Господдержка для Ходорковского

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Адвокаты Михаила Ходорковского и Платона Лебедева заявили в свидетели Владимира Путина

1238571147-0.jpeg В Москве вчера начался суд по второму уголовному делу экс-главы НК ЮКОС Михаила Ходорковского и бывшего руководителя МФО МЕНАТЕП Платона Лебедева, обвиняемых в хищении принадлежащих государству акций, присвоении нефти и легализации денежных средств на сумму 450 млрд. руб. и $7,5 млрд. Адвокаты потребовали вызвать на процесс в качестве свидетелей премьер-министра России Владимира Путина и других чиновников высшего звена — все эти люди, по версии обвиняемых, детально знали о каждой сделке ЮКОСа, а кроме того, покупали похищенную компанией нефть на автозаправках. В ходатайстве было отказано, но председательствующий пообещал вызывать свидетелей в случае необходимости.

Разбирательство началось с инцидента: через несколько кордонов милицейского оцепления, выставленного перед зданием Хамовнического райсуда, каким-то образом прорвался потрепанный Volkswagen Transporter. С визгом тормозов фургон остановился прямо перед центральным входом в здание, возле которого стояла толпа журналистов, его боковая дверь отъехала в сторону и на тротуар выскочила группа агрессивно настроенных пожилых людей. Один из них прямо на глазах у оторопевших милиционеров распахнул полу плаща и выхватил оттуда свернутый плакат в поддержку господ Ходорковского и Лебедева. «Свободу политзаключенным!» — закричали пассажиры фургона. К правозащитникам бросился дюжий старшина из охраны, однако его осадил стоявший рядом капитан: «Леша, не трогай их, а вежливо проводи… до нашего автобуса». Сопровождаемые старшиной правозащитники мгновенно переключились на другую речевку: «Милиция с народом, мусора с Путиным!».

Подсудимых Михаила Ходорковского и Платона Лебедева ввели в зал бойцы спецназа ФСИН. Господин Лебедев был пристегнут наручниками к мощному старшему лейтенанту, а господину Ходорковскому командир конвоя выделил старшину помельче. Оказавшись в прозрачной клетке-»аквариуме», оба стали энергично жестикулировать и стучать по стеклу, посылая приветы родственникам и знакомым.

Интересы каждого из обвиняемых представляли по четыре адвоката; противостояли защитникам трое прокурорских обвинителей и загадочный представитель федерального агентства по управлению госимуществом Российской Федерации Таисия Гришина, заявленная обвинением как «представитель потерпевшей от действий обвиняемых стороны».

С обсуждения «потерпевшей», пришедшей на процесс в абсолютно прозрачной газовой блузке в цветочек и сарафане, начался по существу процесс. Затеял его Платон Лебедев. Попросив слова и поднявшись во весь свой немалый рост, обвиняемый назвал госпожу Гришину «липовым полпредом липового потерпевшего», а затем еще и «обвинил» ее сразу по двум тяжким статьям УК. По его словам, все деньги, заработанные ЮКОСом, «рассосались, в том числе и по карманам», после того как компанию отобрали у ее прежних владельцев, используя для этого государственный и правоохранительный ресурс. «Взять с нас больше нечего,— объяснил господин Лебедев.— А если госпожа Гришина пришла сюда, чтобы что-нибудь срубить на халяву, то я расцениваю ее действия как мошенничество и вымогательство».

Потерпевшая слабо отбивалась, но когда к спору подключились адвокаты, потребовавшие вовсе «устранить» ее с процесса, даже председательствующий на процессе Виктор Данилкин был вынужден взять небольшой тайм-аут, чтобы обдумать это предложение. В ходатайстве об отстранении госпожи Гришиной он отказал, мотивируя это тем, что у потерпевших тоже есть права, в частности, на объективное и беспристрастное судебное разбирательство по существу их претензий.

Отказ председателя вызвал короткое замешательство в бригаде адвокатов, но мгновение спустя защитники перешли в новое наступление. Их следующее ходатайство оказалось куда более серьезным — защитники потребовали вызвать в суд практически всех бывших и действующих российских чиновников первого эшелона, имевших, по их мнению, прямое отношение к коммерческой деятельности НК ЮКОС, а также руководителей силовых и правоохранительных структур, участвовавших в расследовании обоих уголовных дел господ Ходорковского и Лебедева.

В числе свидетелей защиты оказались, например, премьер-министр России Владимир Путин и его заместитель Игорь Сечин, с которыми Михаил Ходорковский, как сам он пояснил суду, лично согласовывал все свои коммерческие проекты, цены на нефть, потребителей топлива и способы его транспортировки. Нефтяные сделки, как объяснили суду обвиняемые, контролировались также профильным министерством.

По мнению защитников, все перечисленные свидетели знали о сделках ЮКОСа, которые сегодняшнее следствие называет преступлениями, имели возможность пресечь их и должны объяснить суду, почему не сделали этого. Обвиняемые, в свою очередь, добавили, что «свидетели защиты» были не только осведомлены об их деятельности, но и помогали им в реализации нефти, которую следствие называет «похищенной». «Ведь они же покупали бензин на автозаправках и не интересовались, почему он стоит 15 рублей, а не 60-80, как стоил бы в случае поставок нефти по реальной, рыночной цене»,— отметил господин Ходорковский. «Так что вполне могли бы сесть и рядом с нами, в аквариум,— добавил господин Лебедев.— Подождали бы решения суда вместе».

Во втором ходатайстве обвиняемым судья Виктор Данилкин тоже отказал, сославшись на то, что вызывать всех заявленных свидетелей «списком» было бы слишком сложно и, скорее всего, неоправданно. Многие из них уже были допрошены во время предварительного следствия, другие вряд ли смогут предоставить суду какие-либо доказательства в рамках исследуемых вопросов. Тем не менее председатель сообщил защитникам, что «не исключает» вызов на процесс кого-то из заявленных защитой свидетелей персонально. «Если, конечно, в этом возникнет необходимость,— добавил господин Данилкин.— Мы, кстати, можем допросить в качестве свидетелей сотрудников прокуратуры и следственного комитета. Иммунитета у них нет».

Оригинал материала

«Коммерсант» от origindate::01.04.09