники не говорят, однако есть сведения, что непосредственное отношение к ней имел один из тогдашних руководителей московской милиции. Так что предприниматель для столь ответственного “спецпоручения”, как вывоз российских алмазов, был выбран не случайно.

В 1998 году появились более конкретные сведения в развитии третьей версии. Появилось сообщение, что на верхние этажи власти Андрея Козленка привел бывший замминистра внутренних дел, начальник ГУВД Москвы генерал-лейтенант Петр Богданов. В его кабинете на Петровке, 38, Андрей Козленок неоднократно появлялся в начале 90-х, в пору своего сотрудничества с ГУВД (о котором мы уже упоминали). Был у Козленка на Петровке и собственный кабинет. В качестве неформального советника милицейского начальника Козленок организовал под крышей ГУВД несколько коммерчески выгодных предприятий – в частности, производство для ГАИ номерных знаков. Проверяющие из федеральных органов внутренних дел установили, что в период активной деятельности Козленка высшие руководители ГУВД – сам Петр Богданов, его заместитель Юрий Томашев, начальник московского ГАИ Василий Юрьев и другие – неоднократно выезжали за рубеж, в частности, в Австрию и Канаду. Впрочем, никаких оргвыводов сделано не было.

Характерно, что генерал Богданов пришел в ГУВД из КГБ СССР, – а именно это ведомство всегда контролировало Гохран. Известно также, что 14-й отдел КГБ в сотрудничестве с Гохраном и раньше по тайным контрактам организовывал операции по переправке камешков за рубеж – для финансового обеспечения советской резидентуры. Так что ничего нового в манипуляциях с “Голден АДА” не было. Как не было ничего удивительного в том, что генерал КГБ предложил на роль уполномоченного агента для данной операции проверенного по совместной работе в ГУВД молодого предпринимателя. Кстати, Богданов ушел с занимаемой должности в 1991 году. Тогда же, судя по всему, и состоялось знакомство Козленка с Бычковым.

Сам Козленок на вопрос журналистов, действительно ли КГБ хотел, чтобы бизнесмен сотрудничал с “конторой”, отвечал: “Конечно, был интерес со стороны КГБ и соответствующее предложение”. Козленок заявил также, что значительную часть сотрудников Роскомдрагмета составляли офицеры КГБ-ФСБ. Спецслужбы предложили Козленку развернуть параллельно с бизнесом другую деятельность, о которой он выразился весьма туманно: “Как вы понимаете, алмазный бизнес затрагивает все слои общества, и на них можно влиять при исполнении заказов”.

Для каких бы целей и кто бы ни познакомил Бычкова и Козленка, с уверенностью можно сказать одно: главе Роскомдрагмета молодой человек очень понравился. Бывший исполнительный директор “Голден АДА” Джек Иммендорф, который, вероятно, видел Бычкова во время его визита в США на пышную презентацию “Голден АДА”, вспоминал: “Бычков и Козленок были словно отец и сын”. Кстати, “отец” побывал у “сына” не только в США, но и ночевал в его доме в Антверпене (в чем чистосердечно признался в одном из интервью).

Воистину с отцовской заботой Евгений Бычков относился к своему американскому детищу. Оно еще не родилось, – а Бычков уже распорядился отправить в качестве “приданого” (то есть в уставный фонд будущей фирмы) 1,2 миллиона долларов. Надо заметить, что сам чиновник к тому времени всего лишь просидел в кресле министра – и, наверное, у него могли быть дела поважнее. Однако Козленок утверждает: “Бычков держал деятельность компании в США под своим жестким контролем. И любое решение требовало его личного согласия”.

Чиновник не утратил контроль над фирмой и после смены руководства. ФБР поставило телефон Андрея Чернухина на прослушку и выяснило, что тот довольно часто и подолгу беседовал с главой Роскомдрагмета. Они, в частности, обсуждали, как можно прекратить расследование дела “Голден АДА”. В конце концов они договорились, что Чернухин приедет в Москву и получит помощь от кого-то из самых влиятельных людей России.

Судя по намекам следователей, если им удастся доказать кое-какие факты, дело против Бычкова может быть возобновлено. По гораздо более серьезным статьям, чем те, что ему в свое время инкриминировались. Наблюдатели с нетерпением ожидают, когда в этом деле появятся и другие высокопоставленные фигуранты.

Чаще всего упоминается фамилия Бориса Федорова. О его позиции мы уже упоминали: окончательного согласия на сделку он не давал, а кроме того, чтобы эта авантюра состоялась, одного разрешения министра финансов было явно недостаточно. Но вот что непонятно: зачем экс-министр пытался ввести следствие и журналистов в заблуждение по поводу своего автографа.

– Вначале Борис Григорьевич отказывался от своей подписи, – говорит старший следователь по особо важным делам Руслан Тамаев. – Провели почерковедческую экспертизу. Подтвердилось. Именно на этот документ ссылались работники Министерства внешнеэкономических связей, когда объясняли, почему выдали лицензию на вывоз драгоценностей.

По-прежнему неясна роль в этой афере тогдашних заместителей министра финансов Анатолия Головатого и Андрея Вавилова. Как известно, именно они курировали операции с валютными ценностями и Генпрокуратура даже рассматривала вопрос о привлечении их к уголовной ответственности. Но в итоге выяснилось, что в момент заключения соглашений с “Golden ADA” оба замминистра оказались в загранкомандировках, так что их непосредственного участия в этой афере доказать не удалось.

Правда, Борис Федоров утверждает, что именно его заместитель Головатый приходил к нему, чтобы представить на подпись этот алмазный проект. А Евгений Бычков говорит, что опять же именно Головатый познакомил его с Андреем Козленком. Хотя это, понятное дело, всего лишь косвенные улики. Однако если найдут подтверждение слухи о том, что Головатый является родственником Козленка (информированная газета “Коммерсант” сообщала, что алмазный бизнесмен – зять бывшего министра финансов), то дело примет совсем иной оборот.

Как бы там ни было, и Анатолий Головатый, и его коллега из финансового департамента правительства Игорь Московский были вынуждены оставить свои посты в апреле 1996 года, вскоре после предъявления обвинения Евгению Бычкову. Впрочем, это не помешало г-ну Головатому занять не менее престижную должность заместителя управляющего делами российского президента.

Всплыла в этом деле и фамилия известного московского скульптора Зураба Церетели. Утверждается, будто кое-что из ограненного на фабрике “Голден АДА” в Россию все-таки поступало, – причем Козленок сам пытался управлять распределением этих камешков. Он якобы уговорил Бычкова передать часть бриллиантов ряду мелких фирм для изготовления ювелирных украшений. Так вот, среди этих фирм называлась столичная коммерческая структура “Большой камень”, возглавляемая народным художником Зурабом Церетели.

Но самая пикантная история касается участия в этой авантюре тогдашнего премьер-министра Виктора Черномырдина. Дело в том, что по существующему в то время порядку служащие Гохрана могли отпереть кладовые и выдать драгоценности – тем более на такую бешеную сумму – только по специальному постановлению правительства, подписанному премьер-министром. Это правило работники Гохрана не нарушали никогда. Без подписи Черномырдина монеты царской чеканки, алмазы, золото, уникальные ювелирные изделия не могли быть извлечены из государственных кладовок и тем более не могли пересечь государственную границу.

О роли Черномырдина в этой афере века заговорили, как это у нас водится, только после его отставки. Журналисты решили напрямую спросить у экс-премьера – знал ли он про Козленка и про ту авантюру, в которую ввязался Роскомдрагмет. Реакция Виктора Степановича была неожиданно резкой:

Ни козленков, ни козлов я не знаю и знать не хочу! Ко мне, как и к любому руководителю, можно отнести все, что делалось и делается в государстве. Но если кто-то попытается куда-то пристегнуть Черномырдина – бесполезно. Сколько я работал, столько и был под колпаком разных проверок, видимых и невидимых... В России меня никем не запугать – ни козлом, ни козленком. Я не из пугливых. А если кто-то попытается, так сразу в зубы получит. И как следует. Уж это я умею делать – я здесь профессионал.

В последнем утверждении экс-премьера сомневаться не приходится. А вот его слова о том, что никакого Козленка он не знает и знать не желает, – эти слова вызывают, мягко говоря, изумление. Дело в том, что примерно за год до этого высказывания Виктор Черномырдин принял самое живое и непосредственное участие в судьбе алмазного афериста.

Происходило это летом 1997 года, когда Козленок был арестован бельгийскими правоохранителями. И российский премьер счел необходимым обратиться со специальным посланием к бельгийскому премьеру. Приводим это письмо с некоторыми купюрами.

“Его Превосходительству Премьер-министру Королевства Бельгия господину Ж.-Л. Деану.

Генеральной прокуратурой России расследуется уголовное дело в отношении гражданина России Козленка Андрея Борисовича, origindate::26.10.1959 года рождения, обвиняемого в присвоении путем мошенничества государственных средств на сумму свыше 180 миллионов долларов США.

Объявленный в международный розыск А. Козленок скрывался на территории Бельгии. В настоящее время он арестован правоохранительными органами Вашей страны. Вместе с тем принятие решения о его депортации в Россию затягивается из-за отсутствия между нашими странами договора о правовой помощи. Понимая исключительную значимость этого обстоятельства, просим Вас, господин Премьер-министр, принять во внимание особую общественную опасность факта мошенничества, совершенного А. Козленком, и в интересах борьбы с транснациональной организованной преступностью найти возможность его выдачи российской стороне. Правительство и правоохранительные органы нашего государства по достоинству оценят этот шаг и в дальнейшем будут неукоснительно соблюдать принцип взаимности в вопросах розыска лиц, совершивших тяжкие преступления.

Примите заверения в моем искреннем к Вам уважении.

В. Черномырдин”.

Одно из двух: или премьер сам не знает, что подписывает, или, напротив, он был очень хорошо информирован обо всех обстоятельствах этой аферы и очень хотел, чтобы Козленок не давал показаний в бельгийском суде, а поскорее оказался в российской тюрьме. При этом на публике Виктор Степанович упорно делал вид, что “не в курсе”.

Мог ли премьер-министр не знать об операциях с “Голден АДА”, если они – об этом неоднократно сообщала печать – в середине 90-х обсуждались на комиссии Гор-Черномырдин как пример сотрудничества между нашими странами?

Как бы там ни было, на допросе в Генпрокуратуре Черномырдин утверждал, что об этой сделке узнал, будучи в командировке, из средств массовой информации. При этом осталось неясно, о какой из операций – 1993 или 1994 года – премьер узнал из газет и во время какой именно стадии аферы находился в командировке. (Помнится, именно на “отсутствие в командировке” ссылались и замминистра финансов Головатый, и замминистра финансов Вавилов.)

В связи с такой противоречивой позицией премьера высказывается еще одна версия о тайных целях алмазной авантюры.

Авторы этой версии справедливо указывают на то, что к началу 1992 года запас алмазов, накопленный более чем за 30 лет интенсивного изъятия камушков из якутских недр, неофициально оценивается в 7–8 миллиардов долларов. В какой-то момент, остро нуждаясь в “живых” деньгах, правительство решило этот неприкосновенный прежде запас где-нибудь тиснуть. Однако легальным образом это было сделать нельзя. Ведь Россия входит в картель стран – производителей алмазов, в котором музыку заказывает “Де Бирс”. В этой международной системе сдержек и противовесов каждому участнику отведена своя роль, от которой нельзя отойти ни на шаг. Если точнее, у каждого есть своя экспортная квота, которую невозможно превысить. У России эта квота составляет 26 процентов от общего объема продаж картеля. Однако эту квоту наша страна с лихвой покрывала текущей добычей. Реализовать же залежи, накопленные в Госфонде, мы никак не могли. То есть официально не могли – без того, чтобы не рассориться с “Де Бирс”.

Поэтому решили действовать по тайным, теневым каналам. Авторы этой версии утверждают, что по этим каналам с 1992 года из России вывозилось алмазов почти столько же, сколько по официальным. Способы нелегального вывоза были самые разные – вплоть до примитивного вывоза в саквояжах. Для более крупномасштабной переброски наших драгоценностей за кордон правительство решило использовать “Голден АДА”. Однако авантюра рассекретилась – то ли из-за сообщений иностранных таможенников, то ли благодаря расследованию ФБР, то ли потому, что партнеры российского правительства решили его элементарно “кинуть”.

Благодаря авантюре с “Голден АДА” и другими подобными, – о которых мы меньше информированы – на мировом рынке возник период дестабилизации и падения цен на алмазы, – особенно на низкие категории. Не случайно после завершения российских поставок в “Голден АДА”, в марте 1995 года, “Де Бирс” констатирует по итогам года падение курса своих акций, объясняя это “воздействием российского фактора”.

Впрочем, есть сведения, что решение торговать алмазами, минуя каналы “Де Бирс”, было принято еще до того, как правительство возглавил Виктор Черномырдин. В одном из интервью Андрей Козленок заявил: “Моим предложением заинтересовался тогдашний глава правительства Егор Гайдар и одобрил его. Решение о создании в США фирмы разрабатывалось при тесном участии главы Роскомдрагмета Евгения Бычкова и одобрялось необходимыми правительственными инстанциями”.

Так или иначе, публика находится в перманентном ожидании громких разоблачений. Фигура Козленка кажется слишком мелкой для того, чтобы на него одного можно было списать разбазаривание национальных сокровищ в таких невероятных количествах. Масла в огонь добавляют и намеки, которые время от времени позволяют себе руководители правоохранительных органов. Так, во время своего визита в Афины в декабре 1998 года Генеральный прокурор Юрий Скуратов, рассказывая о деле “Голден АДА”, намекнул, что нас ожидает серия очередных сенсационных разоблачений чиновников самого высокого уровня.

Сейчас, после того как мы собрали дополнительные доказательства, его (Козленка, – А.М.) роль для нас ясна, и в принципе дело развивается успешно и без его показаний, – сказал Юрий Скуратов. – Козленок был пешкой в руках других лиц. Это абсолютно точно уже сейчас выявляется.

К сказанному Генеральный прокурор добавил, что стоявшие за Козленком лица до сих пор действуют в России, и пообещал, что разоблачения непременно последуют.

Однако прошли недели, а имена тех, кто “стоял за Козленком”, мы так и не узнали...

Кругосветное путешествие следователя Тамаева

С 1996 года в российском расследовании алмазной аферы века произошло, если применимо здесь это понятие, некоторое ускорение. Глава следственной бригады Руслан Тамаев колесил по всему свету в поисках мошенников и их соратников.

Любопытная история произошла с Давидом Чернисом, занимавшимся отмывкой денег “Голден АДА” в Москве. Сотни тысяч долларов тратились на покупку квартир в пределах Садового кольца, евроремонт и “упаковку” их антикварной мебелью. Чернис был задержан и охотно начал давать показания. Оценив его согласие сотрудничать со следствием, Давида выпустили под подписку о невыезде. И он тут же ударился в бега. Его объявили в международный розыск и в итоге нашли в Израиле. Говорят, что Чернис был в состоянии, близком к обморочному, когда оказался лицом к лицу со следователем Тамаевым, от которого так ловко улизнул. В итоге Чернис назвал все имена и фамилии, необходимые правоохранителям на этом этапе расследования.

Разыскал Тамаев и Давида Шегиряна, который долгое время успешно скрывался и от Генпрокуратуры, и от ФБР: американцы хотели судить его за неуплату налогов. Следователю удалось выяснить, что Шегирян обосновался в Доминиканской Республике. Как это ни странно, Тамаеву удалось уломать Давида на встречу. Руслан Сугаипович вылетел в Санто-Доминго.

Там возникли сложности, – рассказывал впоследствии Тамаев. – Давид отказывался прийти туда, куда я его приглашаю, а мне совсем ни к чему идти туда, куда ему удобнее. Выбрали нейтральное место. Условились: у него два охранника и у меня два. Без диктофона и видеокамер.

Только записная книжка... Он ответил на все вопросы. Попутно я убеждал его вернуться в Штаты и прояснить свои отношения с властями. Не будет же он бегать по миру всю жизнь. В знак возникшего доверия беглый президент “Голден АДА” даже сфотографировался с нами на фоне усыпальницы Колумба.

Удалось Тамаеву разыскать и договориться о встрече с Андреем Чернухиным. Встреча состоялась в Зальцбурге (Австрия), в российском консульстве. По словам следователя, беседа с Чернухиным очень многое прояснила во взаимоотношениях между руководителями “Голден АДА”. А вот Андрея Козленка разыскивать долго не пришлось. Он как уехал в Бельгию в сентябре 1995 года, так и жил там, спокойно развивая свои новые бизнес-проекты. В Антверпене он основал, не уплатив ни франка налогов, пять подставных фирм для отмывки своих капиталов. Нам известны названия трех из них: “Голден АДА Бельгиум С.А.”, “Шако Реал Эстейт Менеджмент Бельгиум” и “Интеркапитал Бельгиум С.А.”. По утверждениям Козленка, на его предприятиях трудилось до трех тысяч работников.

Жил Козленок на широкую ногу. Купил трехэтажный дом в престижном районе Антверпена, снял офис на знаменитой алмазной улице Ховеньерс. Правда, кое-какие меры предосторожности он все-таки предпринял. Жил он по поддельному паспорту на имя гражданина Греции Андреуса Илиадиса. Греческие поддельные паспорта всегда были в избытке у российских теневых воротил – вспомним хотя бы, что такие же паспорта имели боевики знаменитой курганской группировки, в том числе суперкиллер Александр Солоник. Говорят, что, как и Солоник, Козленок на всякий случай сделал себе пластическую операцию.

В феврале 1996 года одновременно с обысками у Бычкова Генпрокуратура направила в МВД и ФСБ поручение о его розыске. А в сентябре из МВД пришел странный ответ: данные о местонахождении Козленка в Бельгии не установлены. При этом делалась ссылка на бельгийское отделение Интерпола.

Ответ был тем более странным, что еще в июле соответствующее управление Генпрокуратуры отправило в министерство юстиции Бельгии ходатайство о правовой помощи – в задержании и депортации мошенника. В приложении к ходатайству указывался точный адрес Козленка. В случае невозможности депортации Генпрокуратура предложила предъявить Козленку обвинение и допросить его и других причастных к делу лиц, проживающих в Бельгии. Однако до сентября никакой реакции на это обращение не последовало.

Оказалось, что ходатайство несколько месяцев блуждало по кабинетам бельгийских чиновников и лишь в конце ноября попало к адресату. Неужели и в Бельгии Козленок успел обрасти нужными связями?

Когда же ходатайство было рассмотрено, бельгийские законники заявили, что для ареста и депортации Козленка нет достаточных оснований.

Только в январе 1997 года бельгийская полиция согласилась помочь нашим следователям в организации допросов. Они состоялись в 20-х числах января и длились по 12 часов в сутки. Кроме Козленка, – который, как ни странно, охотно давал показания, – Руслан Тамаев и его помощники допросили бывшего и нынешнего генеральных директоров филиала “Голден АДА” в Бельгии (Ренни Бастианса и Лидию Михильсон), главных бухгалтеров и других работников фирм Андрея Козленка. Самыми сенсационными были показания Козленка о том, что Евгений Бычков был, оказывается, членом совета директоров “Голден АДА”. Козленок не только сообщил эту информацию, но и подтвердил ее документально.

После того как Руслан Тамаев изложил судебному следователю Антверпена Де Моору новые доказательства, добытые в результате допросов, бельгийцы наконец-то решились арестовать Козленка. Поводом для ареста стал поддельный паспорт и истечение срока рабочей визы.

Бельгийские правоохранители начали собственное расследование деятельности алмазного афериста. Выяснилось, в частности, что из США алмазы из российской партии, поставленной в “Голден АДА”, были сначала переправлены в Швейцарию, а уже оттуда в Бельгию, где были проданы через четыре подставные заирские фирмы компании “Стар Даймонд”, чей хозяин Жак Рот был давним партнером “Де Бирс”. Выяснилась еще одна интересная подробность: родственник Рота, бельгийский эксперт по драгоценным камням Чарльз Швайцер (сын первого женат на дочери второго), активно участвовал еще на первом этапе сотрудничества между Роскомдрагметом и “Голден АДА”. Именно Швайцер вместе с Козленком отбирал алмазы в Госфонде для отправки в Сан-Франциско.

Но российские правоохранители рано радовались. Бельгийцы наотрез отказались выдавать беглого Козленка на родину, мотивировав это отсутствием между нашими странами договора о правовой помощи. В итоге бывшего хозяина “Голден АДА” через шесть месяцев выпустили из тюрьмы под залог в 2 миллиона бельгийских франков (примерно 56 тысяч долларов), и он несколько месяцев спокойно жил дома и продолжал свой бизнес.

Между тем в апреле 1997 года по наводке российских правоохранительных органов был арестован еще один активный участник алмазной аферы. 2 апреля в лондонском аэропорту Хитроу приземлился самолет, прибывший из Кейптауна. Неожиданно к одному из пассажиров, доминиканцу Мартину Эшу, следовавшему транзитом на карибский остров Антигуа, подошли сотрудники иммиграционной службы аэропорта и предложили следовать за ними. Вскоре было достоверно установлено, что доминиканец Эш в действительности оказался Ашотом. Темсамым Ашотом Шегиряном, которого так долго и безуспешно разыскивали и российские, и американские спецслужбы.

Правоохранители выяснили, что на островах в Карибском море Шегирян учредил несколько фирм, которые специализировались на алмазном бизнесе. При осмотре личных вещей предпринимателя полицейские обнаружили алмазы на несколько десятков тысяч долларов. По словам Шегиряна, он приобрел эту партию в ЮАР.

В Англии бывший руководитель “Голден АДА” пробыл всего сутки, после чего отправился, к сожалению, не в Россию, а в США: ведь именно американским гражданином считается беглый бизнесмен. И именно там его решено было судить за неуплату налогов.

В октябре 1997 года, чтобы допросить Ашота Шегиряна, в Калифорнию прибыли следователи из Москвы. По словам Тамаева, поездка оказалась очень продуктивной. Было изъято несколько коробок финансовых документов “Голден АДА” и допрошено девять свидетелей. Показания дали уже известный нашим читателям бывший исполнительный директор компании Джек Иммендорф, глава одной из дочерних фирм “Голден АДА” Эдвард Саркисян, сенатор Калифорнии Квентин Копп (бывший советником Козленка), жена Андрея Ирина.

Но неожиданно сложности возникли с получением показаний от самого Шегиряна. В Сан-Франциско российские прокуроры наткнулись на железное нежелание своих коллег даже показать им бывшего соратника Козленка. Противостояние прокуратур объяснялось тем, что как раз в это время наши и американские правоохранители спорили, кому должно достаться имущество “Голден АДА”: американским налоговикам или России, которая потеряла в результате аферы гораздо больше, чем удалось арестовать.

Местная прокуратура заявила, что Ашот Шегирян находится в тюрьме и не желает давать показания (согласно 5-й поправке Конституции США гражданин может отказаться от дачи показаний, если таковые направлены против него).

Выяснив, что это утверждение – ложь и Шегирян живет на собственной вилле, под домашним арестом, российская сторона поставила вопрос о его вызове в ультимативной форме. Американцы принесли извинения, однако парировали тем, что не могут предоставить своим российским коллегам для этого допроса ни единого квадратного метра как в помещении прокуратуры, так и в здании ФБР в Сан-Франциско. Встречаться в российском консульстве Шегирян отказался, опасаясь, что там его сразу же повяжут и увезут. Но не в кафе же было брать у него показания!

Помог нашим следователям в последний день их пребывания за рубежом бывший подданный СССР, а ныне зажиточный калифорниец Гарри Орбелян (отец известного российского дирижера), любезно предоставивший соотечественникам свой рабочий кабинет. Там и прошел допрос, в ходе которого следственная бригада предъявила Ашоту Шегиряну официальное обвинение в мошенничестве. Кстати, Тамаев с удивлением обнаружил, что Шегирян сам хотел встретиться с российскими правоохранителями и изложить им свою версию запутанной истории “Голден АДА”. Суть ее состояла в том, что Шегирян в афере с драгоценностями был всего лишь мелкой сошкой и действовал строго по указаниям Козленка. Более того, по словам Шегиряна, Козленок, не занимавший в фирме никакой официальной должности и не имевший права подписи, подделывал подписи Ашота на коммерческих договорах с Роскомдрагметом и московским заводом “Кристалл”.

В алмазной истории появился первый труп

Новой сенсацией в расследовании дела “Голден АДА” стал неожиданный арест Андрея Козленка в афинском международном аэропорту в январе 1998 года. Январь вообще оказался для Андрея роковым месяцем: ровно за год до этого, в январе 97-го, было принято решение о заточении его в бельгийскую тюрьму, из которой он вышел лишь через шесть месяцев.

До конца предыдущего года он находился под домашним арестом в Антверпене. Однако под Новый год Козленок отпросился у бельгийского следователя на краткосрочную поездку в Грецию. Почему Козленок выбрал для побега именно эту страну, так до сих пор и неясно. По одной версии, он просто раздобыл еще один поддельный греческий паспорт (первый у него отобрали при аресте в Бельгии). По второй версии, у Козленка в Греции было немало друзей, и он рассчитывал скрыться там от российских, бельгийских и американских правоохранителей. Согласно третьей версии, – которую отстаивал сам Козленок, – он планировал открыть в Греции очередную гранильную фабрику. Четвертая версия гласит, что через Грецию он летел транзитом. Просто в одном из афинских банков у него хранилась кругленькая сумма. Сняв деньги, мошенник планировал продолжить свое путешествие в сторону Азии.

Наконец, согласно пятой версии, выезд афериста в Грецию был результатом оперативной комбинации, ловко проведенной российскими и американскими спецслужбами. Авторы этой версии утверждают, что Козленок был натурально выманен из Антверпена. Власти США, которые судят Ашота Шегиряна за неуплату налогов, предложили ему в рамках сотрудничества с американской юстицией позвонить Козленку и назначить ему встречу. Шегирян, который давно имел зуб на своего бывшего партнера, с удовольствием согласился...

Как бы там ни было, выбор Греции оказался для Козленка крайне неудачным. Уж с этой-то страной у России был надлежащий договор о правовой помощи, поэтому шансы добиться его выдачи резко возросли. Козленок был задержан за незаконное пересечение греческой границы, а затем арестован на основании ордера, выданного Интерполом.

Генпрокуратура немедленно направила в Грецию документы о выдаче Андрея Козленка российскому правосудию. Российские правоохранители надеялись, что вопрос об экстрадиции будет решен уже через пару недель. Однако рассмотрение дела Козленка в Афинах растянулось на многие месяцы.

А в феврале случилось ЧП, которое едва не перечеркнуло все планы водворения знаменитого афериста в российскую тюрьму.

В Москве при загадочных обстоятельствах в конвойной комнате суда погиб бывший коллега Козленка Сергей Довбыш.

Здесь надо сказать, что по ходу расследования из дела “Голден АДА” было выделено в отдельное производство более десятка более мелких дел и предъявлены обвинения 30 лицам, в той или иной степени связанным с аферами Козленка. В их числе – дело Давида Джанка, представителя “Голден АДА” в Москве, Надежды Калинниковой, генерального директора АОЗТ “Андpa” (собственность “Голден АДА”), Наталии Кочкиной, председателя “Алмазбанка” (собственность “Голден АДА”), Андрея Чернухина, руководителя АО “Экопром” (собственность “Голден АДА”).

К 1998 году по двум из выделенных дел уже состоялись судебные слушания: к четырем годам был приговорен директор компании “Звезда Урала” Николай Федоров (именно с него в 1994 году началось расследование афер “Голден АДА”). Близился к завершению и суд над директором фирмы “Корона” – дочернего предприятия компании Козленка “Совкувейтинжиниринг” – Сергеем Довбышем.

Ему, бывшему майору МВД СССР, инкриминировалось хищение 20 миллионов рублей, принадлежащих московскому ювелирному заводу “Кристалл”, незаконное хранение нескольких ружей, боеприпасов и 57 кг золота в слитках.

Причиной ареста Довбыша стала его попытка скрыть от правосудия ценности, принадлежащие “Голден АДА”. Дело в том, что во время обыска в московском офисе фирмы следователи не смогли сразу открыть сейф с кодовым замком, где, по данным правоохранителей, хранилось 57 килограммов золота. Сейф был опечатан. Но ночью в офис пробрался Сергей Довбыш (судя по всему, действовавший по поручению Козленка) и, зная код, открыл этот сейф. Все находящееся там золото он перевез в гараж к своему приятелю и для большей надежности закопал.

Об этом Довбыш сам рассказал на допросе после ареста. Однако в указанном им тайнике золота не оказалось. Куда оно делось, сыщикам так и не удалось установить.

Расследование было закончено еще в 1996 году, однако Мещанский суд почему-то в течение полутора лет не мог это дело рассмотреть, а потом дважды отправлял его на доследование. Лишь в феврале 1998 года разбирательство вышло на решающую стадию вынесения приговора. Прокурор потребовал для Довбыша 10 лет лишения свободы. Судьи удалились в совещательную комнату.

Между тем конвоиры почему-то отлучились из комнаты, в которую они доставили подсудимого. Когда они вернулись, он висел на ремне, привязанном к оконной ручке (по другим сведениям, удавку Довбыш сделал из рукавов своего свитера). Правда, для прессы сперва выдвинули версию, будто обвиняемый умер от сердечного приступа. Но вскоре стало ясно, что это ложь.

“Я возмущен разгильдяйством конвоиров и вообще работой Мещанского суда!” – заявил в те дни Руслан Тамаев.

Тогда же появился и упорный слух о том, что на самом деле это был вовсе не суицид, но тщательно спланированное убийство.

Именно на эту версию упирал Андрей Козленок, который заявлял афинским судьям, что в России никто не может поручиться за его безопасность. “Меня убьют, как и моего коллегу Довбыша. В Москве я не проживу и суток!” – восклицал бывший хозяин “Голден АДА”.

Однако на судей эти доводы не подействовали. 15 мая Верховный суд Греции (ареопаг) принял решение о выдаче Козленка России. В конце мая в Афины прибыла группа работников Главного управления по экономическим преступлениям МВД РФ, ожидавшая команды отконвоировать подследственного на родину. Но команда все не поступала.

Опытные адвокаты Козленка использовали самые разнообразные ухищрения для того, чтобы оттянуть тот момент, когда их клиенту придется покинуть афинскую тюрьму Коридаллос и в наручниках взойти на трап самолета компании “Аэрофлот”. Например, было подано прошение о предоставлении политического убежища. А когда министр общественного порядка Греции в убежище отказал, адвокаты обратились с апелляцией в Высший административный суд, а в случае, если и там будет получен отказ, грозились подать в Международный суд по правам человека в Гааге. Кстати, адвокаты все время говорили, что у Козленка нет денег, поэтому они работают на него бесплатно. Несмотря на это, у “нищего” бизнесмена было сразу четыре защитника.

Но все это не помогло. В середине июня 1998 года Козленку все-таки пришлось отправиться на родину.

Рассказывают, что в самолете произошел забавный инцидент. Андрей Козленок неожиданно почувствовал, что по его лицу пробежал и остановился на лбу красный лучик оптического прицела. Реакция Козленка была мгновенной: он тут же сполз на пол. Его примеру последовали и двое спутников в штатском, сидевшие по бокам. Но быстро выяснилось, что тревога была ложной. Просто маленький сынишка одного из пассажиров достал игрушечный пистолет – правда, очень похожий на настоящий – и направил “ствол” на приглянувшегося ему высокого дядю...

Осколки алмазного центра

Осенью 1996 года федеральный суд США по Северному округу штата Калифорния удовлетворил иск Роскомдрагмета к американской корпорации “Голден АДА”. Российская, сторона отсудила 165 миллионов долларов. Однако радоваться было рано. Иск на чуть меньшую сумму – примерно в 118 миллионов долларов – вчинили и американские налоговые органы. При том, что арестованная собственность компании по разным оценкам составляет 70–80 миллионов долларов (цена колеблется в зависимости от рыночной конъюнктуры и срока амортизации).

Мне удалось ознакомиться с краткой переписью арестованных объектов. Это особняк в районе Редвуд-Сити – 600 тыс. долл., особняк в Менло-Парк – 525 тыс. долл., особняк в Вудсайде – 500 тыс. долл., особняк в Лос-Гатос – 915 тыс. долл., два особняка в пригороде Оринда – 2400 тыс. долл., особняк в пригороде Лафайет – 1450 тыс. долл., алмазная фабрика “Даймон Март” – 10600 тыс. долл., 13 офисных помещений (в 1993–1995 годах Козленок учредил более десяти различных фирм), 2 яхты, 3 заправочные станции, 6 катеров – более 2 млн. долл., парк дорогих машин – 2 млн. долл., самолет “Гольфстрим” – 17 млн. долл., супервертолет “Камов”, который Козленок пытался подарить Департаменту полиции Сан-Франциско, – 1,7 млн. долл. И, наконец, уцелевшие бриллианты на сумму 461 тыс. долларов.

В течение полутора лет в американских судебных инстанциях рассматривалась тяжба между тамошними налоговиками и представителями российского правительства. Главный вопрос можно было сформулировать так: должны ли быть удовлетворены в полном объеме налоговые претензии к фирме, большая часть оборотных средств которой была образована за счет хищения из российской казны.

В итоге служители Фемиды рассудили, что приоритет все-таки должен быть отдан российской стороне. В апреле 1998 года Гохран и налоговая служба США заключили мировое соглашение: финансовые претензии американцев снижены в 11 раз – до 10 миллионов долларов. Такова сумма налогов на зарплату сотрудников “Голден АДА”, которую бухгалтера фирмы утаили от местных мытарей.

Еще несколько миллионов долларов должны вернуться кредиторам, которых “кинули” Козленок и его компаньоны. Все остальное может вернуться в российскую казну. По поводу “остального” в течение всего года поступали самые противоречивые сведения. Так, в апреле глава Гохрана Герман Кузнецов сказал, что он рассчитывает на 50 миллионов долларов. В то же время другие источники называли сумму в 70–75 миллионов долларов, которые российская казна теоретически могла получить до конца года.

В мае начальник отдела Главного управления по экономическим преступлениям МВД России Виктор Жиров утверждал, что как минимум мы можем рассчитывать на 63 миллиона долларов, а как максимум – на 165 миллионов долларов.

В июле информированный американский журнал “US News and World Report” сообщил, что на самом деле удалось арестовать имущества “Голден АДА” всего лишь на 40 миллионов долларов. Из них России причитается 25 миллионов, налоговикам – 10,5 миллиона, а остальное – кредиторам.

Наконец, в декабре со ссылкой на следователя Тамаева сообщалось, что мы можем компенсировать примерно половину от тех 180 миллионов, которые потеряли от алмазной аферы,– то есть речь снова идет о 70–75 миллионах долларов.

Одним словом, в деле “Голден АДА” по-прежнему больше вопросов, чем ответов. Мало что прояснилось и после водворения в “Матросскую тишину” Андрея Козленка. Прошло полгода – а обещанных разоблачений так и не последовало. Похоже, Козленок считает, что в его ситуации лучше всего помалкивать в тряпочку.

Как это ни парадоксально, но есть вероятность, что виновные в хищении из Госфонда 180 миллионов долларов – в афере, равной которой современная российская история просто не знает, – так и не будут установлены.

Ведь у Козленка вполне обоснованная позиция: официально он в “Голден АДА” никем не числился, никаких должностей не занимал и ничего не подписывал. Так что и отвечать ни за что не должен. В свою очередь, братья Шегирян утверждают, что они были лишь пешками в руках Козленка. Впрочем, до них руки российского правосудия и не дотянутся – ведь они американские граждане. К тому же Ашот уже получил свой маленький срок (несколько месяцев тюрьмы) за неуплату налогов.

Чист перед законом и Евгений Бычков. Обвинения в злоупотреблении служебным положением ему уже предъявляли – и по ним уже амнистировали. А более серьезные обвинения – скажем, в соучастии в хищении, – судя по всему, предъявить так и не решатся. Ведь для этого надо доказать злой умысел – то есть доказать, что Бычков, отправляя сокровища Козленку, заранее знал, что деньги в Россию не вернутся. Доказать это, как вы понимаете, практически невозможно.

Амнистированы сотрудники внешнеэкономического министерства, которые незаконно выдавали лицензии. А у премьер-министра и двух замминистров финансов вроде бы есть алиби – все они аккурат в момент подписания злосчастных договоров были в загранкомандировках.

Так что в самом лучшем случае небольшой срок может схлопотать только Козленок. Но будет ли это справедливым и логичным завершением многолетнего расследования? Ведь сам следователь Тамаев в конце 1998 года заявлял по поводу роли Козленка в афере века:

Он всегда был в этом деле на вторых ролях...