Возвращение ВПК

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Возвращение ВПК

"4 октября вместо двух остававшихся госпосредников по торговле оружием - "Росвооружения" и "Промэкспорта" - указом президента был создан новый суперхолдинг "Рособоронпром", во главе которого встал выходец из Первого главного управления КГБ Андрей Бельянинов. Таким образом, государство вновь монополизировало, как во времена СССР, всю торговлю оружием в едином федеральном государственном унитарном предприятии (ФГУП).

Необходимо отметить, что со времен развала Советского Союза область военно-технического сотрудничества притягивала всех, кто хоть что-то представлял собой в ельцинской системе "сдержек и противовесов". При этом, когда речь заходила о Военно-промышленном комплексе, за бортом оставались политические пристрастия и убеждения. В местах, где пахнет большой властью и большими деньгами, и коммунисты, и демократы окрашиваются в один и тот же цвет - серый. 
Во времена СССР вся страна представляла собой единую замкнутую систему Военно-промышленных комплексов. За годы реформ структура отечественной промышленности практически не изменилась. 
Сегодня, только размещая экспортные заказы на предприятиях в том или ином месте, обеспечивая работой, а значит, и зарплатой сотни тысяч людей, можно управлять политической обстановкой любого субъекта федерации. 
Укрепляя вертикаль президентской власти, Путин не мог оставить в стороне столь мощный рычаг управления страной, как ВПК. Монополизировав торговлю оружием, Владимир Путин сделал первый шаг к восстановлению Военно-промышленного комплекса, а соответственно - единой хозяйственной системы страны. 
Первая попытка централизации Вся недолгая история становления российской демократии легко может быть рассмотрена через призму борьбы чиновничества за контроль над ВПК. После развала СССР военно-техническое сотрудничество воспринималось исключительно как "черная касса", которой Кремль пользовался для покупки своих сторонников. Этот же принцип господствовал и во всех остальных отраслях промышленности. Сегодня, похоже, верх берет иной подход. 
В этом смысле указ президента от 4 октября 2000 года можно считать всего лишь предвестником будущих перемен. Есть над чем подумать российским олигархам. Прежде всего нефтяным. 
В советские времена торговля вооружением официально считалась сверхприбыльной. На самом деле, от общей суммы экспорта, которая порой достигала 27 млрд. долларов, Госбанк в реальности получал не более 2 млрд. долларов. Остаток записывался в "долговую книгу", которую, судя по всему, России уже не суждено предъявить импортерам никогда. 
Тем не менее именно за счет дотаций и льготных поставок вооружений в наиболее "прогрессивные" страны с рассрочкой выплат на 30-40 лет СССР удавалось контролировать практически половину земного шара. Из 150 млрд. долга иностранных государств России, доставшегося нам с тех времен, 80 процентов суммы - неоплаченный экспорт вооружений. "Живыми" деньгами платили только страны Персидского залива. 
После бархатной революции в Восточной Европе, а также известных событий в Персидском заливе Россия к 1991 году лишилась не только одного из главных рычагов влияния на мировую политику, но и мощного валютного притока в госказну. Поэтому неудивительно, что первый Президент России Борис Ельцин в условиях тяжелейшего экономического кризиса поручил ускорить темпы проникновения на мировой рынок оружия. 
В те годы в России существовало почти три десятка государственных посредников, занимающихся экспортом оружия. Но при нестабильной политической ситуации и поголовном разгуле коррупции отношения между ними строились "по понятиям". Долго так продолжаться не могло, и 18 ноября 1993 года Борис Ельцин подписывает указ "1932-с о создании единственного государственного унитарного предприятия (ГУП) "Росвооружение". А для того, чтобы оградить новое госпредприятие от возможных "наездов", пунктом седьмым этого же указа обеспечение безопасности его деятельности возлагалось на Службу безопасности президента. 
Назначение помощника по вопросам обороны вице-премьера Владимира Шумейко генерала Виктора Самойлова первым директором "Росвооружения" можно считать официальным началом острой борьбы конкурентных политических группировок за контроль над его финансовыми потоками. 
При всем желании Виктора Самойлова наладить работу ГУП, его деяния ни к чему хорошему не привели. Впервые за 70 лет предстояло бороться за клиентов с равными конкурентами: США, Великобританией и Францией. А у перестраивавшей свою экономику России не было возможности дотировать, как прежде, свои поставки вооружений. 
Ситуацией воспользовались начальник Главного управления по военно-техническому сотрудничеству (ВТС) Министерства по внешнеэкономическим сношениям Александр Котелкин (генерал-майор ГРУ), его зам Борис Кузык и руководитель одного из отделов управления Сергей Свечников (также офицер ГРУ). 
Зная о закрепленной в указе президента "руководящей роли" СБП и Александра Коржакова, Котелкин добивается его аудиенции, после чего все трое переходят в штат СБП "научными консультантами". Имея неплохие познания и опыт ведения дел с иностранными партнерами, полученные во время работы в представительстве СССР в ООН, Котелкин приступает к разработке концепции новой государственной системы ВТС, которая вскоре кладется Борису Ельцину на стол. 
После недолгого изучения представленных документов в октябре 1994 года Ельцин снимает с должности директора "Росвооружения" Виктора Самойлова и назначает на его место Котелкина. Борис Кузык становится помощником президента по вопросам ВТС, а Сергей Свечников назначается руководителем Госкомитета по военно-техническому сотрудничеству (ГКВТС). 
В результате структурных реформ выстраивается жесткая вертикаль президентского управления экспортом вооружений. Все предприятия-спецэкспортеры отныне курировались ГКВТС и Государственным координационным межведомственным советом по военно-технической политике, который возглавил вице-премьер Олег Сосковец. Во главе новой пирамиды стоял сам президент. 
Что за комиссия? Сколько бы ни ругали Александра Котелкина за любовь к шикарной жизни и постоянной саморекламе в СМИ, надо отдать ему должное - при нем доходы от продаж оружия возросли практически в два раза. При этом сам директор "Росвооружения" постепенно превратился в олицетворение сверхуспешного руководителя. 
Не было и недели, чтобы в СМИ не появлялись хвалебные статьи с максимально позитивными прогнозами продаж ВВТ. По мнению Котелкина, общие доходы страны от экспорта ВВТ в среднесрочной перспективе можно было довести до 10 млрд. долларов в год. 
Резко улучшившееся финансовое положение компании не замедлило сказаться и на зарплатах сотрудников. По словам сотрудников, Котелкин никогда не скупился на премии и оплату наиболее ценных кадров своей команды, снискав себе славу "лучшего директора" во все времена. Что же касается его страсти к частому появлению на публике в белом мундире с позолоченным кортиком, сотрудники даже немного этим гордились, по-доброму называя его "наш Геринг". 
При Котелкине начинает формироваться "костяк" уполномоченных банков "Росвооружения". За членство в этом списке любой банкир готов был "отстегнуть" приличные комиссионные. Котелкин никого не обижал. В списке уполномоченных значились Инкомбанк, Менатеп, Национальный резервный банк и ОНЭКСИМбанк. Банкиры, видимо, тоже Котелкина не обижали. 
Кресло под Александром Котелкиным зашаталось накануне второго тура президентских выборов 1996 года. После того как Борис Ельцин изгнал из власти "много берущих и мало отдающих" Александра Коржакова, Михаила Барсукова и Олега Сосковца, казалось, что дни Котелкина на посту директора сочтены. Поэтому никто особенно не удивился, когда ни он, ни Борис Кузык не появились на проходящей в конце июня оружейной ярмарке "Евросатори-96". 
Сразу после победы на выборах Борис Ельцин поручает подготовить указ об увольнении Котелкина с поста директора "Росвооружения". Однако новый секретарь Совета безопасности Александр Лебедь, осознавший, как это может отразиться на финансовых показателях ВТС 1996 года (по словам сотрудников "Росвооружения", не без участия Александра Коржакова), уговаривает больного президента не торопиться. 
В это время две основные конкурирующие группировки в Кремле стремятся поставить на место директора госкомпании своего человека. "Сырьевики" под руководством Виктора Черномырдина двигали Георгия Хижу, а "либералы", Анатолий Чубайс с Борисом Немцовым, "толкали" маршала авиации Евгения Шапошникова. 
Ельцин, однако, не стал снимать Котелкина. Он всего лишь ликвидировал ГК по военно-технической политике, которым руководил Олег Сосковец, передав его в состав МВЭС и лишив статуса "президентского". 
Словно назло всем интригам "Росвооружение" в 1996 году ставит и сегодня никем не побитый рекорд. Доходы от продаж ВВТ по итогам года составили 3,56 млрд. долларов, из которых 2,12 млрд. долларов были получены "живыми" деньгами. Принимая во внимание такие достижения, Александру Котелкину можно было успокоиться относительно своего будущего. Но удар по нему был нанесен из Госдумы. 
С громким разоблачительным докладом перед депутатами выступил Лев Рохлин. В своем докладе, дезавуировавшем незаконные поставки Россией оружия в страны СНГ, он не преминул отдельно пройтись по "Росвооружению". Широкую известность получил эпизод с попыткой компании обходным путем продать Индии 24500 ракет к установкам "Град", изначально предназначенных для российской армии. 
Поднявшийся шум и многочисленные жалобы спецэкспортеров на явно завышенные (до 16%) комиссионные, получаемые "Росвооружением" с суммы каждого контракта, привели к появлению 20 августа 1997 года указов президента "907 и "908. Согласно указам для демонополизации рынка международных поставок оружия в России создавались еще два госпосредника. Первый, "Промэкспорт", должен был торговать излишками вооружения из запасов Минобороны, а также запчастями к уже проданной технике. А второй, "Российские технологии", - заниматься экспортом разрешенных оборонных технологий. 
Александр Котелкин был снят с должности. Новым директором назначается протеже альянса Виктора Черномырдина, Сергея Ястржембского и Якова Уринсона - глава МАПО-банка Евгений Ананьев. 
"МИГ"ом одним Ни один из директоров "Росвооружения" не заслужил такой дурной славы, как Ананьев. При нем экспорт российского оружия уже в следующем, 1997 году упал до 2,6 млрд. долларов (почти на миллиард). Более того, в богатейшей компании начались странные перебои с выплатами зарплаты сотрудникам, не говоря уже о лишении премиальных. Ананьев первым делом переводит счета "Росвооружения" в МАПО-банк, с поста председателя правления которого он и пришел в директорское кресло компании. 
Экономические потери государства по линии ВТС и "прокол" Якова Уринсона, заявившего о возможном переводе всех финансовых потоков "Росвооружения" на счета Федерального казначейства, настроили против Ананьева не только наиболее влиятельных кремлевских чиновников, но и олигархические группы, крутившиеся вокруг средств компании. 
В июле 1998 года Главное контрольное управление президента вместе со всеми спецслужбами (одной из которых, ФСБ, руководит Владимир Путин) начинает тотальную проверку деятельности компании. В результате к октябрю проверяющие накопали море компрометирующей информации по деятельности компании в 1995-97 гг. 
Евгению Ананьеву поставили в вину скандал с поставками в Индию истребителей "Су-30 МКИ", после чего индийцы предпочли договариваться о возможных покупках зенитно-ракетного комплекса "С-300 ПМУ-1" уже с "Российскими технологиями". Кроме того, Ананьева обвинили в развале МАПО МИГ. Правда, сам итоговый доклад проверки быстро засекретили и упрятали в сейф. 
Тяжелейший экономический кризис в России 1998 года и приход осенью нового правительства Евгения Примакова довершили дело. По словам сотрудников компании, Ананьев перестал заниматься своими обязанностями и ждал со дня на день отставки. 
"Росвооружение" просветили Юрий Маслюков, получивший в результате распределения обязанностей в новом правительстве контроль над ВПК и ВТС, сразу поспешил заявить, что субсидии от государства получат только предприятия с важными оборонными заказами для Вооруженных Сил, а также спецэкспортеры. Естественно, что заниматься ВТС с иностранными государствами должен был, по его мнению, собственный назначенец - представитель лобби ВПК. 
В качестве возможных кандидатур Маслюков предложил Евгению Примакову председателя Комитета по военно-технической политике Генштаба Виктора Миронова, статс-секретаря Минобороны Николая Михайлова и, как ни странно, собственного пресс-секретаря Антона Сурикова. 
Но оформившаяся тогда группировка выходцев из спецслужб, начиная от главы президентской администрации Николая Бордюжи до самого Евгения Примакова, имела на это счет собственное мнение. 
"Чекисты" видели на этом месте своих кандидатов: заместителя гендиректора "Росвооружения" Владимира Рябихина и начальника управления экономической разведки СВР Юрия Демченко. Маслюков не собирался сдаваться и вскоре предложил другие кандидатуры: главу "Спецвнештехники" Сергея Краснова и замдиректора "Росвооружения" Валерия Третьяка. 
После долгих консультаций премьер и его заместитель пришли к компромиссной фигуре. Новым руководителем "Росвооружения" стал заместитель секретаря Совета безопасности выходец из СВР Григорий Рапота. 
Ослабленный Примаковым Кремль не смог напрямую вмешаться в "разборку" вокруг "Росвооружения", но запасной вариант все-таки заготовил. Своим указом Ельцин создал Комиссию по ВТС с иностранными государствами при Президенте РФ. Ее председателем стал премьер-министр Евгений Примаков, а заместителями Юрий Маслюков и "семейный надзиратель" замглавы Администрации Президента Алексей Огарев (однокашник мужа Татьяны Дьяченко). 
Одним из первых действий новой команды стал перевод 90% всех счетов "Росвооружения" в подконтрольный ЦБ РФ (Виктору Геращенко) Внешэкономбанк. Но централизованный контроль за финансами принципиально не менял саму схему ВТС, состоящую из множества конкурирующих по демпингу посредников. Сбои в экспорте вооружений превратились из исключения в правило. 
Первым не выдержал начальник вооружения Минобороны Анатолий Ситнов. Он открыто подверг критике данную схему управления, предложив объединить всех госпосредников в один холдинг и запретить многочисленным предприятиям-спецэкспортерам самостоятельное заключение контрактов с иностранными государствами. Все функции генерального заказчика внутри России Ситнов предложил возложить на Министерство обороны, так как в любом случае предпродажной подготовкой экспортируемой техники и обучением иностранных специалистов занимается именно военное ведомство. 
Но централизация ВТС не устраивала кремлевских сидельцев. Единственное, чего сумел добиться Григорий Рапота, - это навести порядок внутри компании, освободив ее от большинства хитрым схем, по которым деньги утекали в неизвестном направлении. 
Абрамович и компания В мае 1999 года перед началом предвыборной компании в Государственную Думу Борис Ельцин снимает Евгения Примакова и назначает премьер-министром Сергея Степашина. Начинается зачистка "примаковцев" во власти. 
Григорий Рапота в первые дни работы нового кабинета добивается встречи с премьером и обращается к нему с просьбой об отставке. Степашин соглашается, но, так как никаких указаний сверху о замене директора "Росвооружения" не поступало, просит пока поработать. 
Прошло два с половиной месяца, прежде чем на эту должность был назначен Алексей Огарев - протеже Романа Абрамовича, благодаря чему дружественный Абрамовичу МДМ-банк немедленно получает счета компании. 
Но Григорий Рапота не выпадает из обновленной колоды правительства. Благодаря участию нового вице-премьера правительства петербуржца Ильи Клебанова бывший руководитель "Росвооружения" назначается главой Госкомитета по ВТС при Министерстве торговле. То есть осуществляет фактический контроль за экспортом оружия. 
Необходимость сосредоточения накануне серьезнейшей битвы за Думу и президентское кресло в 2000 году финансовых потоков в руках Кремля в очередной раз поставила вопрос об объединении всех госпосредников в единый холдинг под началом Огарева. Однако новому вице-премьеру, курирующему оборонно-промышленный комплекс, Илье Клебанову удается отстоять независимость "Промэкспорта". 
9 августа первым вице-премьером правительства указом Бориса Ельцина был назначен Владимир Путин. Этим же указом Сергей Степашин был освобожден от исполнения обязанностей премьера. И.о. главы правительства автоматически стал его первый заместитель. 
Как только Путин уходит "на повышение" и.о. президентом, а фактическим премьером становится Михаил Касьянов, Илья Клебанов начинает активнее заниматься вопросами экспорта вооружений. По его инициативе 28 апреля 1999 года Путин подписывает указ о слиянии так ничего и не добившихся самостоятельно "Российских технологий" и "Промэкспорта". Эту же участь Клебанов планирует и для подконтрольного Абрамовичу "Росвооружения". 
Глава "Промэкспорта" Сергей Чемезов начинает открыто выступать с предложением скорейшего объединения двух госпосредников в один холдинг. Руководителем холдинга он видит исключительно себя. Естественно, Алексей Огарев выступает категорически против. 
Перевес на стороне Огарева. Прибыль "Росвооружения" в десятки раз превосходит прибыль "Промэкспорта". Число покупателей устаревшей техники из запасников Минобороны, которой торгует "Промэкспорт", неуклонно сокращается. Поэтому с молчаливого согласия Ильи Клебанова, Сергей Чемезов начинает влезать в вотчину "Росвооружения" - самостоятельно вести переговоры с иностранными государствами о поставках новейшего вооружения. 
Параллельно Илья Клебанов убеждает Владимира Путина и нового "серого кардинала" секретаря Совета безопасности Сергея Иванова поскорее решить вопрос объединения торговцев оружием. 
Однако из-за обещания Борису Ельцину не трогать его людей минимум год после прихода к власти и нежелания идти на конфронтацию с Романом Абрамовичем Владимир Путин поступает хитрее. Он поручает председателю Счетной палаты Сергею Степашину начать полномасштабную проверку "Росвооружения" и "Промэкспорта" с целью накопать достаточно аргументов и "мягко" провести нужное решение. 
Осознавая близкий конец карьеры Алексея Огарева в "Росвооружении", Роман Абрамович готовит нового старого претендента на пост директора - Алексея Котелкина. Котелкин уже некоторое время трудится в "Росвооружении" в качестве главного советника Огарева. В свою очередь Илья Клебанов продвигает на этот пост единого госпосредника Григория Рапоту. 
В середине сентября этого года Клебанов предпринимает очередную попытку наступления. Вместе с министром промышленности науки и технологий Дондуковым он подготовил письмо Михаилу Касьянову с предложением скорейшего объединения госпосредников. 
Параллельно запускается громкая PR-компания в СМИ, рассказывающая о конкуренции "Росвооружения" и "Промэкспорта" на основе демпинга, приносящего России колоссальные убытки. Однако Касьянов, симпатизирующий Абрамовичу, с письмом ознакомился, а решения принимать не стал. Шансы на победу в этой подковерной битве оставались у обоих конкурентов... 
ВВП взял ВПК 26 октябряСтепашин представил все данные проверки госпосредников Путину. Теперь можно было действовать "красиво", как это было принято делать в Первом главном управлении КГБ. В очередной раз Путин продемонстрировал собственную независимость в кадровых решениях. 
Зная о возможных кандидатах на новое место с обеих сторон, он, как всегда, поступил по-своему. Благодаря деятельности Совета безопасности, просканировавшего весь возможный список кандидатов, была найдена оптимальная кандидатура Андрея Бельянинова - заместителя Сергея Чемезова, выходца из СВР. 
На 28 октября было назначено очередное заседание Комиссии по военно-техническому сотрудничеству. Несмотря на то что накануне итоги работы обоих госпосредников были признаны неудовлетворительными, Михаил Касьянов и Алексей Огарев вновь попытались отстоять самостоятельность "Росвооружения", действуя через "семью". 
Тем временем Сергей Иванов уже подготовил Путину все необходимые обоснования для объединения двух госпосредников в совершенно новое госпредприятие. На просьбу Ельцина пока не делать этого Владимир Путин пообещал "подумать". Хотя окончательное решение было уже принято... 
Утром 4 октября Сергей Иванов вышел из кабинета Путина с новым указом о создании на базе "Росвооружения" и "Промэкспорта" нового федерального государственного унитарного предприятия "Рособоронэкспорт". Оба директора объединяемых госпосредников, Чемезов и Огарев, были отправлены в отставку, а функции, ранее возложенные на Минпромнауки и технологий, были переданы Министерству обороны. 
Правда, военные радовались недолго. Впервые за всю историю ведомства заместителем министра обороны - куратором экспорта вооружений - стал кадровый чекист генерал-лейтенант СВР Михаил Дмитриев. 
Через две недели Владимир Путин своим указом "1879 утвердил новый состав Комиссии по ВТС, главой которой назначил самого себя. Таким образом, весь экспорт вооружений вернулся под контроль президента. "
631e1fcac8dc17991f13cb1db2038ef8.gif

Ссылки

Источник публикации