Вдова И Дочери Святослава Федорова Воюют За Его Наследство

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


После гибели великого врача-офтальмолога под угрозой оказалось дело его жизни

1045558078-0.gif Через два с половиной года после того, как черный вертолет с красным крестом упал на пустырь на московской окраине, о смерти Святослава Федорова заговорили снова — в печати, в его родном институте, в семье. Точно в те дни, когда ему исполнилось 75, — сколько лет жизни он себе и отмерил, с удовольствием повторяя это журналистам. Будто все это время его душа в ожидании часа «Х» находилась рядом, а теперь наконец растворилась в облаках, и ситуация вышла из-под контроля. «Я уверена, что он не ушел сам, — заявила с телеэкрана его вдова.

- Катастрофа была подстроена — теми, кому нужен был институт и собственность». И об убийстве академика стали говорить почти как о доказанном факте. …Мы виделись с Федоровым за 55 часов до гибели и стали последними журналистами, которые брали у него интервью. На наших диктофонах остались его слова с характерным смешком: «Я удивляюсь, почему меня не убили?» Что же произошло в небе и в стране 2 июня 2000 года? Расправа? Трагическая случайность? Самоубийство? Вся правда о гибели ФедороваСейчас в его знаменитом кабинете, превращенном в музей, посетителям без конца крутят один и тот же фильм: Федоров садится в кабину вертолета, делает прощальный круг над толпой своих единомышленников, приехавших в Тамбов на юбилейные торжества, машет им на прощание рукой и… улетает в никуда.Никогда раньше этот прощальный взмах не выглядел столь ритуальным! Кто только не отговаривал Федорова от идеи лететь в Москву вертолетом: жена, коллеги, пилоты, дважды (!) за перелет чинившие неполадки. Но тот уперся, потому что в кармане его пиджака лежала мечта — удостоверение пилота-любителя, которое он получил накануне. Звучит немного надуманно, но это чистая правда: офтальмологом он стал вынужденно, после того, как потерял ногу и был отчислен из летного училища, а потом целых 54 года мечтал снова сесть за штурвал. Билет на поезд ТамбовМосква пришлось сдать… Мы тоже поначалу считали гибель Федорова неслучайной. Но потом сдались, убедившись, что если кому и была выгодна его смерть — то только ему самому. Кому еще? Ну не жене же, хотя она и стала его единственной наследницей? Государственной власти — за то, что академик не вписался в политический контекст и говорил много лишнего? Вряд ли — его крохотная партийка не делала в обществе никакой погоды! Нынешнему директору МНТК «Микрохирургия глаза» Христо Тахчиди? Но его назначение на этот пост не правило, а скорее исключение из правил. Для Федорова, который в один год потерпел крах и как руководитель коллектива, в котором запахло революцией, и как партийный лидер, чья партия с треском провалилась на выборах, этот выход был, возможно, лучшим. «Я так устал… Вы думаете, профессор двужильный?» — жаловался он сотрудникам, наплевав на имидж вечного оптимиста и живчика.

«Смерть в полете — об этом он мог только мечтать…» — этой фразой в 2000 году мы закончили серию наших публикаций.Два тома выводов Государственной комиссии по расследованию катастрофы не оставили никаких иллюзий: «Эксплуатация вертолета «Газель» с момента его перелета в Россию и до катастрофы велась с нарушением требований нормативных документов… За 10 секунд до столкновения вертолета с землей на путевой скорости полета в 200 км в час произошла разбалансировка несущего винта, что привело к удару лопасти по кабине, разрушению остекления и неуправляемому падению… Наиболее вероятной причиной разбалансировки является коррозионное повреждение подшипников». Иными словами: вертолет с красным крестом упал сам, никто его на лету не подстреливал. Великий офтальмолог любил летать, но экономил на механиках и к техническому обслуживанию авиатехники относился так же по-гусарски, как и к жизни вообще. …Но есть один факт, на который обратили внимание в Московской транспортной прокуратуре. На борту вертолета находились 4 человека, анализы крови троих из погибших у следователей вопросов не вызывали: судя по количеству адреналина, в момент падения эти люди испытали страшные чувства. И только у одного пассажира все показатели были в норме. У Федорова. Не потому, что он не боялся смерти. Может быть, потому что пришел к выводу, что жить ему больше незачем?

Слухи о чистке оказались преувеличенными

«Вернусь и начну чистить авгиевы конюшни», — сказал он жене перед вылетом в Тамбов. Нечто подобное — другими словами — говорил и своей дочери от первого брака — Ирине. И каждая из них истолковала эти слова по-своему. Каждая была уверена, что Федоров начнет чистку с той части «конюшни», которая именно ей кажется особенно грязной. А если учесть, что Ирина Святославна и Ирэн Ефимовна — лютые врагини, становится ясно: их представления о том, что конкретно намерен чистить Федоров, были абсолютно противоположны Но сначала — о том, что эти «конюшни» собой представляли?Первое, что бросалось в глаза постороннему посетителю МНТК еще при жизни Федорова, — обилие портретов. Конечно, это можно было бы списать на его огромный авторитет. Но явный, вызывающий чувство брезгливой оторопи подхалимаж федоровского окружения по отношению к своему шефу мы никакими разумными причинами объяснить не могли. Эту атмосферу всячески культивировала Ирэн Ефимовна — об этом сотрудники института сейчас говорить не боятся. Если кто-то недостаточно громко восхищался гениальностью Федорова — то попадал на заметку и числился в кандидатах на увольнение. Так, методом селекции, она добилась однородности окружения — ни одной по-настоящему яркой фигуры, тотальная преданность. Трещинки в стане идолопоклонников возникли, когда Федоров увлекся политической деятельностью, — за время его депутатства (1995 — 1999 гг.) кое у кого из его учеников стал прорезаться собственный голос.Кого Федоров намеревался «вычистить»? Раболепствующую серость, столпившуюся вокруг трона, — как считает его дочь Ирина. Или обнаглевших в отсутствие хозяина щенков, посмевших тявкать на великого и непогрешимого? Это версия Ирэн Ефимовны.Второе сильное впечатление, сложившееся после знакомства с «империей Федорова», — явная нежизнеспособность многих хозяйственных проектов великого офтальмолога.

Прожекты — по другому не назовешь сельскохозяйственную утопию в селе Протасове и фантазию на тему воздушно-десантной медицины. Купленные за огромные деньги (заработанные, к слову сказать, врачами МНТК) коровы пошли под нож, крестьяне как пили, так и продолжали пить, нисколько не заботясь о кормах и урожаях, никому не нужные лошади тоскливо топтались в конюшнях… Относил ли Святослав Николаевич к понятию «авгиевы конюшни» этот свой провал?

Поражение за поражением

В прежних своих публикациях о Федорове мы кое-что (об умерших — либо хорошо, либо ничего. — Авт.) вынуждены были смягчить. Мы и без того были уверены, что дорога в МНТК нам отныне закрыта. Но два с половиной года спустя нам стали звонить сотрудники института и сообщать, что все идет именно так, как и было предсказано. Что дела обстоят не так плохо, как мы писали, а гораздо хуже. И вывалили на нас кучу ранее скрытой информации об оборудовании операционных, которое не обновлялось со времен основания МНТК и окончательном поражении института в конкурентной борьбе с частными офтальмологическими клиниками… Мог ли Федоров с помощью намеченной на «после возвращения из Тамбова» чистки «конюшен» остановить этот вал? Сомневаемся. Если уж на то пошло, чистку ему пришлось бы начинать с себя. А свой характер он изменить не мог.

Святослав Николаевич Федоров был человеком глобального размаха. Этакий Александр Македонский, рвущийся вперед. В своей неудержимой экспансии он не обращал внимания на тылы, мелкие хлопоты по обустройству захваченных территорий ему были неинтересны. Но наступил момент, когда наступательный потенциал Федорова иссяк: в политике — поражение за поражением, в медицине — конкуренты со всех сторон. Похоже, он достиг своего предела. В идеале за рвущимся вперед завоевателем должна следовать команда интендантов. Но у Федорова такой команды не было. В самый критический момент великий стратег оказался один. Жизнь его утратила смысл — он видел себя только в движении, а двигаться ему было некуда.

Прошлой осенью вокруг МНТК опять начало твориться что-то непонятное. Противоречивые публикации в СМИ, очень похожие на оплаченные, громкий судебный иск лондонского банка о взыскании с МНТК долга в двадцать с лишним миллионов долларов и открытое письмо группы академиков с просьбой спасти от неминуемого банкротства уникальную структуру. Возобновившиеся слухи о неслучайности смерти Святослава Федорова, склока между наследниками, обвинения в попытке приватизации, требования видных политиков прекратить грязную возню вокруг светлого имени…Мы сочли своим долгом вернуться в МНТК и разобраться в том, что происходит.Бремя наследстваКогда нынешнему директору МНТК в первый раз предложили взять институт в свои руки — он отказался не раздумывая. Ну в самом деле, кто он такой, Христо Периклович Тахчиди, чтобы претендовать на место, которое занимал великий Святослав Федоров? Да, он руководит Екатеринбургским филиалом МНТК — лучшим, пожалуй, филиалом в стране. Но это еще не причина для самоубийственного решения стать преемником знаменитого на весь мир офтальмолога — Тахчиди прекрасно понимал, что нового руководителя будут сравнивать с шефом и что это сравнение будет не в пользу новичка. Кресло директора МНТК летом 2000 года больше походило на пороховую бочку. Полгода, предшествующие гибели Федорова, институт лихорадило: шли комплексные проверки, внутри коллектива зрела оппозиция, самого Федорова демонстративно не назначали на должность, с которой он формально ушел, когда стал депутатом Госдумы. Причина всех неурядиц, считал институтский народ, крылась в интригах то ли минздравовского руководства, то ли кремлевской администрации. Дескать, кому-то из тамошних деятелей приглянулся МНТК, вот и хотят свергнуть Федорова, чтобы на его место поставить своего человека, приватизировать институт и потом качать из него многомиллионную прибыль. Искать нового директора среди ближайших сподвижников покойного академика было бессмысленно: в последние годы Федоров методично избавлялся от всех потенциальных преемников. Говорят, что к назначению Тахчиди на этот пост приложила руку сама Ирэн Ефимовна Федорова. Она этого и не отрицает. Сразу после назначения она отзывалась о нем, как о человеке кристальной честности. Сейчас готова взять свои слова обратно.Начал Христо Периклович с того, что собрал руководителей подразделений и сказал: «Нехорошо поступили с Ирэн Ефимовной. Меня родители воспитывали по-другому. Пожилая женщина, вдова шефа…» Пригласили ее в институт, открыли опечатанный кабинет Федорова, организовали в нем музей, а Ирэн Ефимовну назначили его внештатным директором. Мало того: новый директор раскопал где-то закон, по которому вдова могла получать 75 процентов от доходов кормильца — получилось около семи тысяч долларов в месяц. Фонду имени С. Федорова, который возглавила Ирэн Ефимовна, МНТК готов был помогать и морально, и материально. Но идиллия продолжалась недолго.

ИЗ ДОСЬЕ «КП»Что входило в «империю» Святослава Федорова

В период максимального расцвета возглавляемый С. Н. Федоровым Межотраслевой научно-технический комплекс (МНТК) «Микрохирургия глаза» состоял из головного института в Москве и 11 региональных филиалов в России. Предпринимались попытки создания филиалов в Италии, Польше, Германии, Испании, Йемене, ОАЭ и Японии. По морям курсировал корабль-клиника «Петр Первый», приносивший по 14 миллионов долларов в год. По стране «гастролировали» два автобуса «Вольво», оснащенных оборудованием для диагностики и операций на месте. В Московской области было создано сельхозпредприятие «Протасово»: несколько сотен гектаров земли, молочный комбинат, завод питьевой воды, фабрика племенных лошадей, шампиньонная ферма… МНТК владел пакетом акций отеля Iris Pullmann с казино на московском ипподроме, а также компании «Кока-Кола рефрешментс», через дочернюю структуру — пакетом акций «Московской сотовой связи».

КОМСОМОЛЬСКАЯ ПРАВДА origindate::18.02.03

Евгений АНИСИМОВ Галина САПОЖНИКОВА