Губернато обиделся на "сучару" и "тварь"

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Глава Владимирской области Николай Виноградов отправил на скамью подсудимых участников интернет-форума

1170228370-0.jpg Вчера в городе Коврове Владимирской области начался уникальный судебный процесс. Впервые за разговоры на интернет-форуме о местной власти судят журналиста. Уголовное дело было заведено по жалобе губернатора области.

На здании суда в городе Коврове впору вешать плакат середины прошлого века с суровым гражданином, который, приложив палец к губам, требует от всех и каждого — «Не болтай!». Как показало время, плакат за десятилетия нисколечко не устарел. Правда, в прежние годы этот шедевр полиграфической продукции СССР предупреждал, что врагов вокруг много и надо думать, прежде чем делиться мыслями абы с кем. Сегодня суть его изменилась ненамного — прежде чем болтать во Всемирной паутине, думай: а нет ли среди читателей больших чиновников? Болтунам из Владимирской области не повезло. Их разговоры в глобальной Сети прочитал самый главный областной чиновник.

Губернатор Владимирской области Николай Виноградов посчитал обидными для себя многие записи участников форума, на который он наткнулся в Интернете. Кроме того, глава региона был весьма недоволен тем, как обсуждалась на электронном ресурсе работа областной администрации. Весной прошлого года он подал заявление об оскорблении должностного лица и клевете в свой адрес в прокуратуру, милицию и ФСБ. Следователи быстро установили пятерых человек, которые вызвали гнев губернатора, пригласили их на допросы и даже изъяли компьютеры. Но на скамью подсудимых сел лишь владимирский журналист Дмитрий Ташлыков. Правда, обе экспертизы не смогли подтвердить вину разговорчивых гостей форума.

Процесс в Коврове можно рассматривать сразу с нескольких позиций. Естественно, пока суд не скажет свое слово, мы не можем утверждать, виновен или не виновен журналист. Но о некоторых чисто процедурных моментах высказаться вполне позволительно. Как и порассуждать на тему этики общения в Сети. А главное — поспорить об отношениях участников форумов и их провайдеров.

Безусловно, разговор, который теперь подшит и пронумерован в материалах уголовного дела, корректным назвать никак нельзя. Хотя собеседники в Сети нецензурщиной не баловались, однако оценки и слова были и грубыми, и обидными. Но это характеризует не личность высокого чиновника, а невысокий уровень воспитания и культуры участников интернет-форума. Измерять культуру в статьях уголовного закона — путь в тупик. И в нем наша страна уже достаточно потопталась.

С каких пор культура общения попала в компетенцию суда?

Почти наверняка можно утверждать, что если бы в милицию обратился рядовой гражданин с подобной жалобой, никакого уголовного дела и дорогостоящих экспертиз не было. Гражданину в лучшем случае отказали бы в возбуждении дела и посоветовали идти в суд с иском о защите чести и достоинства. А суд иск бы не принял, так как фамилия обиженного в обсуждении на форуме не упоминалась.

Высокопоставленный чиновник, занимая большой кабинет, должен понимать, что он теперь личность публичная, о которой неизбежно будут говорить. Надо думать, не только комплименты, и не только подчиненные. Неприятные слова — это неизбежные издержки высоких постов. Так происходит во всем мире. А использовать рычаги власти в подобной ситуации куда хуже, чем оставить грубые слова на совести обидчиков.

Теперь по поводу сайта. На ковровском форуме есть стандартное в таких случаях напоминание, что критиковать личность, черты характера и поведение, культурный уровень оппонента и прочие его качества запрещено. Эти указания исключительно рекомендательного характера. Но человек, отвечающий за форум, вполне мог предупредить разошедшихся граждан, а бранные, на его взгляд, слова попросту удалить. Не поймут? Больше не регистрировать. Кстати, так делается во всем мире. Ничего подобного в Коврове не было сделано.

Регулировать общение в Интернете Уголовным кодексом, безусловно, мечта многих начальников. Но свобода слова, пусть и с неизбежными издержками, — основное человеческое право.

Еще интересный момент. Только суд в состоянии доказать, что журналист и имя на форуме — это один и тот же человек. Такого суда не было, а Ташлыков тождество отрицает. Гораздо интереснее выяснить, на каком основании следствию «сдали» информацию о пароле и логине журналиста. Это было сделано по устному указанию или по решению суда? И как все это соотносится с разрекламированной защитой персональных данных?

Наталья Козлова

комментарии

Александр Глисков, адвокат:

- С точки зрения действующего законодательства нет разницы, распространены порочащие сведения в газете, на телевидении, в сети Интернет, на заборе или в письме. По сложившейся судебной практике распространением признается сообщение спорной информации хотя бы одному лицу. С этой точки зрения распространение порочащей информации на интернет-форуме дает основание на иск в суд. Главная проблема в том, как доказать, что такая информация распространялась, и установить ее автора.

Когда речь идет о рядовых гражданах, то суды, как правило, не признают распечатки с интернет-сайтов, а нотариусы отказываются удостоверять факт нахождения конкретной информации на конкретном сайте. Поэтому ответчики зачастую строят позицию на отрицании самого факта распространения информации. Что касается автора, который прежде всего должен понести ответственность, то его установить еще сложнее. Даже если вычислить, с какого именно компьютера распространена информация, ответчик может заявить, что он лично к этому компьютеру в то время не подходил, находился в другом месте.

Согласно разъяснению Верховного суда, в подобной ситуации можно обратиться в суд с заявлением об установлении факта несоответствия действительности распространенных сведений. Правда, в этом случае доказывать факт несоответствия сведений действительности придется уже не ответчику, а заявителю.

И еще одна сложность, связанная с подобными делами. Если истцу все-таки повезет и он сможет убедить суд в своей правоте, при определении размера компенсации морального вреда необходимо будет учесть объем аудитории, которая ознакомилась с порочащими высказываниями. Что сделать практически невозможно.

комментарий

Оксана Грунченко, старший научный сотрудник отдела культуры русской речи Института русского языка им. В.В. Виноградова РАН:

- В последнее время обращения о проведении лингвистических экспертиз поступают к нам очень часто. Можно сказать, статья 130 («Оскорбление») и статья 297 («Неуважение к суду») Уголовного кодекса заработали более интенсивно. По крайней мере, если судить по количеству обращений к нам.

Можно ли в ковровском деле расценивать действия губернатора как попытку политического давления на журналиста, как стремление к возвращению цензуры. Этот вопрос не к нам, лингвистам. Мы не можем как эксперты давать заключение о том, допустимы те или иные действия человека. Этические оценки — не предмет лингвистической экспертизы. Мы можем лишь дать экспертное заключение о том, являлись ли высказывания, опубликованные на интернет-форуме, оскорбительными, и установить их отнесенность конкретно к лицу, подавшему иск.

На интернет-форумах есть связь в репликах. Ну, например, если вы на форуме меня спросите: «Что думаешь про Машу?». А я отвечу: «Да она… такая!». В вашей реплике есть указание на конкретное лицо. В моей — характеристика. И не абстрактная, а конкретного лица, о котором вы меня спросили. Но зачастую контекста бывает недостаточно, чтобы установить соотнесенность слов с лицом, в адрес которого они могли быть сказаны. И тогда мы в своем заключении так и пишем: установить невозможно. Так что решать в любом случае судье.

Алексей Симонов, президент Фонда защиты гласности:

- Недавно был совершенно замечательный случай, когда мировой судья в городе Абакане вынес решение о конфискации сайта. Городской суд его поправил, сказав, что в связи с тем, что сайт не имеет материального носителя, его конфисковать нельзя. Но теперь владельца этого сайта обязали зарегистрировать его как средство массовой информации. Было также несколько попыток предъявить претензии к владельцам серверов, когда сообщения на форумах публиковались под никами. Они не увенчались успехом, но капля камень точит, но эти попытки заметно усиливаются в последнее время.

Желание законодательно регулировать Интернет уже сформулировано, но пока не придумают, как это сделать, будут такие «точечные удары» по пользователям или провайдерам. Говорят, что Интернет — это помойка. Но давайте людям хотя бы «помойку» оставим. Почему все должно быть зарегулировано? Я считаю, что Интернет не должен быть регулируем ничем, кроме разумных экономических законов. Как реагировать на оскорбления в Интернете? Пропускать мимо ушей. А если оскорблений становится много, подумать, почему так происходит, может быть, люди правы?

Подготовили Галина Брынцева, Наталья Каныгина

Оригинал материала

«Российская газета» от origindate::31.01.07