Дело о краже рукописей

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Оригинал этого материала
© НСН, origindate::14.04.1996, Фото: "КП"

Дело о краже рукописей - версия следствия

Converted 10956.jpgНаиболее полно и подробно ее изложил в "Общей газете" от 28 марта 1996 года начальник Регионального управления по борьбе с организованной преступностью при Главном управлении внутренних дел Санкт-Петербурга Анатолий Олейников. Дело, по его словам, имеет глубокие корни и делится на несколько эпизодов.

Первый из них: в 1991 году в Израиле всплыла Кытуба - ценный еврейский манускрипт. В мире существует всего несколько экземпляров, и известно, где они находятся. Израильские власти попросили Российскую Национальную библиотеку определить подлинность "новой" рукописи. В библиотеке решили сравнить свой экземпляр с присланным из Израиля и с удивлением обнаружили в "посланце" собственный экземпляр. Израильтяне великодушно вернули раритет в Россию.

В библиотеке во время инвентаризации поначалу обнаружили пропажу 25 ценных рукописей (сейчас их количество увеличилось). Подозрение пало на заведующего отделом рукописей Виктора Лебедева. Было возбуждено уголовное дело. По делу проходит некий Френкель - богатый коллекционер из Израиля. В начале 90-х он перечислил РНБ на реставрацию древнееврейских рукописей 500 долларов. Этот жест сразу расположил к нему администрацию библиотеки. Френкель стал частым гостем у Лебедева в отделе рукописей. Как показал Лебедев, он позволял Френкелю выносить из отдела рукописей древние манускрипты. У Френкеля к плащу изнутри был пришит большой карман, в который прекрасно помещались старинные фолианты.

По показаниям Лебедева, вначале он отдавал Френкелю неучтенные рукописи. Потом Френкель стал требовать и учтенные. Возникла скандальная ситуация, и в конце концов они расстались. Но перед этим Френкель познакомил Лебедева с другим коллекционером из Израиля - Фришем. Вынос рукописей возобновился. Кстати, в преступном мире Фриш - человек известный: он был одним из организаторов переправки в 1993 году из Колумбии крупной партии наркотиков. Когда случилась история с Кытубой, Лебедев с женой эмигрировали в Израиль (1992 год). Их там встретили Френкель и Фриш.

С отъездом Лебедева уголовное дело в отношении его было прекращено. И вновь было возбуждено лишь в декабре 1994 года, после кражи 91 манускрипта из РНБ. К похищению рукописей готовились, как предполагает следствие, с сентября 1994 года.

Про уникальную память Лебедева ходят легенды. В библиотеке вспоминают такой случай: поехали "на картошку". В автобусе Лебедев взял чью-то записную книжку, полистал ее лениво. А потом назвал почти все телефоны из нее. Это убеждает следствие: Лебедев действительно мог составить по памяти списки наиболее ценных рукописей. Очевидно, что нетрудно было Лебедеву и нарисовать подробный план: как проникнуть в библиотеку, где именно находятся нужные рукописи. Взломщики - никогда до этого в России не бывавшие -легко прошли замысловатый дворик, без труда нашли нужное окно. Именно то, в котором один из стеклянных блоков не был опутан сигнализацией - в целях пожарной безопасности. Лебедев про окно "с секретом", безусловно, знал: он был посвящен в тайны охраны отдела рукописей. Позже следствие обнаружит осколки этого стекла как на брошенной около Финского вокзала машине (взломщики взяли напрокат), так и на их одежде (обнаружена после обыска в Израиле).

Виктор Лебедев составил списки наиболее ценных рукописей и нарисовал план. Израильтяне же искали канал сбыта. В итоге "списки Лебедева" оказались в офисе Станислава Якубовского - брата Дмитрия Якубовского в Цюрихе с пометкой - для г-на Хаттендорфа. В деде возникли новые персонажи.

Хаттендорф - австрийский подданный. Известен как антиквар и коллекционер. У него были неприятности с законом в Испании. Он активно сотрудничал с фирмой Станислава Якубовского. Станислав Якубовский основательно приобщился к антикварному и артбизнесу. В том числе вывозил из России картины. Был связан с израильтянами, которые привлекаются по этому делу. И вот один из списков, составленных Лебедевым, в сентябре 1994 года приходит факсом в офис Станислава Якубовского в Цюрихе с пометкой - для господина Хаттендорфа. Станислав в это время находится у брата в Москве. Жена Станислава передала этот факс Хаттендорфу, который тут же приехал в Москву. Это был его первый визит. Позже лебедевский список обнаружится на даче Дмитрия Якубовского.

Таким образом, дело разрослось на три страны. А Дмитрий Якубовский выглядел как связующий канал между заказчиком кражи и покупателем.

Украденные рукописи, по оценкам специалистов, оценивались в 200 - 250 миллионов долларов. Весят они около 200 килограммов. Поэтому похитителей было четверо: братья Кабири и братья Леви. В Питере они жили в гостиницах, меняя их каждый день. И лишь непосредственно перед кражей сняли квартиру. Изобличить преступников помогла владельцы сдаваемой квартиры - семья Гуренок. Израильтяне сразу же после кражи - рано утром - привезли к ним в дом чемодан и сумку. Остальные три сумки были оставлены в снимаемой квартире. После кражи израильтяне исчезли, сказав семье: "Наши компаньоны придут и заберут наши личные вещи: тут посуда и разное белье..." В этот же день передавалось сообщение о краже рукописей. Сын хозяйки попытался открыть замок на слишком тяжелой для вещей сумке. Сквозь щелочку увидел: там что-то типа книг. Супруги Гуренок, заподозрив неладное, отправились на прием к начальнику ГУВД. Постовой не пустил их в здание. В газете читают: есть контактный телефон УФСБ. Сотрудники ФСБ поехали на квартиру: в сумке действительно оказались похищенные рукописи. На квартире устроили засаду, в которую и попали гонцы от Якубовского.

Якубовский, отправил за рукописями своего водителя и охранника. Кстати, любопытна история с самим водителем - Ананьевым. Он достался Якубовскому от школьного друга - Андрея Караулова, который на него жаловался, мол, купил "паленую" иномарку. Якубовский его взял, но сказал: ты у меня будешь оштрафован за то, что создал конфликтную ситуацию. Водитель согласился работать бесплатно. А за эту поездку Якубовский обещал ему 10 тысяч долларов.

Ананьев говорит, что Якубовский его инструктировал целый день, каждый раз выходя для разговора в холл офиса. При этом Якубовский молчал - только писал записки: куда поехать, что забрать. К полуночи наконец назвал адрес, телефон и место, где лежит ключ. Следствие считает, что сам Якубовский узнал об этих деталях только к ночи - из Швейцарии.

По словам начальника РУОП при ГУВД Санкт-Петербурга Анатолия Олейникова, следствие располагает записками Якубовского водителю, схемой проникновения в библиотеку, результатами опознания израильтян Гуренками. Кроме того, зафиксирован телефонный разговор между Израилем и семейством Гуренков: Цеон Леви интересовался, забрали ли "компаньоны" его вещи.