Дачи для боссов «Газпрома»

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Дачи для боссов «Газпрома» Инвестпрограмма «Газпрома» — это сотни миллиардов рублей. Кто-то говорит о завышенных сметах. Но схемы, по которым тратятся эти деньги, тоже вызывают вопросы


"Спортивного сложения темноволосый человек лет сорока вошел в питерский Констанс-Банк с тяжелой поклажей. Владимир Васильев принес 49 млн рублей наличными, чтобы заплатить за два коттеджа в окрестностях Петербурга. Хозяевами одного из них стали жена и сын главы «Газпрома» Алексея Миллера, другого — сын Юрия Гороха, работающего в «Газпроме» заместителем руководителя аппарата правления. Ранее Васильев таким же образом заплатил 23,6 млн рублей за члена правления «Газпрома» Ярослава Голко, отвечающего в госмонополии за инвестиционную программу и строительные проекты. Всего за апрель — июль 2009 года Васильев принес в банк почти 162 млн рублей, в результате чего шесть коттеджей в строго охраняемом поселке на Карельском перешейке обрели своих хозяев. Все дома, кроме одного, стали собственностью топ-менеджеров газовой монополии или их родственников. Васильев говорит, что знаком со всеми покупателями и лично перевозил наличные в Питер, где, по его словам, платить «удобнее», чем в Москве. Поводов для знакомства действительно более чем достаточно. Все участники странной истории с коттеджами так или иначе связаны с освоением многомиллиардной инвестиционной программы «Газпрома». В 2004–2008 годах в «Газпроме» прошла реорганизация. Из состава компании были выделены предприятия, специализирующиеся на строительстве. Теперь, по словам официального представителя «Газпрома», подрядчиков отбирают «преимущественно на конкурсной основе, на основании лучших предложений цены и качества услуг и работ». Инвестпрограмма газовой монополии растет, несмотря на кризис. В 2010 году «Газпром» планирует инвестировать 802,4 млрд рублей, причем только капитальные вложения составят 663,6 млрд рублей. Гигантские инвестиции в освоение новых месторождений (а это основа программы) необходимы для того, чтобы компенсировать падение добычи на старых скважинах. Главный резерв — месторождения на Ямальском полуострове, разведанные запасы которых составляют 15 трлн куб. м. В 2012 году планируется ввести самое крупное из них, Бованенковское, с запасами около 5 трлн куб. м газа. (Для сравнения: в 2008 году «Газпром» добыл 550 млрд куб. м газа.) Кроме обустройства скважин это означает строительство поселков, сотен километров дорог, более 1200 км газопроводов, нескольких компрессорных станций. В 2010 году в освоение Ямала планируется вложить 200 млрд рублей. Один из ключевых подрядчиков монополии — холдинговая компания «Стройгазмонтаж», созданная в 2007 году Аркадием Ротенбергом, другом детства премьера Владимира Путина. Главным активом «Стройгазмонтажа» стали пять строительных компаний, которые в июле 2008 года были приобретены у «Газпрома» структурами Ротенберга за 8,4 млрд рублей. Крупнейшим приобретением стал контрольный пакет акций «Ленгазспецстроя» — именно эта компания в 2007 году выступила заказчиком коттеджного поселка на Карельском перешейке. К новым хозяевам компания перешла не с пустыми руками, а с пакетом крупных заказов от «Газпрома». Холдинг Ротенберга регулярно выигрывает и новые тендеры монополии. Это разительно отличает его от бывшего любимца монополии — компании «Стройтрансгаз», долю в которой «Газпром» продал еще в 2006 году. Как говорит председатель правления «Стройтрансгаза» Александр Рязанов, в 2009 году доля «Газпрома» в выручке компании не превысит 5%. Еще в 2006 году она составляла 69% при выручке 46 млрд рублей. Заказы на строительство двух крупных газопроводов «Стройгазмонтаж» Ротенберга получил от «Газпрома» без конкурса. Чтобы уложиться в «сжатые сроки, определенные правительством РФ», объясняет представитель «Газпрома». При этом затраты монополии на строительство одного из них, Джубга — Лазаревское — Сочи, выросли с 8–10 млрд до 25 млрд рублей. «В расчете на 1 км трассы затраты на маленький сочинский газопровод оказались выше, чем на проекте Nord Stream», — удивляется исполнительный директор East European Gas Analysis Михаил Корчемкин. По его оценке, аналогичные газопроводы в Америке обходятся заказчику как минимум вдвое дешевле. Огромные сметы — одна сторона бизнеса на газпромовских подрядах. Вторая — экономия на расходах: конечные подрядчики жалуются на то, что деньги до них не доходят. Владимир Беляков, гендиректор «Ленгазспецстроя» (ЛГСС), руководит этим крупнейшим подразделением «Стройгазмонтажа» с 2002 года (при Ротенберге он сохранил свой пост). И уже много лет ЛГСС работает с еще одной организацией — компанией «Петербурггазстрой» (ПГС), которую основал бизнесмен Василий Лущинский, занимавшийся до этого авиа- и морскими перевозками. Компания Белякова нередко привлекала фирму Лущинского для выполнения работ по проектам «Газпрома». Со временем «Петербурггазстрой» начал получать генподряды газовой монополии самостоятельно. «Мы свернули часть проектов, в которых участвовали как подрядчик ЛГСС», — объясняет Лущинский. Причина, по его словам, убытки по двум крупным проектам, в которых компания Лущинского выполняла подряд ЛГСС. Подрядчикам самого «Петербурггазстроя», выручка которого в прошлом году составила 10 млрд рублей, приходится еще тяжелее. Предприниматель Александр Калинин из города Лабытнанги, что на Ямале, в 2008 году заключил договор о грузоперевозках для освоения Бованенковского месторождения. По его словам, представитель «Петербурггазстроя» настоял на заключении договора с фирмой «Промторг» «для уменьшения налоговой базы». Когда дело дошло до оплаты, выяснилось, что платить никто не собирается. Расследование ОБЭП Петроградского района Санкт-Петербурга показало, что человек, значащийся директором «Промторга», о существовании фирмы даже не подозревал. Калинину повезло. Он почти год писал жалобы в администрацию президента, правительство, Госдуму, милицию, прокуратуру, суды и «Газпром». После переписки с газпромовским членом правления Голко, прокурорских проверок и телефонных переговоров с Лущинским долг перед ним, 10 млн рублей, был погашен. Для большой строительной компании вроде «Петербурггазстроя» привлечение множества контрагентов, таких как «Промторг», — нормальная практика, объясняет Лущинский. Когда посредников много, могут возникать проблемы, но они, по уверению Лущинского, «решаются в правовом поле». Проблема в том, что ряд контрагентов «Петербурггазстроя» являются классическими фирмами-«прокладками» — без штата, с подставными директорами. Геннадий Витук, числящийся директором компании «Фрост», умер два года назад. «Такими, как он, «директорами» становятся студенты и алкоголики, — говорит его вдова. — Муж был из второй категории». «Директор» «Торгкомплекта», а на самом деле рабочий одного из питерских предприятий, признается, что, когда «зарплату стали платить через раз», он за 500 рублей давал свой паспорт, и это все, что он знает о своем бизнесе. По словам матери «директора» «БалтТеха», ее сын узнал, что владеет компанией, когда его стали вызывать в суд, налоговую и милицию. Телефоны у некоторых контрагентов те же, что у самого «Петербурггазстроя», а их банковской документацией занимаются бухгалтеры этой компании. Несмотря на отсутствие настоящих директоров, обороты фирм-«прокладок» измеряются сотнями миллионов рублей. Эти фирмы поставляли товары и услуги ЛГСС, покупали и продавали банковские векселя. Семену Лычкину, учредителю транспортной компании «НордРегионТранс», тоже настоятельно советовали заключить договор через посредника — в его случае он назывался «БалтЛайн». Прослышав о злоключениях других, он добился прямого договора с ПГС. Это не спасло ни его компанию, ни десятки его ямальских субподрядчиков. Сегодня он фактически банкрот. Лычкин утверждает, что «Петербурггазстрой», заплатив 2 млн рублей, отказывается отдавать остальное — более 320 млн рублей. В суде адвокаты ПГС заявили, что подпись Лущинского под договором фальшивая. Камчатская фирма «Энэр», требующая от ПГС более 41 млн рублей, столкнулась с аналогичной ситуацией с подписью и тоже судится. По словам Лущинского, «Норд-РегионТранс» на самом деле «перевез грузы на маленькую сумму, которую и получил», а «Энэр» поставила гораздо меньше горючего, чем заявляет, потому что «тоже хочет урвать деньги». На вопрос, почему сотрудники его компании ведут дела фирм-«прокладок», Лущинский ответил, что никогда не слышал об этом. Лущинский не стал говорить, какое отношение к ПГС имеет Владимир Васильев, который помог топ-менеджерам газовой монополии и их родственникам купить коттеджи на Карельском перешейке. Представитель «Газпрома», сославшись на то, что это не имеет отношения к бизнесу монополии, посоветовал расспросить самого Васильева. Васильев по просьбе «Газпрома» действительно согласился ответить на вопросы Forbes. Он признал, что «полтора-два года назад» работал в ПГС, и рассказал о том, как платил за коттеджи в поселке, расположенном во Всеволожском районе Ленобласти. Что же это за поселок? Строили его по заказу «Ленгазспецстроя». Деньги за коттеджи Васильев переводил фирме, руководит которой Марина Белякова, жена гендиректора ЛГСС. Расположился поселок, состоящий всего из восьми домов, в 138-м квартале Лемболовского лесничества питерского госучреждения «Васкеловский лесопарк». «Шикарные коттеджи, — рассказывает главный лесничий лесопарка Ольга Мясникова, — только это самострой. Нельзя было строить на арендованной в рекреационных целях на 49 лет земле лесопарка, в водоохранной зоне, нельзя загораживать проход к озеру, а тут даже охрана!» Мясникова жаловалась и в местную прокуратуру. Прокуратура на жалобу не ответила."
631e1fcac8dc17991f13cb1db2038ef8.gif

Ссылки

Источник публикации