Дайджест : Минимущество: безмолвная оборона. Бородин, Газизуллин

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск



"Министр Минимущества Фарит Газизуллин не любит отечественную культуру. По крайней мере к такому выводу можно прийти, наблюдая за тем, как он упорно желает вселить госсекретаря России и Белоруссии Павла Бородина со всем его комитетом в старинный особняк на Делегатской, 3, в котором находится Всероссийский музей декоративно-прикладного искусства.
"МН" ("Минимущество - это Кремль эпохи приватизации", # 48, 2001) писали о ситуации с музеем. Напомним суть. Более года назад появилось решение президента о предоставлении союзному комитету России и Белоруссии отдельного здания. Примерно тогда же глава государства распорядился выделить Бородину дом на Кутузовском проспекте, 34 (корпус 21 А) площадью в 13 тысяч квадратных метров. Но вместо комитета с разрешения Минимущества туда въехала только что созданная организация "Росспиртпром". Бородин же со своим аппаратом продолжал сидеть (сидит и ныне) на птичьих правах в весьма скромных помещениях приютившего его на время Управления делами президента на Старой площади и, видимо, не уставал напоминать Минимуществу о распоряжении президента. Ему снова предложили здание, на этот раз на Тверской, 20. Но и оно оказалось забито организациями, которые не собирались его освобождать, тем более что занимали его на вполне законных основаниях.

Спустя какое-то время госсекретарь со свитой постучался в двери уже закрытого музея на Делегатской, 3. Неожиданные гости объявили дежурной, что пришли смотреть здание под свой офис. Любопытно, что ни Минимущество, ни союзный комитет не поделились своими планами насчет музея с Минкультуры. Но министр культуры Михаил Швыдкой весьма недвусмысленно заявил, что "не позволит ущемлять интересы одного из крупнейших музеев страны". В конце концов сам президент высказался в защиту музея и призвал "оперативно найти другое решение проблемы".

Сегодня выясняется, что к главе государства, как, впрочем, и к премьеру Касьянову, призвавшему Фарита Газизуллина "принять меры к недопущению действий, идущих вразрез с указаниями президента", в Минимуществе не прислушались. Что заставляет министра упорно игнорировать указания и прямые поручения двух высших должностных лиц государства, неясно. Мы рассчитывали, что свои убедительные контраргументы он привел в своем письме к премьеру, но и в нем их нет. Из текста, которым располагает редакция, следует, что постоянный комитет союзного государства отказался от здания на Тверской, 20, "предложив вариант размещения по адресу: Делегатская, 3, основанный на предложении правительства Москвы и госсекретаря Бородина. Миниимущество России согласилось с этим предложением. Однако указанное предложение вызвало широкий резонанс среди российских СМИ, трактующих этот факт как "выселение музея".

Прежде всего нам непонятно, а как его еще можно трактовать? Но оказывается, не Минимущество послало Бородина на Делегатскую, 3, а сам госсекретарь якобы назвал этот адрес. Между тем пресс-секретарь союзного комитета не раз утверждал, что ни его шеф, ни сотрудники, отправляясь по адресу, данному в Минимуществе, не знали, что там находится. Кому же верить - Бородину или Газизуллину?

Как бы между прочим, Фарит Рафикович предлагает для госсекретаря еще один адрес - Пятницкая улица, 2, строения 1,2.

Рекомендовать столь непрезентабельное здание Бородину - просто жестоко его обидеть. Это старый длинный двухэтажный дом, самый запущенный на оживленной улице. Одна его часть сдается в аренду, в другую помимо нескольких городских служб втиснуты магазины и даже отделение Сбербанка. Но и сам Газизуллин не относится к своему предложению всерьез, ибо тут же рекомендует премьеру Касьянову "всесторонне проанализировать вопрос размещения постоянного комитета" все по тому же адресу: Делегатская, 3, и призывает его поручить Минкультуры созвать экспертную комиссию для "оценки возможности перебазирования музея". Причем один из доводов, по его мнению, не может не впечатлять: оказывается, до музея в старинном особняке графов Остерманов пребывал Совмин РСФСР. Видимо, г-н министр не в курсе, что сама эта организация и решила отдать в 1981 году здание только что созданному музею! А уж следующие его строки и вовсе полны трогательной заботы о музее. Оказывается, что на Делегатской, 3, нет фондохранилища, а "улучшив расположение музея, можно увеличить активность его посещения не только специалистами в области культуры и искусства". На этот счет Минимуществу вряд ли стоило беспокоиться: музей расположен на Садовом кольце в самом центре столицы и на отсутствие посетителей не жалуется. Известен же он своими коллекциями старинных народных промыслов, мебели, стекла, знаменитым агитационным фарфором мастеров русского классического авангарда из собраний Леонида Утесова и Марии Мироновой. Словом, в Минимуществе о судьбе музея могут не волноваться и даже забыть, что явно пойдет последнему на пользу.

Видимо, так считает и премьер Касьянов. В своем последнем письме в Минимущество он строго призывает его министра "обеспечить безусловное выполнение моего поручения... и о результатах сообщить администрации президента и правительству".

Как отреагируют в Минимуществе на это суровое послание премьера, мы не знаем. Связаться с его ответработниками, не говоря уже о самом министре, не удается. И потому мы были просто счастливы, когда после нашей первой публикации в редакцию позвонил некий господин Рапопорт, представившийся зам. начальника управления по связям с общественностью Минимущества РФ. Однако никакой интересующей нас информацией он не располагал, а, напротив, сам признался, что ему поручили выяснить, "откуда ветер дует". В свою очередь, корреспондент "МН", воспользовавшись моментом, перечислил ему все вопросы, на которые жаждал бы услышать ответы руководства Минимущества. Г-н Рапопорт, выслушав их, обещал довести до сведения начальства и согласился на предложение "МН", что в будущем "надо дружить домами". На том и расстались. Больше Минимущество на связь не выходило.

На всякий случай мы еще раз называем два главных из интересующих нас вопросов.

Что заставляет г-на Газизуллина предлагать постоянному комитету двух славянских государств заведомо неприемлемые варианты? Может быть, он выполняет некий заказ ограничить аппетиты бывшего завхоза Кремля и показать, что он перестал быть всесильным?

Еще нас интересует, почему федеральные музеи в Москве, возвращая церкви ее здания, в которых хранились фонды, сегодня задыхаются от нехватки площадей, но за минувшие десять лет не получили в столице ни одного квадратного метра?! И вряд ли получат, судя по истории с Музеем декоративно-прикладного искусства."