Джигиты-ингуши

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Джигиты-ингуши

"ушки мы забили снарядом от души, знает вся Россия: джигиты ингуши!" - с такой песней прадеды нынешних жителей Ингушетии отправлялись в бой против казаков Деникина близ ингушских сел Довлаково и Плиево в 1918 году. В 2002 году о ходе кампании по выборам президента Ингушетии "вся Россия" вряд ли узнает слишком много: во всяком случае, большинство федеральных СМИ дают на удивление "дозированную" информацию о происходящем в республике.

К примеру, 12 марта "Коммерсантъ" опубликовал "на правах рекламы" открытое письмо президенту Путину, подписанное некоторыми участниками предвыборной гонки, а также старейшинами. Среди "подписантов" два кандидата в президенты, известных своей близостью к экс-главе республики Руслану Аушеву: бывший глава его администрации Яков Местоев и депутат Госдумы Алихан Амирханов, чья победа на дополнительных выборах в нижнюю палату парламента от Ингушетии в 2001 году была, по мнению большинства наблюдателей, обеспечена в основном поддержкой Аушева.
Суть обращения была проста: надо остановить федеральных чиновников, вмешивающихся в предвыборную кампанию. В ингушском случае под вмешательством в первую очередь подразумевался состоявшийся накануне визит главного федерального инспектора по Ингушетии Мусы Келигова во дворец президента республики, располагающийся в специально "под него" основанном ингушском "стольном граде" Магасе. Только вряд ли читатели обращения могли знать, что нынешний и.о. президента республики Ахмед Мальсагов (премьер-министр Ингушетии, к которому перешли президентские полномочия на период между отставкой Аушева в декабре и выборами нового главы республики 7 апреля) в президентский дворец вхож не был. Главный кабинет в том дворце сохранял за собой Аушев. Пребывал во дворце и кандидат в президенты Яков Местоев, несмотря на то что и.о. главы республики Мальсагов уволил его с поста руководителя президентской администрации. Поэтому Келигов после своего визита во дворец заявил, что "освободил" его от означенных особ вполне законно.
Удаленный из дворца Яков Местоев в качестве ключевого кандидата в президенты в республике не рассматривается. Потому что даже его бывший шеф Аушев открыто поддерживает в ходе предвыборной кампании не его, а экс-министра внутренних дел Хамзата Гуцериева. И не менее открыто выступает против его главных конкурентов - уже упомянутого Ахмеда Мальсагова и генерала ФСБ Мурада Зязикова, заместителя представителя президента в Южном федеральном округе.
Интересно, впрочем, что хотя фамилия Хамсата Гуцериева в предвыборных спорах произносится постоянно, о личности его спорят, кажется, меньше всего. И не потому, что у всех о нем единое мнение, а потому, что и сторонники его, и противники понимают: "Гуцериев" - это не только недавно уволенный министр внутренних дел республики. И даже не только его брат, глава "Славнефти" Гуцериев Михаил. В первую очередь с фамилией "Гуцериев" связан тот порядок, благодаря которому Ингушетия, имея крайне высокий процент безработицы и явно уступая даже своим соседям по жизненному уровню населения, стала благословенным уголком для бизнесменов чуть ли не со всей России. Речь, как догадался читатель, идет о знаменитой "зоне экономического благоприятствования", основанной в 1993 году и долгое время возглавлявшейся Михаилом Гуцериевым. И о взращенной этой зоной ингушской касте "деловых людей".
Однако наиболее ощутимый удар по этой "касте" имел своей главной мишенью лично Хамзата Гуцериева: на прошлой неделе он был вынужден покинуть пост министра. Этому предшествовала жалоба, поданная в избирком Ингушетии журналистом-телевизионщиком Алиханом Гулиевым, где утверждалось, что Гуцериев находится на должности министра незаконно: он должен был уйти в отпуск на период предвыборной кампании. Жалоба привлекла внимание начальников Гуцериева в Москве, и по их предложению он написал рапорт об отставке. Однако уже на следующий день Алихан Гулиев забрал жалобу из избиркома, но на этот раз подал жалобу в прокуратуру: как утверждается в ней, отозвать свой протест из избиркома его заставил Гуцериев со товарищи, силой вывезя его ночью "для беседы". Так это или нет, сейчас пытается установить прокуратура Ингушетии. Впрочем, даже если факт "силового" давления на Гулиева доказать не удастся, ясно, что "задний ход" он дал не от хорошей жизни. И не от хорошей жизни он был после этих событий взят под охрану для обеспечения его личной безопасности.
Настоящую военную операцию напоминало и назначение и.о. министра внутренних дел после отставки Гуцериева. Кандидатура, одобренная МВД России, братьев Гуцериевых явно не устраивала: это был Ахмед Погоров, до 1998 года бывший крупным милицейским начальником в Ингушетии, а затем из-за конфликта с Аушевым перебравшийся в Москву. Он был представлен сотрудникам республиканского МВД в это воскресенье. Как рассказал "Вестям.Ru" один из присутствовавших на этом мероприятии, появление Погорова вызвало у заместителей уволенного Гуцериева настоящий шок: до последнего момента они ожидали совершенно другого и.о. министра. Дезинформация распространялась из опасения, что команда экс-главы МВД попытается заблокировать назначение Погорова.
Сейчас, однако, той команде уже не до МВД: прокурор Ингушетии Магомед Белхароев обратился в Верховный суд республики с заявлением об отмене регистрации кандидата в президенты Хамзата Гуцериева. Так что, вопреки прогнозам, без громкого судебного разбирательства, по-видимому, не обойдутся еще одни региональные выборы. Хотя, по мнению наблюдателей, принципиального влияния на общие контуры предвыборной борьбы решение суда не окажет. Среди выдвинутых кандидатов у Хамзата Гуцериева достаточно "дублеров". Как сказал в интервью "Коммерсанту" один из них, уже упомянутый выше депутат Госдумы Амирханов, 15 из 23 претендентов на президентский пост готовы, "если надо", отказаться от участия в предвыборной гонке в пользу Гуцериева. Если же Гуцериева регистрации не лишат, они, по всей видимости, собираются снять свои кандидатуры.
Одним словом, за оставшиеся до первого тура три с небольшим недели в республике, по всей видимости, пройдет еще не одна "спецоперация". Впрочем, политических "сериалов" население республики, которое почти наполовину составляют беженцы из зоны осетино-ингушского конфликта и из Чечни, уже и так насмотрелось. Тем более ему трудно поверить, что приход на смену бывшим сторонникам Аушева кандидата, поддержанного Кремлем, резко изменит экономическое положение республики. В таком случае достаточно внушительная (по данным самых разных опросов) поддержка "кремлевского" кандидата Мурада Зязикова, видимо, говорит главным образом о том, что ингушский избиратель устал от "недоговороспособности" своих руководителей во взаимоотношениях как с Центром, так и с соседними регионами (справедливости ради надо признать, что недоговороспособность эта часто была обоюдной). А если так, завершение избирательной кампании в Ингушетии по кремлевскому сценарию, теоретически, даст Кремлю возможность хотя бы частично разгрести поднакопившиеся в регионе "завалы". Однако рост возможностей автоматически влечет за собой и рост ответственности."
631e1fcac8dc17991f13cb1db2038ef8.gif

Ссылки

Источник публикации