Дело антикваров. Версия защиты

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Дело антикваров. Версия защиты Арестованные московские артдилеры дали ответ обвинителям

"В скандальной истории владельцев московского антикварного салона «Русская коллекция» супругов Татьяны и Игоря Преображенских, арестованных за продажу фальшивых картин классиков русской живописи, появился новый поворот. До сих пор о ней рассказывали только представители следствия и бизнесмена Валерия Узжина, проходящего по этому делу потерпевшим. Теперь же «Времени новостей» удалось получить версию этого дела в изложении самих Преображенских. Она принципиально отличается от прежних сообщений. Артдилеры настаивают, что это именно они стали жертвами обмана со сторона г-на Узжина, потеряв при этом более 2 млн долл. Адвокат Преображенских Олег Рязанов, со своей стороны, отметил, что представители следствия и потерпевшего, рассказывая об этом расследовании, откровенно передергивали факты, и даже при этом официальная версия имеет множество нестыковок. Как уже рассказывала газета «Время новостей» (см. номер от 22 и 25 ноября), Татьяну и Игоря Преображенских обвиняют в том, что они продали г-ну Узжину несколько фальшивых картин, выдав их за шедевры русской академической живописи. 16 октября они были арестованы сотрудниками департамента по борьбе с экономическими преступлениями (ДЭБ) МВД, которые вскоре отрапортовали о раскрытии аферы. Расследование дела было поручено следователю Следственного комитета (СК) при МВД Ирине Коноваловой. По словам г-на Рязанова, «неточности» в изложении этого дела появились с первого же дня. Так, сообщалось, что артдилеры были задержаны на съемной квартире, где проживали после приезда из Петербурга. Но на самом деле эта «съемная квартира» принадлежит родителям г-жи Преображенской -- Виктории и Михаилу Ханиным. При этом в протоколе обыска хотя и значится, что владельцы квартиры были об этом уведомлены, но, как утверждают сами гг. Ханины, никто им не звонил, да и номер телефона в протоколе указан неверный. Как рассказал адвокат Рязанов, в присутствии которого проводился обыск, сотрудники милиции с постановлением суда в тот день приехали на квартиру около 15.00, и это стало полной неожиданностью для антикваров. Обыск длился до 5.30 утра. Из квартиры вынесли все, кроме мебели, -- деньги, оргтехнику, мобильные телефоны, даже семейные фотографии и телевизор с кухни. Хотя в санкции суда на обыск говорилось об изъятии только тех вещей, которые имеют отношение к уголовному делу. Более того, милиционеры рассказали, что г-жа Преображенская оказала сопротивление и попыталась выстрелить в одного из сотрудников из травматического пистолета «Оса». Но сама она это отрицает, а в протоколе обыска и задержания ничего подобного не отмечено. Нет там и сведений, что во время обыска проводилась видеосъемка, хотя сюжет об аресте Преображенских почему-то появился в эфире телеканалов. Около 6.00 утра 17 октября владельцев «Русской коллекции» привезли в СК, оформили задержание и начали допросы и очные ставки с потерпевшими -- двумя друзьями и партнерами Валерия Узжина, Виктором Каном и Александром Ястребовым. Как рассказал г-н Рязанов, его подзащитные целые сутки провели без сна и еды и с трудом соображали, чего от них хотят. Именно поэтому в тот день Татьяна и Игорь Преображенские дали лишь краткие объяснения, сообщив, что никакого отношения к мошенничеству не имеют. Тем не менее постановление о привлечение в качестве обвиняемой от 17 октября, подписанное следователем Коноваловой, гласит: «Преображенская Т.М. вступила в преступный сговор с Кутейниковым Д.Э., направленный на совершение хищений путем обмана и злоупотребления доверием, а именно на приобретение картин европейских авторов, близких по манере исполнения и сюжетам к работам русских художников, имеющим на антикварном рынке гораздо более высокую цену, в целях дальнейшей подделки авторских подписей и реализации коллекционерам в России». Как следует из этого документа, Кутейников «в период до апреля 2004 года на аукционе BRUUN RASMUSEEN (Дания) приобрел картину Bondegard ved en landerej I wolkanten at skoven художника Janus la Cour, похожую по манере исполнения и сюжету на работу Киселева. Затем Кутейников ввез данную картину в Россию». Далее «при неустановленных следствием обстоятельствах» он нанес на полотно авторскую подпись Киселева и передал его Преображенским. А они в свою очередь, «используя сложившиеся с клиентом их антикварного салона Узжиным доверительные отношения», предложили ему приобрести данную поддельную картину, «убеждая его в том, что картина является неизвестным шедевром Киселева». В постановлении говорится, что Преображенские «предоставили Узжину заведомо подложное экспертное заключение» Центра им. Грабаря, подписанное экспертом Татьяной Горячевой. Эту картину Узжин якобы приобрел в марте-апреле этого года за 135 тыс. долл. как пейзаж Киселева «Летний день. Дорога вдоль опушки леса». Подделку в конце июля этого года удостоверили эксперты компании «Арт Консалтинг». Далее, по версии следствия, Узжин приобрел таким же образом картины Киселева «Летний день. На берегу озера», «Летний день. Пейзаж с рекой», а также Маковского «Портрет обнаженной женщины». После ареста Преображенских разразился грандиозный скандал. Объявление о том, что один из самых престижных салонов продал около двух десятков фальшивых картин (о таком количестве говорил адвокат потерпевшего Евгений Мартынов) на несколько миллионов долларов и что вероятность обнаружения других потерпевших весьма высока, тут же обрушило рынок антиквариата. Валерий Узжин сам перед публикой не появлялся, но через адвоката поведал свою печальную историю -- как увлекся живописью, как познакомился с Преображенскими, которых ему рекомендовали с самой лучшей стороны, как они подружились, как он помогал им в поиске и приобретении нового помещения под галерею и как они его за все это в итоге «отблагодарили». По рассказам адвокатов потерпевшего, после того, как летом он случайно обнаружил подделки и сообщил об этом Преображенской, та в отместку решила его «посадить». Она обратилась с заявлением в УВД Центрального округа столицы (ЦАО) о том, что якобы Узжин и два его друга -- Кан и Ястребов -- обманным путем получили от нее 2,3 млн долл., пообещав помочь с приобретением помещения под галерею, а потом исчезли вместе с деньгами. И только тогда г-н Узжин обратился за помощью в Следственный комитет МВД. Однако, как рассказал г-н Рязанов, документы говорят, что все было совсем наоборот. Заявление о мошенничестве с помещением г-жа Преображенская подала в УВД ЦАО еще весной, в конце апреля. И, следовательно, никак не могла ставить перед собой цель отомстить Узжину, который, по его же версии, обнаружил факт подделки картин только спустя несколько месяцев. «Зимой 2004 года в нашем офисе в Гостином дворе появился Александр Ястребов, -- написала тогда в своем заявлении в милицию г-жа Преображенская. -- Он стал интересоваться картинами, их подлинностью и исследованием». Позднее, по заявлению владелицы «Русской галереи», Ястребов привел с собой Валерия Узжина и представил как «богатого коллекционера». «По моей консультации он приобрел у одного из антикваров картину, продемонстрировав мне свою платежеспособность. После этого мы получали по пять--десять звонков с вопросами от Узжина о новинках на антикварном рынке, бизнесе, экспертизе, личном благосостояния семьи, о наших передвижения и наших планах на день», -- говорится в этом заявлении. «Каждый день, а то и по нескольку раз в день, Узжин с Каном приезжали к нам в офис и покупали с помощью наших консультаций картины у коллекционеров и сдатчиков нашей галереи, после проведения нашей галереей экспертиз, а также мы помогали Узжину обрамить, отреставрировать картины и рамы. Наше доверие он вызвал тем, что расплачивался со сдатчиками аккуратно, несколько раз я занимала ему недостающие суммы, которые он мне постепенно возвращал. Подобным образом он собрал около 15 картин, принадлежащих кисти русских мастеров, на общую сумму 1,5-2 млн долл.», -- рассказывала сыщикам Татьяна Преображенская. Разлад между партнерами произошел после того, как артдилеры решили открыть свою галерею. По их заявлению, Узжин порекомендовал купить помещения во 2-м Обыденском переулке у компании-застройщика «Арлеан компани». И вместе с Преображенскими и гендиректором этой компании, неким Валерием Клещиковым (как выяснилось потом, этот человек использовал чужой паспорт, вклеив туда свою фотографию), обсуждал условия сделки. Преображенские продали сначала свою квартиру в комплексе «Новая Остоженка» Кану, потом ему же -- Mercedes E-240, а потом Узжину -- «все имеющиеся антикварные ценности». Таким образом, Преображенские набрали 2,38 млн долл., необходимые для покупки нового помещения. Как заявила следователям г-жа Преображенская, именно в присутствии Узжина, Кана и Ястребова она подписала с Клещиковым договор долевого участия и еще «договор конфиденциальности», по которому в течение месяца обязалась никому не говорить о совершенной сделке. Впоследствии Узжин, по рассказам Татьяны Преображенской, возвратил ей бронзовые статуэтки, которые «не понравились его супруге», а потом и картину, заявив, что она фальшивая, хотя ее подлинность Преображенская перепроверила не только в мастерской Грабаря, но и в Третьяковской галерее. И деньги за эти антикварные ценности она вернула. Когда же Преображенские спустя месяц решили вступить в права владения новым помещением, выяснилось, что «Арлеан компани» больше не существует, а ее «гендиректор Клещиков» исчез. «После всего случившегося Узжин, Кан и Ястребов, -- заявила милиционерам артдилер, -- многократно звонили мне, моему мужу и моим родителям, требуя купить у Узжина те 15 картин, которые он приобрел у коллекционеров при моих консультациях, и угрожали и продолжают угрожать физической расправой». Но расследование этого дела в ОВД ЦАО завершить не успели. После ареста Преображенских его забрал себе Следственный комитет МВД, и 18 ноября та же следователь Коновалова приостановила дело «за невозможностью установить лиц, причастных к совершению этого преступления». Уже после ареста Татьяна Преображенская так изложила свою версию происшедшего в письме президенту Ассоциации антикваров и артдилеров Владимиру Бычкову: «Узжин приобрел эти картины сам, по доброй воле. Купив картины, Узжин отправился с ними к Красилину в «Арт Консалтинг», где выявили, что это не Киселев, а Янус ла Кур, ввезенный Кутейниковым в Россию, который изменил его атрибуцию. Но после Кутейникова эти картины прошли, во-первых, экспертизу, во-вторых, цепочку дилеров, а деньги за них вымогаются у меня. В моих действиях нет никакого злого умысла против Узжина. Преступники -- изготовители фальшивок, а моральную ответственность несут эксперты». Кстати, этот г-н Кутейников -- фигура занятная. Г-жа Преображенская уверяет, что никогда не была с ним даже знакома. СК же считает, что она вступила с ним в сговор, и именно он покупал картины в Дании специально для подделки. По некоторым данным, его один раз допросили, а потом он уехал за границу. Обвинение ему до сих пор не предъявлено, и в розыске он не числится. «Обвинение в продаже поддельных картин не соответствует действительности, поскольку картины, о которых идет речь, являются собственностью других лиц и продавались этими лицами, -- считает адвокат Рязанов. -- Утверждение следователя о том, что экспертные заключения мастерской им. Грабаря являются заведомо подложными, также не соответствуют действительности. Заключения подлинны, что хорошо известно следователю, и подписаны не одним, как она пишет, а двумя специалистами». Таким образом, следствие по делу о мошенничестве в отношении кандидата искусствоведческих наук Татьяны Преображенской приостановлено Следственным комитетом, сама она арестована, а потерпевшими стали Узжин, Кан и Ястребов, которые, кстати, по данным г-на Рязанова, в свое время были судимы и отбывали сроки за мошенничество, взяточничество и разбой. Как сообщил адвокат, Татьяна и Игорь Преображенские «вины не признают и не сделают этого никогда, потому что признаваться им не в чем»."
631e1fcac8dc17991f13cb1db2038ef8.gif

Ссылки

Источник публикации