Годы Путина в Петербурге между мафией и КГБ

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Оригинал этого материала
© La Repubblica, origindate::13.07.2001, Перевод Inopressa.Ru

Годы Путина в Петербурге между мафией и КГБ

Карло Бонини, Джузеппе д'Аванцо

Тайна миллиардных подрядов. Расследование

Владимир Путин

Владимир Путин возвратился из Дрездена в Санкт-Петербург действующим полковником КГБ, и если еще несколько лет назад причастность к этому ведомству означала уважение, достоинство и власть, то теперь речь идет лишь о стыде и страхе. Володя вспоминает: “ Тогда народ хотел разделаться с секретными службами. Были даже те, кто предлагал обнародовать список сотрудников и снять гриф секретности с документов”.

В сложившейся обстановке было большой удачей оказаться в Санкт-Петербурге и служить в КГБ. В городе Петра Великого КГБ все еще оставался “государством в государстве”. И неважно, что в Москве этого государства больше не существовало.

Преодолев смятение, чекисты, обученные повиноваться, но оказавшиеся не у дел, организовали самостоятельную группу во властных структурах и без их ведома не заключались никакие политические соглашение, не принимались решения в экономической и административной областях. Чекисты стали настоящими хозяевами Питера, как называют санкт-петербуржцы свой город. Благодаря их присутствию или их огромной власти, город не стал похож на джунгли, в которые в последние годы превратилась Москва. Падение Санкт-Петербурга во тьму Союза Советских Социалистических Республик не является парадоксом, это произошло в рамках “спланированного хаоса”. Город выдержал даже видимость законности, поддерживавшейся демократическим правительством Анатолия Александровича Собчака, лидера Российского движения демократических реформ и председателя городского совета Санкт-Петербурга. Собчак был неоднозначной личностью. О Собчаке, прекрасно образованном и жизнелюбивом человеке, ни в России, ни в Европе вы не услышите о нем двух одинаковых мнений. Некоторые называют его “первым истинным демократом, появившимся на политической сцене пост коммунистической России, “мэром возрождающегося Санкт-Петербурга”. По мнению других , он - “паразит”, “любитель роскоши”, “торговец произведениями искусства”, “вор”. Некоторым все равно - было ли или не был Собчак честным человеком, другие утверждают, что Анатолий Александрович чувствовал себя в мэрии Санкт-Петербурга осажденным, вынужденным подчиняться воле отдельных лиц, выполнять желания лоббистов, что он испытывал на себе давление со стороны криминальных организаций.

Путин рассказывает, что когда он встретился с Собчаком в первый раз, мэр высказался предельно ясно: “ Мне нужен помощник. Я на самом деле боюсь выходить из кабинета. Я не знаю, кто все эти люди”. Приблизительно то же самое говорит и бывший генерал КГБ Олег Калугин: “ Я лично проинформировал Собчака о том, что в его команде есть офицер КГБ по фамилии Щербаков. Он просто принял это к сведению и сказал: “Дорогой Олег, я чувствую себя одиноким. Мне нужен человек, который бы поддерживал контакты с КГБ, контролирующим город”. Собчак спросил у меня, кого бы я мог ему порекомендовать. Я сказал ему, смеясь, что такого человека не существует. И вот тогда появился Путин.

Собчак ненавидел и боялся КГБ. Чтобы это понять, достаточно вспомнить то, что сказал Собчак о Викторе Черкесове, друге Путина, в то время возглавлявшего управление КГБ по Санкт-Петербургу: “Черкесов на службе у тех, кому принадлежит власть. Речь идет о людях, для которых слова “законность” и “демократия” просто лишены смысла. Для них существуют лишь приказы, а законы и права являются для них препятствиями”.

Настало время спросить, почему человек, политик, лидер, в такой степени боявшийся КГБ, внезапно начал просить, как испытывающий жажду, просит стакан воды, найти ему человека из КГБ. Ответить можно словами самого же Собчака: “ КГБ контролирует Санкт-Петербург”. Без КГБ править невозможно. Без КГБ невозможно было бы контролировать аппетиты мафии и сдерживать любопытство прокуратуры. Без комитетского лобби невозможно было бы защититься от давления со стороны кремлевской семьи. Без КГБ невозможно было бы обеспечить приток финансовых средств, необходимых для того, чтобы не дать жителям Питера умереть от голода. КГБ Санкт-Петербурга контролировал абсолютно все: администрацию, криминальные структуры, экономику, политику и финансы. Собчак выбрал Путина, офицера запаса КГБ, и сделал его своим заместителем, несмотря на протесты и возмущение своих оппонентов. Собчак поручил Путину руководить Комитетом по внешним связям мэрии Санкт-Петербурга. Эти годы в жизни Путина вызывают особый интерес. Это годы новых секретов.

По мнению некоторых на Западе, “если не понять связь, возникшую в России между экономической системой и изменениями, произошедшими в службах безопасности, невозможно разобраться в сути крайне специфической структуры пост советского производства”.

“Как неоднократно подтверждали российские и зарубежные бизнесмены, действующих на пост советском пространстве, - говорит Марко Джакони, преподающий в Цюрихе и являющийся руководителем Итальянского Института международной политики и экономики, - попытки КГБ установить контроль над экономической деятельностью отдельных предприятий проходят все время по одной и той же схеме. На первом этапе рэкетиры осуществляют поборы либо пытаются присвоить себе не принадлежащие им права. Вслед за этим на предприятие приходят представители Службы и предлагают фирме помочь выпутаться из трудностей. С этого момента фирма навсегда лишается самостоятельности. На первом этапе предприятия, оказавшиеся в сетях КГБ, испытывают сложности с получением кредитов или даже переживают финансовые потрясения, однако впоследствии получают лицензии на торговлю в таких специфических областях, как алюминий, цинк, продукты питания, целлюлоза, древесина. После этого фирма получает мощный импульс к развитию. На этом этапе в нее внедряются бывшие сотрудники КГБ. Кроме того, с этой фирмы получают новую порцию денег”.

В нашем случае, необходимо добавить, что если не понять то, какую роль сыграл Путин в налаживании этой экономическо-шпионской “связи”, невозможно будет дать точную характеристику хозяину Кремля.

Если ты, конечно, не глухой, то ты можешь услышать на набережных Невы и на Невском проспекте злобные отзывы об административной деятельности Володи. Не знаешь, кого слушать. До 7 мая 2000 года, дня официального вступления в должность президента, Путин оставался “внештатным советником” компании “S.Petersburg Immobilien und Beteilgungen Aktiengesellshaft”. Совместного предприятия мэрии Санкт-Петербурга, активно действовавшего на рынке недвижимости. Компания была основана во Франкфурте. Спецслужбы Германии и прокуратура Лихтенштейна стали подозревать эту компанию в том, что она является каналом для отмывания денег балтийской мафии. Деятельностью компании руководил адвокат Рудольф Риттер, друг Путина, арестованный в Вадузе за отмывание денег. В настоящее время компанией руководит Владимир Смирнов, давний друг Володи. С мая 2000 года он является членом президентской администрации и занимается вопросами недвижимости. Это не единственная “опасная дружба” петербургского периода Путина.

Владимир Владимирович принимал участие в процессе приватизации. И по некоторым данным, мэрия Санкт-Петербурга “поровну” разделила между мафиозными группировками города самые ценные объекты государственной собственности. Преступная группировка И.И.Траберы получила Балтийское морское пароходство. Преступной организации М.М. Миралашвили отошел ликероводочный завод “Самтрест”. Самым могущественным группировкам, таким как Тамбовская “семья” Владимира Сергеевича Кумарина, Путин передал лицензии на игорный бизнес. Но все это, конечно же, слухи и домыслы.

Компромат без доказательств

Однако, имеется большое количество доказательств и документов, подтверждающих то, что Владимир Путин имеет отношение к деятельности “тамбовцев”, мафиозной группировки Кумарина, и “бартерным сделкам”, которые обошлись России в 1991-1992 годах в 124 миллиона долларов.

У питерских тротуаров имеется хозяин. И его зовут Владимир Сергеевич Кумарин, глава Тамбовской мафии. Его зовут “Кум”. Еще совсем недавно можно было наблюдать за тем, как он глубокой ночью выбирается из своего “Мерседеса” и направляется в казино “Конти”. Или прогуливается в полдень по проспекту Науки: его приветствуют насмерть запуганные владельцы киосков, которым он всем без исключения навязал особые правила и обязанности. Кум любит ужинать в “Северном Сиянии” и “Паланге”. Или в “Невских мелодиях”. Принимать подчиненных или просителей в своем кабинете в “Пулковской”, где его ближайшие помощники Челюшин, Слон, Боб, Канатуш, Брянский
Путин и “продуктовый бартер”.

Босс тамбовской мафиозной группировки Владимир Кумарин предусмотрительно перебирается в Дюссельдорф, а оттуда, для окончательного выздоровления, в швейцарские Альпы. Когда главарь “тамбовцев” возвратился в Санкт-Петербург, оказалось, что в результате покушения он потерял не только руку, но и имя. Он больше не был Владимиром Сергеевичем Кумариным, он стал Владимиром Барсуковым. Он больше не поднимает штанги, весом 100 кг. Он заседает в административных советах двух крупных компаний: в акционерном фонде недвижимости “Знаменская” и в Петербургской топливной компании. Первая является отделением германской Spag, компании, в которой Владимир Путин числился внештатным консультантом вплоть до принятия присяги в качестве президента России.

Вторая, ПТК, была основана администрацией Собчака в 1995 году. ПТК обладает эксклюзивным правом на торговлю топливом в городе. Обе эти компании объединяет то, что и в одной, и во второй председателем административного совета является Владимир Смирнов.

Запомните это имя. Если вам стало понятно, кто такой Кумарин-Барсуков, то следует сразу сказать, что произносить в Санкт-Петербурге имя Смирнова - все равно, что произносить имя Владимира Путина. Смирнов не пытается минимизировать значение этой связи. “Я знаю Володю, - говорит он, - вот уже 10 лет, и за все это время он меня ни разу не разочаровал, как предприниматель, профессионал, как человек”.

С другой стороны, к чему ему преуменьшать значение этих отношений? Смирнов и Путин вместе работали в «Spag», и в мае прошлого, в знак чисто человеческой и профессиональной солидарности, Володя пригласил друга к себе в Кремль и поручил ему заниматься “недвижимостью” в управлении делами президента. Иными словами, он предложил ему ту же должность, которую когда-то занимал сам в администрации Ельцина. Президенту Российской Федерации, казалось бы, неловко показываться на публике в сопровождении Смирнова. Второй Владимир (Смирнов) слишком тесно связан с третьим Владимиром (Кумариным-Барсуковым), чтобы отпали всякие сомнения в том, что первый Владимир (Путин) кое-что знает о мафиози, принимая во внимание хотя бы тот факт, что он оказывал ему поддержку в его экономической деятельности (Знаменская, ПТК). Если приехать на берег озера “Комсомольское”, на Карельском перешейке, можно понять, что это еще не все.

Берег озера “Комсомольское” - настоящий маленький рай. Гладя на трехэтажные дачи, построенные прямо в лесу, можно понять, что речь идет не только лишь о месте отдыха номенклатуры Санкт-Петербурга. Здесь имеется площадка для вертолетов, радиомаяк, метеорологическая станция. На эту площадку садятся и с нее взлетают вертолеты, следующие курсом из и в аэропорт “Пулково”, куда в обстановке секретности на уик-энд прибывают гости из Москвы. Конечно же, речь идет о Путине, о главе ФСБ Николае Патрушеве и полномочном представителе президента по Северо-западному округу Викторе Черкесове. Их покой охраняют крепкие молодые люди из охранного общества “Риф”, фирмы, связанной со «Spag» и принадлежащей Кумарину-Барсукову. Чтобы узнать, кому принадлежат эти дачи, следует обратиться в отдел “Приозерный” Регистрационной палаты Ленинградской области.

10 ноября 1996 года 8 физических лиц подписали акт об учреждении кооператива “ДРК Озеро”, который и является собственником дач на Карельском перешейке и владельцем лицензии на строительство. Среди этих 8 компаньонов, занимавший в то время должность заместителя управляющего делами президента и нынешний президент Российской Федерации Владимир Владимирович Путин, бывший офицер КГБ и акционер Банка Россия Владимир Иванович Якунин, президент ПТК и директор “Знаменской” Владимир Смирнов, акционер Банка Россия Юрий Валентинович Ковальчук.

И вот, они снова вместе: Владимир Путин, Владимир Смирнов, Владимир Кумарин-Барсуков. Три Владимира с предпринимателями Владимиром Якуниным и Юрием Ковальчуком в 1992 году приняли участие в осуществлении поставки за рубеж партии цветных металлов через акционерное общество “Корпорация Стрим”, взяв на себя обязательство взамен ввезти в страну продовольствие для голодающего Питера. Эта важная страница в политической жизни Владимира Владимировича Путина подробно описана и задокументирована.

Она позволит лучше понять, какие узы связывают Володю с его “опасными друзьями”.

Осенью 1991 года в Санкт-Петербурге начался голод. Продуктов питания не было, и взять их было неоткуда. Для того, чтобы пережить зиму, городской совет принял решение о введении карточек, но откуда, все-таки взять необходимые продукты?

“Единственным источником поступления продуктов питания в регион в период с января по февраль 1992 года может стать их импорт в обмен на экспорт”, - пишет 4 декабря 1991 года в министерство экономики председатель Комитета по внешним связям администрации Санкт-Петербурга Владимир Путин.

Идея Володи была элементарно проста: импортировать продовольствие, оплачивая его поставками сырья, имеющегося в регионе.bИными словами, речь идет о бартерных сделках. Мэрия предоставляет частным компаниям право на вывоз за рубеж нефтепродуктов, металлов, хлопка, леса. Эти компании обязуются на вырученные средства ввозить в Санкт-Петербург продовольствие.

Крайне педантичный Путин подробно рассказывает Петру Олеговичу Авену (олигарху, нынешнему руководителю группы “Альфа”) о том, что “региону на период с января по февраль 1992 года требуется: 83 тыс. т замороженного мяса, 11 тыс. т. масла, 3 т. сухого молока, 0,4 т. детского питания, 4,5 т. растительного масла, 56. т. сахара 2 т. чеснока, 3,5 т. цитрусовых, 8 т. какао. Всего на сумму 122 миллиона долларов”.

В связи с чрезвычайным характером сложившейся ситуации и необходимостью начала осуществления обменных операций, - пишет Путин, - прошу предоставить квоты на экспорт следующих видов сырья: 750 тыс. кубометров леса, 150 тыс. т. нефтепродуктов, 30 тыс. т. лома цветных металлов, 14 т. редкоземельных металлов (тантал, ниобий, гадолиний, церий, цирконий, иттрий, скандий, иттербий), 1 тыс. т. алюминия, тонну меди, 20 т цемента, тонну аммония, всего на 124 миллиона долларов. Для обеспечения гарантий безопасности проводимых обменных операций прошу дать разрешение и на импорт 120 тыс. т хлопковолокна. Наконец, прошу, что бы возглавляемому мной Комитету было предоставлено право на распределение квот и выдачу лицензий”.

Таким образом, 4 декабря 1991 года Владимир Путин осознавал, что не имеет права выдавать экспортные лицензии, и понимал, что у него нет полномочий подписывать бартерные сделки. Лишь 1 февраля 1992 года министр Петр Авен написал на письме Путина: “Предоставьте Комитету Санкт-Петербурга право распределять квоты и выдавать лицензии”. Только 25 марта министерство распоряжением № 172 предоставило Комитету Путина право подписывать экспортные лицензии.

Будет интересно узнать, что в течение нескольких недель, после того как было направлено письмо, датированное 4 декабря 1991 года, Путин совершенно самостоятельно определил круг компаний, которым были выданы лицензии. Эти компании, в большинстве своем, не занимались экспортом природных ресурсов. Почти все эти компании не могли представить договоров с иностранными фирмами на импорт продуктов питания, но самое худшее заключалось в том, что некоторые из них полностью принадлежали иностранным акционерам, и были зарегистрированы в оффшорных зонах. Комитет Путина, за подписью заместителя Володи Александра Аникина, в течение этих нескольких месяцев незаконно предоставил лицензии на сумму, превышающую 95 миллионов долларов, и подписал, по меньшей мере, 13 договоров. Некоторое время спустя, Путин говорил в свое оправдание: “ Мы не имели права предоставлять лицензии. Эти лицензии выдавали подразделения МВТ”. Вместе с тем, фактом остается и то, что Владимир Владимирович собственной рукой подписал две лицензии и два контракта.

20 декабря 1991 года Путин предоставил компании “Невский дом” разрешение на экспорт 150 тыс. т. нефтепродуктов (мазута, дизельного топлива, бензина) на сумму 32 миллиона долларов. Через несколько дней, на Рождество, право на экспорт 150 тыс. т. нефтепродуктов получил Международный коммерческий центр Григория Мирошника (в обмен на 100 тыс. т. замороженного мяса, 100 тыс. т., картофеля и 100 тыс. т. сахара). 26 декабря он поручил акционерному обществу “Фивекор” экспортировать 50 тыс. кубометров леса в обмен на 1,6 тыс. т. сухого молока. 3 января фирме Локк он выдал лицензию на экспорт 3 т алюминия марки A5N обмен на 1.75 тыс. т мяса). Все в том же январе 150 тыс. т. нефти от Международного центра бывшего сотрудника КГБ Мирошника возвратились в распоряжение “Невского дома”, компанию, одним из владельцев которой является Владимир Смирнов. Было бы неплохо поподробнее рассказать об успехах удачливого предпринимателя Смирнова. Это может помочь разобраться в хитросплетениях интересов, сообщничества и криминала, определявших экономическую и политическую жизнь Санкт-Петербурга , которым на закате коммунистической эры руководили Анатолий Собчак и Владимир Путин.

Владимир Смирнов всегда имел отношение к компаниям, которым оказывал поддержку Володя, и с ним всегда сотрудничал Кум, лидер “тамбовцев”. Политик, пришедший из КГБ (Владимир Путин), Мафиози (Владимир Сергеевич Кумарин), Предприниматель (Владимир Смирнов). Треугольник власти и денег. Три Владимира имеют отношение к фирме «Spag». Путин, также как и Смирнов - в головной компании, Кумарин - в “Знаменской”, закрытом фонде, которому Путин выделил в центре города участок под строительство “делового центра”. Вспомним о ПТК. Она получает право (документ подписан лично Путиным) на монопольную торговлю нефтепродуктами в городе Санкт-Петербург (Смирнов является президентом компании, Кумарин входит в административный совет). Вместе с Путиным, Смирнов является членом кооператива “Озеро”, находящимся под охраной Кумарина, и занимается возведением дач на озере Комсомольское.

Марина Салие, депутат от Санкт-Петербурга, проводила парламентское расследование, пытаясь преодолеть “резиновую стену”, все еще прикрывающую “бартерный скандал”. Она заявляет: “ Весь смысл операции заключался в подписании юридически недооформленного контракта со своим человеком, в предоставлении ему лицензии, достижения договоренности с таможней об открытии границы на основании этой лицензии, отправке товара за рубеж, продажи его и присвоении вырученных денег. Так все и происходило. Именно по этой причине не объявлялись тендеры на поставки. Достаточно было иметь своих “компаньонов”, “компаньонов” в теневой экономике, в мафиозных структурах, в подставных компаниях, которые бы могли гарантировать выполнение этих подозрительных контрактов. У Путина были такие “компаньоны”. Он их нашел”.

Владимир Владимирович с большой неохотой говорит об этих бартерных делах. Они в финансовом отношении обескровили город, так и не накормив его. Отвечая на вопросы Натальи Геворкян, Володя признает, что операция имела катастрофические последствия, но пытается рассеять тени, сгустившиеся вокруг этого дела: “Некоторые компании не ввозили продовольствие из-за рубежа, или, по крайней мере, не импортировали предусмотренного договором количества продуктов питания. Но никаких расследований по данным фактам не проводилось. А как еще могло быть? Ведь не было совершено никаких преступлений”.

Но это не так. Преступлений было совершено столько, что Москва не могла оставаться в стороне. В феврале представитель президента Российской Федерации по Санкт-Петербургу и Ленинградской области Мартыненко попытался во всем разобраться. Он потребовал от Путина отчет о договорах и лицензиях, выданных его Комитетом. Он получил лишь несколько документов, что вызвало его резкое раздражение. 12 февраля Мартыненко направляет Путину послание, выдержанное в жестких тонах. “Мне направлен неполный комплект документов, в связи с чем, невозможно сделать какие-либо выводы по проводимому мною расследованию. Мне не были направлены копии лицензий и договоров, которых должно быть, по меньшей мере, 13. Мною получены лишь два документа, один из которых на финском языке, что воспринимается мною, по крайней мере, как неуважение с Вашей стороны. Требую представить мне полный комплект документов до 17 февраля”.

Но Путин продолжал заниматься своими делами, и 31 марта глава контрольного управления администрации президента Юрий Болдырев был вынужден написать следующее. “В Управление поступили материалы от депутатов Городского совета Санкт-Петербурга, свидетельствующие о необходимости отстранения от занимаемой должности председателя Комитета по внешним связям города Владимира Владимировича Путина. Прошу не рассматривать вопрос о его назначении на любую другую должность до принятия Управлением решения по данному вопросу”. Если бы кто-то действительно решил заняться расследованием этого “бартерного дела”, то он мог бы столкнуться со многими удивительными вещами, поскольку на всех этапах этого дела совершались финансовые преступления. Деньги зарабатывались на комиссионных. Можно привести следующий пример. Контракт с фирмой “Mp Lokk”, подписанный лично Путиным, обеспечивал компании получение комиссионных в размере 25% (540 тысяч долларов). В контракте, подписанном “лично председателем Комитета Путиным В.В.” с Международной лесной биржей, размер комиссионных уже достигал 50% (5 893 000 долл.). И это не было пределом, поскольку компания “МО Святослав” Хованова получила лицензию на продажу 20 тысяч тонн хлопка, и размер комиссионных составил половину стоимости сделки, т.е. 12 миллионов долларов. Кроме того, стоит обратить внимание на цены, по которым приобреталось сырье. В договоре, подписанном с Комитетом, который возглавлял Путин, с совместным предприятием “Гкор”, получившим лицензию на вывоз 1 997 кг редких металлов, цены на большую часть металлов была снижена в 7, 10, 20 и даже 200 раз. Например, 1 кг скандия стоил 72,6 немецких марок, в то время, как на международном рынке его цена превышала 150 тысяч немецких марок. “Криминальный характер подписанных Комитетом Путина контрактов не вызывает сомнения”, - заявляет Марина Салие. Ответственность Владимира Путина в “бартерном скандале” очевидна. Очевидно также, что будущий президент имеет отношение к связке “чекисты – мафиози - германские дельцы - маги оффшорных райских уголков”.