День "Ч": 4 версии причин энергокризиса

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Оригинал этого материала, origindate::03.06.2005, Фото: "Коммерсант"

День "Ч": 4 версии причин энергокризиса origindate::25.05.2005

Избранные места из аналитических докладов

Макс Отто

Converted 18994.jpg

Обращает на себя внимание слишком заметный разрыв между версией событий, поддержанной ньюсмейкерами и комментаторами федеральных СМИ, и информацией, которая обсуждается на уровне технических специалистов и комиссий по чрезвычайным ситуациям.

«Чагино»

Основная версия событий, которая утвердилась в СМИ, связана с технической аварией на электроподстанции «Чагино», подведомственной «Мосэнерго».

Этой версии придерживаются и представители РАО ЕЭС, и мэрия Москвы, которые в данном случае выступают в ролях двух антагонистов. Мэрия Москвы позиционируется в конфликте как главная потерпевшая сторона, так что мнение ее представителей о виновности менеджмента «Мосэнерго», а не центрального офиса РАО ЕЭС играет важную роль.

Тем не менее, обращает на себя внимание совершенно несвойственная А.Б.Чубайсу готовность признать вину и тем более та скорость, с которой он согласился компенсировать материальный ущерб. Однако при ближайшем рассмотрении оказывается, что руководство РАО ЕЭС признает вину не собственную, а именно «Мосэнерго». И делает со своей стороны все возможное, чтобы направить журналистское и официальное расследование причин кризиса в сторону версии «Чагино».

При этом предпринимаются усилия, чтобы в публичное информационное пространство не попал ряд существенных технических обстоятельств, прозвучавших на технических комиссиях. Так, например, главный диспетчер РАО ЕЭС Бондаренко, явно не по собственной инициативе, под надуманным предлогом отсутствия технического персонала отказался представить в федеральную комиссию по расследованию причин системной аварии расшифровку записей переговоров диспетчеров РАО. Дальнейшая судьба этих записей может служить одним из главных индикаторов того, насколько версия «Чагино» соответствует истине.

Косвенным, но существенным подтверждением намеренного сокрытия диспетчерами РАО важной информации, является интервью министра МЧС Шойгу, в котором он обвинил диспетчеров «Мосэнерго» в нарушении установленного регламента взаимодействия со штабом МЧС. Диспетчеры не сообщили МЧС не только об угрозе чрезвычайной ситуации, но скрыли даже факт уже начавшихся веерных отключений. Единственное, в чем ошибся министр Шойгу, это в принадлежности диспетчерской компании «Мосэнерго». Видимо, в штаб МЧС забыли сообщить, что еще три года назад Центральный диспетчерский пункт «Мосэнерго» был переведен в прямое подчинение РАО ЕЭС и к самому «Мосэнерго» сегодня прямого отношения не имеет.

Следует также учесть, что и РАО ЕЭС, и мэрия Москвы являются держателями «блокирующего пакета» на обширном рынке заказных публикаций федеральных СМИ. То есть большинство редакций, включая государственные СМИ, не станут ссориться с такими богатыми заказчиками и не будут публиковать материалы против РАО или против мэрии, если им кто-то специально за это не заплатит. Тем не менее, если бы интересы Лужкова и Чубайса в данной ситуации расходились, то каждая сторона имеет в своем распоряжении «карманные» СМИ федерального уровня, чтобы неудобная для контрагента информация стала общим достоянием. Все вышесказанное в полной мере относится и к ньюсмейкерам из числа политиков федерального уровня, также зависимых от крупнейших спонсоров.

Поскольку такая неудобная и для РАО ЕЭС, и для мэрии Москвы информация все же реально существует, то из доминирования в СМИ версии «Чагино» можно сделать однозначный вывод о практически полном совпадении интересов РАО ЕЭС и мэрии Москвы, Чубайса и Лужкова в ситуации, сложившейся вокруг реформирования «Мосэнерго». Тем более, что после состоявшегося полгода назад решения о разделении «Мосэнерго» на шесть компаний, интересы менеджмента РАО ЕЭС и менеджмента «Мосэнерго» перестали совпадать и, по всей видимости, вошли в противоречие. Поэтому Чубайс вполне мог пойти, по крайней мере, на тактический союз с Лужковым, против своего бывшего протеже Евстафьева. Как известно в политике и в бизнесе постоянных союзников, как и вечных врагов не бывает.

Поэтому есть смысл внимательно рассмотреть альтернативные версии событий, приведших к системной аварии 24-25 мая.

«Чернобыльское ускорение»

Очень неудобные для РАО факты заключаются в том, что системные сбои в электроэнергетических сетях центрального региона европейской части страны начались задолго до аварии на подстанции «Чагино». Начиная с 23 мая произошла целая серия крупных аварий на линиях электропередач мощностью 500 Кв в «Тулаэнерго», «Калугаэнерго», «Рязаньэнерго». Непосредственно перед аварией диспетчерами РАО была обесточена линия 500 Кв «Конаково-Луч», обеспечивающая западную часть Подмосковья.

В то же время авария на подстанции «Чагино» является самоым обычным рутинным происшествием, которых в энергосетях центрального региона происходит десятки, ели не сотни. Сама по себе, без серьезного дисбаланса огромной энергосети такая авария не может привести к разрыву единого «энергетического кольца». Для этого нужны либо грубые ошибки, либо преднамеренные действия диспетчеров РАО ЕЭС.

Однако все внимание СМИ и общественности было сосредоточено именно на подстанции «Чагино». В распоряжение телекомпаний даже оперативно оказалась «любительская» съемка взрыва и пожара. Хотя ни один «любитель», кроме экстренных служб самого РАО ЕЭС, на территорию подстанции попасть не мог. Туда даже спасателей из МЧС не допустили.

На следующий день после аварии из уст Геннадия Зюганова прозвучало «это новый Чернобыль». Вряд ли сам лидер КПРФ понимает, какой смысл стоит за словами, которые ему подсказали услужливые «пиарщики». Между тем есть такая политтехнологическая уловка, чтобы заблокировать ту или иную идею, ее дают озвучить заведомому маргиналу. Так что солидным комментаторам даже как-то неудобно идти в этом направлении.

Между тем системные причины энергокризиса 25 мая могут лежать в той же самой политико-экономической плоскости, что и системные причины чернобыльской аварии 26 апреля.

И там, и там руководители ведомства находились под огнем острой критики из-за сомнительной стратегии либерализации отрасли. Советское ведомство «мирного атома» воспользовалось политической конъюнетурой для того, чтобы форсировать выход на внешнеэкономические связи через «Техснабэкспорт». Поскольку именно расширение внешнеэкономических связей в те годы приводило к росту персонального благосостояния руководителей отрасли и их семей. Только поэтому было принято решение строить Чернобыль в кооперации с югославами, не имеющими опыта и технологического уровня, необходимого для атомной отрасли. Когда научная общественность по каналам КГБ за полгода до аварии довела свою обеспокоенность ситуацией до руководства партии, реакцией ведомства стало стремление во что бы то ни стало доказать наивысший технический уровень Чернобыльской АЭС. Для чего под лозунгами «ускорения» был организован смелый технологический эксперимент по повышению технологических и экономических показателей ЧАЭС, завершившийся известными событиями 26 апреля. При этом «крайними», как и сегодня, были назначены не руководители ведомства, а начальники среднего уровня.

Похожая ситуация просматривается и сегодня. Только вместо «ускорения» идеологической основой смелого управленческого эксперимента является «удвоение ВВП». Но при этом реальным мотивом является рост благосостояния руководящего состава электроэнергетического ведомства.

Суть смелого технологического эксперимента состоит в использовании возможностей централизованного диспетчерского управления РАО ЕЭС не по прямому назначению – для обеспечения надежности энергоснабжения, а для извлечения дополнительных доходов на рынке электроэнергии с использованием монопольного положения.

Для этого были организованы крупномасштабные перетоки электроэнергии в Москву и область из других регионов, в частности, из Воронежской и Тверской областей, от крупных атомных электростанций. Даже небольшая, в долях копейки, разница в оптовых ценах между Москвой и периферийными регионами ЦФО с учетом масштабов рынка позволяет получать в год сотни миллионов рублей дополнительных доходов, которыми распоряжается только высшее руководство РАО ЕЭС.

Поэтому масштабы эксперимента постоянно возрастали до тех пор, пока физически выдерживала система магистральных энергосетей. Рассчитать уровень перетоков, за которым следует полная разбалансировка системы, теоретически невозможно, только с помощью смелого эксперимента. Однако решиться на такой эксперимент возможно только имея под рукой заранее заготовленного «козла отпущения» и запасную причину. Так что появление полгода назад в ведомственных изданиях РАО ЕЭС публикаций об особой изношенности подстанции «Чагино», может быть неслучайным.

«Чейндж»

Особо благоприятные условия для реализации «чернобыльского ускорения» возникли в связи с утверждением плана реформирования «Мосэнерго». В связи с разделением компании на несколько акционерных обществ, руководство «Мосэнерго», во-первых, потеряло всякую заинтересованность в поддержании энергосетевого хозяйства, которое должно было вскоре перейти в руки мэрии. Единственный интерес менеджмента «Мосэнерго» теперь – генерирующие компании. И в этом новом качестве интересы «Мосэнерго» оказываются объективно противоположны интересам энергомонополии РАО. Раз так, то неизбежно нарастание трений, которые вынуждают Чубайса искать новых союзников для давления на строптивых партнеров. «Враг моего врага – мой друг».

Таким естественным врагом менеджмента «Мосэнерго» был и остается мэр Москвы. Кроме того, только он обладает ресурсами, собственными и привлеченными, чтобы перекупить у Чубайса контроль над значительной частью «Мосэнерго».

Тем более что сделка соответствует канонам чубайсовской приватизации. Чубайс готов продать Лужкову то, что РАО ЕЭС уже фактически не принадлежит. Мало того, сама сделка вполне может произойти фактически за счет государства и миноритарных акционеров «Мосэнерго», то есть в классическом чубайсовском стиле.

Согласие Чубайса полностью компенсировать убытки за счет «Мосэнерго», после которого мэрия уже выставила счет почти на миллиард рублей и продолжает уточнять сумму – очень неплохая основа для типично бюрократического гешефта. Разумеется, возможная сумма «отката» налом будет скромнее, но зато полностью спрятана от глаз налоговой службы. И может стать хорошим подспорьем для предвыборной кампании СПС на парламентских выборах 2007 года. Кроме того, Лужков может создать благоприятные условия для СПС на выборах в Мосгордуму весной 2006 года.

Все же Чубайс – это крупный политический игрок, а не банальный «голубой воришка», так что, по крайней мере, для самого себя он оправдывает все манипуляции с чужой собственностью высокими целями создания «либеральной империи».

«Черный список»

Еще одной политической версией, которая может быть если не главным, то весомым мотивом для смелых экспериментов, является общее ожидание приговора Ходорковскому.

Ситуация в стране довольно нервозная, на носу серия выборов, и лидеры «ельцинской элиты» понимают, что после неизбежного удаления МБХ с первых страниц российской и зарубежной прессы, свято место пусто долго не будет.

Поэтому из рядов старой ельцинской команды началось выдвижение «кандидатов» на роль новых козлов отпущения. Причем такие сильные игроки как Чубайс и Лужков вполне могут скооперироваться, чтобы пропустить вперед менее значимых, но достаточно одиозных сподвижников.

При этом не исключено, что сыграют одновременно несколько запасных вариантов. Во всяком случае, один из таких кандидатов в «козлы» — бывший министр Адамов упирается рогами в стены тамошнего СИЗО и явно желает пересидеть бурные предвыборные годы в тихой Швейцарии, а не в «Матроской тишине», и не в тюрьме штата Пенсильвания.

Поэтому на роль запасного «козла отпущения» неплохо подойдет руководитель «Мосэнерго», широко известный всем избирателям как незадачливый носильщик «коробки из-под ксерокса».