Геннадий Петров: "Я честный преступник"

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


На одной из прослушек российский мафиози Геннадий Петров, арестованный испанской полицией, назвает себя "честным преступником"

"Cреди предметов, найденных при обыске в одном из домов на Коста-дель-Соль, фигурировал плащ, принадлежавший кардиналу Ришелье"

Оригинал этого материала
© EL Pais, origindate::18.08.2008, Перевод: "Инопресса.Ру"

"Я честный преступник"

Луис Гомес

Сделки Геннадия Петрова, главного российского мафиози, арестованного испанской полицией, компрометируют чиновников разных европейских стран

Один из телефонов главаря мафии Геннадия Петрова, арестованного в июне Гражданской гвардией, прослушивался. Августовским вечером 2007 года он немного оговорился. Говоря с одним из своих партнеров, Геннадий назвал себя "честным преступником". Он тут же поправился: "Я хотел сказать, я честный бизнесмен".

"Бизнесмен" – высший статус, к которому стремятся некоторые индивиды, входящие в русские мафиозные группировки. Операция "Тройка", длившаяся два года, дала возможность испанской полиции, следователю Бальтасару Гарсону и трем прокурорам ознакомиться с внутренним устройством русских криминальных сообществ, возглавляемых так называемыми ворами в законе, и их представлением об экономической деятельности.

Взятки и шантаж – механизмы, чаще всего используемые для получения экономической прибыли. Экономические связи этой мафии были налажены во многих европейских странах (России, Германии, Голландии, Швеции, Швейцарии, Мальте, Великобритании, Греции и Израиле), а собранная следствием информация компрометирует высокопоставленных чиновников этих стран.

Петров действительно вел себя, как бизнесмен. На протяжении 60 дней он отдавал по телефону четкие указания, связанные с полусотней коммерческих операций, осуществлявшихся в России и за ее пределами. Ни одна из них (с нефтью, импортом цемента, покупкой недвижимости, выдачей кредитов и пр.) не была честной. Когда отдел прокуратуры по борьбе с коррупцией принял решение расследовать деятельность некоторых российских граждан, обосновавшихся в Испании, в центре внимания оказалась одна конкретная организация – "тамбовская" группировка, появившаяся на свет в Санкт-Петербурге где-то в 1980-е. Высшие руководители этой банды жили в Испании, одни – потому что впали в немилость, другие – потому что нашли удобное место, откуда можно было вести дела. Одним из первых был Михаил Монастырский: но его время прошло, он во всем признался испанской полиции, и теперь он мертв. Петров – один из вторых.

Кто был истинным лидером этой сети? Следователи долго считали, что это был Владимир Кумарин, а Петров был руководителем второго уровня, кем-то вроде заместителя. Но Кумарин несколько месяцев назад был арестован в России, а бизнес Петрова от этого не пострадал. Расследование окружения Петрова позволило составить представление о том, как работает коммерсант из русской мафии.

Петров приехал в Испанию в 1996 году. Некоторое время он жил на Коста-дель-Соль, а затем переехал в Пальма-де-Майорка в поисках уединения. Он имел греческий паспорт и время от времени вел переговоры о предоставлении ему вида на жительство. Полиция обнаружила, что он вел дела с 13 испанскими компаниями, а также владел или имел доступ к 89 банковским счетам. Но, похоже, единственной целью этого экономического механизма было отмывание денег, необходимых для поддержания высочайшего уровня жизни в его огромном особняке в Кальвии. Он часто ездил в Россию, иногда на частном самолете. Его пребывание в России было более рискованным: он ездил на бронированных машинах, а у его телохранителей был чемоданчик для обнаружения прослушивающих устройств на месте, где должны были проходить его встречи. Из разговоров выяснилось, что услуги каждого из телохранителей стоили ему 300 долларов, если им приходилось работать на него по ночам.

Все его важные дела в самых различных сферах осуществлялись в России и других европейских странах. С августа по октябрь 2007 года его распоряжения касались практически неисчерпаемого спектра операций: поиска решений для получения иранских денег, блокированных в США; покупки золота для снабжения 300 принадлежащих ему ювелирных магазинов; инвестиций в недвижимость в Сочи; приобретения торгового центра с принуждением его хозяев к переговорам путем запугивания; импорта нефти; покупки земельных участков на месте прохождения будущей автомагистрали Москва-Санкт-Петербург; покупки недвижимости в Германии; импорта цемента для перепродажи его европейским странам через Голландию; предоставления кредитов частным лицам; заявок на ссуды в банках для заключения новых сделок... И, разумеется, подкупа полиции или возврата неоплаченных долгов.

Разговоры свидетельствуют о наличии множества подставных лиц, фигурировавших в качестве владельцев компаний, которыми управлял Петров, а также об активном сотрудничестве с людьми, связанными с другими преступными сетями. Его организация могла стоять за финансированием съемок фильма или покупки конфет для сети супермаркетов. Для такого человека, как Петров, не было табуированных сфер деятельности.

Расследование позволило также составить портрет этих бизнесменов: в большинстве своем это малообразованные люди, наслаждающиеся высоким уровнем жизни и беспринципно действующие на рынке. Это люди с большим количеством денег, определенной властью и очень сомнительным вкусом, ставшим поводом для множества анекдотов: среди предметов, найденных при обыске в одном из домов на Коста-дель-Соль, фигурировал плащ, принадлежавший кардиналу Ришелье. Имел ли он какую-либо культурную ценность для нынешнего владельца или только демонстрировал его властные амбиции? Полиция передала плащ экспертам из Андалусии, чтобы они определили его стоимость и подлинность.

Однако более важное значение играют несколько на первый взгляд невинных листов бумаги, найденных на одном из письменных столов. Они казались неважными, однако в них говорилось о стратегии инвестиций в один испанский кондитерский комбинат. Была ли эта сделка честной?