Грехи табачного митрополита

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


"Особую брезгливость вызывает своими аристократическими замашками табачный митрополит Кирилл"

Митрополит Кирилл Пять лет назад, в разгар “табачного” скандала вокруг Отдела внешних церковных сношений, все живо обсуждали проблему коммерциализации Русской церкви. Порой звучали весьма резкие суждения. Верхушка нашей Церкви берет пример с руководства страны и поэтому погрязла в роскоши и коррупции. Особую брезгливость вызывает своими аристократическими замашками табачный митрополит Кирилл. Грязный бизнес с табаком и духовность несовместимы”.

Наши предки называли смутные времена “замятней”. Нечто подобное переживаем мы сегодня. В такие периоды размываются нравственные понятия. Отбиваясь от справедливых нападок прессы, “табачный” утверждает: “Если у Церкви не будет самостоятельных источников финансирования, то из той несвободы, которую мы имели в советское время, мы можем попасть в еще большую несвободу от сильных мира сего, в чьих руках деньги. Выход один — создать собственную экономическую базу, независимую систему финансирования”. И такую систему он выстроил.

Что же такое этот таинственный отдел и почему он столь всемогущ? Процитируем поздравительный адрес “табачному”, преподнесенный ему сотрудниками в день 50-летия: “Поскольку Отдел внешних церковных сношений был в нашей Церкви единственной центральной общецерковной структурой, обладавшей достаточно большим и квалифицированным аппаратом, Вы, по благословению Святейшего патриарха, приступили силами Отдела к созданию церковно-социальных программ. Существующие ныне при Священном Синоде Отделы по религиозному образованию и катехизации, по церковной благотворительности и социальному служению, по взаимодействию с Вооруженными силами и правоохранительными учреждениями, Миссионерский отдел — берут свои истоки в Отделе внешних церковных сношений, и это, бесспорно, Ваша заслуга перед Церковью”.

Все это почти правда. Не упомянуты Издательский и Учебный отделы, которые в советское время были не менее мощными и организованными структурами. Но оба были разгромлены “табачным” и митрополитбюро еще в начале 90-х. Владыка Гундяев на самом деле является “крестным отцом” почти всех синодальных структур. А они, в свою очередь, — фундаментом и опорой будущего патриарха. Это ничего, что подавляющее большинство — фикция, чисто бюрократические структуры, создающие видимость бурной деятельности. Важно другое: “табачный” кует кадры и расставляет их в преддверии выборов патриарха на ключевые места. Причем спешит. Он понимает, что выборы будут тайными и поэтому важно заручиться поддержкой как можно большего числа епископов. Ибо именно им предстоит выбирать следующего патриарха. Поэтому спешно продвигает своих кандидатов. Очередной виток кадровой интриги был разыгран на недавнем заседании Священного синода 7 мая. Один из самых близких и преданных “табачному” епископов — Магаданский Феофан — был переведен поближе к Москве, в хлебный Ставрополь.

После окончания Московской духовной академии крестьянский сын Иван Ашурков решил посвятить жизнь монашеству. В начале 80-х подвизался при офисе Троице-Сергиевой лавры, принимая знатных гостей и иностранцев. Вряд ли нужно объяснять, кому в большевистские годы доверяли работать с иностранцами. В середине 80-х его отправили на Святую землю духовником Горненской обители. Опять-таки — было оказано высокое доверие. В те годы у СССР с Израилем не было дипломатических отношений. Поэтому Ашурков исполнял, как потом с гордостью признавался, деликатные поручения внешней разведки. Но это не помогло. В Иерусалиме отец Феофан долго не продержался — одна из монахинь женской Горненской обители забеременела. Духовник после расследования вылетел как пробка и приземлился в Загорске, где уже владел нехилым домом. Бывшей монахине Любови Иосифовне купил домик неподалеку, в Александрове. Года два или три замаливал грехи в лавре. Но тут подоспела перестройка и сменился председатель ОВЦС. А через годик Феофана направили в Южную Америку, в Буэнос-Айрес.

Архиепископ Лазарь, занимавший в Аргентине епископскую кафедру не первый год, оказался человеком прозорливым. Он быстро раскусил честолюбивого монаха. Уличил его в сребролюбии, подсиживании и отправил обратно в Россию. Но тот душою не поник и вскоре стал заместителем всемогущего председателя ОВЦС. В октябре 1993 года тщетно пытался примирить мятежный парламент с президентом Ельциным. Как дипломат с треском провалился. Зато финансовые проблемы разрешал с легкостью. Накануне дефолта (добрые люди подсказали!) снял со счетов отдела в “табачном” банке “Пересвет” около пяти миллиардов рублей и положил их на счета Оргбанка. Поиграв с ГКО, получил более 60% прибыли. Эти аферы архимандрита вынудили уволиться по собственному желанию главного бухгалтера отдела Синицыну.

Деятельный Ашурков организовал при ОВЦС паломнический отдел. За год отец Феофан отправлял в Израиль и Грецию тысячи паломников. Деньги собирали два верных человека, отдавая все ему. Паломникам выдавали квитанции, поразительно напоминающие фиговые квитки владелицы “Властилины” Соловьевой. Впрочем, и тут разразился скандал. Накануне визита Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II в Иерусалим в связи с празднованием 150-летия миссии неожиданно выяснилось, что деньги за паломников не перечислялись уже полгода. Паломников принимали, расселяли, кормили, а патриарха принять не на что! Ашурков быстро перевел круглую сумму на счет миссии и успел замять скандал. Дотошные недруги выяснили: паломнический бизнес принес неутомимому архимандриту немалые доходы. Он приобрел квартиру на Старом Арбате в престижном доме (квадратный метр в этом здании стоит три тысячи долларов), не 600-й, но престижный “мерс”. Выстроил коттедж по индивидуальному проекту на Николиной Горе (кооператив “Уборы”).

Продуктовый магазин в Южном Бутове (так, мелочевка, — еще одна недвижимость ОВЦС) “табачный” велел продать. Архимандрит Феофан точно выполнил его указание. Каково же было изумление покупателей, когда после совершения сделки они обнаружили, что магазин обременен долгом в три миллиарда рублей! Архимандрит Феофан исполнял роль связующего звена между ОВЦС и МВД. Он лично сопровождал экс-министра Анатолия Куликова (ныне депутат Госдумы) и его супругу в паломнической поездке в Израиль. Ублажая Анатолия Сергеевича, он ночью (!) обвенчал его в храме Горненской обители. Не будем забывать, что экс-вице-премьер Куликов в правительстве Черномырдина курировал Таможенный комитет.

При отделе томился талантливый безработный, некто Сергей Житенев — когда-то зампред совета коммерческого банка развития иностранного туризма (Интурбанка). Ашурков повысил его в ранге. Житенев стал именоваться полномочным представителем ОВЦС, а также по совместительству генеральным директором Национальной туристической корпорации! Сергей Житенев начинал свою карьеру в ЦК ВЛКСМ. Затем, с началом перестройки, устремился в бизнес. За короткое время стал помощником президента Национального фонда спорта Бориса Федорова.

Весной 1997 года, после громкого убийства генерального директора туристической фирмы “МТК-Москва” Андрея Илюхина, Житенев вынужден был уйти в тень. Илюхин был и вице-президентом акционерного общества “Мосинтур”, на которое еще в 1995 году положил глаз глава НФС Федоров. Создавая мощный холдинг, Федоров попытался подмять под себя и туризм. АО “Мосинтур” появилось на свет в 1992 году. Оно владело 13 гостиницами и несколькими административными зданиями в центре столицы. Весной 1992 года АО оказалось правопреемником Госкоминтуриста СССР. Возглавлял фирму Николай Шевелкин, а его прямым замом был Андрей Илюхин. Через АО ежегодно проходило около 15 млн. бюджетных долларов. После того как “Мосинтуром” заинтересовался Федоров, к Шевелкину стали наведываться “братки”. Вскоре Шевелкин оставил “Мосинтур”, а генеральным директором стал Сергей Житенев. Он создал настолько благоприятные условия для работы, что Илюхин вынужден был покинуть АО. В марте 1997 года он был расстрелян у дверей своей квартиры.

В 1999 году Ашурков и Житенев начали штурм тогдашнего Правительства РФ. Гундяев настрочил письмо на имя премьера Примакова, подписав его у патриарха. Оказывается, чтобы отправить россиян на Святую землю, Гундяеву необходим Паломнический центр. На Воробьевых горах расположена высотная гостиница “Университетская”, которая приглянулась “пилигримам”. Это собственность Москомимущества, которое не собиралось с нею расставаться. Однако Житенев и Ашурков не угомонились, пока не оттяпали отель.

Наконец, в 2000 году “табачный” все же возвел неугомонного Ашуркова в генералы — он стал епископом. Хоть и не декабрист, а покорно уехал в Магадан, заверив патриарха, что и думать не станет о Москве. Прошло всего два года. В Магадане до сих пор не утихают скандалы. Православные наградили епископа почетным званием — “владыка Хитрован”. Губернатор Цветков трагически погиб в Москве, и владыка Феофан торжественно проводил его в последний путь. В конце прошлого года серьезно занемог патриарх. “Табачный” засуетился. Пока православные молятся о здоровье Святейшего, он спешно начал расчищать путь к патриаршему престолу. Понадобился Феофан. “Табачный” перевел его поближе к столице — в Ставрополь. Все-таки не Магадан. Важно, чтобы верный человек был всегда под рукой. А вдруг предстоит договариваться не только с епископатом, а с чиновниками, бизнесменами и криминалитетом? Для этого-то и нужен Феофан. Он никакой работой не брезгует. А нужды Церкви? Неужели наш епископат не печется о душах прихожан, об их нуждах? Неужели смолкли голоса тех, кто на самом деле печется о благе Церкви?

К счастью, среди епископов немало тех, кто сторонится интриг. Они трудятся на благо россиян, стремясь поддержать униженных и оскорбленных, нищих и убогих. Ими жива наша Церковь.

Сергей БЫЧКОВ

Оригинал материала

[1]«Московский Комсомолец»