Гурьевская баланда

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Оригинал этого материала
© "Вслух.Ру", origindate::20.01.2006

Гурьевская баланда

Как сенатор подсидел олигархов, а те и «сели»

Ровно год назад, в январе 2005 года три крупнейших российских региона (Новгородская, Смоленская и Воронежская области) были поставлены фактически на грань дефолта. Три крупнейших градообразующих предприятия этих регионов, производящих столь нужные селу минеральные удобрения, были остановлены монопольным производителем апатитового сырья. Кто же дал команду на такой варварский шаг? Кому принадлежит эта макиавеллевская политическая модель вывода возмущенных людей на улицу? Вопросы тем более актуальны, что история повторяется вновь: Новгородская и Смоленская области снова в опасности, а виновник их плачевного положения прежний. Это абсолютно теневой политик – сенатор от Мурманской области Андрей Гурьев.

Кто такой Михаил Ходорковский знают даже школьники – бывший глава «ЮКОСа», некогда самый богатый человек России, ныне – арестант, осужденный главным образом за неуплату налогов. Старшеклассники знают, кто такой Платон Лебедев – бывший директор банка «Менатеп», тоже в прошлом очень богатый человек, оказавшийся в тюрьме чуть ранее Ходорковского. Абсолютное же большинство россиян уверено, что оба этих олигарха обворовали государство, и находятся за решеткой за дело.

Тем не менее, несмотря на то, что правоохранительным органам хоть и удалось загарпунить крупную рыбу, в стране по-прежнему продолжают воровать. И, что самое удивительное - по налаженным Ходорковским, Лебедевым и Ко схемам, их же бывшие подельщики. Правда, они вовремя уловили ветер перемен, и теперь не стыдятся показывать пальцем на «зарешеченных» олигархов, обвиняя своих прежних боссов во всех смертных грехах.

На то, что пальцем показывать как минимум неприлично, Андрею Гурьеву, бывшему замначальника инвестиционного департамента «Менатепа», а ныне действующему главе открытого акционерного общества «Апатит», а также представителю Мурманской области в Совете Федерации, похоже, наплевать.

Сегодня мало кто помнит, что уголовные дела названных олигархов были возбуждены как раз из-за махинаций с государственными акциями «Апатита» – крупнейшего в России предприятия по производству апатитового концентрата, необходимого, в свою очередь, для изготовления фосфатосодержащих удобрений. Именно за присвоение мошенническим образом акций «Апатита» были отправлены в тюрьму Платон Лебедев, а вслед за ним и Михаил Ходорковский. И только потом правоохранительные органы принялись выжимать «ЮКОС».

После того как стали известны обвинительные приговоры по делу «ЮКОСа», у сенатора Андрея Гурьева начался активный период: ему-то ведь по-прежнему важно, чтобы к нему лично не было никаких претензий. Как говорится, я - не я, и корова не моя. Тем более что для этого у сенатора есть подходящая мишень – новгородский химический комбинат «Акрон». Очевидно, Гурьев до сих пор всерьез рассчитывает, что если дело «ЮКОСа» потребует новых обвиняемых, то «Акрон» вполне может стать биологической активной добавкой в рационе отечественной Фемиды вместо него самого с «Апатитом».

Барская хворь – мужицкое здоровье

В роли основного поставщика сырья на «Акрон», который является крупнейшим производителем химических удобрений в России, выступает как раз «Апатит». Однако отношения между поставщиком и производителем далеко не партнерские. Дело в том, что «Апатит» - фактический монополист в производстве апатитового концентрата – его общероссийская доля составляет более 80%. По идее, цена на продукцию любого монополиста регулируется не рынком (ввиду отсутствия конкуренции), а государством. Но на «Апатит» это правило не распространяется, так как предприятие, несмотря на занимаемую долю, на законодательном уровне монополистом не признается. Нонсенс? Вполне. Хотя и объяснимый: Андрей Гурьев не только глава «Апатита», но и сенатор в Совете Федерации. А комиссия Совета Федерации по естественным монополиям, якобы изучив положение «Апатита», постановила, что это предприятие монополией не является.

Может показаться, что принципиальной разницы нет: подумаешь, не монополист, и что? А дело как раз в том, что вмешательство государства в ценообразование апатитового концентрата могло бы разрушить созданную еще при свободных олигархах и принадлежащую теперь исключительно Гурьеву бездонную кормушку.

Очевидно, что если бы «Апатит» беспардонно в открытую задирал цену на свой концентрат, его бы очень быстро прищучили. Поэтому предприятие продавало плоды своих трудов исключительно своим посредникам, которые и накручивали, и до сих пор накручивают цену. Другой вопрос, что посредники принадлежат тем же лицам, что и сам «Апатит» (сначала хозяевами были Ходорковский с Лебедевым, теперь – Гурьев).

Себестоимость тонны апатитового концентрата – 24 американских долларов. А российским производителям удобрений, в том числе и «Акрону» эта тонна обходится более чем в 50 долларов. Мощности «Апатита» позволяют вырабатывать 9 миллионов тонн в год. Соответственно, ежегодный доход владельца всей схемы, то есть Гурьева – не менее 234 миллионов долларов США. Это же сколько черной икры можно купить для «дружественных» законодателей, чтобы они поправили свое и так никчемное здоровье?

Хотя икры много не бывает. Даже сегодня, когда над Андреем Гурьевым сгущаются тучи, цена на апатитовый концентрат в течение всего 2005 года значительно повышалась без всяких на то оснований. То есть сенатор действительно рассчитывает на то, что Федеральная антимонопольная служба (ФАС), постоянно рассматривающая этот вопрос, как обычно, пойдет ему навстречу и позволит «Апатиту» и дальше получать незаконные прибыли.

Тут важно понимать, что вся сверхприбыль предприятия, благодаря целой структуре фиктивных посредников «освобождается» от налогообложения. Как теперь модно говорить, налоговые отчисления «оптимизируются». Вот лишь частичный перечень только тех юридических перепродавцов, которых удалось вычислить правоохранительным органам: ЗАО «Апатит-Трейд», ООО «ФосАгро-Маркетинг», ООО «Дин», ООО «Варяг», ООО «Аскольд-Север», ООО «Фоско», ООО «Фиако-МК», ООО «Фосмаркет», ООО «Фострейд» и другие.

Кстати, интересный момент: за последние 4 года объем производства «Апатита» не увеличивался. Однако товарооборот предприятия удвоился. Этот парадокс объясним тем, что, наблюдая за гайками, закручиваемыми государством, «Апатит» и его хозяева сели на диету и отказались от определенной доли навара, выведя часть своего бизнеса из подполья. К сожалению лишь часть: если раньше фиктивные фирмы-посредники продавали концентрат с рентабельностью 400%, то в последние годы – не менее 200%. Как раз в два раза.

Впрочем, очевидный обман государства должны предотвращать соответствующие органы. Однако предприятия, которым необходим вырабатываемый «Апатитом» концентрат, все эти годы были вынуждены работать в навязываемых монополистом условиях. И «Акрон» постоянно добивался одного: чтобы монопольный статус «Апатита» был признан официально. Конечно, защищая свои интересы и мешая сенатору зарабатывать очередную сотню «лимонов», «Акрон» успел откровенно надоесть Гурьеву. Именно Андрею Гурьеву лично, потому что пока настоящие владельцы «апатитовой жилы» находятся в местах не столь отдаленных, он, Гурьев, остался на хозяйстве без настоящих хозяев. Прямо «барская хворь – мужицкое здоровье». Конечно, заболевший барин очень выгоден Гурьеву - если государство поднажмет, он сможет откреститься, мол, ни сном, ни духом о происходящем. Может быть он, неразумный, всегда думал, что это зарплата такая у главы «Апатита», а не сворованные миллионы.

С другой стороны, если государство все-таки уверует в многомиллионное жалованье Гурьева, сенатор может продолжать и дальше есть ананасы и жевать рябчиков. Шаг, конечно, рискованный, но ведь не просто так же он сегодня сенатор?..

Последний день сенатора

Но кто же знал, что на повестку дня когда-нибудь встанет вопрос о снятии с Гурьева сенаторской неприкосновенности? Похоже, день твой последний приходит, сенатор. И если иммунитет будет снят, несладко ему, Андрею Гурьеву, придется - рискует и косточкой подавится и на ананасе поскользнуться. А нечего было, говоря современным языком, кидать своих прежних хозяев. Во-первых, покушаться на их бизнес, а во-вторых, прикинувшись борцом за торжество закона, помогать рыть для них могилы. Только вот не вечным получился склеп: ставшие социально ответственными олигархи рано или поздно выйдут из мест не столь отдаленных, и ему, сенатору без иммунитета, в эту усыпальницу будет прямая дорога…

Надо было как-то спасать положение. А тут как раз опять «Акрон» со своими монопольными вопросами. Будет уместно отметить, что в ходе разбирательств по «ЮКОСу» рассматривались договоры прямых поставок «Апатита». В первую очередь, естественно, олигархические подставные посредники концентрата. Но ведь могут добраться и до гурьевских. А коль скоро итоговым и основным покупателем был «Акрон», значит, на него и стрелки логично перевести.

Видно, что Гурьев пытается убить даже не двух, а сразу трех зайцев: в первую очередь, подсунув «Акрон» в качестве главного злоумышленника, он снимет обвинения с себя. Во-вторых, в случае удачи, будет больше некому возвращаться к вопросу о монопольном предприятии «Апатит», вырабатывающем 84% общероссийского апатитового концентрата. И, в-третьих, даже если весь этот план потерпит фиаско, внимание общественности будет переключено с «Апатита» на «Акрон».

А попутно Гурьев организовал в январе 2005 года 3-недельную остановку 3 крупнейших градообразующих предприятий в Новгородской, Смоленской и Воронежской областях. Впервые в России была отработана модель остановки пополнения бюджета в регионах с общим населением в 5 млн. человек через прекращение отгрузки сырья монопольным производителем.

Удивительно, но абсолютно идентичной сырьевой блокаде Андрея Гурьева злосчастные предприятия подверглись и в начале 2006 года: очередное 15-процентное повышение стоимости на апатитовый концентрат уже стало губительным для градообразующего предприятия смоленской области «Дрогобуж», которое ныне остановлено. На краю пропасти не менее крупные «Акрон», и «Россошанские минудобрения». Очевидно, сенатора не покидает мысль о нависшей опасности, а стало быть, все имеющиеся рычаги давления на «подставных уток» должны быть смазаны и готовы к действию в любой момент.

Оборотни с перьями

Собственно на «убой» третьего «зайца» сейчас и уходят все усилия сенатора от Мурманской области. В средствах массовой информации про «Акрон» чего только не пишут. Правда, статьи носят явно заказной характер. Ангажированность прессы в этой истории очевидна тем более что, зная повадки Гурьева, «Акрон» за несколько недель до появления первой «разоблачительной» статьи предсказал грядущей лавину «черного пиара».

Журналистские «расследования», проведенные явно после сытного обеда с черной икрой, не только полны провокациями, но и содержат откровенно лживую информацию, граничащую с абсурдом. Оказывается, Новгородская область «задыхается от недополученных налогов «Акрона»», и, «какой ужас», компания помогала строить онкологический центр якобы потому, что совесть замучила: мол, от деятельности производящего удобрения «Акрона» в области много больных раком. Ну не смешно ли?

Хотя, чего еще требовать от оборотней с перьями в ситуации, когда обвинить не в чем?

Также «акулы пера» ставят «Акрону» в вину стратегическое партнерство с губернатором Новгородской области Михаилом Прусаком. Видимо, осуждая за то, что предприятие приносит государству сотни миллионов рублей? «Антигосударственной» деятельностью попахивает, господа «журналисты».

Между тем «Акрон» продолжает оставаться основой успешной инвестиционной политики Прусака в своем регионе. Против цифр не попрешь: «Акрон» является основным налогоплательщиком в области, а в прошлом году в бюджеты всех уровней химическое предприятие заплатило более 1,2 миллиардов рублей.

Впрочем, Гурьева вряд ли волнует благосостояние государства в общем, и Новгородской области в частности. Больше его интересуют собственные прибыли. На этом фоне разыгравшийся инстинкт самосохранения хозяина «Апатита» может стать поводом для обращения к психиатру. Ведь, «приватизировал» он в свое время столько, что сегодня при появившемся пристальном внимании силовых органов ему остается лишь разоряться на откровенную ложь в прессе и подкармливать черной икрой таких же черных «пиарщиков».

А между тем, апатитовый концентрат, которым спекулирует сейчас Гурьев – это основа фосфатных удобрений, которые, в свою очередь, составляют базу сельского хозяйства. И, прежде всего, речь идет о зерновых культурах, то есть, о хлебе.

И еще раз займемся математикой: в течение года российское сельское хозяйство потребляет примерно 300 тысяч тонн фосфатных удобрений. Если бы апатитовый концентрат стоил хотя бы на треть дешевле, понизилась бы цена на фосфатные удобрения, и, как следствие, в сельском хозяйстве их ежегодное потребление выросло бы до 450-500 тысяч тонн. По самым скромным подсчетам, одна тонна фосфатных удобрений увеличивает урожай зерновых не менее чем на 5 тонн. Это значит, что даже 30-процентное снижение стоимости апатитового концентрата может увеличить производство хлеба ровно на один миллион тонн.

Если бы не жадность Гурьева, российские фермеры могли бы за те же деньги производить на миллион тонн хлеба в год больше. Из расчета одного килограмма на человека в сутки, этого хлеба хватило бы на год 3 миллионам российских семей. При этом мы посчитали лишь 30-процентную скидку на апатитовый концентрат. А если бы его стоимость регламентировал рынок или хотя бы государство?..

«Послеикорное» буйство

И виноват ли «Акрон» в том, что цены на хлеб растут? Впрочем, обвинять в этом напрямую пока ни у кого совести не хватает. Попытки криминальных наездов, а было их порядка 80 за эти годы, не принесли должного результата, да и опасно стало «это дело». Так вдруг и «засветиться» можно. Поэтому вся борьба перешла в плоскость средств массовой информации. Благодаря Гурьеву за последние несколько лет было размещено более сотни насквозь лживых публикаций антиакроновского содержания, одна нелепей другой.

Вовлечь СМИ в конфликтную ситуацию – дело, конечно, нехитрое. Однако не стоит забывать, что Андрей Гурьев не только владелец внушительного капитала, он еще и сенатор, обладающий очень мощным административным ресурсом. Если уж ему удалось убедить комиссию Совета федерации по естественным монополиям, а вместе с ним и Федеральную антимонопольную службу в том, что его золотой «Апатит», производя 84% необходимого в сельском хозяйстве сырья, не является монополией, то, что для него тогда какой-то там химкомбинат? Вот тебе, бабушка, и гурьев день.

И вот это уже серьезно: «Акрон» регулярно проверяется налоговыми службами и антимонопольной службой. И это притом, что у государства есть четко сформулированные вопросы к «Апатиту» (олигархи-то посажены, но сворованные у страны акции монополиста никто не вернул!).

И, опять-таки, пресса в ярких красках описывает все это «послеикорное» буйство аудиторов и налоговых инспекторов на «Акроне». Причем журналисты пытаются объяснить интерес налоговых служб к комбинату тем, что, дословно, «некогда самый современный российский химкомбинат, на сегодняшний день является уже далеко не современным (износ основных фондов превысил 60%)». Интересное дело получается: фактически единственным возможным поставщиком основного сырья на «Акрон» является «Апатит». «Апатит» выставляет «Акрону» цену, превышающую ту, по которой апатитовый концентрат продается за рубежом (хотя не скажешь, что в России он в дефиците, скорее наоборот). При этом «Акрон» является коммерческой структурой, которая покупает сырье, делает из него удобрения и обеспечивает нужды сельского хозяйства (!). Но ведь отечественные фермеры тоже не купаются в деньгах. Подними «Акрон» цену, им придется отказаться от удобрений вовсе. А кто от этого пострадает, мы уже выяснили. Не понятно одно: в чем вина «Акрона», который вынужден работать себе в ущерб, связанный по рукам и ногам монопольной стоимостью концентрата?

В принципе, все достаточно логично: сначала сенатору Гурьеву мешали зарабатывать олигархи. Теперь иных уж нет, а те далече. Сегодня получать зарплату в 234 миллиона долларов мешает «Акрон».

Шизофрения, как и было сказано

Брызжущий слюной Гурьев продал бы, наверное, и Родину, лишь бы нейтрализовать своего главного потребителя. Вот как описывает аутизм – один из основных симптомов шизофрении - известный психиатр профессор Райнер Тёлле: «Аутизм, с одной стороны, проявляется в пассивности: больной почти не принимает участия в делах окружающих. С другой стороны, аутичен тот больной, который погружен в свои бредовые переживания и не может вести себя так, чтобы это соответствовало окружающей его реальности»…

Никого не напоминает? Правильно, ведь господин Гурьев всегда оставался теневым олигархом, категорически отрицая всякую публичность. А про «бредовые переживания» и несоответствие действий с реальностью и так уже было сказано немало.

Также психиатры могут объяснить и особое отношение Гурьева к своим бывшим начальникам. В медицинских кругах такое поведение называют «сенситивным бредом отношения». «Вследствие задержки конфликты или переживания не вытесняются, а наоборот, «застревают», остаются мучительными в сознании, господствуют в переживаниях невыносимым образом», - рассказывает о сенситивном бреде профессор Тёлле.

Так и в переживаниях Гурьева господствуют невыносимым образом воспоминания о совместной с Ходорковским и Ко «работе». Вроде работали плечом к плечу, а его, Гурьева никто всерьез не воспринимал, да и денег у нынешних героев школьников было больше. Сейчас Гурьев уже наверстал упущенное: сегодня, когда экс-начальники мотают срок, он, Андрей Гурьев, является счастливым обладателем нескольких миллиардов долларов. И очень даже понятно стремление Гурьева убрать и всех своих «подельников», свидетелей былых «дел». Ох, как не повезло Невзлину. «Отъехавший» Невзлин у «невыездного» Гурьева – кость в горле. Потому как свидетель «славных» прошлых дел. Главное, чтобы не вспомнили, что непосредственным начальником Пичугина, осужденного на 20 лет за убийства, был как раз Андрей Гурьев. Гурьев хочет убрать свидетеля Невзлина. И Невзлин, похоже, уже это понимает.

В этой ситуации нужен общий враг. И он был найден. За «Акроном» грехов не числится. Следовательно, их надо придумать. Глядишь – хоть что-нибудь и выгорит. Вот только получается у Андрея Гурьева задуманное как-то неуклюже. Как у слона в посудной лавке. Интересно, а кто будет платить за разбитую посуду?