Дама с Собчаком

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Собчака испортили женщины и квартирный вопрос

Оригинал этого материала
© Карьера, февраль 1999

Дама с Собчаком

Константин Збровский

Людмилу Нарусову, жену бывшего мэра Санкт-Петербурга Анатолия Собчака, в городе на Неве прозвали "нашей Раисой Максимовной". Подобно супруге президента СССР Нарусова приняла в судьбе и карьере своего мужа самое горячее участие. И с похожим результатом.

Последнее время Собчака преследуют разные неприятности: сплетни, слухи, обвинения в коррупции. Нарусова, как и положено верной жене, защищает мужа. Одна беда - чем яростнее она это делает, тем больше у Анатолия Александровича неприятностей.

Не так давно газета "Петербург-Экспресс" сообщила: у Собчака была любовница - участница конкурса красоты Юлия Ветошнова. Наблюдатели не раз замечали, что [page_10608.htm мэр города очень ласково беседовал с двадцатидвухлетней красавицей.] Прямо как Билл Клинтон с Моникой Левински у Белого дома. Закадычные подруги Ветошновой говорили: мол, "эта дура сама хвастала, что у нее любовник - Собчак". Утверждают также, что Собчак устроил Ветошнову директором питерского магазина Trussardi (теперь она там не работает) и помог приобрести двухкомнатную квартиру в центре города, у Владимирского собора, всего за $9 тысяч.

Сексуального скандала из этой истории не получилось. А про супругу экс-мэра Людмилу Нарусову в городе говорили: "Так ей и надо".

На вопрос, что сделал на посту мэра Анатолий Собчак, питерцы чаще всего отвечают: "Ничего особенного". Потом вспоминают: да, помогал Пугачевой регистрировать брак с Киркоровым. Продал Ростроповичу с Вишневской особняк. Устраивал в городе какие-то фестивали и переименовал город Ленинград в Санкт-Петербург. Область, правда, так и осталась Ленинградской. Дороги в северной столице до сих пор такие, что ни пройти ни проехать.

В общем, история стандартная и печальная: придя во власть в бурном 1991-м, через четыре года Собчак благополучно проиграл сначала выборы мэра, а потом и губернаторские.

А год назад весь честной Питер узнал, что первый демократический экс-мэр города был нечист на руку: ему давали взятки, а он вроде бы не отказывался, жил в роскошной квартире рядом с Эрмитажем - в общем, вовсю пользовался своим служебным положением. Когда правоохранительные органы якобы решили его вывести на чистую, как в Неве, воду и вызвали Собчака на допрос, Нарусова увезла мужа во Францию, а сама развернула в Питере широкую кампанию в его защиту. По версии экс-мэрши, фабрикуя против Собчака некое "ленинградское дело", органы стремятся очернить всю российскую демократию, одним из последних символов которой является Анатолий Александрович. И которую изо всех ему помогала олицетворять Нарусова.

И тут выхожу я в ослепительно белом фраке

На рубеже 80-90-х Собчак в самом деле был лицом демократии, причем лицом очень привлекательным и разговорчивым. Высокий, представительный, с мужественной внешностью. Яростным взглядом и напором похож на бойцового петуха. И в то же время интеллигент, профессор. Собчак хорошо танцевал и прекрасно одевался, что в те времена было большой редкостью среди политиков. Идеально смотрелся в светлых костюмах (этот тест успешно проходит далеко не каждый мужчина.) Прекрасно умел говорить (впрочем, это профессиональное, все-таки адвокат).

Собственно, успешному "хождению во власть" Анатолий Александрович во многом обязан не столько своим демократическим взглядам, сколько внешним данным и ораторскому таланту. В 1989-м Собчак стал депутатом Верховного Совета СССР, буквально переговорив остальных кандидатов. Он часто выступал на стихийных митингах у станции метро "Василеостровская", доказывая, что стране необходимы демократические перемены. Люди слушали, открыв рот, и восхищались тем, как новые питерские политики дают жару старой гвардии коммунистов. Двумя годами позже депутат и демократ Собчак стал мэром, победив на выборах коммуниста Юрия Севенарда. Тоже во многом благодаря своим ораторским способностям. Профессиональный строитель Севенард в теледебатах безнадежно проигрывал профессиональному златоусту Собчаку. Тогда же возникла шуточка: "Затравили собчаками".

Все это время рядом с Собчаком была его жена Людмила Нарусова. Верная помощница в борьбе за демократию, доцент Института культуры имени Крупской. Она печатала на машинке документы, собирала подписи в поддержку Собчака, спорила на митингах с его противниками. Ну прямо-таки как Надежда Константиновна. А когда в 1991-м ее муж стал мэром, попав в большую политику, Нарусова стала первой леди. И тут вышел конфуз. Митинговая демократия и власть совсем не одно и то же.

Говорят, главный грех демократов "первого призыва" не в том, что они воровали, а в том, что своим поведением скомпрометировали саму идею демократии. Собчаку даже не пришлось бы воровать. Было достаточно Нарусовой.

Стоило мэрской чете показаться на каком-нибудь фуршете или презентации (которые, кстати, сделались визитной карточкой новой питерской власти), как на следующий день наряды и манеры супруги мэра обсуждал весь город. Наблюдателей волновал единственный вопрос: почему ей не холодно? Масла в огонь подливал Александр Невзоров, который для своих "600 секунд" любил снимать скрытой камерой жующего и выпивающего мэра и его супругу.

Снимать в самом деле было что, даже если забыть про откровенные наряды мэрши. Оказалось, что Собчак до неприличия быстро уничтожает все, что лежит у него на тарелке. Сам мэр объяснял, что это с голодных военных лет. Есть тогда приходилось из общего котла, а уж кто зазевался - тому не досталось, ходи весь день голодным. А голодным Собчак ходить не хотел.

Впрочем, Анатолий Александрович более-менее спокойно относился к эскападам Невзорова. Видимо, мэр понимал, по каким законам живет публичный политик. В отличие от своей жены, которая все время бросалась в бой. Невзоров же словно нарочно подзадоривал мэршу, распуская слухи, будто у нее в спальне зеркальный потолок. Дескать, сам видел. Однажды Нарусова в припадке ярости попыталась даже разбить объектив телекамеры. В отместку Невзоров начал давать супруге мэра прозвища. Одно из них закрепилось за Нарусовой надолго - "дама в тюрбане". Особенно часто так ее называли участники официальных мероприятий, которым частенько приходилось подолгу ждать прибытия мэра с супругой. Чета Собчак вечно опаздывала. Что поделаешь, вздыхали гости: провинциалка - она провинциалка и есть.

Девушка без адреса

Люда Нарусова в самом деле родилась и выросла в провинции - в Брянске. Окончив школу с одними пятерками, она приехала в Ленинград и сразу поступила в ЛГУ на исторический факультет. Студентка Нарусова училась на "отлично", была милой и общительной. Настолько, что вскоре вышла замуж за студента-медика. Который был старше ее лет на пять и, кстати, имел ленинградскую прописку. Правда, Людмила, по ее словам, очень быстро поняла, что истинная цель ее коварного избранника была жениться на "девушке с окнами на Невский". (Непонятно, правда, почему тогда он выбрал "лимитчицу" Нарусову.) В 1973 году она решила с мужем развестись. А в качестве компенсации за свою погубленную молодость отсудить у него жилплощадь. Однако обобрать даже близкого человека не так-то легко.

Г-жа Нарусова обошла адвокатов и юристов всего города, но безуспешно. Наконец ее научный руководитель (в то время Нарусова уже училась в аспирантуре Академии наук) посоветовал обратиться к доценту Собчаку. Встреча аспирантки Нарусовой и доцента Собчака в стенах юридической консультации стала семейной легендой.

Нарусова к тому моменту в своей праведной борьбе за жилплощадь уже добралась до главного адвоката города и не могла поверить, что ей может помочь какой-то доцент. Собчак решил проблему в два счета.

Людмила решила отблагодарить своего спасителя: купила цветы и приготовила конверт с деньгами. Собчак поблагодарил за цветы, посмотрел на Людмилу оценивающим взглядом и посоветовал девушке...

Дальше существует две версии того, что именно предложил Собчак будущей супруге. Не подумайте чего плохого. Первая: предложил на эти деньги приодеться. Вторая: предложил Людмиле есть побольше фруктов. Самой Нарусовой больше нравится вариант номер два. По крайней мере, именно так эту историю рассказывали сами супруги в ходе кампании по выборам мэра города.

В борьбе за метры Нарусова победила. Но ее муж-медик тоже не проиграл. Утверждают, что после бракоразводного процесса он подался в Москву или в Прибалтику, там женился, а потом обосновался в Австралии.

Через год Нарусова отловила обаятельного Собчака на тусовке у общих знакомых. Людмиле тогда было 24. Собчаку - 38. Она напомнила ему о своем разводе. Анатолий Собчак тоже был человеком свободным. В тот вечер они поняли, что созданы друг для друга.

Кстати, несмотря на весь свой внешний лоск, Собчак тоже прошел жестокую школу выживания и не сразу выбился в люди: родился в Чите, вырос в Ташкенте. Про жизнь в Узбекистане питерский мэр вспоминать почему-то не любит, и в его официальных биографиях этот период отсутствует. Но именно в Ташкенте Собчак поступил на юрфак местного университета, а в Ленинград перевелся уже потом. (Злые языки говорят, что "напрямую" он вряд ли бы поступил.)

В этом окрепшем в борьбе за столичную недвижимость союзе двух жизнестойких провинциалов есть что-то глубоко символическое. Кстати, Собчак с такой легкостью помог Нарусовой в дележе квартиры еще и потому, что у него был собственный богатый опыт. Незадолго до знакомства с Нарусовой он успешно поделил квартиру и имущество со своей первой женой.

Собчак и Гандзюк

В книге "Хождение во власть" Собчак вспоминает, как некая дама на митинге плакалась Нарусовой: "Ну зачем вы верите Собчаку?! Он такой бессердечный! У него жена в больнице умирает, а он ей даже яблочка не принесет! Она лежит с моей дочерью в одной палате, бедная женщина..." Тогда Людмила достала свой паспорт и сказала: "Вот смотрите, это я жена Собчака..."

Правы были обе женщины. Жена Собчака действительно лежала в то время в больнице. Бывшая жена. Женщина, которая двадцать лет была рядом с Собчаком, помогая ему, сначала студенту, потом начинающему адвокату, делать карьеру.

В 1953-м Нонна Гандзюк приехала в Ленинград из Коканда поступать в институт. Девушку приютила в ленинградской коммуналке давняя подруга ее матери. Племянником этой подруги был университетский преподаватель Собчака Юрий Толстой. Он начал опекать провинциалку, а потом влюбился в нее. В общем, все в питерской коммуналке шло хорошо, пока однажды к Толстым не зашел студент Собчак и не влюбился в Нонну со всем своим юношеским пылом...

Свадьбу Гандзюк и Собчак играли в коммуналке Толстых. Юрий на свадьбу не пришел, о чем молодые не пожалели.

В 1959-м Собчак окончил университет с отличием, и ему как преуспевающему студенту предложили самому выбрать будущую работу. Выбор был, правда, невелик: прокуратура Мурманской области или адвокатура Ставропольского края. Крайний Север Анатолия Собчака не прельщал. Романтика романтикой, но он мечтал об аспирантуре и хотел вернуться в Питер.

Собчак выбрал краевую коллегию адвокатов Невинномысска - это недалеко от Ессентуков. Получил двухкомнатную квартиру и перевез туда семью (уже родилась дочь Маша). Нонна пошла работать учительницей французского в местную школу. Как могла, боролась со ставропольским говором (большинство ее учеников говорили по-французски с фрикативным "г", как Михаил Горбачев.)

На Ставрополье Собчаков помнят: "Интеллихентная такая семья была". Говорят, дружная. Гостей любили. "Нонна - так вылитая актриса французская, как раз под стать Анатолию". Вторую жену Собчака, Людмилу Нарусову, в Невинномысске не признают: "Ободранка какая-то крикливая. Нонна-то лучше была".

Три года семья будущего мэра прожила в Невинномысске. И все три года Собчак мотался в Ленинград. Он хотел поступить в аспирантуру. По Невинномысску, конечно, сразу поползли слухи, что Анатолий не просто так часто ездит в свой Ленинград: видно, есть там студентка какая-то. Сплетники активно жалели бедную Нонну, которая сидела в это время с ребенком на шее.

О Ленинграде напоминал и Юрий Толстой, который писал Нонне и однажды даже специально приехал в Ессентуки на отдых. Нонна ответила ему в письме, что, мол, помнит приятные минуты общения в питерской коммуналке, Ленинград, но о выборе своем не жалеет.

Тем временем Собчак, поступивший наконец в аспирантуру, искал вариант обмена своей двухкомнатной квартиры на жилплощадь в Ленинграде. Через коллег по университету смог найти только комнату в коммуналке недалеко от Апраксина двора.

В 1962-м семья перебралась в Питер. Десять лет они прожили в коммуналке. Лишь в начале 70-х Собчак получил квартиру на Бестужевской улице, недалеко от Пискаревки, в панельном доме. Пусть глушь, но уже не коммуналка. Но вот беда - к тому моменту что-то разладилось в "интеллихентной" семье.

Что именно произошло, никто не знает. Называли какой-то смехотворный повод вроде того, что Нонна просила мужа помочь Маше поступить в университет. А он-де сказал как отрезал: "Пусть поступает на общих основаниях!" Так или иначе, Маша Собчак благополучно поступила и, как отец, стала юристом. Нонна часто заходила к Толстым и жаловалась на судьбу. Развод был сложным. Дело дошло до суда. Собчаки долго менялись и делили имущество. Во время этого "увлекательного" процесса Анатолий Собчак и встретил свою вторую судьбу - Людмилу Нарусову...

Несколько лет назад Нонна перенесла операцию. Многие ее старые знакомые до сих пор уверены, что она умерла от рака. Но Нонна жива, сейчас она на пенсии. И уверена, что проживет долго, раз ее похоронили раньше времени. Она долго преподавала в одном из питерских вузов и теперь, как все педагоги ее возраста, живет на скромную пенсию.

Кстати, официально у Анатолия Собчака тоже скромная пенсия - чуть больше 300 рублей. И жилищные условия официально тоже очень скромные.

Ренессанс на Мойке

Людмилу Нарусову необычайно раздражает, когда знаменитую квартиру на Мойке, в которой после победы демократии в Санкт-Петербурге поселилась семья мэра, называют "апартаментами Собчака". При чем тут Собчак - ведь по документам эта роскошная недвижимость принадлежит Нарусовой и ее родителям, которых она перевезла в Петербург из Брянска! Кстати, многочисленные родственники Собчака из Ташкента тоже поселились в Петербурге и его ближайших пригородах - при помощи некой фирмы "Ренессанс".

Впрочем, роскошной квартиру Собчака (извините - Нарусовой) действительно можно назвать лишь с некоторой натяжкой. После того как супруги присоединили к своим хоромам еще сотню метров чердачного помещения под изостудию (оказалось, Нарусова имеет склонность к изобразительному искусству) и провели евроремонт, старый питерский дом не выдержал. По стенам здания побежали трещины, перекосило дверные проемы, кое-где лопнули трубы. Соседи безрезультатно жаловались на Собчаков в разные государственные инстанции. В ответ Нарусова предлагала соседям разойтись по-хорошему. То есть не путаться под ногами, продать ей свои квартиры и переехать.

Один из соседей мэрши, инженер Моисеенко, даже был избит охранником Нарусовой в ее присутствии, после того как в очередной раз пришел жаловаться на протечку и отказался от встречного предложения освободить жилплощадь...

Вообще в последние годы Собчак как-то уходил в тень. Он все время проигрывал сначала одни, потом другие выборы. А его жена, наоборот, стала депутатом Госдумы, пройдя по списку НДР (рекомендацию дал муж). И почувствовала себя политиком. Теперь Собчаку доставалось дома не только за невыглаженные брюки, но и за то, что он слишком "мягок в некоторых вопросах". Ну уж а готовил-то он давно, да и с ребенком всегда возился.

Медицина здесь бессильна

"Звездным часом" Нарусовой стала операция по тайному вывозу Собчака в Париж. Дело было так.

Когда прокуратуру заинтересовали теплые отношения той самой фирмы "Ренессанс" с городскими властями, группа следователей приехала в питерский центр ЮНЕСКО, где служил экс-мэр, чтобы "пригласить его для дачи показаний". Анатолий Собчак понял эту фразу как "на выход с вещами" и позвонил жене. Людмила Нарусова помчалась спасать супруга. Нельзя не пожалеть работников правоохранительных органов, которым пришлось сдерживать ее бешеный напор. Сначала она заявила следователям, что никуда мужа не отпустит. Потом сказала, что если уж так необходимо ехать, то поедет с ним, так как у него больное сердце.

Тут у Собчака действительно заболело сердце. А когда он доехал до прокуратуры, то стал бледно-зеленого цвета. Нарусова потребовала вызвать "скорую", и та увезла Собчака в 122-ю медсанчасть. Пока экс-мэр лежал под капельницей, его супруга рассказывала всем телеканалам России детективную историю о допросе ее мужа. Газеты еще долго не могли выяснить, был или не был у подъезда особняка ЮНЕСКО наряд ОМОНа, который, как говорила Людмила Нарусова, был прислан за Собчаком. Она заявляла, что дело так не оставит и предъявит следователю по особо важным делам Генпрокуратуры Николаю Михееву обвинение "в сознательном препятствовании своевременному оказанию медицинской помощи".

В клинике Военно-Медицинской академии консилиум врачей установил, что у Собчака острый инфаркт миокарда, ишемическая болезнь сердца, постинфарктная стенокардия и тромбоз левого желудочка сердца. Собчака начали готовить к операции. "Его могут зарезать, зарезать прямо на столе!" - причитала Нарусова. Она заявила, что за ней следят, а ее телефоны прослушиваются. Потом отказалась входить без сопровождения в подъезд собственного дома, несмотря на то, что подъезд круглосуточно охраняется. И наконец решила для спасения мужа вывезти его в Париж. Где, как говорили, у Собчака к тому моменту уже была куплена квартира в 16-м аррондисмане, одном из самых дорогих районов французской столицы.

Нет, не секс и не голод движут миром, как утверждают философы. Дудки! Квартирный вопрос! Только так и могла выглядеть экспансия и самоутверждение в стране беспризорных и нищих людей. Сначала коммуналка, потом своя хата на окраине, потом ближе к центру, потом особняк. В конце концов приближаешься к Парижу.

А если бы ту же бездну энергии и сообразительности на реконструкцию города!

Ранним утром 7 ноября самолет ХС-125 компании "Медэкспресс" вылетел из аэропорта Пулково-2 в Париж с Собчаком на борту. Как объясняла Нарусова, она решила лететь тогда, когда работники правоохранительных органов еще "не опохмелились после встречи праздника на работе". В самолете супруга мэра, по ее словам, вспоминала историю южнокорейского "боинга", сбитого советскими истребителями, но истребители за бортом так и не появились. Собчака благополучно доставили в American Hospital of Paris. Журналисты потом долго ходили кругами, но сотрудники госпиталя утверждали, что пациента по фамилии Sobtchak у них нет. (Нарусова убедила французов принять все меры безопасности.) Через день она снова была в Петербурге - излагала на пресс-конференциях подробности происшедшего и разоблачала заговор петербургских прокуроров против демократии...

*** 

Многие бывшие сослуживцы и соратники питерского мэра считают, что никакого "ленинградского дела", о котором шумит Нарусова, равно как и "госзаказа" на Собчака не существует, так что зря он прячется. Впрочем, добавляют женатые друзья Анатолия Александровича, в Париже Собчаку в самом деле спокойнее. Там он (уже по словам Нарусовой) снимает угол у друга и поправляет здоровье. Читает лекции в Сорбонне, пишет книги. (Правда, журналисты лектора по фамилии Sobtchak в Сорбонне не обнаружили.) По настоянию врачей много гуляет в Булонском лесу. С Нарусовой последний раз встречался в августе прошлого года.

Хотя, говорят, настоящая любовь от разлук только крепнет.