Война спецслужб "разделение властей"

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


"ФСКН прослушало разговоры Сечина с генпрокурором Устиновым. Прослушку якобы положили перед Путиным"

Оригинал этого материала
© "Новая газета", origindate::11.10.2007, Фото: ИТАР-ТАСС, Большой брат слышит тебя

Война спецслужб - это наше "разделение властей". Одни шепчут в правое ухо президента, другие - в левое

Юлия Латынина

Converted 25320.jpg Есть главный принцип спецслужб: если тебе есть что сказать, молчи. Сказать нечего - молчи тем более. Есть главный принцип кремлевских кланов: никогда не обращайся к публике. Обращайся к президенту. Обращение к публике есть свидетельство нелояльности и признак того, что к президенту не пустили.

Опубликовав в "Коммерсанте" статью о войне спецслужб, генерал Черкесов нарушил сразу оба принципа. Зачем - бог весть. Ему бы Хармса нанять писать это письмо или, в крайнем случае, Шендеровича. Постмодернисты должны этот текст о "корпоративном духе" и "чекизме" вставить в рамочку и повесить на стенку вместо "Черного квадрата".

Рискну напомнить некоторые моменты, предшествовавшие созданию этого философского текста.

Началось с того, что два могущественных кремлевских клана, один из которых обычно ассоциируется с именем замглавы администрации президента Игоря Сечина (и главы ФСБ Николая Патрушева), а другой - с именами главы ФСКН Виктора Черкесова и начальника службы безопасности президента Виктора Золотова, сцепились из-за предполагавшегося назначения близкого Черкесову Шамахова главой таможни.

Начались уголовные дела; кланы стали "хлопать" друг у друга вагоны и отбивать конфискованное с ОМОНами. Дрались страшно, но совершенно тихо. Среди самых заметных эпизодов, широко обсуждавшихся в узких кругах: арест в Находке партии китайского ширпотреба, направленной непосредственно в адрес секретной части, являвшейся отделом снабжения ФСБ (партию товара получал по действующему удостоверению сотрудник ФСБ), и обыск у одного из крупнейших дельцов от таможни, в ходе которого бриллианты изымали на вес. "Подарок теперь, понимаешь, подарить нечем!" - сокрушался объект обыска.

Считается, что именно в ходе этой войны ФСКН приобрела оборудование, которое, в частности, прослушало разговоры Сечина с его могущественным родичем и союзником генеральным прокурором Устиновым. Прослушку якобы положили перед Путиным.

Путину, говорят, не очень понравились рассуждения о том, что, мол, президент у нас слабоват и что Устинов будет лучшим президентом. Устинов был уволен.

Уволены были в конце прошлого года и несколько генералов ФСБ. Впрочем, еще спустя несколько месяцев они находились на своих постах, не сочтя нужным выполнять президентский приказ.

Тогда же ожесточенная драка вспыхнула в недрах МВД. Между начальником Департамента экономической безопасности Сергеем Мещеряковым (считавшимся ставленником Сечина) и замминистра Новиковым (считавшимся ставленником Золотова). Подробности этой драки остались непубличными, но устойчивые слухи утверждают, что арестованная в ходе драки помощница Мещерякова дала под "психотропкой" подробные показания о расценках услуг департамента. По итогам драки оба фигуранта были уволены со своих постов и оба получили другие посты - почетные, но маловлиятельные.

И вот теперь - с арестом генерала Бульбова и уж тем более письмом Черкесова - война впервые вышла на поверхность.

Что бросается в глаза?

Во-первых, неравенство сил. С одной стороны - Игорь Сечин, не первое лицо в государстве, но и не второе, с другой - какое-то коллективное руководство.

Во-вторых, абсолютная непечатность предмета спора. Это довольно забавно, когда читаешь у Черкесова о "чекизме" и "корпоративности", а спор идет о контроле над потоками контрабанды и о том, кто лучше заморочит мозги президенту.

В-третьих, бросается в глаза, что война давно бы кончилась, если бы президент каждый раз не поддерживал слабейшую сторону. Он сам заинтересован в войне как в инструменте взаимного доносительства. Война спецслужб - это то, что у нас вместо разделения властей. Это способ президенту быть осведомленным.

А еще - и это самое главное - трудно желать победы какой-то одной стороне. И вовсе не потому, что они делят таможню или дерутся под ковром. А потому, что их ведомства еще до этой войны подверглись злокачественному перерождению. Чем занимается один клан? Дележкой "ЮКОСа". Делом Гуцериева. Радостными рапортами о раскрытии терактов на саммитах в Сочи, Санкт-Петербурге и Самаре. Чем занимается другой клан? [page_21577.htm Об этом смотри соседнюю статью.]

Если один из крокодилов слабее - это еще не повод любить его, такого слабого и такого зелененького. Когда в Мордоре два отряда орков сражаются за мифриловую кольчужку Фродо - на чьей стороне наше сочувствие?

Дело №...

Уголовным делом о контрабанде мебели, поступавшей в магазины «Гранд» и «Три кита» с октября 2000 года, занимались в Следственном комитете при МВД. Группа под руководством следователя Павла Зайцева провела обыски и допросы. В ноябре 2000 года свидетель Владимир Бурков в своих показаниях упомянул Евгения Жукова — помощника замдиректора ФСБ Юрия Заостровцева. В тот же день допросили и самого Жукова. Через несколько часов дело срочно затребовали в Генпрокуратуру. 7 мая 2001 года следователь Попов прекратил его «за отсутствием состава преступления». Госдума потребовала возобновить расследование, особо активную позицию занял депутат Юрий Щекочихин (зам главного редактора «Новой»). Но дело реанимировали только 26 марта 2002 года после личного вмешательства Владимира Путина. В апреле дело принял к производству знакомый президента, замначальника отдела прокуратуры Ленинградской области Владимир Лоскутов. Однако первые аресты состоялись после смены руководства Генпрокуратуры в июне 2006 года.

Уголовное дело № 290724 о контрабанде китайского ширпотреба в адрес в/ч 54729 возбуждено в апреле 2005-го Следственным комитетом при МВД. Часть 54729 обслуживает центральный аппарат ФСБ. Контрабанду получал сотрудник со служебным удостоверением ПЖ № 066631. 7 апреля 2005 года Генпрокуратура затребовала дело для передачи в ФСБ. Только в августе 2006-го дело удалось вернуть в Генпрокуратуру. По совпадению, с тех пор, как дела вошли в активную фазу, в отставку отправились: замдиректора ФСБ Владимир Анисимов, замдиректора ФСБ Сергей Шишин, замначальника Службы экономической безопасности ФСБ Сергей Фоменко.

***

Оригинал этого материала
© "Новая газета", origindate::11.10.2007

Скандал в президентском гареме

Стремление Виктора Черкесова усилить собственное влияние привело к арестам в наркоконтроле

Роман Шлейнов

Соратники Владимира Путина ведут себя, как ревнивые жены в гареме. Они не терпят, когда кто-то из них бывает у президента слишком часто, и, как только появляется «любимая жена», тут же начинают демонстрировать грязное белье соперницы.

Глава наркоконтроля Виктор Черкесов — питерский чекист и старый знакомый Путина — добился того, что наркополицейские занялись оперативным сопровождением дела «Трех китов» и дела о контрабанде китайского ширпотреба, в которых замечены многочисленные высокопоставленные госслужащие, в том числе сотрудники центрального аппарата ФСБ. Черкесов напрямую докладывал президенту о подоплеке громких уголовных расследований и тем самым усилил свое влияние. Полномочия лично от президента по уголовным делам, затрагивающим спецслужбы, — это большой ресурс, а непосредственное информирование первого лица о том, что происходит, — настоящее счастье, поскольку интерпретация событий во многом зависит от рассказчика.

Доклады Виктора Черкесова грозили перерасти в тысячу и одну ночь, и остальные обитатели «гарема», интересы которых страдали от столь регулярных донесений, почувствовали беспокойство. О Черкесове заговорили как о претенденте на пост главы Совета безопасности, кроме того, как мы уже сообщали, летом этого года бывшие его подчиненные переместились в ключевые департаменты МВД: Сергей Деревянко стал замначальника Департамента собственной безопасности, а бывший начальник наркоконтроля по Ивановской области Юрий Шалаков — первым замом начальника Департамента экономической безопасности. Между тем за эти высоты бились люди давних соратников Владимира Путина: замглавы президентской администрации Игоря Сечина и первого вице-премьера Дмитрия Медведева (подробнее [page_20656.htm «Новая газета» № 30, «Доносчики снарядов»]).

Понятно, что «старые жены» не пришли в восторг от очередного президентского увлечения. На свет извлекли грязное белье. Последовал арест генерала наркополиции, начальника Департамента оперативного обеспечения Александра Бульбова и еще трех человек.

Анонимные письма об Александре Бульбове начали поступать в редакции московских газет с осени прошлого года ([page_21559.htm частично текст одного из них — на сайте «Новой»]). В них содержались обвинения в его адрес, которые невозможно приводить без проверки и достаточных доказательств, но карьерный путь генерала заставляет предположить, что он многим обязан Виктору Черкесову. В 1993 году подполковник Бульбов был замом начальника отдела ВКР Министерства безопасности России в/ч 41187 (контрразведывательное обеспечение воинских частей военно-строительного управления Минобороны). Он принял участие в известных событиях на стороне защитников Белого дома, познакомился с Александром Руцким, которого мятежный Верховный совет назначил исполняющим обязанности президента. После падения Верховного совета Бульбова обвинили в организации захвата оружия, но дело прекратили по амнистии. С 1996 года он был помощником депутата Госдумы. В 2000 году перешел работать в аппарат полпреда президента Виктора Черкесова. Когда в 2003 году Черкесов возглавил наркоконтроль, Бульбов последовал за ним. Позднее, когда президент дал Черкесову возможность оперативно сопровождать громкие уголовные дела, не имеющие отношения к наркоторговле, Александру Бульбову поручили это направление.

Проблема в том, что в законе ничего не сказано насчет вмешательства президента в уголовные дела, и речи нет о том, что наркоконтроль может следить за спецслужбами. А люди Черкесова, воодушевленные тем, что информируют первое лицо, прослушивали «спецсубъектов» — сотрудников ФСБ.

С другой стороны, если в делах замешаны спецслужбы, правоохранительные органы и таможня, кто, кроме Владимира Путина, может разрешить этот конфликт? И кому поручать оперативное сопровождение, если в драке участвуют почти все?

— В системе отношений, которая не регулируется законом, а зависит всецело от того, что позволят свыше, у людей, наделенных большими полномочиями, возникает иллюзия избранности, — размышляет генерал госбезопасности, пожелавший остаться неназванным. — Одни «избранные» по тем или иным причинам решили, что они могут участвовать в контрабандных схемах, другие — что им позволено действовать вне закона, информируя президента. В отсутствие каких-либо ограничений и четкого регламента нет никакой гарантии, что и те, и другие «избранные» не будут использовать ситуацию в сугубо личных целях.

Публичное заявление главы наркоконтроля в «Коммер-санте» (№ 184) о «чекистском крюке» и касте, которая призвана спасти общество и потому должна избегать разрушительных внутренних конфликтов, по мнению эксперта, свидетельствует, что Черкесов стал жертвой собственного представления об избранности.

Бывший генеральный прокурор Юрий Скуратов не согласен с таким подходом.
— Я думаю, Черкесов в чем-то прав. Публичное объяснение — это мужественный поступок и непростой шаг. По моим данным, его подчиненные действовали в рамках поручения президента по делу «Трех китов», и обеспокоенность главы наркоконтроля мне понятна, — объясняет Скуратов. — Некоторые обвинения в адрес его сотрудников мне кажутся сомнительными, как и основания для заключения их под стражу.

И все же бывший генпрокурор полагает, что речь идет о противостоянии более крупных фигур, и ставка в этой борьбе — влияние на президента.

— Люди Черкесова сопровождали дела «Трех китов» и китайской контрабанды. Связи по этим делам тянутся в ФСБ. Что касается контрабанды китайских товаров, я направлял депутатский запрос руководству ФСБ по этому делу, поскольку товары шли в адрес воинской части, обслуживающей ФСБ, — делится мыслями генерал-майор госбезопасности, депутат Госдумы Алексей Кондауров. — Не исключено, что, подчиненные Черкесова, используя прослушку, вышли на достаточно высокий уровень.

Получить право заниматься этими делами Виктор Черкесов мог только от президента, полагает депутат, поскольку они находятся вне сферы борьбы с наркотиками, а стало быть, кто еще, кроме Владимира Путина, мог дать руководителю наркоконтроля такие полномочия? Следовательно, о результатах работы Черкесов докладывал тоже президенту и попал в большой конфликт между силовыми элитами. Выслушав отчеты, президент начинал действовать: отправил в отставку несколько генералов спецслужб.

В Следственном комитете при Генпрокуратуре, где занимаются делами «Трех китов», китайской контрабанды, а теперь еще и делом генерала Александра Бульбова, убеждены, что действуют обоснованно. На Лубянке к заявлениям Черкесова относятся скептически. Бывшие сотрудники полагают, что доверие президента (который предпочитает черпать информацию из разных, иногда враждующих между собой источников) предоставило главе наркоконтроля возможности, которыми он попытался максимально воспользоваться. Офицеры настаивают, что сотрудников ФСБ прослушивали без законных оснований. А результаты оперативной работы могли быть интерпретированы как угодно.

Впрочем, бывшие сотрудники ФСБ призывают смотреть на ситуацию шире и оценить, каким силам выгодно противостояние в лагере силовиков и кто подталкивает тех или иных представителей президентского окружения на опрометчивые шаги.