Годовой доход ИГИЛ — $1 млрд

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


  Годовой доход ИГИЛ — $1 млрд Террористы торгуют нефтью из захваченных месторождений и людьми, забирают банковские вклады, грабят памятники старины и принимают пожертвования Ежемесячный "оклад" боевика — от $50 до $1500, в среднем $350–500

Оригинал этого материала

© ИА "РБК", 04.03.2015, Эксперты оценили годовой "доход" ИГИЛ в $1 млрд

Георгий Макаренко

Эксперты FATF обнародовали исследование основных источников дохода «Исламского государства». За год доход ИГИЛ составил более $1 млрд, основная часть пришлась на продажу нефти и захват банковских вкладов.

Отчет был подготовлен Группой разработки финансовых мер по борьбе с отмыванием денег (FATF), которая была создана в 1989 году по инициативе «Большой семерки». Россию в этой организации уже больше десяти лет представляет Росфинмониторинг.

Работа над докладом началась в октябре 2014 года, вскоре после первых авиаударов западной коалиции по позициям ИГИЛ. Задача исследования — проследить источники финансирования террористов, передвижение средств и их конечное использование. Конечная цель — поиск возможностей перекрыть денежные потоки в «Исламское государство».

Эксперты FATF отмечают, что ИГИЛ представляет собой качественно новый тип террористической организации, для которого вопрос финансирования выходит на первый план и определяет масштаб активности. Как «квазигосударству», ему требуются немалые средства на организационные нужды и инфраструктуру. Играет роль и то, что боевики-исламисты фактически представляют собой «контрактную армию» на 30 тыс. человек, из которых 19 тыс. — иностранные наемники (на декабрь 2014 года). По данным FATF, ежемесячный «оклад» боевика варьируется от $50 до $1500, в среднем $350–500, а в масштабах всей организации это $10 млн.

Собрав информацию, авторы исследования признают: в вопросе источников дохода существуют заметные пробелы. По одним источникам известны более-менее точные цифры, по другим — лишь оценки. Тем не менее, сложив вместе все известные данные, можно утверждать, что ежегодный доход ИГИЛ составляет примерно $1 млрд. Львиную долю этой суммы занимают средства от эксплуатации оккупированных территорий — от добычи и продажи нефти до захвата зернохранилищ.

Выжженная земля

Под «нелегальной выручкой от оккупации территорий» аналитики FATF подразумевают достаточно широкий набор источников, основным из которых является продажа нефти и нефтепродуктов местному населению. Чуть меньший объем энергоносителей через посредников продается на сопредельных рынках, в частности сирийскому правительству. Незначительное количество нефтепродуктов боевики ИГИЛ оставляют для себя, используя как топливо.

Само «Исламское государство» продает нефть по «демпинговым» ценам около $20–35 за барр., посредники затем перепродают ее по $60–100 за барр. (столь широкие диапазоны связаны с падением мировых нефтяных цен за период подготовки доклада). Всего на территории, контролируемой боевиками, эксперты насчитывают несколько скважин общей производственной мощностью до 50 тыс. барр. ежесуточно. В ценовом выражении это около $1–2 млн в день, или $350–700 млн в год.

[ИА "РБК", 18.02.2015, "Нефтяной ИГИЛ: как исламисты могут заработать на месторождениях в Ливии": ИГИЛ может использовать полученную в Ливию нефть для финансирования своей деятельности. Правда, по сведениям Пентагона, в начале этого года доходы от продажи нефти перестали составлять основу экономики «Исламского государства». Скорее всего, это связано с резким снижением нефтяных цен. Если летом прошлого года они достигали $115 за баррель Brent, то к началу 2015 года рухнули до $50. В этих условиях нефть и нефтепродукты от ИГИЛ лишились главного конкурентного преимущества — дешевизны.

Но есть и другая сторона: дешевые углеводороды ограничивают бюджеты стран, противостоящих ИГИЛ. Например, в конце января Foreign Policy, рассуждая о перспективах борьбы Ирака с «Исламским государством», написала, что ключевым фактором в ней могут стать цены на нефть. Подешевевшие углеводороды ограничивают расходы центрального правительства. Уменьшение же контроля со стороны центра почти сразу же приводит к победам ИГИЛ.

Влияние самого «Исламского государства» в Ливии на нефтяные цены в мировом масштабе оценить сложнее. С одной стороны, африканская страна состоит в ОПЕК со всеми полагающимися привилегиями. По данным организации, на 15 января Ливия
08b19ee35a7fb6fdea11032036ab852b.pdf
360 тыс. барр. в сутки. Для сравнения, при режиме Каддафи страна поставляла на рынок 1,3 млн барр.

На этой неделе Platts сообщило о диверсии на основном нефтепроводе восточной Ливии. Он соединяет крупное месторождение ас-Сарир с портом Масра эль-Хариджа в окрестностях Тобрука — места расположения палаты депутатов. По прогнозам Platts, остановка работы на ас-Сарир более чем вдвое сократит ежедневную добычу нефти в стране — до 150 тыс. барр. и ниже. — Врезка К.ру]

Не менее важным источником дохода являются банки. Речь тут идет не только о прямом разграблении наличных депозитов, но и об обложении вкладчиков «данью»: в Мосуле ИГИЛ назначило в руководство местных банковских отделений своих ставленников, которые ввели комиссию 5% за вывод средств со вкладов. В целом же, по данным Минфина США, за вторую половину 2014 года исламисты захватили контроль примерно над $500 млн средств — и это только счета в отделениях государственных банков Ирака в городах, попавших под контроль ИГИЛ.

Третью строчку по объему дохода занимает использование промышленных мощностей на захваченных территориях. К примеру, в иракской провинции Анбар боевики получили контроль над фосфатным рудником и расположенным рядом заводом по производству серной и фосфорной кислот. Учитывая объемы производства и ориентировочные цены реализации, исламисты могут получить в год от нескольких десятков до нескольких сотен миллионов долларов дохода с этих предприятий, гласит отчет FATF. Кроме того, известно, что исламисты захватили несколько цементных заводов и заводов по извлечению серы. Однако ИГИЛ будет труднее монетизировать эти ресурсы, нежели «нефтепродукты, для продажи которых есть устойчивые площадки и контрабандные маршруты».

Следом по значимости идет доход от разграбления памятников старины, включая налог на контрабанду артефактов и ценностей. По оценкам National Geographic, за прошедший год на этом «бизнесе» в Сирии исламисты заработали несколько десятков миллионов долларов. В целом же на территории под контролем ИГИЛ находится 4,5 тыс. археологических площадок, некоторые из которых включены в список Всемирного наследия ЮНЕСКО.

Не менее важным является использование сельскохозяйственных ресурсов, однако оценок дохода ИГИЛ по этой отрасли нет. Известно лишь, что на данный момент под их контролем находится 40% всех пшеничных полей Ирака и несколько важных комплексов зернохранилищ. Зато выкупы за похищенных людей, по данным Минфина США, приносят ИГИЛ от $20 млн до $45 млн в год.

Заграница помогает

Внешние источники финансирования в структуре доходов ИГИЛ играют гораздо более скромную роль, но их типология не менее примечательна. Так, одним из таких источников являются личные средства иностранных наемников. Минимальные суммы на руках у боевиков (в среднем несколько тысяч долларов) и дальнейшая материальная поддержка со стороны родственников за рубежом позволяют ИГИЛ экономить на «зарплатном фонде».

Как выяснили аналитики FATF, у самих «личных средств» есть несколько постоянных источников. Это остатки от пособий по безработице, деньги от продажи наркотиков, выданные потребительские кредиты суммой до $10 тыс. Кроме того, нередко волонтеры открывали счета в нескольких банках и использовали их лимиты овердрафта для «вывода» наличности.

В иных случаях наемники везут с собой не деньги, но снаряжение. Так, в прошлом году в аэропорту Стамбула задержали подозрительного пассажира «из одной из стран Скандинавии». В его багаже полиция обнаружила запасные детали автомата АК-47, боеприпасы к нему, три ножа, бинокль, проволоку и военные припасы. Пассажир признался, что направлялся в Сирию в ряды ИГИЛ, но был депортирован обратно.

Однако эксперты FATF предупреждают, что в условиях дешевой нефти и авиаударов стран коалиции по инфраструктуре ИГИЛ роль добровольных перечислений из-за рубежа для исламистов будет расти.

Сейчас «пожертвования» как источник дохода являются непостоянными по времени и объему. Например, в прошлом году «один из высших чиновников ИГИЛ» получил перевод в размере $2 млн из одной из монархий Персидского залива. Уже 24 сентября американский Минфин включил этого «чиновника» в санкционный список SDN.

Нельзя обойти вниманием и «краудфандинговую» кампанию ИГИЛ. «Большинство социальных сетей и современных технологий непреднамеренно предоставляют террористам площадку для сбора средств на свои нужды», — уверены авторы доклада. Ссылаясь на данные разведки, они приводят такой пример: сторонники «Исламского государства» через Twitter призвали желающих купить предоплаченные карточки и сообщить их номера сборщику средств по Skype. Тот должен был передать номера сообщнику в стране неподалеку от зоны деятельности ИГИЛ, чтобы он эти карточки обналичил.

В другом случае близкий «Аль-Каиде» и ИГИЛ проповедник призвал через Twitter жертвовать небольшие суммы на закупку боеприпасов. В зависимости от объема средств жертвователи получали виртуальный статус либо «серебряного», либо «золотого» донора.

В итоге, как подчеркивает FATF, модель финансирования «Исламского государства» является на редкость «диверсифицированной» в сравнении с прочими террористическими группами. Поэтому борьба с потоком средств тоже должна быть комплексной. В первую очередь это отслеживание транзакций, адресные финансовые санкции, наблюдение за черным рынком нефти и пресечение спонсирования террористов рядовыми гражданами через социальные сети.​

 


Ссылки

Источник публикации