Высшая трасса

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Если VIP с женщинами, детьми и цветами в салоне авто выехал на встречку, виноватым назначат того, кто не успел испариться

1269935051-0.jpg Сообщения СМИ об авариях с участием спецтранспорта и VIP-автомобилей напоминают сводки с полей сражений. Причем сражения эти продолжаются и после ДТП. Например, начали поступать угрозы свидетелям трагедии на Ленинском проспекте (где столкнулись «Мерседес» корпорации ЛУКОЙЛ и «Ситроен» и погибли две женщины), а у следователя, ведущего дело, уже дважды курочили машину.

Эту историю с лукойловским автомобилем не удалось замять только лишь благодаря активности родственников погибших и поддержке интернет-сообщества. И вот не прошло и месяца, как еще один очевидец сообщил Федерации автовладельцев России (ФАР) об очередном превышении служебных полномочий уже самим сотрудником ГИБДД. И говорил он не о банальной взятке. А о том, что собственными глазами видел, как 15 марта в 20.00 на Киевском шоссе через двойную сплошную линию на встречку вылетела Audi А6. На скорости 80 км/ч она столкнулась с двигающимся по своей полосе автомобилем ВАЗ-2104. Водитель «четверки» погиб на месте, а пассажир получил серьезные травмы. Автоинспектор, от которого, по словам свидетелей, исходил явный запах алкоголя, после составления протокола отправился с коллегами для дальнейших разбирательств. Сейчас многие опасаются, что по причине корпоративной солидарности это дело может лишиться важных деталей и свидетельств.

Именно так обычно бывает, когда аварии с участием VIP-персон и их транспорта из силовых ведомств и госслужб не становятся достоянием общественности. И в этом случае бороться с противодействием системы непросто. Очень часто пострадавшим с первых минут аварии дают понять (в госэкспертизе, у следователя, в больнице, в суде), что есть они (которые почему-то не «испарились» на дороге, а мешали проезду «важных людей») — и что есть те самые, «деловые-занятые», которым просто надо.

О своей истории «Новой газете» решили рассказать журналист Максим Башкеев и его жена Наталья, которая 7 октября 2009 года, в 18.50, попала в аварию. Наташа рассказывает, что двигалась на своей машине в сторону проспекта Академика Сахарова по внутренней стороне Садового кольца. Когда ее «Сузуки Лиана» оказалась в районе Большой Сухаревской площади у дома 14 и следовала в крайнем левом ряду, Наташа услышала звуковые сигналы спецтранспорта, а затем увидела стремительно двигающийся ей навстречу черный «Мерседес Бенц S 600». «Как мне показалось, проблесковый маячок на этой машине был выключен, но согласно правилам движения, которые обязывают меня уступить дорогу, я предприняла попытку перестроиться вправо, включив правый сигнал поворота. Однако водитель «Мерседеса» совершил крайне странный в тех условиях маневр. Он перестроился левее относительно своего движения, то есть в ту же сторону, что и я, а не поехал по полосе, которую я ему освобождала. Пытаясь избежать столкновения, я стала резко тормозить, но уйти от удара не удалось».

Ярослав — водитель с 15-летним стажем. Он стал не только свидетелем этой аварии, но и одним из тех, кто в отличие от водителя спецтранспорта подошел к пострадавшей Наталье, зажатой в машине, и стал вызывать «скорую».

«Мерседес» шел по внешней стороне Садового кольца от проспекта Сахарова в направлении проспекта Мира по относительно свободной встречной полосе, включив звуковой сигнал — сирену, — вспоминает Ярослав. — Он пронесся мимо меня за мгновение до аварии, а потом был удар и брызги пластика, стекла, металла. Я выскочил из машины, думая, что пострадавшему водителю «Сузуки Лиана» может понадобиться моя помощь. Было очевидно, что девушка пыталась уйти от столкновения правее к обочине, уступая дорогу «Мерседесу». Но водитель спецмашины почему-то тоже принял в ту сторону. Я не видел, чтобы кто-то из «Мерседеса» вышел на помощь девушке. Это делали другие водители. Она была жутко зажата в искореженной машине. В это время водитель «Мерседеса» занимался тем, что поднимал с земли свой проблесковый маяк-мигалку и закидывал к себе в салон. Я, как и многие, видел, как он скручивал номера, он по-хозяйски возился со всем этим и спокойно передвигался. Безусловно, больший удар пришелся на девушку. А в автомобиле со спецсигналами, как я видел, кроме водителя были еще мужчина и женщина».

То, что в служебном «Мерседесе», протаранившем «Сузуки Лиана», находились пассажиры, нам подтвердили и другие очевидцы. Елена, которая проезжала мимо и остановилась, увидев аварию, рассказывает, что ее внимание привлекла женщина с цветами из этого «Мерседеса», которая стояла вместе с двумя мужчинами (вероятно, пассажиром и водителем).

Максим узнал о произошедшем с супругой почти сразу: она смогла сказать номер телефона помогавшим ей людям. Одним из тех, кому муж Наташи позвонил в первую очередь, был Вячеслав Лысаков — лидер движения автомобилистов России «Свобода выбора». Лысаков, задействовав свои контакты, попытался помочь Максиму прояснить обстоятельства аварии. По горячим следам ему удалось узнать, что сотрудники ДПС достаточно достоверно составили схему ДТП и другие документы, однако через несколько дней все материалы были изъяты военной прокуратурой. Так случилось потому, что пассажиром «Мерседеса» оказался генерал-полковник Алексей Седов, начальник службы по защите конституционного строя и борьбе с терроризмом ФСБ РФ.

Сразу проявилась и еще одна немаловажная деталь, отраженная в материалах дела, причем это следует из показаний генерала и водителя «Мерседеса» — Андрея Алексеева. Водитель свидетельствует: в автомобиле в качестве пассажиров кроме самого Седова следовали «его супруга Седова Т.Е., а также гражданка Батрева и ее сын. …По указанию Седова А.С., его необходимо было доставить в район спорткомплекса «Олимпийский»… Указанное решение (о выезде на встречную полосу. — Прим. ред.) было принято в связи с тем, что движение в направлении от проспекта Сахарова к Малой Сухаревской площади было очень сильно затруднено. Машины в том направлении практически не двигались, а во встречном направлении было все свободно. К тому же в назначенное время — к 19 часам в район спорткомплекса «Олимпийский» без использования проблескового маячка и спецсигналов не успевали».

Сам собой возникает вопрос: на какое же архиважное государственное задание спешит генерал-полковник в компании супруги, ее подруги с сыном, к тому же с букетом цветов? В копии постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от origindate::9.11.2009 г. не раскрывается — куда же направлялась компания из «Мерседеса», принадлежащего в/ч одного из управлений ФСБ.

Быть может, это, конечно, простое совпадение, но именно 7 октября 2009 года в 19.00 в «Олимпийском» начинался концерт Элтона Джона. И если оставить за скобками какую-нибудь шпионскую версию, то теоретически ничто не мешало после работы сотруднику российской секретной службы в компании супруги, еще одной женщины и ее сына спешить именно на это мероприятие. Хотя из показаний генерал-полковника выходит, что он якобы в 18.05 убыл на рабочую встречу в район спорткомплекса «Олимпийский» к 19.00, но «в связи с тем, что вопросы, предполагавшиеся к решению на данной встрече, состав участников и место данной встречи содержат сведения, составляющие охраняемую законом тайну, раскрыть данные сведения он не имеет возможности. Это напрямую касалось его служебной деятельности, связанной с противодействием терроризму».

Однако эксперт Вячеслав Лысаков полагает, что «Мерседес» со спецсигналами вряд ли выполнял государственное задание (ведь только в этом случае водителям ведомственных машин разрешается, включив спецсигналы и проблесковые маяки, отступать от правил движения):

- Я думаю, что наши силовые службы пока не дошли еще до того, чтобы в качестве оперативного прикрытия использовать детей. Поэтому я могу предположить: это была частная поездка на служебном автомобиле генерала ФСБ с грубейшим нарушением правил дорожного движения — спецмашина ехала по встречке. Водитель Наталья Башкеева была на своей полосе и ничего не нарушала. Место аварии расположено на спецтрассе, где стоят, как правило, камеры ФСО. Но я не исключаю корпоративной солидарности, они никогда не представят никаких кадров видеозаписи, на которых видно, как автомобиль, принадлежащий воинской части, относящейся к ФСБ, очевидно нарушает правила. С точки зрения закона водители VIP-автомобилей имеют право отступать от правил дорожного движения, но только убедившись в безопасности своего маневра. Они должны точно знать, что их видят, пропускают, что они не представляют опасности для других участников движения.

Что касается камер фиксации нарушений, как и прочих систем наблюдения, которых в районе аварии находится немало, то в деле, по словам Максима Башкеева, как и в ситуации с аварией на Ленинском проспекте, использована запись, на которой отсутствует момент аварии, неразличимы номера автомобилей, да и их марка угадывается с трудом.

Судебные тяжбы для Максима и Натальи еще не закончились. Московский гарнизонный военный суд не удовлетворил их жалобу на постановление следователя, отказавшего в возбуждении уголовного дела в отношении водителя Седова — Андрея Алексеева. Московский окружной военный суд также отклонил жалобу на решение суда первой инстанции. Со дня на день Башкеевы и их адвокат готовятся подавать документы в надзорный орган, и почти уже готовы материалы для передачи в Верховный суд РФ и в Европейский суд по правам человека.

Адвокат супругов Башкеевых Сергей Радько за свою юридическую практику ни разу не сталкивался с ситуацией, при которой бы представители того или иного ведомства, напортачив на дороге, понесли какое-то серьезное наказание: «Как правило, все заканчивается прекращением дела в связи с истечением срока давности (а он составляет 2 месяца при отсутствии пострадавших) либо констатацией обоюдной вины всех участников происшествия. Суть жалобы Натальи Башкеевой состоит в том, что мы не можем согласиться с выводами следствия, которые представляются нам весьма спорными и тенденциозными, основанными на вольной трактовке Правил дорожного движения (ПДД). Суд фактически признал, что действия водителя автомобиля «Мерседес» полностью соответствовали пункту 3.1 ПДД, которым он должен был руководствоваться в данной ситуации, а действия Натальи не соответствовали этому пункту. Но этот самый пункт предусматривает, что воспользоваться своим приоритетом водители спецтранспорта могут только, когда убедятся, что им уступили дорогу. Однако такой вопрос водителю «Мерседеса» даже не задавался, а перед экспертом не ставился. Следуя по встречной полосе, водитель «Мерседеса» просто обязан был предвидеть возможность появления встречных автомобилей, чего им, очевидно, сделано не было. Экспертиза констатировала наличие у Натальи тяжкого вреда здоровью, вред здоровью генерала Седова определен как «средней тяжести». А это означает, что в случае признания виновным водителя «Мерседеса» он должен быть привлечен к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 264 УК РФ. Но этого не произошло. Вменяемое Наталье нарушение пункта 3.2 ПДД дает возможность привлечения ее к административной ответственности по ст. 12.24 КоАП РФ».

Пункт 3.2. ПДД гласит, что «при приближении транспортного средства с включенным проблесковым маячком синего цвета и специальным звуковым сигналом водители обязаны уступить дорогу для обеспечения беспрепятственного проезда указанного транспортного средства». А тот факт, что Наталья на самом деле пыталась уступить дорогу, ни следствию, ни суду не показался важным.

Водитель «Мерседеса» Андрей Алексеев не очень хотел с нами разговаривать. Он прямо уточнил:

— По поводу чего вы хотите меня спросить? Если на тему автомобильных аварий, то можете со мной не разговаривать.

Простите, вероятно, вы переживаете?

— Я ничего не переживаю.

Объясните, почему вы сразу стали свинчивать номера и убирать мигалку с вашего автомобиля, когда случилась авария?

— А потому, что такие, как вы, корреспонденты начинают их потом «выкидывать» везде, — шофер был прямолинеен. — Вы зарабатываете свои деньги, а у нас есть распоряжение при ДТП снимать номера.

Это распоряжение официальное, вы могли бы назвать его номер?

— Да, но я не буду ничего называть.

А что вам мешало подойти к пострадавшей, какая инструкция?

— Я вызывал… — машинально сначала ответил Алексеев. — Да там понаехало столько медицины. Я уже не мог подойти.

На официальный запрос «Новой» в Военное следственное управление СК при прокуратуре РФ старший помощник руководителя этого управления генерал-майор Демиденко про дело Натальи Башкеевой и про VIP-аварии счел возможным сообщить лишь, что надзорные прокурорские инстанции согласны с решением Московского гарнизонного суда, который оставил жалобу заявителя без удовлетворения. Он сообщил нам также, что «учет нарушений ПДД, в том числе допущенных сотрудниками различных государственных ведомств и спецслужб, военные следственные органы не ведут…».

Следователь Руслан Неверов не захотел разговаривать на эту тему в формате «без галстука» — то есть без визы пресс-службы. Но впечатление от разговора с ним оставило определенный осадок. Мы попросили Руслана Шавкятовича хотя бы в общем прокомментировать ситуацию, пусть не с конкретным случаем, по которому он готовил постановление, а в целом. Следователь Неверов дал понять, что, пока служит, комментариев не дает.

«Новая» отправила запрос и в ГИБДД — нас пригласили на интервью. С заместителем начальника департамента обеспечения безопасности дорожного движения МВД России генерал-майором милиции Владимиром Кузиным мы говорили о проблеме громких аварий с участием представителей госструктур (подробности — в интервью. — Прим. ред.). Главная мысль, сформулированная Владимиром Кузиным по поводу ситуаций, подобных той, в которую попала Наталья Башкеева, сводится к следующему: «Машине со спецсигналами уже априори дается право отступления от правил на дороге. Один имеет преимущества, а другой обязан ему уступить».

Тем временем состояние здоровья Натальи после аварии восстанавливается с трудом и немалыми финансовыми затратами. Полученные в результате аварии два перелома левой ноги, перелом руки и костей таза потребовали серьезного хирургического вмешательства. Наталье поставили несколько титановых штифтов и пластин, которые потом еще нужно будет снимать. А это значит, что будут еще операции вместе с попытками идти дальше в судебные инстанции. Естественно, за лечение платит сама семья Башкеевых.

И практика показывает, что через подобное испытание системой проходят сотни людей ежегодно (см. хронику VIP-аварий. — Прим. ред). Такие истории с точки зрения европейцев, живущих в России, — нонсенс. Потому что короля Швеции штрафуют за неправильную парковку, а английской королеве парламент отказывает в передвижении на автомобиле по полосе, предусмотренной для такси и городского общественного транспорта, вежливо предлагая выделить из бюджета средства на это самое «такси»…

Посторонний взгляд

Элин Йонсон, радиожурналистка из Швеции, которая жила в Москве с 1991 по 2006 год:

— Подобных случаев с участием высокопоставленных персон в Швеции я не могу вспомнить. Однажды, давно, у нас был инцидент с королем, когда он на своем БМВ возвращался в город и не смог затормозить — врезался в бампер впереди идущей машины. Никто не пострадал, но скандал был огромный. У нас в стране и политики, и чиновники ездят, как все нормальные люди, — не создавая пробки и не вылетая на полосу встречного движения.

Конечно, у нас бывают нарушения правил движения, но если чиновник или политик нарушают, сразу признают виновность и извиняются, потому что понимают: иначе будет еще больше шума.

Ситуация с произволом на дорогах в России была одной из причин, по которой я уехала обратно в Швецию. Однажды, в 2006 году, я увидела аварию в Москве: машина сбила человека, и водители вели себя так, как будто бы им труп только что сбитого человека мешал ехать дальше. Меня это поразило, даже шокировало. Я просто не хотела после этого здесь оставаться, рожать и растить своего ребенка. Безразличие и признаки тоталитарного государства, проявляющиеся на разных уровнях, отталкивают, хотя я очень люблю Россию и у меня здесь много друзей и знакомых. Мне кажется, что в плане взаимоотношений чиновников и граждан Россия напоминает Узбекистан с каримовским режимом — там закрывают весь город, когда глава республики едет на работу, а в некоторых местах даже закрывают на ключ офисы, когда проезжает его кортеж. Я видела это своими глазами… Таким образом ведет себя элита только в тоталитарном государстве.

Тем временем

Станиславу Лагойко, ведущему дело о ДТП на Ленинском проспекте, может угрожать опасность. К такому выводу пришло руководство СК при МВД РФ после неоднократных попыток неизвестных разбить автомобиль следователя по особо важным делам ГСУ ГУВД г. Москвы.

Ситуацию «Новой газете» прокомментировала Ирина Дудукина, руководитель пресс-службы СК при МВД РФ: «К следователю, ведущему дело по аварии на Ленинском проспекте, применены меры государственной защиты. Эта практика применяется впервые по делу о расследовании ДТП, так как обычно эти меры используются при расследовании дел о бандитизме. Как известно, следователю дважды, 12 и 22 марта, разбивали автомобиль. Мы связываем эти факты с осуществлением сотрудником ГСУ ГУВД г. Москвы его профессиональной деятельности. По обоим фактам возбуждены уголовные дела. Злоумышленников разыскивают. А чтобы подобных происшествий больше не повторялось, 23 марта руководство приняло решение взять под круглосуточную защиту нашего сотрудника, его семью и имущество».

Оригинал материала

«Новая газета» от origindate::29.03.10