Дело Путина

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Оригинал этого материала
© "Новая Газета" , origindate::23.03.2000

Дело Путина

Арсен Рстаки, Сергей Борисов

В тени «квартирных дел»

Converted 10416.jpgВ начале 1996 года в городе на Неве активно начинает раскручиваться ныне ставшее легендарным «квартирное» дело мэра Санкт-Петербурга.

Еще в мае 1995 года оперативники 2-го отдела (борьба с коррупцией) УБЭП ГУВД Санкт-Петербурга вышли на некую госпожу Евглевскую, возглавлявшую строительную фирму «Ренессанс». Выяснилось, что она раздаривала местным чиновникам элитные квартиры, получая взамен выгодные подряды и льготные кредиты.

Информация о повальной коррупции отцов «Северной пальмиры», которой поделилась с операми Евглевская, оказалась настолько серьезной, что в декабре 1995 года появилось беспрецедентное совместное распоряжение двух российских силовых министров — М. Барсукова и А. Куликова и примкнувшего к ним генпрокурора Ю. Скуратова «О создании межведомственной оперативно-следственной группы для расследования факта получения взяток должностными лицами мэрии Санкт-Петербурга».

Эту группу возглавил замначальника следственного управления Генпрокуратуры РФ Леонид Прошкин — один из самых известных российских «важняков», что говорило о серьезности намерений Кремля разобраться с питерскими коррупционерами. Менее чем за год работы следственная бригада выдала на-гора несколько десятков томов уголовного дела № 18/238278-95, материалы которого со всей очевидностью доказывали коррумпированность работников питерской мэрии.

Примерно в это же время силами следственного комитета МВД России и все того же 2-го отдела ГУВД Санкт-Петербурга в городе возбуждается еще одно уголовное дело — № 144128 — в отношении «придворной» строительной организации питерской мэрии — корпорации «Двадцатый трест» (очень схожей, кстати, по методам работы с кремлевским «Мабетексом», только масштабы не те). Фигурировали в нем также и высокопоставленные чиновники питерской администрации. Однако в отличие от прогремевшего на всю страну «квартирного» это новое «строительное» дело никак не афишировалось. Информация о ходе его расследования практически отсутствовала. Сегодня трудно сказать, почему так произошло. Скорее всего потому, что фамилия Путина никому ничего не говорила до середины прошлого года.

Это уже потом следователи придут к выводу, что дело № 144128 по своему масштабу и значимости может превзойти многие громкие дела олигархов. Это уже потом появится скупая информация, что одним из главных фигурантов здесь является Владимир Путин. И если между собой дело о квартирных махинациях следователи называли «делом Собчака», то расследование деятельности корпорации «Двадцатый трест» они окрестят не иначе как «делом Путина». Это уже потом придет понимание, что некогда заурядное уголовное дело может стать главной политической бомбой России.

Так или иначе, несколько лет об уголовном деле № 144128 ничего не было известно. Кто знает, состоялась ли бы вообще сегодняшняя публикация, если бы в ходе журналистского расследования нам не посчастливилось отыскать святая святых этого дела — акт проверки деятельности «Двадцатого треста» специалистами КРУ Минфина, документ, который спецслужбы постарались спрятать от посторонних глаз в первую очередь. Кстати, существует несколько вариантов этого документа, у нас — наиболее полный.

Внезапное КРУшение

С 12 декабря 1996 года по 7 апреля 1997 года по поручению УБЭП ГУВД Санкт-Петербурга местное контрольно-ревизионное управление Минфина РФ произвело проверку отдельных вопросов финансово-хозяйственной деятельности строительной корпорации «Двадцатый трест» за 1993—1996 гг. Бессменным руководителем организации в этот период числился некий Сергей Никешин — по совместительству депутат питерского Законодательного собрания (ЗАКС) и зампредседателя его бюджетной комиссии.

Днем рождения вышена-званной корпорации по праву можно считать 20 октября 1992 года, когда она была зарегистрирована в комитете по внешним связям мэрии Санкт-Петербурга, возглавлял который, напомним, Владимир Путин.

Планов у коммерсантов-строителей было громадье. Например, согласно уставу основным направлением деятельности «Двадцатого треста» являлись «строительство, реконструкция и ремонт промышленных объектов и зданий жилищного, бытового и культурного назначения в России и за рубежом».

Трудно сказать, чем г-н Никешин очаровал питерских градоначальников, но только посыпалась с той поры на счета корпорации бюджетная халява, как из рога изобилия. Порой даже складывалось впечатление, что как только у города появлялась лишняя копейка, ее тут же направляли «Двадцатому тресту» под видом различных кредитов, ссуд, средств из резервных бюджетных фондов...

Всего по личным указаниям мэра Санкт-Петербурга Собчака и его заместителей Путина, Кудрина (ныне заместитель министра финансов РФ), Маневича (застрелен киллером в 98-м) «Двадцатый трест» получил льготных кредитов и ссуд на сумму более 23 млрд рублей. Фактически же на нужды города под госзаказ было освоено около 1 млрд рублей — к такому неутешительному выводу пришли ревизоры. Остальные бюджетные средства были израсходованы частично на приобретение недвижимости для высокопоставленных питерских чиновников как в России, так и за рубежом, частично попросту разворованы (к этому выводу пришли питерские и московские оперативники, возбудив против «Двадцатого треста» уголовное дело).

Впрочем, обо всем по порядку.

Составленный контролерами-ревизорами акт явился полным откровением даже для видавших виды юристов. Вопиющие факты разбазаривания государственных денег (каждый из которых заслуживает самого пристального внимания со стороны правоохранительных органов) уместились на 52 листах документа. Собственно, этот акт и послужил фундаментом для всего уголовного дела № 144128.

Вот лишь наиболее интересные эпизоды, содержащиеся в нем.

Откуда у хлопца испанская грусть

Converted 10417.jpg    В ноябре 1995 года по личному распоряжению Владимира Путина из бюджета города «Двадцатому тресту» было выделено 415 млн рублей (свыше 200 тыс. долларов) на реконструкцию православного женского монастыря в Израиле. Горненский монастырь был построен в Иерусалиме еще в конце ХIХ века и славился своей иконописной и золотошвейной мастерскими далеко за пределами Палестины.

Все бы ничего, да только никакой полномасштабной реконструкции произведено не было. Точнее, в Израиль выезжали два десятка российских строителей (все они правоохранительным органам известны), но объем их работ был мизерным и расходы вместе с командировочными и зарплатой составили не более 20 тыс. долларов.

Согласно отчету государственных ревизоров, никаких актов по ремонту и реконструкции монастыря им найти не удалось.

Зато нам удалось найти очень любопытное письмо, отправленное 21 октября 1995 года президентом «Двадцатого треста» на имя первого заместителя председателя правительства Санкт-Петербурга, председателя комитета по внешним связям Владимира Путина.

В нем господин Никешин благодарит «уважаемого Владимира Владимировича» за оказанную финансовую помощь в осуществлявшихся в 1994—1995 гг. в Иерусалиме ремонтно-восстановительных работах. Немного посетовав на нехватку денежных средств, глава корпорации завершает свое послание следующими словами: «Убедительно прошу Вас оказать нам финансовую помощь для продолжения этих работ из фонда непредвиденных расходов мэра».

Вверху — резолюция Путина: «Согласовано».

Особая прелесть данного документа заключается в двух вещах. Во-первых, Никешин не просто просит деньги у первого вице-мэра, а даже указывает ему, откуда их лучше позаимствовать. Во-вторых, получается, что бюджетная поддержка псевдореконструкции Горненского монастыря оказывалась еще в 1994 году (что, к слову, никакого отражения в акте проверки КРУ не нашло).

Отсюда вывод: «Двадцатый трест» и ранее получал казенные деньги, причем без какого-либо оформления надлежащих документов!

Сколько всего средств налогоплательщиков было вбухано в липовый проект, теперь сказать сложно. Равно как сложно сказать и то, куда они в результате подевались.

Впрочем, у ведущей это дело оперативно-следственной бригады есть все основания полагать, что «монастырские» деньги в числе прочих бюджетных средств были корпорацией конвертированы и направлены на счета в испанские банки, откуда затем частично израсходованы на приобретение двух 32-квартирных домов типа апартамент-отелей. Таким образом, при активной помощи первых лиц северной столицы «Двадцатый трест» обзавелся в живописном испанском местечке Торревьеха роскошным гостиничным комплексом с экзотическим названием «Ла Палама». Только за его проектно-сметную документацию корпорация Никешина заплатила почти полмиллиона долларов.

Подожди немного, отдохнешь и ты

Но на этом «испанская эпопея» питерских коммерсантов не заканчивается. Почти одновременно со строительством отеля «Двадцатый трест» начал скупку на Пиренейском полуострове земельных участков под постройку частных особняков. Судя по всему, необходимость в валюте в связи с этим была столь острой, что с 1993 по 1995 год Никешин с позволения заинтересованных чиновников мэрии Санкт-Петербурга перечислил фирмам Испании и Финляндии с валютных счетов корпорации около 3 млн долларов, более 1 млн финских марок, 12,5 млн испанских песет...

И закипела работа. В ходе следствия были установлены более 40 рабочих различных строительных специальностей, которые выезжали в Испанию и принимали участие в отделке отеля, купленного «Двадцатым трестом», а также в отделке построенных там частных вилл. Впрочем, вся недвижимость, как и положено, была оформлена на подставных лиц. Сегодня с уверенностью сказать, где чьи хоромы, практически невозможно. Но по слухам, активно муссировавшимся в коридорах питерского ГУВД в середине 90-х, первым, с кем корпорация рассчиталась за особую лояльность и поддержку, был сам Владимир Владимирович Путин (не исключено, что именно это обстоятельство имел в виду бывший кандидат на пост губернатора Санкт-Петербурга Беляев, когда обвинил первого вице-мэра в тайном приобретении заморской недвижимости).

Но во всяком случае вице-мэр был прекрасно осведомлен о попытках «Двадцатого треста» за счет питерских налогоплательщиков покорить вершины европейского гостиничного бизнеса. И это при том, что никакого заграничного отеля, по учетным данным, за корпорацией не числилось.

Именно Путину в своем письме от 9 февраля 1996 года господин Никешин предложил организовать на базе введенного им в строй в испанском городе Торревьеха апартамент-отеля отдых для ветеранов Великой Отечественной войны и других неимущих граждан.

По распоряжению мэрии за № 529-р от origindate::23.05.1996 такой отдых был организован. Все расходы, естественно, взял на себя муниципальный бюджет. Да вот незадача. Как выяснилось, вместо обычных 600 долларов (средняя цена двенадцатидневного тура в Испанию) каждая путевка обошлась казне почти в 2 тысячи долларов. А среди ветеранов-неимущих каким-то таинственным образом оказались хозяин всех бюджетных средств города, начальник федерального казначейства по Санкт-Петербургу В. Каретин и все руководство «Двадцатого треста» вместе с семьями...

n11d-s04.jpg (44071 bytes)

Выводы ревизоров

Пора вернуться с солнечного юга на северные рубежи нашей родины. Здесь веселые ребята из «Двадцатого треста» накуролесили ничуть не меньше.

В конце 1993 года корпорация получила из городского бюджета льготную ссуду в размере 2,5 млрд рублей под строительство в Санкт-Петербурге современного делового центра «Петр Великий». Ходатайствовал о выделении этих средств «Двадцатому тресту» — «в порядке исключения» — все тот же Владимир Путин. Причем деньги были выделены «в порядке исключения» всего под 6% годовых (в то время средняя процентная ставка по кредитам и ссудам в России достигала 200% годовых). В качестве залога по этой ссуде и другим бюджетным кредитам корпорация предъявила 55 автомашин различных моделей (преимущественно иномарок).

Прошли годы. На момент проверки специалистами КРУ деятельности треста результаты оказались плачевными: строительный проект не реализован, полученных из муниципального бюджета денег и след простыл, из 55 «Ниссанов» и «Мерседесов» в наличии оказалось только 22...

А еще были переводы баснословных сумм западным компаниям за предоставление мифических «маркетинговых услуг», ежегодное получение акционерами «Двадцатого треста» солидных дивидендов, хотя никакой прибыли корпорация в отчетных документах не показывала, сомнительные сделки с недвижимостью совместно с ООО «Ленвест», перекачка валюты на зарубежные счета якобы за подготовительные мероприятия фестиваля «Белые ночи Санкт-Петербурга», на покупку финских разборных домов и многие другие эпизоды...

Позволим себе процитировать выводы, к которым пришел по итогам проверки главный контролер-ревизор КРУ Министерства финансов РФ по Санкт-Петербургу В. Кабачинов:
«Корпорация, являясь коммерческой фирмой, получала кредиты из бюджета города и средства из специальных фондов на льготных условиях, не возвращала их, а полученные средства направляла в коммерческие банки на депозитные счета, перечисляла разным инофирмам на цели, не связанные с основной деятельностью, производила и другие необоснованные расходы...

...По состоянию на 1 января 1997 года задолженность корпорации бюджету города составляет 28 миллиардов 455 миллионов 700 тысяч рублей...»

«Банная история»

Практически сразу после того как в «Двадцатый трест» нагрянули государственные ревизоры, корпорация срочно начала процедуру собственного банкротства. Сегодня некогда процветавшая фирма прочно лежит на боку. На всех банковских счетах, в том числе и валютных, числится нулевой остаток. Вероятность того, что городские деньги когда-нибудь вернутся в питерскую казну, также равна нулю.

Что же касается бывшего первого вице-мэра Санкт-Петербурга, он, возможно, даже и не помнит уже о Сергее Никешине и его корпорации. Хотя...

Оперативники, с которыми нам довелось общаться, уверяли нас в том, что контакты Путина с «Двадцатым трестом» сохранились и после переезда Владимира Владимировича в Москву.

Дело в том, что у некогда скромного чиновника, а ныне и. о. президента России Владимира Путина в Приозерском районе Ленинградской области имеется дача с участком площадью около одного гектара. Солидный двухэтажный дом с комплексом хозяйственных построек располагается прямо на берегу живописного озера Комсомольское. В 1997 году здесь случился пожар из-за неисправности электропроводки в сауне. Восстанавливать образцовое хозяйство были призваны высококлассные специалисты из Финляндии, что обошлось погорельцу в 300 тысяч финских марок (примерно 60 тысяч долларов).

Так вот, у следствия есть все основания полагать, что финансировалось банное строительство исключительно из средств «Двадцатого треста».

Более того, весной 1998 года в администрацию Приозерского района из Москвы поступила секретная шифрограмма с приказом — уничтожить всю документацию, подтверждающую право собственности семьи Путина на комплекс дачных строений. Но, видимо, все документы «растворить» не удалось, и поэтому в итоге кандидат в президенты Путин внес это «компрометирующее» его дачное строение в свою декларацию.

Интересная деталь: на месте сегодняшнего путинского имения раньше находились 7—10 частных жилых домов. Местные жители были очень недовольны, когда их вынудили «очистить территорию» на побережье. Однако часть из них все-таки отселили, а самым непокорным построили поблизости небольшие щитовые домики. Оперативники опять-таки предполагают, что всеми вопросами по переселению вредных дачников на новые места занималась все та же знакомая нам корпорация, что требует детальной проверки.

«Дела» со многими неизвестными

Как нас уверяли знающие люди в Питере, попытка «зачистить» канцелярию администрации Приозерского р-на была далеко не единственной. В бытность Путина шефом ФСБ его люди шерстили весь Санкт-Петербург на предмет изъятия любых компрометирующих Путина материалов. Особенно их интересовали документы по приватизации гостиниц «Астория» и «Прибалтийская», а также все бумаги за подписью Путина, касающиеся функционирования Ленинградской военно-морской базы, на которой, что любопытно, с 1992 по 1996 годы не существовало ни таможни, ни погранслужбы, хотя через этот перевалочный пункт прошли сотни тысяч тонн экспортных гражданских грузов (знаменитые куриные окорочка, например, расползались по всей России именно отсюда). Сколько от такой бесконтрольности потеряли не только городской бюджет Санкт-Петербурга, но и федеральная госказна, история пока умалчивает.

Насколько мы знаем, сейчас люди нынешнего директора ФСБ Патрушева активничают в Испании, разыскивая всех, кто хоть что-нибудь знает о деятельности корпорации «Двадцатый трест» на испанской земле и владеет какой-либо документацией по этому поводу.

Сегодня даже бесстрашные питерские оперы, участвовавшие в расследовании дел по «Двадцатому тресту», «Русскому видео», «Ренессансу», постоянно заводят разговор о гарантиях безопасности для своих близких и друзей.

P.S. Следствие по уголовному делу № 144128, как ни странно, продолжается. Скорее всего потому, что его главному фигуранту хочется больше узнать о «раскопках» Следственного комитета МВД РФ. Обычная тактика профессионального разведчика. Впрочем, оперативно-следственной бригаде просто по закону положено вернуть изъятые и разбазаренные бюджетные деньги. Ведь и сам Владимир Владимирович писал в своей программной статье «Россия на рубеже тысячелетий»: «Теневая экономика есть везде. Но если в развитых странах ее доля не превышает 15—20 процентов, то у нас этот показатель достигает 40—60 процентов. Для решения этой болезненной проблемы, наряду с усилением деятельности правоохранительных органов, нужно устрожение лицензионного, налогового, валютного и экспортного контроля». [...]