Вор должен сидеть в тюрьме, если не может платить

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Оригинал этого материала
© "Литературная газета", origindate::12.04.00, Фото: "Профиль"

Вор должен сидеть в тюрьме, если не может платить

Леонид Черных

Converted 10478.jpgЗа двадцать лет Владимир Борисович Рушайло прошел путь от рядового опера до министра внутренних дел, пережив лишь одно досадное падение. Это когда в 1996 году его отстранили от руководства московским РУОПом. Но дружба с олигархами помогла Рушайло не спиться на заштатной должности советника спикера Верхней Палаты парламента и на белом коне въехать в министерский кабинет на Житной. Понятно, что дорога к креслу главного милиционера страны не была усыпана розами. Попробуем разобраться, что же конкретно предопределило карьерный взлет одного из нынешних ключевых силовых министров России.

Откуда есть пошли "шабаловские"

Рушайло был одним из пионеров борьбы с организованной преступностью. В конце 80-х после многочисленных публикаций в прессе о ворах в законе и их похождениях при МУРе решено было создать соответствующий отдел. Возглавил новую структуру Гафар Хусаинов, а Рушайло стал его замом. Вскоре опера отпраздновали первую крупную победу: в ходе мощнейшей всесоюзной операции была накрыта банда фальшивомонетчиков под предводительством известного авторитета Муромцева.

Через три года плодотворной работы муровский отдел преобразовали в Региональное управление по организованной преступности (РУОП), и Рушайло встал у его руля. Советский Союз к этому времени приказал долго жить, надвигались вслед за диким кооперативным движением рыночные разборки, накрывшие страну кровавой волной заказных убийств и бандитских "стрелок". И РУОПовские "маски-шоу" стали одной из примет той лихой эпохи накопления первоначального капитала, такой же как малиновые пиджаки, бритые затылки, голда и контрольные выстрелы в голову из пистолетов ТТ. Московскому РУОПу определили место на Шаболовке, в здании бывшего Октябрьского райкома КПСС. Неуклюжая аббревиатура прижилась быстро.

Рушайло выбрал самую верную тактику. Если МУР по старинке старался не афишировать свои успехи, то Владимир Борисович наоборот принялся активно дружить с прессой. Заложники освобождались пачками, воровские сходки разгонялись десятками, и все эти подвиги в выгодном свете обнародовались в СМИ.

Чтобы придать большую убедительность своим спецмероприятиям Рушайло проллобировал в МВД организацию при РУОП группы силовой поддержки, которую окрестили Специальным отрядом быстрого реагирования (СОБР). После этого чуть ли не каждая операция "птенцов" Рушайло стала показательной прежде всего для журналистов, а захваты различных негодяев разрешено было проводить крайне жестоко. В милицейскую моду прочно вошли пятнистый камуфляж и черные маски.

Но несмотря на пиаровские усилия Владимира Борисовича поголовье бандитов на постсоветском пространстве не уменьшалось. Большинство "чисто конкретных" ребят после задержания и формальной отсидки в милицейских обезьянниках преспокойно продолжали "крышевать" на свободе. Не обладая прежде всего доказательной базой, следователи вынуждены были отпускать "крутых" на волю. Тогда руоповцы взяли на вооружение жегловские методы и принялись подбрасывать криминальным авторитетам наркоту, оружие и патроны. После чего "солнцевские", "измайловские", "таганские" и прочие бандиты действительно стали откровенно побаиваться "шаболовских". Именно на этом этапе РУОП стал напоминать "крышу". Причем "крышу" легализованную, с методами работы, присущими только элитным спецслужбам.

А Рушайло строил грандиозные планы и мечтал создать реальную альтернативу КГБ/ФСБ. РУОП по его понятиям должен был стать аналогом американского ФБР. Без серьезных денежных вливаний этого достичь не представлялось возможным. Но на финансовую помощь государства мог рассчитывать только идиот, коим Рушайло никогда себя не считал. И тогда Владимир Борисович решает творчески развить учение своего кинонаставника Жеглова:"Вор должен сидеть в тюрьме,... если не может платить".

Сытый "Папой"

Вот уже два года без движения в Генпрокуратуре РФ пылятся материалы служебного расследования, проведенного Управлением собственной безопасности МВД РФ (№ 31-57-98 от 6 мая 1998 года). Называется многостраничный труд так: "О злоупотреблениях бывших руководителей Московского РУОП в использовании средств благотворительного Фонда "Содействие социальной защите профессиональных групп повышенного риска". Указанный Фонд в свое время являлся неофициальной кассой милицейского спецподразделения, созданного Рушайло. А те, с кем были призваны бороться руоповцы, обычно называют такие кассы "общаками". В этих материалах - трагедия Рушайло. Не материальная, моральная. Поскольку нарушил он однажды великую заповедь: не верь, не бойся, не проси.

Все началось с того, что в 1993 году в кулуарах здания бывшего Октябрьского райкома КПСС на Шабаловке появились некто Александр Качур и малоизвестный тогда банкир Александр Смоленский. Эта "сладкая парочка" и предложила Рушайло создать специальный Фонд для материальной поддержки постоянно рискующих жизнью бойцов РУОПа. Гуманная идея была встречена с восторгом. Благо желающих сброситься( в том числе и будущих олигархов) и жить спокойно было хоть отбавляй. Директором Фонда стал Качур. А Смоленский занял скромную, но почетную должность члена попечительского совета.

И дело пошло. Только по официальным финансовым документам за три с половиной года на счета Фонда "Содействие социальной защите профессиональных групп повышенного риска" упало 16, 4 млрд. рублей (старыми) и 1, 8 млн. долларов. Счета Фонда, кстати, были открыты в принадлежащем Смоленскому банке "Столичный".

Если взглянуть на перечень коммерческих структур, перечислявших деньги в руоповскую кассу, то среди них можно обнаружить те, которые со временем стали называться олигархическими: "Российский кредит", "Альфа-банк"(с этим банком Авена-Фридмана Рушайло по сей день поддерживает теплые отношения), "Промрадтехбанк" и др.

Любопытно также, что до 1997 года столичный РУОП не имел своей финчасти. Денежное и хозяйственное обслуживание, явно недостаточное, этого милицейского подразделения осуществлялось через ГУВД Москвы. Благотворительный Фонд и был призван восполнить этот досадный пробел. И благосостояние спецслужбы Рушайло начало расти день ото дня.

Так в РУОПе появилась самая лучшая в системе ГУВД и, притом, бесплатная столовая. Бойцы стали регулярно получать дополнительные премии и материальную помощь. Обшарпанное райкомовское здание вскоре напоминало офис богатой коммерческой фирмы. Здесь появились новая мебель, современная оргтехника и даже спортивные тренажеры. Значительно обновились автопарк, амуниция, средства связи. Словом, о своих "птенцах" Рушайло заботился по-отечески. Поэтому и прозвали его на Шабаловке "Папой"

Кто скажет, что это плохо? Все скажут, что это хорошо? Воин-защитник правопорядка не должен чувствовать себя ущербным перед бандитом. Все правильно. Вот только одна неувязочка: оплачивали-то "социальную защиту" московского РУОПа как раз те, кого Рушайло и его подопечные обязаны были ловить и сажать.

Сотрапезник олигархов

Странностей в функционировании Фонда было много. К примеру, самыми "обездоленными" в РУОПе руководство этой благотворительной организации (Качур и Смоленский) почему-то всегда считали Владимира Борисовича и его ближайших помощников и замов. Деньги руоповскому начальству выдавлись под отчет, а затем списывались. Так лично Рушайло получил 130 млн. рублей только на протокольные и представительские расходы. Его помощники Орлов, Соколов, Пухов, Кудинов на те же цели израсходовали в общей сложности 660 млн. рублей.

Протокольные мероприятия включали в себя проведение застолий с друзьями и партнерами-благотворителями, покупку цветов, парфюмерии, дорогих сувениров. В частности, на выделенные из Фонда деньги лично Владимир Борисович оплатил аж 10 банкетов, приобрел зачем-то макет корабля "Баунти" да еще две скульптурные композиции "Волк" и "Жеребец", каждая стоимостью почти по пять миллионов рублей. Напомним для сравнения, что официальная годовая зарплата рядового милиционера в то время составляла 15 млн. рублей.

Кроме этого, руководители и попечители Фонда, как следует из материалов служебного расследования УСБ МВД РФ, грубо нарушали инструкцию Госналогслужбы РФ по применению Закона "О подоходном налоге с физических лиц". Дело в том, что подоходный налог с денег, получаемых руоповцами из Фонда, никем не взимался. И за три с половиной года набежала приличная сумма в 500 тысяч рублей (деноминированных). Это не считая штрафов и пени за несвоевременную уплату налогов в госбюджет.

А вот факты совершенно удивительные. На деньги так называемого благотворительного Фонда Александр Качур регулярно проводил выездные заседания членов попечительского совета (читай основных спонсоров московского РУОПа) в одном из лучших и дорогих московских рыбных ресторанов "Сирена-1". "Кошелек" Рушайло щедро поил и кормил в этом фешенебельном заведении таких небедных людей, как Березовский, Ходорковский, Невзлин, Потанин и, конечно, же Смоленский, и не менее щедро он оплачивал их ресторанные счета из средств, отпущенных самими же едоками на "социальную защиту профессиональных групп повышенного риска". Впрочем, будущих олигархов ведь тоже можно было с полным правом отнести к "группе риска". Какие конкретно решались "вопросы благотворительности" при свечах да под балычок - история умалчивает. Но то, что на этих встречах нередко присутствовал Рушайло собственной персоной - факт бесспорный. Так и перезнакомился Владимир Борисович со всей "семибанкирщиной".

И не мог начальник московского РУОПа не знать, что к тому времени Следственный Комитет МВД РФ против главного инициатора-организатора руоповского Фонда Александра Смоленского уже несколько лет ведет уголовное дело по факту хищения им 32 млн. долларов.

"Воздушные" миллиарды олигарха Смоленского

Уголовное дело № 81684 (14238) в отношении господ банкиров Нахмановича Л. А. и Смоленского А. П. было возбуждено еще 28 октября 1992 года отделом по экономическим преступлениям 6-го РУВД Центрального административного округа г. Москвы. И только 14 января 1999 года по указанию Генпрокуратуры РФ [page_9586.htm дело Нахмановича № 144103] выделили в отдельное производство, в связи с тем, что один из главных фигурантов - банкир Смоленский долгое время уклонялся от допросов, а затем и вовсе выехал на неопределенное время в Австрию на лечение, оно было окончательно расследовано и передано в суд в начале марта этого же года. Хотя эти два дела, почти как близнецы-братья.

Из обвинительного заключения по делу № 144103 о краже 32 миллионов долларов:"Для совершения хищения Нахманович и Смоленский использовали собственное служебное положение руководителей крупных коммерческих банков... Так, Нахманович, используя положение руководителя Джамбульского коммерческого банка, дал указание подчиненным ему сотрудникам изготовить подложное кредитовое авизо Р N 05355063 и фиктивное распоряжение N 224 от 11 мая 1992 года на сумму 3 млрд. 838 млн. 400 тыс. 400 рублей. Смоленский, используя положение руководителя АКБ "Столичный", способствовал беспрепятственному принятию к зачету фиктивного распоряжения N 224, обеспечил доставку поддельного авизо в РКЦ, сотрудники которого зачислили 3 млрд. 838 млн. 400 тыс. 400 рублей на корреспондентский счет АКБ "Столичный". Получив таким образом реальную возможность распоряжаться похищенными денежными средствами, Нахманович и Смоленский, используя заранее составленные ими фиктивные банковские документы, конвертировали рубли в доллары США и распорядились ими по своему усмотрению..."

И еще на одном из первых допросов 27 декабря 1992 г. Лев Нахманович красочно описал как проворачивалась примитивная банковская афера:

"23 апреля 1992 года, когда мы со Смоленским подписывали договор об открытии корсчетов, он...ответил предложением "сделать" деньги через поддельное авизо, дословно: "Давай изобретем фуфел". Я ответил, что подумаю... Обдумывая это предложение, я также вспоминал, что Смоленский говорил: "При нынешнем бардаке этот воздух не сквитуется", т.е. не будет установки Центральным банком источника его происхождения... В итоге я согласился на это предложение... Потом мы встретились со Смоленским в его кабинете, обговорили этот "вариант"... Он мне обещал, даже гарантировал изъять это авизо после проводки из расчетно-кассового центра Центробанка России. Дословно он сказал: "У меня есть мальчик, который сделает это в лучшем виде...".

Потом Нахманович несколько лет скрывался от следствия за границей. А Смоленский и его адвокаты в Москве максимально использовали все подковерные механизмы, чтобы дело замять, спустить на тормозах, в унитаз, куда угодно. Но в сентябре 1997 года Нахманович (уже владелец виллы в Италии и любитель спокойной европейской жизни) был задержан швейцарской полицией, а в апреле 1998 годна экстрадирован в Россию.

Обещанный Смоленским "мальчик" так и не сделал "все в лучшем виде". Уличающие банкиров документы попали в уголовное дело.

Обескураженный Нахманович на допросах стал заявлять(как советовали адвокаты Смоленского), что якобы российское и казахское правительства между собой давно урегулировали вопрос признания задолженности Казахстана перед Россией, в том числе таким образом были прощены и его "воздушные " 3,8 млрд. рублей. А следовательно его уголовное дело и яйца выеденного не стоит. Однако в материалах дела имелось письмо заместителя директора юридического департамента Центробанка РФ Б.Костюхина :"главный центр информатизации Банка России не располагает информацией о проведении переговоров с казахской стороной по вопросу признания задолженности Республики Казахстан, образовавшейся вследствие совершения Джамбулским коммерческим банком незаконной финансовой операции...", что дезавуировало все попытки Левы уйти от ответственности.

Представьте себе бланк банковского перевода на сумму 38 миллионов 400 тысяч 400 рублей: "38 400 400". Нахманович поступил решительно и просто. Он приказал своей сотруднице в Джамбуле допечатать на пишущей машинке перед цифрами "38 400 400" еще две цифры 38. Получилось "38 38 400 400" - то есть 3,8 миллиардов рублей ...

Факт подделки авизо подтвердила технико-криминалистическая экспертиза еще в ноябре 1992 года. Оперативники изъяли тогда же из Джамбульского банка и пишущую машинку "Роботрон", на которой печатались "воздушные" миллиарды. По сей день она хранится в качестве вещдока.

Вот так делались в России состояния. Из Джамбульского банка в Казахстане ушли "воздушные" миллиарды, а на корсчет ДКБ в банке "Столичном" из РКЦ пришли реальные российские деньги.

Затем Смоленский с Нахмановичем не придумали ничего лучшего как переправить 25 милионов долларов в австрийский банк "АБН-АМРО" на счет фирмы "ГС Финанц унд Фермегенсфервальтунг", которая принадлежала жене Смоленского Галине, а распорядителем этого счета фактически был сам Александр Павлович. И на распоряжениях о переводе денег из "АБН-АМРО" в другие западные банки неосторожный олигарх собственноручно сделал записи, для кого именно и в каком размере направить деньги...

Словом, состав преступления был налицо еще в 1992 году. Возможно, поэтому в 1998 году банк СБС-Агро вдруг признал, что шесть лет назад ошибочно "одолжил" у Центробанка РФ 3 миллиарда 838 миллионов рублей по "воздушному" авизо и возместил ущерб, перечислив государству 28,5 млн. (деноминированных) рублей. Правда, случилось это радостное событие аккурат через четыре дня после того, как беглый Лев Нахманович был этапирован из Швейцарии в Россию. Да и полным возмещением ущерба это назвать сложно, поскольку украдено по тем ценам было 32 млн. долларов, а вернули по нынешним всего около 4 млн. долларов.

Вот скажите на милость, мог ли хоть небольшой, но милицейский начальник Рушайло на протяжении трех с половиной лет не знать об этих прегрешениях своего основного спонсора Смоленского? Наверняка знал, но спокойно принимал от банкира благотворительные взносы в руоповский Фонд, ужинал с ним в ресторане "Сирена-1", размещал средства Фонда в банке "Столичный"... И неужели Александр Павлович ни разу не просил Владимира Борисовича "решить свой вопрос" в обмен на щедрое решение "вопросов благотворительности"?

"Зачистка" МВД под Рушайло

А уже в наши дни произошло следующее. От работы в режиме накопления материалов в Генпрокуратуре РФ и Следственном Комитете МВД РФ во время премьерства Примакова наконец приступили к их решительной реализации. И газеты взорвались сенсационными сообщениями о фальшивых авизо банкира Смоленского, о деле "Аэрофлота", об аресте одного из основателелей ОНЭКСИМ-банка Кошеле... Перед многими нашими миллиардерами, чьи фамилии в последние годы мелькали на страницах журнала "Форбс" в списках самых богатых людей планеты, реально замаячила безрадостная судебная перспектива.

Но "колпак" Примакова оказался менее прочным, чем хотелось бы того общественному мнению. После скоропостижной отставки Примуса громкие дела олигархов начали почему-то опять тормозиться, разваливаться в судах, арестованные начали выходить на свободу под залог.

Этот откатный процесс сопровождался небывалой кадровой бурей в силовых ведомствах. Тушить пожар беспрецендентной оперативно-следственной активности в МВД были призваны вечно преданный президенту Степашин и Рушайло, на ФСБ бросили верного Путина, и.о. Генпрокурора стал покладистый Устинов. Честные и принципиальные следователи оставались не у дел, продажные или просто равнодушные пошли на повышение. А все "рокировочки" планировались в Кремле, и только с одной целью - задушить следствие по громким делам "семейных кошельков".

И особенно кремлевским обитателям пришлось потрудиться при спуске на тормозах уголовного дела о махинациях с фальшивым авизо Александра Смоленского.

В апреле 1999 года без всяких объяснений по распоряжению президента Б. Н. Ельцина был отправлен в отставку начальник Следственного комитета МВД РФ Игорь Кожевников. С этим генералом людям Смоленского никак не удавалось "договориться". 5 апреля, днем заместитель Генпрокурора РФ Михаил Катышев дает санкцию на арест гр-на Смоленского А. П., а вечером в нарушение всех мыслимых законных норм об этом сообщают по телевидению. Смоленский услужливо предупрежден. О том, что подписана санкция на его арест знали всего 4-5 человек из числа руководства МВД и Генпрокуратуры. В их числе - тогда еще министр МВД С. Степашин и его первый зам Владимир Рушайло. В этот же день Генпрокурора Юрия Скуратова вынуждают написать заявление о "добровольной" отставке. 7 апреля заместителя Генпрокурора М. Катышева, который утвердил обвинительное заключение по делу Нахмановича-Смоленского, а также по делу "Аэрофлота" отстраняют от курирования Главного следственного управления Генпрокуратуры РФ. Затем "свои люди" в МВД поручают следователю Владимиру Вдовину принять к производству уголовное дело Смоленского. Этот следователь известен тем, что с 1992 года, с момента возбуждения этого дела N 81684 (14238), героически изображал трудовой подвиг и затягивал расследование. Теперь ему вернули дело. Видимо, для дальнейшего затягивания. 20 апреля Владимир Вдовин начал оправдывать надежды. Он отменяет подписанные Катышевым санкции на арест и международный розыск банкира Смоленского.

И на этом Кремль не успокоился. Занять пост начальника следственной части МВД РФ было предложено заместителю начальника Следственного Комитета МВД РФ, генерал-лейтенанту юстиции Владимиру Алферову. Главное условие этого повышения было понятно - замять уголовное дело Смоленского. Но Алферов от нового назначения отказался, и был отправлен на пенсию. А самому начальнику следственной части МВД РФ, генерал-майору юстиции Леониду Титарову предложили равнозначную должность, но на Северном Кавказе, и не связанную с курированием следствия в системе МВД. Титаров отказался от почетной ссылки на Кавказ и ушел из министерства.

10 мая 1998 года - в этот день, как рассказал нам знакомый пограничник из Шереметьево-2, согласно "розыскной" установке задержали банкира Смоленского, прилетевшего наконец в Москву из Австрии. Через три часа его пришлось отпустить, поскольку санкцию на арест, как выяснилось, отменили.

В результате такой массированной кадровой "зачистки" не только Следственного Комитета, но и всего МВД пост министра внутренних дел занял еще недавно опальный Рушайло.

И где сейчас пылятся материалы уголовных дел, в которых фигурируют почти все олигархи, с которыми когда-то так любил отужинать в ресторане "Сирена-1" Владимир Борисович? В самых дальних и темных углах архивов СК МВД и Генпрокуратуры РФ. Если напрочь не уничтожены даже их копии.

И еще один нюанс. Знающие люди рассказывали нам, что одному из членов оперативно-следственной бригады предлагали 2 миллиона долларов за развал дела Смоленского. Представляете, 5 минут позора, полное презрение своих коллег, зато вся оставшаяся жизнь в цветах и лампасах. А формально, юридически, развалить или затянуть любое уголовное дело ничего не стоит, эту азбуку знает каждый профессиональный опер, что и было сделано.
В феврале этого года после почти двухгодичной отсидки в СИЗО на волю вышел Лева Нахманович. Истек максимальный срок его предварительного заключения. Под подписку о невыезде, конечно, что не помешало ему тут же отбыть на историческую родину в Казахстан, где Нахмановича давно ждали с распростертыми объятиями. А без участия джамбульского банкира в судебном процессе все дело о "воздушных" миллиардах не имеет смысла. Заочно у нас только шпионов к расстрелу приговаривают. Начиная с середины прошлого года никаких оперативно - следственных действий СК МВД по Смоленскому и Нахмановичу не предпринимал, по поводу затягивания судебного процесса над Нахмановичем протесты никуда не направлял. Словом, классический случился спуск на тормозах. Министр Рушайло, естественно, обязан был принять волевое решение и довести это уголовное дело до обвинительного приговора, но этого по понятным причинам не случилось. Кажется, зеленые "лимоны" все-таки нашли нужный карман?