Взятка в 25 миллионов долларов за президентский самолет Ельцина

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Оригинал этого материала
© La Repubblica, origindate::20.03.2001, Превод Inopressa.Ru

Взятка в 25 миллионов долларов за президентский самолет Ельцина

Карло Бонини

Converted 11510.jpgВот они, доказательства швейцарской стороны, уличающие Павла Бородина. 2 апреля судья Нью-Йорка примет решение по вопросу об экстрадиции бывшего казначея Кремля.

Бедный Павел Бородин. С 17 января он находится в заточении, в одной из камер Metropolitan Detention Center в Бруклине, и никто, решительно никто, как кажется, не собирается вызволять его оттуда. Увы, теперь уже и в Москве его списали со счетов. “Паше - кирдык”, - с циничной непочтительностью говорят информированные источники. Паша обречен. И потому что время поджимает: до 2 апреля, когда судья Восточного округа Нью-Йорка Виктор Погорельский вынесет решение по запросу об экстрадиции, осталось лишь две недели. Швейцарское правосудие потребовало выдачи бывшего управляющего делами президента, полагая, что он должен ответить за отмывание денег и принадлежность к преступной организации. А также, как говорят, потому, что Бородин на свою беду был вынужден пойти на самый неприемлемый для русских компромисс. Забыть о своем достоинстве и гордости. Унизиться перед американским правосудием.

В первый раз это произошло 10 марта, когда он пожаловался на боли в груди и заявил об опасности инфаркта. Это привело в сильнейшее волнение российскую дипломатию, но позволило русскому заключенному провести вне тюремной камеры - в Бруклинском госпитале - лишь три дня. Этого оказалось достаточно для курса лечения в кислородной палатке и принятия врачами решения о том, что какие-либо препятствия для его возвращению в камеру отсутствуют. Во второй раз, 16 марта, когда один из его адвокатов Берри Кингхем обратился к федеральному судье Юджину Никерсону с просьбой об изменении меры пресечения на домашний арест (окружной судья в свое время уже отклонял подобную просьбу). Адвокат напомнил о прецеденте, имевшем место в 1992 году, когда из тюрьмы был освобожден главный босс итало-американской мафии Джон Готти. “Мы обратились к тому же специальному агентству, что обеспечивало наблюдение за Готти 24 часа в сутки, - пояснил Кингхем. - И мы в состоянии нести расходы в размере 25 тысяч долларов в месяц”.

Увы, бедный Паша. Под изумленным взором российского посла в Соединенных Штатах Юрия Ушакова, который по приказу Москвы выступил в качестве гаранта его освобождения под залог, он попытался сделать завершающий ход в игре, которую, как он, вероятно, сам прекрасно понимает, невозможно выиграть. Информации в отношении Бородина, переданной женевским следственным судьей Даниелем Дево окружному прокурору Бруклина Томасу Фаэрстоуну, в равной степени, как и дипломатической переписки между государственным секретарем США Колином Пауэллом и судьей Погорельским, вполне достаточно, чтобы погасить любую надежду на скорое возвращение на свободу и отъезд в безопасную Москву. Переданные бумаги, как вы помните, являются документальным подтверждением существования системы отмывания взяток, полученных за подряды на проведение реконструкционных работ в Кремле. Самого крупного подряда в рамках "Рашагейта". Как стало известно газете “Репубблика”, среди этих документов, имеются данные и о старом Ил-96. Об этой неудачной имитации Боинга-767, неуклюжего родственника “Airforce one”. История “России”, так называется президентский самолет, вероятно, не до конца известна ее новому пассажиру, президенту Владимиру Путину.

Идея принадлежала Борису Ельцину. Подготовкой этого подарка господину президенту занимался “Паша”, Павел Бородин. Многие помнят то состояние эйфории, в котором пребывала Семья в тот день. А это было в 1997 году, когда “Россия” покинула один из шести ангаров “Jet Aviation” в Basilea. Когда этот самолет загоняли в ангар, он больше был похож на старую железяку. Самолет покинул ангар, надраенный до блеска. У многих из окружения президента просто захватило дух. Прежде всего, у Паши. Он крайне взволнован. Благодаря этой игрушке, которая обошлась обескровленной российской казне в 37 миллионов долларов (74 млрд. лир), он сумел получить “комиссионные”, которые порадовали бы кого угодно: 25 миллионов долларов. 50 миллиардов лир. Впрочем, кому придет в голову совать свой нос в этот контракт?

Однако эта история, состоящая из парадоксов, отнюдь не закончилась. Теперь на Пьерпонт Плаза в Бруклине прокурор Восточного округа Нью-Йорка Томас Фаэрстоун готовится задать Павлу Бородину вопрос об этих полученных незаконным путем 50 миллиардах, из-за которых он может оказаться в швейцарской тюрьме Шам-Доллон. Таким образом, от его ответа многое зависит.

Женевский судья Дево пишет прокурору Фаэрстоуну: “В результате расследования, проводившегося в Швейцарии, стало известно, что осенью 1995 года Управление делами президента передало контракт на переоснащение президентского самолета фирме “Мерката”. Возможно, вы позабыли о об этой фирме?

Но, возможно, вы не забыли лица и имени ее владельца. Виктор Столповских. 30-летний московский предприниматель, у которого полностью отсутствует вкус в том, что касается манеры одеваться, но зато у него отличные связи. Он разбогател благодаря подрядам на реконструкционные работы в Кремле. Плут, взращенный в “конюшне” “Мабетекс” Беджета Паколли, официально проживающий в Тичино (где он за наличные приобрел шикарную виллу Амброзетти). Поначалу, до того, как он почувствовал необходимость перебраться в Москву, завести собственное дело и начать делать деньги в одиночку, ему приходилось делиться со своим албанским шефом. Так вот, осенью 1995 года Виктор получает от своего друга Бородина контракт, который совершенно очевидно он не в состоянии выполнить. Ведь его фирма, по крайней мере, официально, занимается стенами, а не аэропланами. Но это не проблема. Самое главное - вывезти деньги из Москвы. Уж Виктор знает, как с ними поступить.

Бородин подписывает контракт на сумму 37 миллионов 72 тысячи долларов в соответствии с отработанной схемой, которую женевский судья Дево описывает следующим образом: “Финансирование контракта обеспечивается эмиссией простых векселей, гарантированных московским “Внешторгбанком” и дисконтированных лондонским инвестиционным банком “Morgan Grenfell”. Иными словами, огромная сумма в наличных, гарантированная бумажками (простыми векселями), которые со временем окажутся не подлежащими взысканию. Тем хуже для “Grenfell", поскольку “Мерката” Столповских в период с октября 1995 по март 1996 года инкассирует шесть траншей, как и обещал Бородин: 37 миллионов 72 тысячи долларов, переведенных на счет 1084402 BBL, Banque Brussels Lambert. Большая часть пути пройдена. Конечно, необходимо урегулировать вопрос с президентским самолетом, потому что кто-то ведь должен этим заняться. Выбор Виктора падает на Jet Aviation в Basilea. Эта фирма пользуется всемирной известностью в сфере технического обслуживания частных самолетов. 8 января 1996 года контракт был подписан. “Jet Aviation, - пишет Дево, - получила 12 миллионов 750 тысяч долларов”. А остальное? Куда подевались оставшиеся 25 миллионов долларов?

Судья Дево - человек не только упорный, но и удачливый. Когда сотрудники женевской полиции проводили обыск в кабинете Грегори Коннора, доверенного лица Бородина и Столповских, были найдены документальные ответы на эти вопросы. Этот пирог в 25 миллионов долларов Виктор поделил, по крайней мере, на четыре части. Себе он оставил более 10 миллионов, выделив все остальное пока еще не установленным владельцам счетов Банка дель Готтардо на Багамах, старой знакомой Паколли (некоей Мингалеевой из Казахстана), а также двум лицам, имена которых до сегодняшнего дня оставались неизвестными в связи с Рашагейтом: речь идет о швейцарских гражданах Джованни Карло Махлере и Аджиме Гжинали.

Эти люди заслуживают особого внимания. Не столько потому, что они живут в нескольких километрах друг от друга, на берегу озера Лугано. Оба они, как оказалось, являются совладельцами одного из счетов, на который 3 ноября 1995 года фирмой “Мерката” были переведены свыше 2 миллионов долларов. Как это могло произойти? Махлер - человек в кантоне известный. Он поддерживает тесные отношения с “Мерката” и управляет фирмой, которую считают дочерней по отношению к “Мерката”. Речь идет о “Seagas”. Более того, женевские следователи полагают, что он является одним из создателей финансовой машины, по помощи которой Бородин, через Столповских и Паколли, отмывал и делил комиссионные, полученные от контрактов, подписанных от лица администрации российского президента. Не случайно, отмечают в Женеве, что с Махлером работал Аджим Гжинали. Этот житель Косово приехал в Швейцарию в 1991 году и легализировался благодаря помощи Беджета Паколли. Человека, которому, как кажется, он обязан своим богатством, но который - совершенно неожиданно - решил уйти в сторону.

Когда корреспонденты “Репубблика” связались с Гжинали, он не слишком обрадовался: “Я не хочу, чтобы меня беспокоили. Я ничего не могу сказать о 2 миллионах долларов. Спросите об этом Дево, который меня уже допрашивал… Паколли? Прошу меня не беспокоить”. Возможно, Гжинали не знает или делает вид, что не знает, что и его имя, также как и имя Паколли, перевешивают в пользу экстрадиции Павла Бородина. Возможно, он осознает, что в такой деликатной игре лучше хранить молчание. К тому же, на уже скорое решение американского правосудия, скорее всего, не окажет влияние никакое политическое вмешательство. Оперативность, с которой госсекретарь США Колин Пауэлл поручил рассмотреть в суде обоснованность просьбы об экстрадиции Павла Бородина и письмо американского генерального консула в Берне, сопровождающее материалы следствия, переданные судьей Дево, вполне красноречиво говорят о намерениях Вашингтона. “Паше” будет трудно заставить поверить Бруклинский суд, что эти 50 миллиардов, улетевших вместе с “Россией”, являются частью заговора, организованного против него. И кто знает, может быть в этот день, кто-то решит рассказать Путину правду об истории с его “Ил”-96, если конечно, она ему еще не известна.