Говорит и показывает Лондон. Лондон

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


"Яков Рувимович Лондон

Родился 13 апреля 1964 года в Новосибирске.

В 1986 году окончил Новосибирский электротехнический институт. С 1986 по 1992 работал на Новосибирском заводе точного машиностроения - инженером, начальником лаборатории.

С 1992 года советом учредителей телекомпании НТН был избран вице-президентом. Занимал эту должность до февраля 1999 года. В настоящее время - председатель ГТРК «Новосибирск» и генеральный директор окружного информационного канала «Сибирь-ТВ».

- Яков Рувимович, многие уверены, что вы владеете несколькими телекомпаниями и оказываете влияние практически на все телеканалы Новосибирска. Как обстоит дело на самом деле?

- Я не являюсь собственником ни одного новосибирского телеканала. Сегодня у меня две официальные должности - председатель ГТРК «Новосибирск» и по совместительству директор строящейся окружной сети. А насчет моего влияния - да, исторически сложилось так, что кроме 10-го канала я имел отношение ко всем телеканалам Новосибирска. Сначала была компания НТН, которая впоследствии разделилась на 4-й и 12-й каналы. В НТН-4 я очень долго был вице-президентом. Потом у меня появился другой проект - региональная сеть NTSC, который, может быть, до конца еще не получился, но его до сих пор никто в России не повторил. В NTSC я работал президентом. Были у меня и другие проекты, о которых зритель, возможно, мало знает, но знают специалисты. Например, «Орбита-Сибирь». Много чего я делал в области телевидения одним из первых.

Если говорить о влиянии - действительно, на разных каналах работает очень много людей, с которыми я связан дружескими отношениями, и мои ученики, и коллеги, и те, у кого я сам учился. Сегодня в этих системах немало тех, кто когда-то были моими начальниками или подчиненными.

- Если вы не имеете никакого отношения к НТН-4, откуда такое упорное мнение, что вы контролируете этот канал?

- По распределению обязанностей между учредителями НТН я был вице-президентом, который курировал работу 4-го канала. Если другие учредители занимались 12-м каналом, то я очень долго, если мне не изменяет память, восемь лет, руководил «четверкой». Я был, конечно, не единственным автором, но соавтором и сопродюсером очень многих телевизионных проектов, которые шли на этом канале. Я набирал команду. Кроме того, там очень долго работала моя жена Мария Лондон.

- Сейчас вас с «четверкой» связывают какие-либо отношения кроме дружеских?

- Нет, я не являюсь ни учредителем, ни владельцем канала и не занимаю там никакой руководящей должности. Если привести сравнение, то я - как архитектор, который построил здание. Да, это здание построено по его проекту, да, наверное, у него есть функции авторского надзора и так далее, но это не значит, что это здание принадлежит ему. У него другой собственник. Собственность вообще понятие текучее - сегодня один хозяин, завтра другие. За историю развития компании НТН в ее фирмах-учредителях - «Интерпрайс» и «Лабораториум» - собственники менялись несколько раз. Если говорить об экономических связях - да, наверное, я имею там некие акции неких управляющих структур, но это далеко не контрольные пакеты, и они не позволяют контролировать компанию или руководить ею.

Вообще, влияние - это такой очень интересный термин. Например, я считаю, что и в России, и в Новосибирске есть люди, которые куда больше влияют не только на какие-то каналы, а на все общество. Это зависит от того, какой смысл вы вкладываете в слово «влияние».

- В июне этого года у НТН-4 заканчивается лицензия. Планируете ли вы в связи с этим предпринимать какие-либо шаги?

- Нет. Это проблема акционеров телекомпании НТН и ее руководства. Вообще, в связи с окончанием лицензии существуют два варианта развития событий. Один - НТН ликвидируют и объявят конкурс, в котором будут участвовать очень многие компании, не только из Новосибирска. С другой стороны, есть очень большая вероятность того, что лицензия будет пролонгирована. Им же продлили лицензию на второй срок, вполне могут и на третий.

- Поговорим о проекте создания окружного телевидения. Существует мнение, что межрегиональные СМИ вообще не нужны, потому что, например, жителю Омска совсем не интересно, что происходит в Красноярске. Как бы вы прокомментировали это мнение?

- Полная чушь. Мировой опыт показывает: именно региональные сети пользуются наибольшей популярностью. Мы живем в регионе, где такая информация востребована, и примеров тому немало. Посмотрите рейтинги «Губернских новостей», тех же «Новостей Сибири». Ведь у нас очень интересная геополитическая ситуация. Кто-то родился в Барнауле, учился в Томске, работает в Новосибирске, а жена у него, например, из Кемерова. И до каждого города по 250-300 километров. У нас все переплетено, люди ездят друг к другу. К тому же все познается в сравнении. Зачем нам сравнивать цены на проезд или бюджеты Сочи или Краснодарского края с Новосибирском? Эффективность тех или иных решений власти, уровень жизни проще сравнивать с соседями. Кроме того, межрегиональное СМИ - это залог независимости от местных финансовых и политических элит. В конце концов, с точки зрения бизнеса межрегиональный рынок значительно более интересен. Все объективные предпосылки говорят о том, что такое телевидение востребовано. В принципе, оно было востребовано всегда, просто по уровню денег его нельзя было построить раньше. Это не я придумал. Возьмите документы «Сибирского соглашения» десятилетней давности - и вы увидите, что еще тогда стоял вопрос о создании сибирского телевидения.

- В каком состоянии находится реализация этого проекта на данный момент? Что уже реально сделано?

- На сегодня составлен технический проект, осуществляются поставки оборудования, производится ремонт помещений, ведутся переговоры о приобретении программного продукта. Сейчас создается служба информации. В общем, все идет полным ходом.

- У нового телевидения не будет проблем с частотами?

- Мы нашли выход из этой ситуации, и я еще раз подчеркну: это же сеть. В каждом городе она будет выходить на каком-то канале.

- В СМИ проходила информация, что кредит на окружное телевидение дала компания «Русский алюминий».

- Нет, мы не получали денег от «Русала». Кредит был предоставлен одной иностранной фирмой.

- Вы не могли бы рассказать подробности?

- Пока это коммерческая тайна, и мне не хотелось бы оглашать ни названия фирмы, ни суммы кредита.

- Откуда тогда взялись слухи, связанные с «Русалом»?

- «Русал» рассматривался как один из стратегических инвесторов, у которого есть интересы в данном регионе.

- Почему же кредит не был получен - вам не удалось договориться?

- Речь ведь идет не о трех рублях, а о десятках миллионов долларов. И за такой суммой не пойдешь в любой новосибирский банк, это же понятно. Во-вторых, это не торгово-посреднический бизнес, а достаточно долгосрочные инвестиции, поэтому круг инвесторов и кредиторов достаточно ограничен. Кроме того, я не исключаю, что мы возьмем кредит и у «Русала». Инвестор может быть не один.

- Не кажется ли вам, что в появлении окружного телевидения прежде всего заинтересованы межрегиональные ФПГ и полномочное представительство президента в СФО? Как вообще будут строиться отношения с этими структурами?

- Странно вы все реагируете на это. В первую очередь в создании такого СМИ будет заинтересован зритель, который живет в Сибири. Потому что, во-первых, сибирского телевидения как такового нет. Давайте возьмем нишу, которая объективно определяет развитие такого телевидения. С одной стороны, мы имеем центральные каналы, которые могут потратить много денег на качественные телевизионные передачи. Но они делаются в интересах зрителей всей России, поэтому их существенным недостатком является удаленность от местных событий. С другой стороны - региональные каналы, которые живут за счет потребности людей в информации о том, что происходит непосредственно на местах. Их существенный недостаток - маленькие финансовые и технические возможности и низкий качественный уровень.

Так вот, окружное телевидение - это телевидение, которое может профессионально и качественно подавать региональную и местную информацию. И в этом залог ее успеха. Ни один из местных каналов не может позволить себе содержание московских корпунктов, качественных технологий и так далее. Между тем тот же опыт NTSC показывает, что у многих передач были очень неплохие рейтинги. И это неудивительно, ведь людям интересно знать, что думают их депутаты, их сенаторы по тому или иному вопросу, что происходит в соседнем регионе, как у них проходят выборы. Абсолютно неправильно, что в окружном ТВ заинтересованы ФПГ. В объективном СМИ, неподвластном ни одной ФПГ и ни одной местечковой власти, заинтересованы все. И зрители - прежде всего, и государство. Ведь в чем проблема власти? Когда отсутствуют независимые СМИ, власть не видит, что происходит в глубинке, а глубинка не видит того, что делает власть. Поэтому они живут параллельной жизнью. СМИ выступает коммуникатором, которое помогает общаться реальному человеку с властью. Поэтому все в нем заинтересованы.

- Насколько сейчас выгодно заниматься телевизионным бизнесом?

- Если говорить о региональном телевидении, сегодня это чаще всего малоприбыльный или убыточный бизнес. В настоящее время рекламные рынки России по объемам отстают от западных на 10-15 лет. Но я оптимист - надеюсь, что рано или поздно производство и экономика у нас в стране начнут расти, и соответственно, будут расти рекламные рынки, поскольку они формируются как функция развития производства. В принципе телевидение - это нефть завтрашнего дня.

- Вы относитесь к телевидению как к инструменту политического влияния или как к бизнесу?

- Не так и не так. С точки зрения бизнеса, я уже сказал, телевидение не очень прибыльно. Как элемент политического влияния я его никогда не рассматривал. Когда я пришел на телевидение, у меня была возможность заниматься творческой самореализацией, делать то, что нравилось. А сегодня я отношусь к нему как менеджер. Я всего лишь управляющий - достаточно сложным, достаточно разносторонним бизнесом. Вообще же телевидение, безусловно, является инструментом влияния. Вопрос в том, что оно должно быть инструментом влияния не какого-то частного лица, а тех процессов, которые происходят. Влияния на власть, влияния на общество, формирования общественного мнения. Но это отдельная тема для разговора.

- Вы на самом деле были признаны лучшим менеджером?

- Это далеко не так. В свое время журнал «Эксперт» проводил опрос и выявлял наиболее эффективных менеджеров. И там был не только я, а 260 или 300 лучших управленцев.

- Как вы оказались в этом списке? Обычно туда попадают представители крупных ФПГ и столичных компаний?

- Нет, там было очень много региональных менеджеров, в том числе из Новосибирска. И с телевидения как минимум пять человек. Например, Игорь Мишин, руководитель 4-го канала Екатеринбурга.

Как это получилось, сам не знаю. Я узнал об этом от журналистов, которые позвонили мне и попросили прокомментировать, как я к этому отношусь. Думаю, на первоначальном этапе вопрос об управлении бизнесом не стоял. Когда же бизнес начал развиваться, выходить из тени, он потребовал эффективного менеджмента. Даже сам факт проведения «Экспертом» таких исследований говорит о том, что пошел спрос на менеджеров. И то, что управленцы становятся востребованными, показывает: бизнес становится более цивилизованным.

- Говорят, у вас очень хорошие связи с Москвой, в частности с министром печати Михаилом Лесиным, председателем холдинга ВГТРК Олегом Добродеевым и министром культуры Михаилом Швыдким. Насколько эти связи помогают вам в бизнесе?

- Это тоже один из мифов. У меня действительно много друзей и знакомых в Москве. Телевизионная тусовка очень узкая, поэтому на телевидении все друг друга знают. Особенно, если вы занимаетесь им столько лет. Я на телевидении работаю уже 10 лет как руководитель, до этого еще столько же работал как инженер. Безусловно, я знаю очень многих, кто имеет отношение к телевидению. Кроме того, существуют всевозможные общественные организации, куда входят 90% основных вещателей страны. Да, мне приходилось общаться со многими представителями органов государственной власти на телевидении. Но что значит «связи»? Например, с Михаилом Ефимовичем Швыдким я познакомился в тот день, когда меня назначили на должность председателя ГТРК «Новосибирск», а он был председателем ВГТРК. Действительно, несмотря на то что он перешел в Министерство культуры, у нас с ним сложились какие-то личные отношения. С Михаилом Юрьевичем Лесиным я познакомился уже давно, когда он еще не был министром, а только начинал заниматься бизнесом. У меня с ним неплохие отношения. Но это не называется связями, это называется личными отношениями. Если говорить о каких-то связях, то, например, при министре печати Лесине я не получил ни одной лицензии, если в этом содержится подтекст вопроса.

- То есть, когда у вас возникали какие-то проблемы в бизнесе, вам ни разу не приходилось обращаться к ним за помощью?

- Если вы говорите о коммерческих компаниях, я построил свой бизнес, когда ни Михаила Юрьевича, ни Михаила Ефимовича еще близко на телевизионных площадках не было. Михаил Юрьевич тогда занимался шоу-бизнесом, Михаил Ефимович, наверное, работал еще заместителем министра культуры и к телевидению не имел никакого отношения. Что касается ГТРК, то это государственная собственность, и все проблемы решаются внутри холдинга. ГТРК - это дочерняя компания ВГТРК, и никаких проблем, по которым мне надо было бы выходить на министра печати, у меня как председателя ГТРК нет. Для этого существует холдинг, председателем которого является Олег Добродеев, есть другие заместители, при чем тут связи? Мне вообще слово «связи» не нравится.

- Каково ваше отношение к событиям вокруг НТВ и ТВ-6? Как они отражаются на региональном телевизионном рынке?

- Давайте с конца этого вопроса: они никак не отражаются на региональном телевизионном рынке. Что касается самой ситуации вокруг этих телеканалов, то поверьте человеку, который знает этот конфликт изнутри: в нем нет никакой политики. Это чистый бизнес, и то, что прикрывается «свободой слова», никакого отношения к реальным процессам, которые происходят как на НТВ, так и на ТВ-6, не имеет. Другое дело, что эти споры обнажили массу нерешенных проблем, которые существуют в телевидении как сфере бизнеса. Например, противоречие многих законов. Но оно есть в любом бизнесе, и в данном случае это была просто игра на конфликте законов, а реально - чисто экономический спор.

Вы задали вопрос, рассматриваю ли я телевидение как инструмент политического влияния - так вот, известные события на НТВ и ТВ-6 являлись непосредственным последствием того, что их владельцы - Гусинский и Березовский - рассматривали каналы и вкладывали в них деньги не как в бизнес, а как в инструмент политического влияния. По большому счету, это был, если можно так выразиться, высокотехнологический рэкет. Так что все происходящее с этими каналами на самом деле вполне закономерно. Рэкетиры наезжают там, где что-то нечисто. Пока власть боялась шума, делала свои делишки, им удавалось шантажировать власть. Дадите денег - не наедем, не дадите - наедем. А когда люди занимаются честным бизнесом, то и рэкетирам делать нечего. С ними расправляются. Вот что, собственно, происходит с ТВ-6 и НТВ.

- Вы сказали, что последствий для регионального телерынка эти события иметь не будут. Но ведь многие местные каналы транслировали то же ТВ-6.

- Ну, во-первых, они не транслировали, а показывали некоторые программы. Во-вторых, у всех этих каналов есть собственные лицензии, и это вопрос к их руководству и менеджменту, почему они показывали ТВ-6. Если сейчас кто-то оказался в затруднительном положении - это расплата за халявные рейтинги. Конечно, очень просто показывать чужие программы и вставлять туда рекламу. Но тогда это не телевидение, а рекламное агентство. Если компания пострадала от того, что она партнер ТВ-6, это говорит о неправильном выборе партнера, о неэффективном менеджменте и неспособности управленцев прогнозировать ситуацию.

Но, по большому счету, эти события не касаются местного рынка. Сегодня в Новосибирске десятки каналов и все они как-то работают, в том числе и 12-й канал (имеется в виду НТН-12, партнер ТВ-6 в Новосибирске. - «КС»). Он же не прекратил своего вещания, вместо ТВ-6 появились какие-то другие вещи. В Москве - да, какое-то перераспределение рынков, вероятно, произойдет.

- Вам часто приходилось испытывать давление со стороны местных властей?

- Безусловно, попытки давления на меня были, и на самом деле они всем хорошо известны. Взять выборы губернатора в 1996 году, когда канал был в открытой оппозиции действующему губернатору Ивану Индинку. Тем не менее канал все равно продолжал работать. Да, нам было сложно, от нас скрывали информацию, на нас давили, но мы были к этому готовы.

Знаете, у СМИ есть еще одна такая профессиональная беда. Когда ты рассказываешь правду о ком-то, это нравится всем, кроме того, о ком рассказываешь правду. Конечно, это вопрос внутреннего отношения - как человек относится к критике. Кто-то переживает легко, кто-то - как обезьяна на зеркало. СМИ - не пятак, чтобы всем нравиться, и не пушистый плед, которым очень удобно пользоваться. Наличие свободных СМИ - это не всегда приятный элемент, который является необходимой составляющей гражданского демократического общества. Но парадокс заключается в том, что, с одной стороны, власти не всегда это понимают, а с другой - журналисты, даже больше не журналисты, а собственники СМИ, очень часто злоупотребляют теми возможностями, которые у них есть. Поэтому, кстати, в обществе очень высок процент недоверия к СМИ. Но несмотря на все эти проблемы, нужно понимать: без СМИ невозможно демократическое общество. И сегодня технологии таковы, что перекрыть или ликвидировать свободные СМИ невозможно. Они все равно будут.

- Вам довелось работать при нескольких губернаторах. Как вы лично оцениваете Виталия Муху и Виктора Толоконского?

- Странный вопрос. Я думаю, мне было бы некорректно давать оценку деятельности губернаторов. Такую оценку все-таки дает избиратель, а я в данном случае частное лицо. Тем более что у меня существуют достаточно личные отношения и с тем, и с другим. Я был бы необъективен.

- Насколько я знаю, вы вообще стараетесь не принимать участия в политической жизни?

- Абсолютно. Это моя принципиальная позиция. Более того, я считаю, что если ты занимаешься телевидением, ты не имеешь права заниматься политикой.

- Что касается вашего назначения на ГТРК. По слухам, на этот пост вас лоббировал Виталий Муха. У вас с ним были хорошие отношения?

- Слово «лоббировал» неправильно. На тот момент по действующему законодательству председатель ГТРК назначался по согласованию с действующим губернатором. Действительно, одним из инициаторов моего назначения был Муха. Что касается отношений. Я, безусловно, уважаю Виталия Петровича, но мы с ним не так близко знакомы. Я встречался с ним всего несколько раз в жизни. Поэтому говорить о каких-то личных отношениях, наверное, было бы неправильно. Могу сказать только одно: из всех трех губернаторов, при которых мне приходилось работать, я испытывал давление на СМИ или попытки вмешаться в мою работу, только когда главой области был Индинок. Ни Муха, ни Толоконский не вмешивались.

- 13 января у Виктора Толоконского была встреча с представителями СМИ. Насколько я знаю, вы там не присутствовали. С чем это связано?

- Я просто болел. Мои сотрудники там были.

- Как у вас складываются отношения с Виктором Толоконским? Если верить слухам, они не очень хорошие.

- Я бы так не сказал. Может быть, я чего-то не знаю, но на самом деле я вообще-то дружил с Толоконским лично, когда был еще руководителем частного канала, а Виктор Александрович - мэром города. Сегодня он губернатор, а я председатель ГТРК. Я считаю наши отношения абсолютно нормальными и рабочими. Не знаю, откуда у вас такая информация. По крайней мере, мне о ней ничего не известно. И критики в адрес работы ГТРК от губернатора я тоже не слышал.
"