Дефект полураспада

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


origindate::21.08.2003

Дефект полураспада

Глава Республики Коми Владимир Торлопов взял деньги не у тех и не вовремя

Иван Воронов

Converted 14878.jpg

Глава Коми Владимир Торлопов: слуга всех господ

Федеральные власти красиво рубятся с нефтяниками, десять лет назад хапнувшими лишнего. Тем временем в менее «денежных» отраслях и сегодня хапают вовсю, нанося немалый ущерб целым регионам, зачастую и без того ущербным. Очередной скандал разгорелся в Республике Коми, где Сибирская угольно-энергетическая компания (СУЭК) «Байкал-уголь» в союзе с местным губернатором в течение полугода провернули сделку по перепродаже ОАО «Воркутауголь».

Бизнесмены съели КУКа

Глава этой северной республики Владимир Торлопов, как стало сегодня очевидно даже самому наивному обывателю в Коми, взял деньги не у тех и не вовремя. Торлопова понять можно: во-первых, он к моменту сделки с СУЭК «Байкал-уголь» всего лишь год сидел при власти. Опыта финансовых отношений с олигархическими структурами у него не было, так как ранее Торлопов служил там же, в Коми, председателем республиканского парламента. Во-вторых, в минувшем и в начале нынешнего года экономическое положение богатой природными ресурсами республики в результате неуверенного управления ухудшилось – хотя после десятилетнего разграбления, учиненного в Коми предыдущей республиканской властью, казалось, что хуже уже некуда. На фоне общего для страны экономического роста Республика Коми, согласно данным официальной статистики, плавно снижает и без того не блестящие показатели: только за первые пять месяцев нынешнего года объем инвестиций в основной капитал уменьшился на 8 процентов по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. В последние месяцы отмечено сокращение объемов промышленного производства. В прошлом году результаты были еще хуже. Все эти печальные факты, видимо, и подвигли Владимира Торлопова более года назад вступить в скользкие финансовые отношения с СУЭКом.

Ранее Коми была тем счастливым регионом, в котором интересы компании СУЭК «Байкал-уголь» представлены не были. Репутация у СУЭКа в угольной отрасли, мягко говоря, аховая. Весь прошлый год, к примеру, не стихали скандалы вокруг некогда крупнейшей в стране Красноярской угольной компании (КУК), сомнительным путем приобретенной СУЭКом в феврале 2002 года. Вскоре после установления контроля над КУКом СУЭК был вынужден передать Красноярскому комитету по управлению государственным имуществом более 25 процентов ранее присвоенных государственных акций региональной угольной компании. И сразу же после этого начал превращать КУК в «пустышку», выводя все активы трех входящих в компанию угольных разрезов в кипрские офшоры и фиктивные отечественные фирмы. На прямые вопросы о местонахождении активов КУКа руководители СУЭКа лишь вальяжно улыбались и ссылались на «коммерческую тайну». Одновременно начались увольнения шахтеров, которые вовсе не сопровождались повышением зарплаты оставшимся работникам, за исключением, разумеется, привлеченных топ-менеджеров. Стремительно снижались отчисления в бюджет. Зато начали стремительно расти цены на отгружаемый энергетикам края уголь. Все это вкупе привело не только к массовым профсоюзным выступлениям в крае, но и к прекращению в ноябре в одностороннем порядке СУЭКом отгрузки угля в адрес «Красноярскэнерго» накануне зимы.

Кавалер третьей степени

Последний скандал, связанный с деятельностью СУЭКа, разразился на Дальнем Востоке. Там СУЭК схватился с компанией «Русский уголь», которая нашла крупные инвестиции для находящегося на грани банкротства АО «Дальвостуголь» и планировала, в союзе с администрацией Амурской области, восстановить над этим предприятием контроль. СУЭК же, приобретший в свое время 30 процентов «Дальвостугля», но так и не оплативший сделку, не хотел отказываться от степени своего влияния. После того как «Русскому углю» удалось потеснить СУЭК, последний скупил часть акций компании «Ростовуголь», которую «Русский уголь» контролирует. Там тоже появились первые признаки так называемого корпоративного шантажа. Шантаж этот проявляется в том, что владелец меньшего пакета акций до тех пор блокирует работу предприятия, пока владельцы контрольного пакета не заплатят «отступные», значительно превышающие стоимость того самого меньшего пакета.

Заложив конкуренту такую мину, глава СУЭКа Олег Мисевра собрал пресс-конференцию и заявил, что руководство «Русского угля» якобы угрожало ему арестом, если он не отступится от 30 процентов в дальневосточной компании. После этого заявления Мисевра и оказался в Коми у Торлопова, а затем улетел в Париж, где длительное время скрывался. Скрывался он, разумеется, не от «Русского угля» – в тот момент пошли разговоры о необходимости проверки фактов причастности Олега Мисевры к убийству в августе прошлого года Ивана Карташева, заместителя генерального директора компании «Росуглесбыт». Правда, дальше разговоров дело не пошло, но сам факт «отсидки» Мисевры за границей свидетельствует о многом. Так что «Русский уголь» здесь не причем.

Убийство Карташева – не первый случай, когда прокуратура интересуется личностью руководителя СУЭКа. В 2001 году, когда Мисевра еще руководил АО «Кузнецкие ферросплавы», его подозревали в краже с родного предприятия... телевизора и велотренажера. Однако, поскольку стоимость этих выведенных с предприятия «активов» была сравнительно невелика, Мисевре удалось скандал замять. До того как пуститься в бега, глава СУЭКа пускался во все тяжкие с единственной целью – исправить свою репутацию. Например, удостоился в одном из российских деловых изданий звания лауреата конкурса «Лучшие менеджеры года» (как говорят сведущие люди, за получение этого «высокого звания» он не пожалел пятидесяти тысяч долларов), а также получил на грудь медаль «За освоение Кузбасса» третьей степени. Такие персонажи уже появлялись на российском экономическом небосклоне: Михаил Живило и Джалол Хайдаров тоже брали в свои руки предприятия, выкачивали из них за рубеж активы и утекали вслед за активами в том же направлении. Потом их искал Интерпол.

Неравный брак

Информация о подписании соглашения между Торлоповым и Мисеврой прогремела в Коми в конце ноября прошлого года как гром с ясного неба. Согласно документу, в Коми была создана управляющая компания «Печоруголь», в уставный капитал которой республиканские власти вложили принадлежащие ей пакеты акций «Воркутаугля» (21,9 процента) и «Интаугля» (чуть меньше 25 процентов). Этот вклад был зафиксирован как блокирующий пакет и почему-то оценен всего лишь в 7 миллионов долларов США. Мисевра же должен был внести в уставный капитал 30 миллионов долларов. Торлопов заявил, что такой уставный капитал позволит новой компании успешно участвовать в торгах по продаже государственного пакета акций тех же «Интаугля» и «Воркутаугля».

А дальше начался бред, характерный для нынешней политико-экономической жизни в Коми. Глава республики собрал пресс-конференцию и заявил, что СУЭК контролирует 70 процентов добычи угля в России, хотя на самом деле под его контролем находятся 60 процентов. И не всего угля, а только энергетического. Еще Торлопов положительно оценил тот факт, что о СУЭКе в Коми ранее не слышали – это, мол, означает, что компания не замешана в скандалах. По словам Торлопова, Мисевра также обещал финансировать социальные программы. После истории в Красноярске, о которой полгода активно писали чуть ли не все деловые издания России, в искренность заявлений о благочестивости Мисевры никто, конечно, не верил.
Еще Торлопов заявил, что, делая выбор в пользу СУЭКа, он советовался с депутатами республиканского парламента, с мэрами Воркуты и Инты, а также с шахтерами. Однако собственно мэр Воркуты Игорь Шпектор невесело сообщил журналистам буквально следующее:

– Принимая решение, руководство республики не посоветовалось ни со мной, ни с министром промышленности Баскаковым. Как сказал Глава республики, «я держал все это в глубокой тайне». Для чего тем ребятам, которые так далеко находятся, присоединяться к нам?.. И вообще: столь серьезный шаг совершает компания, которая ни разу не побывала в Воркуте. И это безразличие меня тоже смущает. Я не знаю цену сделки и могу только предполагать, что людям, которые имеют Канско-Ачинское месторождение и добывают экскаваторами дешевый уголь, наш уголь не нужен. Цель, наверное, заключается в том, чтобы закупить наш коксующийся уголь и получить тем самым влияние на Череповец.

Действительно, череповецкая «Северсталь» давно являлась не только потребителем воркутинского коксующегося угля, но и владельцем 14,46 процентов «Воркутаугля». Что же касается СУЭКа, то он специализируется исключительно на угле энергетическом, которого в Воркуте нет. В наше распоряжение попало письмо, направленное 13 мая 2002 года генеральным директором «Северстали» Алексеем Мордашовым в адрес Владимира Торлопова. В этом письме глава металлургического концерна предлагал реальную помощь не только ОАО «Воркутауголь», но и всему воркутинскому региону: «Учитывая историческую и технологическую связь наших предприятий, у нас вызывает глубокое беспокойство затяжной финансовый кризис в ОАО «Воркутауголь» и напряженная социальная обстановка, связанная с дестабилизацией экономического состояния угольных предприятий региона... Многолетние деловые и технологические связи ОАО «Северсталь» с ОАО «Воркутауголь», местоположение г. Череповца к г. Воркуте, накопленный ОАО «Северсталь» опыт управления дочерними и аффилированными компаниями, в том числе сырьевыми и угольными, делают ее реальным кандидатом, способным вывести компанию из кризисного состояния, в котором она сейчас находится...»

Фактически «Северсталь», признаваясь в своей реальной заинтересованности делами Воркуты, высказывала намерение выкупить выставленный государством на приватизационные торги пакет акций «Воркутаугля». И предлагала Торлопову начать оздоровление предприятия и его финансирование, не дожидаясь продажи. Над этим крайне выгодным для республики предложением «руки и сердца» от долгосрочного и проверенного партнера Торлопов думал до ноября прошлого года. А потом нашел себе Мисевру, которому и вручил «доверчиво» в руки госсобственность, проигнорировав требования законодательства о проведении как независимой экспертной оценки стоимости передаваемой собственности, так и открытого аукциона по ее продаже. Видимо, не нашлось вовремя у Мордашова медальки третьей степени. Но, скорее всего, он просто не захотел дать Торлопову «на лапу». Вплоть до недавнего времени заливался Глава Коми во всех местных газетах, расхваливая СУЭКовцев как «эффективных собственников», пришедших «всерьез и надолго». Вот только никто в республике в это не поверил.

Слуга всех господ

Как и прогнозировал Игорь Шпектор, бессменный мэр многострадальной Воркуты, «кавалеры третьей степени» оказались спекулянтами. 26 июня нынешнего года СУЭК, по договоренности с «Северсталью», решил не участвовать в торгах по покупке 39,8 процента акций ОАО «Воркутауголь», выставленных на продажу Минимуществом РФ. Этот пакет купила именно «Северсталь». Более того, СУЭК продал «Северстали» и свой пакет в «Печоругле». Цена сделки неизвестна, хотя очевидно, что «Северсталь» вынуждена была заплатить «спекулятивной угольно-энергетической компании» (СУЭК) солидные отступные. С другой стороны, «Северсталь» приобрела нужный ей пакет без участия Торлопова (хотя и писала ему, чего же боле!) и поначалу даже не взяла на себя в связи с этим никаких социальных обязательств. Сразу же после оглашения итогов торгов по госпакету ее представитель публично огласил эту тривиальную мысль. Правда, чуть позже руководство «Северстали» спохватилось и пообещало погасить долги по зарплате и выделить необходимые материалы и ресурсы для подготовки города к зиме.

Но как бы то ни было, затраты спекулянтов вполне окупились – СУЭК неплохо «наварил» на сделке. Сначала он как бы вложил в «Печоруголь» 30 миллионов долларов. Но вложил не в прямые инвестиции, а в уставный капитал. Чего стоили официальные заявления об использовании уставного капитала для покупки на конкурсе акций «Воркутаугля», стало ясно 26 июня. Впрочем, схемы подобного рода, когда средства перекладывают из одного «кармана» подконтрольного банка в другой карман все того же банка, хорошо известны. Формально вроде бы «вложили» деньги во что-то, а на самом деле распоряжаются ими по-прежнему свободно, со всеми вытекающими из этого приятными последствиями.

К тому же СУЭК полгода «просидел» на финансовых потоках «Воркутаугля» и «Интаугля», что тоже дорогого стоит. Теперь шахтеры в Инте жалуются, что рынки сбыта их энергетического угля сузились – СУЭК за время «хозяйствования» вбросил туда более дешевый уголь со своих разрезов. По словам директора Интинской угольной компании Алексей Павлова, сбытовая политика СУЭКа нанесла Печорскому угольному бассейну ущерб более чем на 350 миллионов рублей. Продажа «Северстали» доли в «Печоругле» тоже, очевидно, серьезно пополнила счета СУЭКа. Республика же от прошедшей спекулятивной акции осталась в явном проигрыше, не получив ничего: 30 вложенных в «Печоруголь» миллионов так и остались «виртуальными». А в Инте началась голодовка...

Глава Коми, разумеется, не хочет нести за содеянное никакой ответственности. Он радостно перекладывает ее теперь на «Северсталь», которая взяла в управление еще и интинское предприятие, чтобы использовать добываемый там уголь на свои энергетические нужды.

Подобные «эксклюзивные» условия для столь специфической организации, как СУЭК, могли быть в наше время созданы только в Коми, где очевидно бездумные и противоречащие друг другу и здравому смыслу решения, рожденные в коридорах республиканской администрации, сталкиваются с вялым, но постоянным саботажем исполнителей. Да и сам Глава республики Владимир Торлопов на исполнении своих решений особенно не настаивает, что после истории с «долгосрочным» СУЭКом стало ясно в республике всем. Как и то, что полтора года назад республика выбрала себе в руководители не лидера, а не очень уверенного в себе исполнителя, к тому же склонного к воровству из бюджета и участию в финансовых спекуляциях. Очевидно, что сегодня для улучшения экономического климата от руководителя региона требуются совсем иные качества – человек-слуга со временем начинает прислуживать тому, кто больше платит, и по природе своей не способен принимать взвешенные, мужественные решения, а также добиваться их исполнения как от подчиненных, так и от деловых партнеров в лице промышленных и финансовых корпораций. Хотя начудить, конечно, может. Только кто за эти чудачества ответит?

Сыктывкар – Воркута – Инта – Москва.