Дайджест : Управляющий уголовными делами. Хапсироков

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск



"Знакомый сценарий. Выстрелы наемных убийц. Пышные похороны. Гневные речи политиков. Публичные клятвы силовиков остановить "кровавый беспредел, захлестнувший российское общество"...
Так было в 95-м после гибели Влада Листьева. Так происходит сегодня, после убийства Галины Старовойтовой.
Пополняется только похоронный список. Остальное остается без изменений. Попробуйте вспомнить имя хоть одного пойманного киллера или его заказчика. И тому есть одна главная причина, о которой мы не раз говорили на страницах "Новой газеты". Все останется по-старому, пока в правоохранительных структурах правят серые кардиналы.
Об одном таком персонаже мы и коллеги из "Совершенно секретно" писали много раз. Речь идет об управляющем делами Генеральной прокуратуры Назире Хизировиче Хапсирокове.
Деятельность этого человека можно смело охарактеризовать одним словом - коррупция.
"Новая газета" несколько раз терпеливо повторяла в своих номерах факты противоправной деятельности г-на Хапсирокова. Ни на одну нашу публикацию мы не получили ответа. Молчание компетентных органов становится неприличным и наводит нас на мысль о том, что деятельность этого чиновника попросту одобряется.
Вот что нам было известно о Назире Хапсирокове до сегодняшнего дня. (Сначала краткое содержание предыдущих серий.)

Нам удалось отыскать след одного из уголовных дел, в которых фигурирует Хапсироков. Если Генпрокуратура все же решит заняться расследованием деятельности своего завхоза, то сообщаем: пять томов уголовного дела N 28552 Ставропольская краевая прокуратура передала лично в руки сотруднику Генпрокуратуры прокурору-криминалисту А. В. Кузнецову 25 сентября 1997 года

Дело "Югинвеста"

Перед тем как занять высокую должность завхоза Генпрокуратуры Назир Хапсироков возглавлял коммерческую фирму "Югинвест". Летом 1993 года Хапсироков помог своему знакомому Ширинову заключить целевой кредитный договор на закупку зерна от имени фирмы "Бриз" на сумму 200 млн рублей. Полученные деньги благополучно осели на счетах двух других фирм - "Радость" и "Ани" и впоследствии были просто обналичены. В этот же период г-н Хапсироков приобрел две автомашины BMW.
Возбужденное по факту хищения государственного или общественного имущества в особо крупных размерах уголовное дело N 28552 благополучно растворилось в недрах Генпрокуратуры, уже в бытность там управделами Хапсирокова.
В том же 1993 году возглавляемый Хапсироковым "Югинвест" заключил с фондом "Интерприватизация" договор о поставке продовольствия на сумму более 3 млн долларов. Эти деньги также бесследно исчезли в ряде фирм на родине Хапсирокова Карачаево-Черкесии в качестве "безвозмездной материальной помощи". Несмотря на все попытки Фонда добиться справедливости, Генеральная прокуратура не нашла в действиях своего завхоза состава преступления и в возбуждении уголовного дела по факту мошенничества отказала.

Ремонт здания прокуратуры Санкт-Петербурга

10 января 1995 года Генпрокуратура в лице Хапсирокова заключила договор на выполнение ремонтных работ в здании прокуратуры Санкт-Петербурга с турецкой фирмой "Ata Insaat Sanayi Ve Ticaret LTD". Всего на ремонт было выделено 5 855 435 долларов. Но вся сумма ушла в Женеву на счета Ata. Только по заявлениям в АКБ "Московский национальный банк" о переводе денег со счетов Генпрокуратуры, подписанных лично Хапсироковым, в Швейцарию отправились 2 640 000 долларов. Реальная стоимость выполненных работ оказалась гораздо ниже выделенных средств. В итоге 3 млн долларов из выделенной на ремонт суммы турецкая фирма никогда не получала.
Генпрокуратура была вынуждена завести уголовное дело. Но, как и раньше, это дело растворилось.

Дело Федеральной продовольственной корпорации (ФПК)

Уже занимая высокую должность в Генпрокуратуре, г-н Хапсироков сохранил свою страсть к махинациям с закупкой продовольствия. Но самому ему уже было некогда заниматься подобными делами, и он направляет на "левые" заработки своего заместителя.
19 декабря 1995 года заместитель Хапсирокова по Генпрокуратуре Кирдяшев неожиданно устраивается... главным бухгалтером ФПК в Волгограде. На новой должности Кирдяшев "трудится" всего месяц, после чего спокойно возвращается на работу в Генпрокуратуру. За это время бухгалтер из Генпрокуратуры успел многое. Со счетов ФПК были переведены 100 млрд рублей на закупку зерна. Большая часть этих средств исчезла навсегда. Только через год удалось вернуть 30 млрд рублей. Остальные 70 млрд пропали вместе с развалившимися как по команде фирмами-получателями. Их поиском занимается Генпрокуратура. И занимается, естественно, безрезультатно...
А вот что нам стало известно только сегодня.
9 июня 1998 года в Москве состоялась коллегия Генеральной прокуратуры, на которой с сенсационным докладом выступил прокурор Ставропольского края генерал-лейтенант юстиции Юрий Лушников. В своем выступлении он практически обвинил Хапсирокова в злоупотреблении служебным положением и в покровительстве некоторым криминальным структурам Северного Кавказа. Доклад заканчивался следующими словами:
"...Подтверждаются уже давно назревшие слухи о полном контроле Генерального прокурора группой определенных высокопоставленных работников прокуратуры, решающих в его тени свои личные интересы. Тем самым разваливается один из самых мощных государственных институтов: прокуратура, а, следовательно - Россия".
Это было уже девятое выступление Лушникова на коллегии за последние двенадцать лет. Все предыдущие доклады генерала неизменно проходили в Генпрокуратуре на ура. Вот и теперь к его доводам не остались глухи. Оргвыводы последовали незамедлительно. 9 июня подписывается приказ об освобождении от занимаемой должности... Юрия Михайловича Лушникова. Почетный работник Прокуратуры СССР, заслуженный юрист РФ, не имевший за 27 лет службы ни одного взыскания, он в одночасье оказался выброшенным на улицу. Как? Почему?
Нам удалось встретиться с экс-прокурором в Ставрополе и подробно поговорить на эту тему:
- Что же все-таки произошло?
- Когда в 1994 году я возглавил прокуратуру Ставропольского края, первое с чем мне довелось столкнуться, - активная деятельность различных мафиозных структур в районе Кавказских Минеральных Вод (КМВ). Начал "закручивать гайки". Все шло нормально, Генеральная прокуратура меня полностью поддерживала... Ситуация резко изменилась, когда я, поначалу сам того не подозревая, пересек интересы в этом регионе господина Хапсирокова. А получилось это так.
В том же 1994 году Ставрополь получил кредит в размере 500 млрд рублей (по тем деньгам - более 100 млн долларов) на развитие курортов. Кредит этот был попросту разворован. Я возбудил уголовное дело по факту хищения. Работали долго, сложно... Короче, в 1996 году мы арестовали трех лидеров преступной группировки во главе с "хозяином" некоей фирмы "Живая вода" Ивановым. Операцией руководил лично замдиректора ФСБ Беспалов.
Буквально на следующий же день мне из Москвы позвонил разъяренный Хапсироков с требованием немедленно освободить арестованных и прекратить уголовное дело. Я, естественно, отказался. Ведь речь шла об организации международного преступного сообщества. Следствие располагало данными о многомиллионных валютных вкладах в пяти странах мира, которые сделали участники этой аферы, конвертировав украденные деньги через московские банки.
Вскоре из-за моей строптивости без всяких объяснений причин Генпрокуратура передала дело в прокуратуру Ростовской области. С тех пор - ни слуху, ни духу.
Следующая стычка с Хапсироковым произошла, когда мы на коллегии краевой прокуратуры приняли решение: за прямое покровительство криминальным структурам освободить от занимаемой должности начальника Управления прокурорского контроля Кавминвод Кравченко. Что тут началось... Хапсироков ставил мне ультиматумы. Он даже не скрывал, что Кравченко - это его человек.
В общем, в ответ от Генпрокуратуры я получил пять проверок подряд моей деятельности, из них две - комплексные. Ничего не обнаружили, но нервы потрепали изрядно.
- Неужели все это смог организовать скромный завхоз?
- Знаете, у Хапсирокова есть любимый афоризм: "Я не Первый в Генеральной прокуратуре, но... и не Второй".
- Неплохо сказано...
- Он у нас вообще любитель афоризмов. Чего только стоит, например, этот: "В Москве все евреи, один я черкес - русский".
- А вы знали Хапсирокова раньше?
- Мы знакомы уже более 10 лет. Когда-то вместе работали в Карачаево-Черкесии. Я - прокурором, а он - директором строительства тепличного комбината "Южный". Помню, в начале 80-х годов на бюро Усть-Джегутинского райкома партии решали вопрос: отдавать Хапсирокова под суд или нет. Он там каких-то столичных гостей не так встретил. Сделал им дорогие подарки за счет комбината, а спрятать "концы" не успел. В то время это считалось хищением государственного имущества. Впрочем, тогда все быстро замяли благодаря вмешательству крупных московских чиновников. Дело в том, что "Южный" принадлежал не республике, а Мосгорисполкому. Думаю, что эти же связи впоследствии помогли Хапсирокову сделать свою головокружительную карьеру в столице.
- И стать государственным советником юстиции 2-го класса.
- Свои генеральские звезды Хапсироков получил будучи студентом-заочником юрфака! Случай, конечно, в нашей практике беспрецедентный.
- Вы пытались как-то докладывать о вмешательстве завхоза в действие краевой прокуратуры?
- За последние полтора года я более десяти раз пытался встретиться со Скуратовым. Мне все время было отказано. Наконец, в октябре 1997 года, чтобы доложить о ситуации на Кавминводах и в крае, я был вынужден, словно Штирлиц, передать сообщение на личный факс Генерального прокурора. Наш разговор состоялся через неделю. Я прямо сказал Скуратову, что Хапсироков всячески препятствует ходу расследования о хищениях. Тогда Юрий Ильич в сердцах выпалил: "Сколько раз я ему говорил, чтобы он не лез в уголовные дела".
- Выходит, Хапсироков уже не впервые пытается взять "шефство" над следственными органами?
- Получается так... После беседы с Генпрокурором я пришел к выводу, что Хапсироков каким-то странным образом имеет колоссальное влияние. Однако, прощаясь, Скуратов мне заявил: "Назир Хизирович - заслуженный человек. Он очень много делает для прокуратуры".
- Интересно, что именно?
- Не знаю. По крайней мере прокуратура Ставропольского края около двух лет не получала из Москвы ни копейки на хозяйственное содержание. Порой даже не на что было купить почтовые конверты. Я разговаривал с прокурорами других субъектов Федерации - у них такая же картина. И это при том, что, по данным Счетной палаты, наше ведомство получило денег в полтора раза больше, чем было заложено в бюджете.
- Куда же они ушли?
- Могу только догадываться. Хотя... Вот вам один пример.
Я строил здание краевой прокуратуры. Средств, как всегда, не хватало. И тогда мне зам. Хапсирокова говорит: езжай, мол, к себе на Ставрополье, там есть некая фирма. В ней - 3 млрд наших прокурорских денег. Ты их "рэкетни" и как раз получишь деньги на строительство.
Спокойно так сказал, а меня аж передернуло. Откуда в никому не известной коммерческой фирме наши прокурорские деньги?! Я этот вопрос поднял на коллегии Генпрокуратуры: "Где наши деньги? И не потому ли их нет, что они, как пишет пресса, у нас просто украдены?.." Этого выступления мне уже простить не смогли.
- А вы сами верите, что деньги украдены?
- К сожалению, особых причин сомневаться в этом у меня нет. Я почти тридцать лет проработал прокурором, но такой нищеты в ведомстве, как сегодня, еще не видел. У нас нет средств сделать в прокуратурах элементарный ремонт.
Зато господин Хапсироков построил себе два роскошных "дворца". Один - в Черкесске, другой - в своем родном ауле Хабез.
Летает уважаемый управделами, как правило, на персональных самолетах. В апреле 1996 года (сразу же после назначения Скуратова) они вместе приезжали в Ставрополь. Через несколько дней, отбыли в Свердловск на личном "борту", за что прокуратуре края пришлось выплатить 80 млн рублей. А недавно Хапсироков прилетал сюда на самолете одного крупного московского банка. Пока Назир Хизирович гостил у родных, этот самолет три дня ждал его в аэропорту "Минводы".
- После вашей отставки вы встречались с Хапсироковым?
- Нет. Он мне все сказал еще тогда, когда я только начал серьезно заниматься коррупцией на Кавминводах: ты, дескать, по большому счету прав, все верно делаешь, но ты перешел мне дорогу. Мол, у него были личные контакты с теми людьми, которых я арестовал.
Понимаете, это дело принципа. Когда меня сняли, то сразу же предложили на выбор довольно большие прокурорские посты в семи регионах России. Я заявил: "Честь на должность не меняю. Прокуратура - это моя жизнь. Здесь я готов выполнять любую работу. Но пока у руля ведомства стоят не чистые на руку люди, да еще с сомнительной биографией, - все это бессмысленно".
Вот такая вот история. О том как "тихий" управделами Генпрокуратуры победил (читай - уволил) одного из самых уважаемых прокуроров в стране (достаточно сказать, что после отставки Ильюшенко, Юрий Лушников рассматривался как один из наиболее вероятных претендентов на кресло Генерального прокурора). Еще одним юристом-профессионалом стало меньше. Профессионалы не нужны? Почему?
Наша первая статья о Хапсирокове ("Новая газета" за 22 февраля 1998 года) называлась "Время завхозов". Более точного определения, пожалуй, и не найти.

P.S. По данным из неофициальных источников, скромный госслужащий Хапсироков принял "на время" от одного из банков BMW, на который нацепил номера Генпрокуратуры с федеральным триколором. Бывшему Генпрокурору Ильюшенко он выдавал напрокат "покататься" свой "Мерседес", к завхозу можно через "знающих людей" обращаться за содействием в "правильном" решении дел: от банковской деятельности до векселей, которые "желательно" считать недействительными.
И рычаги для этого у главного правоохранительного Завхоза уникальны: дачи, квартиры, машины, кредиты, земельные участки, распределяемые любопытным образом. К этому мы еще вернемся. "