Дмитрий Довгий: из любимчиков в арестанты

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


"Бастрыкин предупреждал, что Генпрокуратура прослушивает все здание СКП РФ в Техническом переулке. Ну, у меня в кабинете была глушилка"

За освобождение "теневого" бухгалтера Кумарина Ильи Клигмана было запрошено $1,5 млн, половина этой суммы передана прямо в здании СКП

Оригинал этого материала
© "Росбалт", origindate::02.06.2009, Фото: "Коммерсант"

Дмитрий Довгий: из любимчиков в арестанты

Александр Шварев

Compromat.RuБывший руководитель Главного следственного управления (ГСУ) СКП РФ Дмитрий Довгий, обвиняемый в получении взятки от бизнесмена Руслана Валитова, закончил давать показания в Мосгорсуде. За рамками этого громкого процесса остались события, предшествовавшие увольнению и аресту Довгия. Собеседник «Росбалта» в СКП РФ согласился рассказать, как и почему главный следователь страны оказался в опале. По его версии, Довгий поплатился за попытку вмешаться в одно из уголовных дел, связанных со скандально известным бизнесменом из Санкт-Петербурга Владимиром Барсуковым (Кумариным).

Как признался на суде сам Дмитрий Довгий, с Александром Бастрыкиным он знаком уже 12 лет. Когда в 2007 году последнего назначили главой СКП РФ, Довгий тоже перешел на работу в это ведомство, где ему почти сразу было предложено возглавить ГСУ. «Я отказывался, поскольку следственного опыта у меня не было, но Бастрыкин настоял, сказав, чтобы я во всем советовался с ним, – отметил на процессе Довгий. – Уже потом я понял: он надеялся, что я буду выполнять все его указания».

По словам собеседника «Росбалта», на работу в ГСУ категорически отказались брать значительную часть следователей, долгое время работавших в системе прокуратуры и имевших большой опыт. «По этому факту Генпрокуратура даже провела служебную проверку, но натолкнулась на «непробиваемую стену» в лице Владимира Максименко», — отметил источник агентства.

Замначальника управления «М» ФСБ Владимир Максименко в 2007 году был откомандирован на работу в СКП РФ, где возглавил Управление собственной безопасности. «Проверяющим из Генпрокуратуры он заявил, что профессионалы не попали на работу, поскольку на них имелась негативная оперативная информация. А раскрывать ее он отказался, сославшись на секретность».

Те же следователи, что все же сумели устроиться на работу в ГСУ, по их словам, оказались сразу под двойным контролем. Во-первых, по любому поводу служебные проверки проводило УСБ. «А потом еще нас под свою опеку взяло и правовое управление СКП РФ, — вспоминает источник. – Оно распорядилось, чтобы в конце каждого рабочего дня следователи заполняли бланки о проделанной за сутки работе. Там должны были быть отражено все: допросы, очные ставки, обыски и т.д. Потом представители правового управления пытались проверить, выполнялись ли указанные действия. В частности, они могли посмотреть протокол допроса или заглянуть в само уголовное дело, что уже является вмешательством в работу следователя и нарушением российского законодательства».

Как отмечает собеседник «Росбалта», Дмитрий Довгий на все это смотрел спокойно, в действия ни УСБ, ни правового управления СКП РФ не вмешивался. «Он почти каждый вечер ходил в кабинет Бастрыкина, они подолгу там что-то обсуждали, отношения у них были отличными».

В [page_22819.htm интервью «МК»], которое Довгий дал уже после своего увольнения, он  рассказал, что ему приходилось по распоряжению Александра Бастрыкина заниматься возбуждением уголовных дел без каких-либо оснований. В частности, таким образом, по его словам, были возбуждены уголовные дела в отношении заместителя министра финансов Сергея Сторчака, который обвиняется в покушении на хищение $43 млн (путем мошенничества, совершенного организованной группой лиц) , а также генерала ФСКН Александра Бульбова (арестован по обвинению в превышении должностных полномочий и незаконном прослушивании телефонных переговоров).

На суде Дмитрий Довгий заявил, что якобы неоднократно жаловался на подобные незаконные распоряжения Бастрыкина в Генпрокуратуру. Но сразу несколько собеседников «Росбалта» в СКП РФ заявили, что не могут вспомнить ни одного подобного случая. Потому, возможно, что, как заявил сам Довгий, жалобы были «секретными».

[Газета.Ру, origindate::28.05.2009: Довгий рассказал, что, еще работая в комитете, жаловался в Генпрокуратуру на «грязные технологии» своего начальника в расследовании дел.
«Я понял, что прокурорский надзор за СК необходим. Чайке же был выгоден мой конфликт с Бастрыкиным, Генпрокуратура могла извлечь из этого выгоду. Поэтому, когда я обратился туда с секретной жалобой по ряду подписанных Бастрыкиным постановлений, которые я счел незаконными, они меня уже знали и ни о каких взятках речи не шло», – сказал Довгий. Он добавил, что прокурорские проверки по его жалобам проводились, но о результатах ему не сообщали.
В ходе допроса обвиняемый рассказал, что Бастрыкин предупреждал его, что Генпрокуратура прослушивает все здание СКП РФ в Техническом переулке. «Поэтому, когда мы с ним разговаривали в его кабинете, он всегда громко включал телевизор. Ходили слухи, что прослушивается вообще все здание. Ну, у меня в кабинете была глушилка, которую я тоже включал в случае необходимости», – рассказал Довгий. - врезка К.Ру]

Следователи также жаловались на Довгия руководству СКП РФ, особенно часто это делал Сергей Чернышев, расследовавший дело по банку «Траст». «Довгий постоянно давил на Чернышева, требовал от него принять то или иное решение, — отмечает источник «Росбалта». — В частности, фигурант дела продал акции одного из банков другим акционерам и получил на свой счет деньги. В целях возмещения причиненного ущерба Чернышев наложил на них арест. Довгий же стал требовать ареста еще и всех акций, находившихся на Кипре. Он заставил Чернышова вынести соответствующие постановление, а потом получить решение Басманного суда, которое и было отправлено на Кипр».

По словам источника агентства, Довгий часто принимал личное участие в допросах и очных ставках, которые проводил Чернышев, делая странные намеки обвиняемым. Но руководство СКП на жалобы следователя не реагировало, Довгий продолжал быть частым гостем в кабинете Бастрыкина и чувствовал себя вполне уверенно.

Как отметил собеседник агентства, в конце 2008 года в приемную СКП РФ поступило пять заявлений от граждан о сомнительных действиях ГСУ по делам, связанным с банком «Траст». «Заявления официально были зарегистрированы как одно, однако проверка велась по всем пяти. В результате следователь Ширани Эльсултанов отказал в возбуждении дела по фактам, изложенным в этих документах. Довгий к подобным проверкам продолжал относиться спокойно, по-прежнему оставаясь на хорошем счету у Бастрыкина».

Стремительная карьера Дмитрия Довгия, как рассказал источник «Росбалта», разрушилась буквально за неделю. В производстве следователя Зигмунда Ложиса находилось уголовное дело в отношении руководителя фирмы «Петро-Юнион» Ильи Клигмана, который в материалах следствия значится как «теневой» бухгалтер Владимира Кумарина.

«6 марта 2008 года сотрудники оперативно-следственной группы по делу Клигмана принесли Зигмунду Ложису записи телефонных переговоров, сделанные на законных основаниях, – рассказал собеседник «Росбалта». — Записи содержали, в частности, беседу Дмитрия Довгия с родственником Клигмана, в ходе которой велось обсуждение  различных подробностей дела.

Потом этот же родственник рассказывал другому собеседнику, что за освобождение Клигмана из-под стражи было запрошено $1,5 млн. Кроме того, по его словам, половина этой суммы уже передана прямо в здании СКП РФ».

По словам источника агентства, Ложис доложил обо всех этих фактах руководству, а УСБ запросило данные из бюро пропусков СКП. «Из полученной информации следовало, что в конце февраля родственник Клигмана трижды приходил на прием к Довгию». Однако, как отмечает собеседник «Росбалта», сам начальник ГСУ заявил, что ничего криминального он не совершал, а просто общался с родственником обвиняемого, что законом не запрещено.

Возможно, и в этот раз скандал удалось бы замять, если бы к оперативникам не поступила новая информация. Как уже сообщал «Росбалт», им стало известно, что сторонники Кумарина разработали несколько вариантов его освобождения, в том числе побега. Им требовалось только одно — чтобы бизнесмена доставили в Санкт-Петербург. В этот момент подчиненные Довгия начали настаивать на перевозке Кумарина из столичного СИЗО «Матросская тишина» в Северную столицу для ознакомления с материалами дела.

«Все прекрасно знали, на каком уровне принимались решения по Кумарину, – отметил собеседник агентства. – Поэтому попытка вести вокруг этих расследований закулисные игры была равноценна самоубийству».

По словам источника, информация оперативников быстро попадала в Кремль, поэтому помочь Довгию уже никто не был способен. «Бастрыкин тогда прекратил с ним практически всякое общение». Более того, следователи Ложис и Чернышев написали два заявления в службу безопасности президента.

«Ложис привел в своем обращении материалы по «прослушкам», в заявлении Чернышева ни о каких взятках ничего не говорилось, – отметил собеседник «Росбалта». — Там приводились факты вмешательства Довгия в работу следователя». В результате ход дали именно заявлению Чернышева, в отношении начальника ГСУ была назначена служебная проверка, а 20 марта Довгий приказом Бастрыкина был временно отстранен от работы. Тогда же, по данным нашего источника, было отменено «отказное» постановление Эльсултанова по пяти заявлениям —  по ним назначили новую проверку.

Но и в этот раз сор из избы предпочли не выносить. В отношении Довгия не стали возбуждать дела, его просто уволили за нарушение закона «О прокуратуре РФ». «21 апреля Довгий пришел в свой рабочий кабинет, у него был день рождения, мы все зашли поздравить начальника, – вспоминает собеседник «Росбалта». — В этот момент раздался звонок телефона внутренней связи. Довгий с улыбкой на лице принимал поздравления от кого-то из руководителей, а потом, резко помрачнев, положил трубку. Выяснилось, что ему сообщили об увольнении».

По словам источника агентства, Довгий тут же попытался лично встретиться с Бастрыкиным, но начальник СКП РФ принимать его отказался. «Мы все думали, что после этого Довгий уедет в Санкт-Петербург и будет вести себя тихо, поскольку, учитывая все обвинения, он легко отделался». Но оказалось, экс-начальник ГСУ сдаваться не собирался.

Вначале он дал интервью, в котором обвинил Бастрыкина в незаконном возбуждении уголовных дел, а потом стал оспаривать свое увольнение в суде. По версии собеседника «Росбалта», такая активность Довгия может быть связана с тем, что «ему необходимо было выполнять определенные обязательства по уголовным делам». «Да и амбиции были слишком высоки, — отмечает источник агентства. – Он получил звание генерала, считал себя уже самостоятельным игроком, а не человеком из чей-то команды».

Так или иначе, но 18 августа 2008 года Довгий был задержан по подозрению в получении взятки от бизнесмена Руслана Валитова (тоже фигурировавшего в деле банка «Траст»).  Сейчас дело бывшего главного следователя страны слушается в Мосгорсуде и в ближайшее время Довгию должен быть вынесен приговор.