Вандалы на Остоженке

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Вандалы на Остоженке

Оригинал этого материала
© "Известия", origindate::03.02.2005, "Реконструкция Остоженки оборачивается вандализмом"

Рустам Рахматуллин

Converted 18176.jpg

Памятники архитектуры и истории, находящиеся в опасности, нигде в Москве не расположены так кучно, как на Остоженке. Точнее, вокруг Зачатьевского монастыря, в одноименных переулках, обходящих его кольцом. В нашем обозрении фигурируют сразу четыре истории.

Сам монастырь имеет отношение только к одной из них - к истории палат XVII века, известных как дом славянофила Петра Киреевского, жившего здесь в 1840-е годы и принимавшего у себя Гоголя. Палаты адресуются по Остоженке, 19, строение 2, но выходят во 2-й Зачатьевский переулок, на безымянную площадь перед надвратной церковью монастыря. Лестница в церковь пристроена с наружной стороны, так что подняться можно, не входя на территорию обители. Это устройство объясняют тем, что церковь оставалась домовой для храмоздателя, стольника Андрея Римского-Корсакова, жившего поблизости в XVII столетии. Считается, что лестница указывает направление к его палатам; так вот, она указывает именно на дом Киреевского. Лишь специалист увидит в этом здании за сеткой следы декоративного убранства конца XVII века, сходного с соседней церковью. Словом, желание монастыря взять дом себе и приспособить под гостиницу имело историческую логику. Когда постановление об этом состоялось, была надежда, что памятник покинет перечень давно пустующих и будет восстановлен так, как это может сделать церковь, то есть бережно. Однако здание проводит очередную зиму нараспашку и с проваленной крышей.

Идя вокруг монастыря против часовой стрелки, входим в 3-й Зачатьевский переулок, где сохранился образец модерна и мемориальный памятник - полудеревянный дом Шаляпина (№ 3). Певец арендовал его в 1904-1907 годах, то есть пережил в нем первую революцию. Здесь у Федора Ивановича родились два сына; разраставшаяся семья занимала оба этажа. В доме бывали Рахманинов и Коровин, а Валентин Серов писал портрет хозяина. Предполагают, что в этом же особняке остановилась в 1918 году Ахматова, и если так, то здесь написан цикл стихотворений "Черный сон", включающий стихотворение "Третий Зачатьевский". В 90-е годы, после отселения жильцов, дом заняло Объединение любителей вокального искусства "Голос" (Шаляпинский центр) во главе с бывшим секретарем Ирины Федоровны Шаляпиной Анатолием Поповым. В доме планировались лицей и музей потомков Шаляпина, каждый из которых по-своему интересен. Проект реставрации выполнен, но арендатор не смог аккумулировать средства своих инвесторов на производство работ. В 2000 году город расторг аренду, дом продан в частные руки - это допускается для памятников местного значения. С тех пор не изменилось ничего. Адрес мелькает в риэлторских списках перепродаж.

Продолжаем путь Молочным переулком. Здесь в деревянном особняке № 5 - памятнике начала XIX века, перестроенном сто лет назад в стиле модерн, жил в 1960-е годы широко известный художник Виктор Попков. С ним соседствовал правнук дореволюционного владельца, купца Зигфрида Таля, художник Евгений Филатов. Сорок лет, до минувшего года, Евгений Михайлович сопротивлялся выселению из фамильного дома; в 90-е годы нажим усилился. Филатов мечтал создать музей Попкова, но у правительства Москвы были другие планы. Дом - памятник местного значения - продан некоей компании "Складская база", а семья Филатова выселена по решению суда. Прервана одна из последних линий потомственного фамильного домовладения в Москве. Новый хозяин для начала оставил деревянный дом на зиму без кровли и застекления; дальнейшие его планы неясны.

Маршрут закругляется 2-м Зачатьевским переулком, где буквально сегодня ломают особняк под № 11. За необычным в плане, трехгранным уличным фасадом скрываются палаты XVIII века, принадлежавшие, кроме других владельцев, знаменитому полицеймейстеру Архарову (при нем жандармов стали называть архаровцами) и забытому писателю начала XIX века Степану Руссову. Малоисследованный дом со сводами в подвалах и весь участок, на котором сохранился старый ледник, достались ООО "Экострой. ру", которое запроектировало на свободной территории офисное строительство. Как водится, по ходу проектирования новый объем раздался вширь и ввысь, так что застройщик стал просить о сносе части памятника. В распоряжении "Известий" есть июльский протокол выездного заседания экспертной комиссии управления охраны памятников Москвы, кончающийся замечательным по слогу решением: "Учитывая аварийное техническое состояние конструкций здания, что при проведении ремонтно-реставрационных работ приведет к практически полной физической утрате объекта, а следовательно - его подлинности, считать нецелесообразным сохранение строения... в числе выявленных объектов культурного наследия". То есть дом исключен из списка памятников, и дальнейшие действия заказчика (а обозреватель "Известий" видел проект со сносом 2/3 старого дома) проходят по упрощенной процедуре. Дом уже снесен наполовину. Подобные "полусносы" становятся новой формой вандализма, новым способом уступки денежному или криминальному давлению. Не эта ли участь ждет все осмотренные нами дома?

Почему же на квадратном полукилометре оказалось столько неблагополучных памятников? Видимо, опыт коммерческой застройки остоженских переулков, начатый в 90-е годы архитектурным бюро "Остоженка" во главе с Александром Скоканом и расширенный менее талантливыми и менее корректными людьми, подходит к исчерпанию земельных резервов и резервов сносимой "рядовой" застройки. Но машина реконструкции не в состоянии остановиться сама. И вот на очереди оказались статусные памятники. Время завершать эксперимент.