Героинческие усилия

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


За освобождение пилотов Владимира Садовничего и Алексея Руденко, осужденных в Таджикистане, российские власти освободили из тюрьмы Амонулло Хукумова, 24-летнего сына главы Таджикской железной дороги, родственника президента Таджикистана, приговоренного в 2008 году к 9,5 годам лишения свободы по делу о распространении наркотиков

57282-150x104.jpgВ середине декабря 2011 года Верховный суд России постановил рассмотреть в надзорном порядке жалобу на приговор Хукумову. В сентябре он был приговорен Щелковским городским судом к 9,5 годам лишения свободы по делу о распространении наркотиков.

По данным ИА «Азия Плюс», Хукумов является гражданином России. В июне 2008 года Хукумова и трех его земляков задержали в Подмосковье с 9 килограммами афганского героина. По версии обвинения Хукумов был организатором наркобизнеса. Как установил суд, Хукумов получил от неустановленного наркокурьера груз героина. Наркотики доставлялись в Россию по железной дороге.

В ноябре МИД России опроверг информацию о том, что Хукумова обменивают на российского пилота Владимира Садовничего, осужденного в Таджикистане. 22 ноября суд Хатлонской области Таджикистана отпустил Садовничего и его эстонского коллегу Алексея Руденко из-под стражи. Летчиков освободили на условиях, затребованных прокурором. Им было назначено наказание в виде 2,5 года тюрьмы по статье 289 (контрабанда) и 1,5 года — по статье 335 (нарушение госграницы Таджикистана). По совокупности статей путем частичного сложения наказание составило 2,5 года и 14 дней лишения свободы. Осужденных отпустили на свободу в связи с тем, что полгода они уже пробыли в заключении, а также с учетом амнистии, которая действует до 1 декабря.

15 ноября прокуратура Хатлонской области Таджикистана направила в областной суд протест на решение суда Курган-Тюбе, приговорившего Садовничего и Руденко к 8,5 года тюрьмы по обвинениям в контрабанде, нарушении границы и правил международных перелетов. «Прокуратура считает, что приговор пилотам Владимиру Садовничему и Алексею Руденко излишне суров, и, принимая во внимание личности осужденных, то, что они являются гражданами стран — стратегических партнеров Таджикистана, просит суд Хатлонской области смягчить приговор, вынесенный судом города Курган-Тюбе», — заявил начальник отдела по надзору за судебными органами облпрокуратуры Шохрух Раджабов.

Оригинал материала: grani.ru

'Livejournal'origindate::08.01.12, «Бесславный конец тандема напёрсточников-наркоторговцев»

Стала известна цена, заплаченная российскими властями за освобождение двух лётчиков, осуждённых в Таджикистане по сфабрикованному делу.

Весь смысл взятия наших пилотов в заложники для таджикской стороны состоял в том, чтобы добиться освобождения из российской тюрьмы одного из главных тамошних «мажоров» — Рустама Хукумова. 24-летний сын главы Таджикской железной дороги Амонулло Хукумова был арестован в России в 2008 году и осуждён на 9 лет и 6 месяцев лишения свободы за создание преступного сообщества, доставлявшего в Россию таджикский героин. Нетрудно догадаться, что каналом доставки служила та самая железная дорога, которой в Таджикистане заведует Хукумов-старший.

Что российских лётчиков взяли в заложники исключительно с целью последующего обмена на крупного таджикского наркоторговца, много говорилось в некремлёвских СМИ после их осуждения. Но наши лживые и трусливые власти, и в Кремле, и в МИДе, беззастенчиво врали, что ни о какой сделке по обмену заложников на осуждённого наркобарона речи быть не может. Ответной мерой на действия таджикских властей объявлялась депортация нескольких десятков гастарбайтеров с российских строек — в Душанбе выслали совершенно случайных людей, не имевших ни малейшего отношения ни к наркомафии, ни к аресту пилотов в Таджикистане. Их высылка была абсолютно бессмысленна с точки зрения борьбы за освобождение лётчиков. Её единственная цель состояла в том, чтобы засрать мозги российской публике и отвлечь внимание от тех действий, которые на самом деле предпринимались Кремлём и МИДом по договорённости с верхушкой правящей в Таджикистане наркомафии.

Действия эти были совершенно предсказуемы и позорны. Хукумова-младшего тупо выпустили из тюрьмы и отправили на родину. Задним числом 28 декабря 2011 года Московский облсуд на секретном заседании отменил приговор, по которому Хукумов успел отсидеть уже больше трёх лет в российской тюрьме, из-за «недоказанности вины». Вероятно, к тому времени сам осуждённый давно уже трескался героином в тёплом кругу семьи (логика сделки по обмену заложниками предполагает, что его отправили в Таджикистан одновременно с переправкой лётчиков в Россию — то есть за месяц с лишним до секретной отмены приговора).

Во избежание недоразумений, поясню. В принципе, я ничего не имею против сделок, в результате которых граждане, попавшие в руки жестокого и коварного врага, живыми и невредимыми возвращаются из вражеского плена. Понятно, что в ходе таких сделок неизбежны те или иные уступки/платежи террористам (или, в нашем случае, международной наркомафии). У всех свежа в памяти формула обмена Гилада Шалита на 1027 палестинских террористов. Вместе с примерно 80% граждан Израиля, я одобряю этот обмен — ввиду исчерпания всех иных способов освобождения пленного капрала. Не нравится мне совершенно другое.

О формуле обмена Гилада Шалита все израильтяне были уведомлены заранее, в мельчайших подробностях. Противники сделки (в первую очередь — родственники израильтян, убитых освобождаемыми палестинскими боевиками) имели возможность опротестовать её в высших судебных инстанциях страны, и воспользовались такой возможностью. Ни Биньямину Нетаниягу, ни руководству израильской армии и спецслужб, не пришло в голову по договорённости с ХАМАСом врать собственному населению, что Гилад Шалит был освобождён в ходе блистательной операции коммандос на вражеской территории, или благодаря успеху жёстких мер правительства Израиля по дальнейшей блокаде Газы. В условиях реальной политической конкуренции власть просто не может позволить себе вступать в сговор с врагом по обману собственного населения. Потому что такой сговор будет мгновенно разоблачён оппозицией, сторонники которой есть и в силовых структурах, и в руководстве государственных ведомств.

В отсутствие политической конкуренции образ мышления властей — прямо противоположный. Вопрос «Что будем делать?» вообще не стоит на повестке: поскольку на дворе выборы, совершенно понятно, что пилотов необходимо выкупить из плена в сроки, максимально приближенные к 4 декабря. Единственный вопрос, над которым Старой площади пришлось всерьёз задуматься, был другой: что станем врать нашему быдлу? Ответ все мы видели собственными глазами. Быдлу наврали про высылку нелегалов, про невозможность переговоров с наркомафией, про успехи российских дипломатов и т.п. При этом совершенно понятно было, что тайное заседание Мособлсуда, отменившее приговор Хукумову, рано или поздно выплывет наружу. Но это в цивилизованном демократическом обществе политикам знакомо такое понятие как страх разоблачения. У наших монополистов такого страха нет. Они понимают, что память у быдла короткая, и к тому моменту, как сведения о почётных проводах Хукумова в Душанбе утекут в открытый доступ, все давно уже забудут имена Садовничего, Руденко, и название Rolkan Investments.

В этом и состоит главная проблема с нашей управляемой вертикальной клептократией. Для неё всегда самый первый вопрос — что мы будем врать нашему быдлу? По этому вопросу они готовы совещаться с кем угодно: хоть с таджикским наркокартелем, хоть с эмиром Катара, хоть с объявившим России джихад/газават чеченским муфтием Ахмат-Ходжи Кадыровым. Только с собственным населением путинская власть не готова поговорить начистоту, называя вещи своими именами. Она смертельно боится такого разговора, и любой ценой от него увиливает.

В результате мы не знаем правдивых ответов ни на один вопрос, связанный с действиями властей за последние 12 лет. Будь то отмена выборов губернаторов и одномандатников, отставки Лужкова, Шаймиева и Рахимова, кража 5,4 млрд рублей из налоговых средств, или та цена, по которой «Роснефть» отгружает наши якобы государственные энергоресурсы в частный швейцарский офшор по имени Gunvor. Мы знаем, что власть нам про всё это врёт. И нам надоело это враньё. Но в чём состояла правда — мы узнаем не раньше, чем эта самая власть переменится, и её противники обнародуют ныне засекреченные документы.

Антон Носик.